Мазохито

Зал затих. Марк не помнил, чтобы в «Саду» хоть раз было так тихо. И так таинственно. Стробоскоп над танцполом не крутился, яркое пятно света высвечивало только сцену и стоящего на ней мужчину в чёрном. Дорогая рубашка была заправлена в строгие брюки, утянутые кожаным ремнём. На запястье поблескивали серебряные часы на чёрном ремешке. Чёрные с проседью волосы были красиво уложены, чёрно-пепельные борода и усы аккуратно подстрижены, подчёркивая выразительные скулы и тяжёлый, властный подбородок. Несмотря на всю свою внешнюю весомость, властность, мужчина двигался по сцене с грацией хищной кошки вроде пантеры. Мягко и легко, будто вот-вот толкнётся ногами, прыгнет в зал… И добыча будет — его. Справедливости ради, он в добыче явно не нуждался. На пуфике, рядом со столом, полным девайсов, сидела его изящная нижняя. Миниатюрная, суховатая, с пронзительным внимательным взглядом, в простом льняном платье на запа́х, она выглядела не безмятежной девчонкой, а мудрой, знающей себе цену женщиной. С явным наслаждением она наблюдала за своим Верхним, хотя эту его лекцию наверняка слышала не один десяток раз. — Тимура в «Сад» притащить — это, конечно, круто. Интересно, сколько Саид ему забашлял? — Крис единственная сидела не в зале, а на баре, и лениво потягивала «Плохую девочку». Марк с куда большим удовольствием хотел бы слушать лектора, а не Крис, поэтому только пожал плечами. Тимур демонстрировал одну за другой разные однохвостки, поясняя, каким должен быть баланс у такой плети и на что обращать внимание при выборе девайса. Марк не сомневался, что в ближайшее время эти знания ему не пригодятся, но всё равно не мог оторваться от размеренной, уверенной речи лектора. — Перейдём к практике. Я покажу вам стойки, варианты хватов и ударов для этого конкретного девайса. — Тимур в поклоне подал руку своей спутнице. Она вспорхнула с пуфика, повернулась спиной к залу и в несколько лёгких движений скинула платье, обнажая изящную спину и подтянутые ягодицы в телесных стрингах. Тимур подхватил платье, аккуратно положил на пуф и вооружился однохвосткой. — Мы обойдёмся без фиксации, потому что оба — опытные Тематики. Я знаю, что Лия не будет делать лишних движений, Лия уверена, что я не промахнусь. Но если хотя бы один в вашей паре — начинающий или никогда раньше не брал в руки однохвостку, я рекомендую позаботиться о надёжной фиксации нижнего. В данном случае бондаж — это не про эротические практики, а про обеспечение безопасности. Крис тоскливо вздохнула, отставила пустой мартини-бокал и через плечо сказала: — Давай теперь «Кровавую Мэри», надо запить эту сладость… Или как там её, «Бладплэй»? Марк стал молча мешать коктейль, одним глазом поглядывая на Тимура. Тот как раз демонстрировал стойки. Плеть казалась продолжением его руки, а розовеющие следы на спине и ягодицах нижней — росчерками художника. Издалека Марк видел, как точно Верхний отмеряет силу, как уверенно рассчитывает замах. «Хорошая порка — почти как флейринг». Марк хмыкнул собственной мысли, но поделиться ею с Крис не осмелился. Не поймёт. Хотя Крис, кажется, стала фанаткой флейринга и периодически докучала Марку просьбами научить её хоть какому-нибудь приёмчику. Когда Тимур стал показывать хваты и удары, у Марка чуть не вскипел мозг. Три вида хватов, четыре вида замахов, пять видов ударов… Без практики запомнить это всё было просто невозможно. Словно прочитав мысли Марка, Тимур предложил кому-нибудь подняться на сцену и попробовать. — Можете выйти со своим нижним, можете воспользоваться помощью Лии, — приглашающим жестом он указал на всё ещё стоящую спиной женщину. Она была так расслаблена и спокойна, словно Тимур ей спину обычным маркером разукрашивал. Марк задумался о том, не слишком ли Тимур рискует своей нижней. Мало ли какой криворукий выйдет на сцену… Крис заинтересованно взглянула на Марка. — Не хочешь сходить попробовать? — Я работаю. Сама сходи, — огрызнулся Марк. — Ой, да ладно тебе, я что, похожа на задротку? — фыркнула Крис. — Боишься облажаться? — насмешливо поинтересовался Марк. Девушка наградила его красноречивым взглядом оскорблённой Госпожи, но на провокацию не повелась. — Я-то всегда найду способ плёткой помахать. А ты, скромняшка такой, пользовался бы случаем, м? — Когда ты уже найдёшь не способ, а нижнюю, и перестанешь просиживать здесь штаны, нарушая гармонию моего барного мира? Крис возмущённо приоткрыла рот, задохнулась какой-то ответной колкостью и обиженно выдавила: — Я ищу ту самую. Марк хмыкнул. — Удачи. *** Саид задумчиво закрывал на ключ свой кабинет. Сегодня был отличный вечер, и он не мог не улыбаться от одной только мысли о том, в каком восторге гости были от лекции Тимура. Тимур в свою очередь искренне поблагодарил за организацию и похвалил качество однохвосток в «Саду», чем вынудил Лену раскраснеться и засмущаться. Они посидели пару часов с коктейлями Марка, поболтали о том о сём и отправились в гостиницу, отдыхать, а вечер — продолжился. Последние гости ушли из клуба около трёх, за час до официального закрытия. Саид думал, что он остался в клубе последним, но с удивлением услышал из зала тихие щелчки. Заглянул между бордовых кулис. Марк старательно отрабатывал на андреевском зеркальную стойку. Саид посмотрел пару минут, тихо выругался, отшатнулся от кулис. Направился к выходу. У Марка были свои ключи от клуба, он умел его закрывать и ставить на сигнализацию. Пусть тренируется сколько влезет. — Твою ж мать, — многозначительно шепнул Саид, держась за ручку входной двери. Развернулся и, на ходу скидывая пальто, направился сквозь кулисы. — Без нижнего в твоих тренировках мало смысла, Марк, — бросив пальто на первый попавшийся столик, заметил Саид. Марк растерянно наблюдал за тем, как Саид расстёгивает тёмно-фиолетовую шёлковую рубашку в золотых узорах и взлетает на сцену. — Это не сцена, ничего такого. Просто позволю тебе позаниматься со мной. От Марка пахло нотами древесной коры, иланг-иланга и кожи. В руке у него был снейк, в глазах — смущение, и это сочетание сводило Саида с ума. Марк приоткрыл рот, окинул Саида насмешливым взглядом и заключил: — Ладно. Саид скинул рубашку, встал возле андреевского, широко расставив ноги и вцепившись руками в крепления. — Может, пристегнуть? — предложил с той же крупицей насмешки в тоне Марк. — Я не дёрнусь. Начни с начала, с прямой стойки. — Останавливай меня сразу, как только хоть что-то пойдёт не так. — Остановлю. — Саид глубоко вдохнул и заставил себя расслабиться. Саид любил порку однохвосткой — она быстро приносила тот уровень боли, от которого он кайфовал больше всего. Но Сальво часто превращал сцены с ней в наказание непокорного раба, а это Саида раздражало. Он любил подчинение, но не тогда, когда оно было ещё и унизительным. Марк ударил первый раз. Не рассчитал расстояние, и удар пришёлся не телом плети, а похожей на листик вытянутой хлопушкой — между лопаток. Лёгкий, зудящий укус. — Извини, — тут же буркнул он. Саид понимал, за что Марк извиняется. Он ещё не настолько владел девайсом, чтобы ударить так специально. А случайно удар мог прийтись не хлопушкой, а узлом. Не самый безопасный удар. — Ничего, было не больно, — постарался подбодрить Марка Саид. Словно в благодарность, следующий удар лёг верно и выразительно. Боль лизнула шершавым горячим языком, и Саид удовлетворённо прикрыл глаза, приветствуя её в своём теле. Ещё пара таких же удачных ударов для закрепления — и Марк сменил стойку на боковую. С руки плеть сразу подчинилась Марку, но неожиданно для Саида укусила не спину, а обтянутые брюками ягодицы. Весьма ощутимо. Возбуждение накатило вслед за болью. Саид постарался сконцентрироваться исключительно на боли, взять от неё всё, что только можно было взять. Марк переложил плеть в другую руку. Бить так было сложнее: и рука не ведущая, и расстояние до тела меньше, а значит — сложнее рассчитать замах. Плеть ударила слишком тяжело, рубанула кожу, и Саид тихо взвыл. — Чёрт. Извини, пожалуйста. — Марк мягко провёл прохладными пальцами по месту удара, слегка потёр. — Ты был прав. — В чём? — уточнил Саид, как только боль стала потихоньку отступать. — Без нижнего в этом мало смысла, — пояснил Марк, всё ещё поглаживая место удара. — Я могу продолжить? — Можешь. Теперь Марк бил вполсилы, пока как следует не приноровился. — Совсем другое дело, — наконец прокомментировал Саид, принимая боль. — Спасибо, — смутился Марк. Он ещё несколько раз поменял позу, но больше не спешил вкладывать силу в удары, был мягок и предельно внимателен. Настолько, что Саид в конце концов не выдержал, отпустил крепления и развернулся к Марку. Тот в последний момент придержал плеть, взглянул растерянно и с упрёком. — Ты меня с ума сводишь, — выпалил Саид раньше, чем успел прикусить себе язык. — Не надо, Саид, — в тоне Марка было удивительно много угрозы. Он вцепился в плеть так, будто она могла вырваться и по своей воле напасть на Саида. — Я ничего не могу с собой сделать. — Саид виновато развёл руками. — Хорошо, — тихо сказал Марк, сворачивая плеть. — Подпишешь мне заявление об увольнении? — Марк! Нет! — Саид зажмурился, проклиная себя за то, что просто не вышел за чёртовы двери клуба этой ночью. — Ладно, завтра поговорим. — Марк швырнул плеть на столик и пошёл прочь. Руки не слушались Саида, а рубашка не слушалась рук: рукава ускользали, пуговицы не находили петли. Так что, когда Саид наконец застегнул последнюю, двери клуба уже гулко хлопнули. Саид бросился бежать, наплевав на поиски пальто. *** Марк надевал мотоциклетный шлем, когда Саид вылетел из «Сада» на тусклую и туманную предрассветную улицу в одной рубашке. Гладкая поверхность шлема скрипнула под пальцами. Челюсти заболели от того, как крепко Марк их сжал. — Вернись в клуб, ты заболеешь, — устало попросил Марк, опустив шлем на сиденье. — Мы всё обсудим завтра. Но Саид, упрямо глядя прямо в глаза, красиво, чётко опустился на колени, сцепляя руки за спиной. Марк рвано выдохнул. Жёлтый свет фонаря на сырой улице высвечивал их вдвоём, словно софиты на сцене. Укладка Саида растрепалась, рубашка лежала складками, а на дне тёмных глаз плескался хаос. Саид тоже медленно выдохнул, не сводя с Марка взгляда, и облачко пара заклубилось у его рта. Марк цыкнул, пристегнул шлем к мотоциклу. Схватил Саида за воротник рубашки и поставил на ноги. Саид только губы облизал нервно, но продолжал всё так же упрямо играть в гляделки. Марк молча подтолкнул Саида к «Саду». Саид сделал один несмелый шаг, просто из страха потерять равновесие, и упрямо остановился. — Я сказал: вернись в клуб. Саид сглотнул и наконец хрипло произнёс: — Только с тобой. Марк вздохнул, схватил Саида, как мальчишку, за запястье и поволок к двери с неоново-персиковой надписью «Сад». Стоило Саиду влететь в зал между бордовых занавесок, как Марк заговорил, чётко и уверенно, будто сформулировал всё уже очень давно: — Я не практикую, потому что не хочу практиковать без отношений. Мне не нравится причинять другому боль ради боли, моё удовольствие в другом, моё удовольствие сложнее. Заводить отношения с нижним, который испытывает ко мне сексуальное влечение, я тоже не хочу. Потому что как бы это ни начиналось — оно всегда, всегда заканчивается одинаково. Мне не нужен нижний только для порки, который будет уходить после сцены и… Спать с кем-то другим. Да, я эгоистичный урод, но, — Марк с кривой улыбкой повторил фразу Саида, — я ничего не могу с собой сделать. — Неужели мало асексуальных нижних? — тихо спросил Саид, который теперь смотрел в пол. Ресницы его встревоженно подрагивали. — Встречался бы с кем-то таким же, как ты сам. В такого легко влюбиться, — Саид горько хмыкнул, — даже асексуалу. — Может, и легко. Только мне мало, чтобы меня любили. Мне нужна взаимность. Саид кивнул, нырнул за барную стойку, откупорил текилу и опрокинул в себя. Сделал пару больших глотков, облизал губы, тяжело взглянул на Марка. — А я у тебя не вызываю совсем никаких чувств? Марк властно протянул руку к бутылке. Саид решил, что Марк хочет её отобрать и сперва засомневался. Но в конце концов всё-таки отдал бутылку и, к своему удивлению, увидел, как Марк делает такой же жадный глоток, как он сам. — В том-то и проблема, Саид. — Марк вернул Саиду тяжёлый взгляд. — Ты меня с ума сводишь. *** Текила шумела в ушах. Они сидели на полу прямо посреди клуба, друг напротив друга, не отрывая пьяных взглядов. Хихикали, как мальчишки. Будто они тайком пробрались в этот клуб и напились, хотя ещё по возрасту не положено. — Что значат твои татухи? — поинтересовался Саид. — Когда-нибудь ты спросишь об этом на трезвую голову, — слегка толкая его в плечо, ответил Марк. В его добрых голубых глазах плясали пьяные черти, а губы были так близко и так влажно блестели. — Асексуалы целуются? — Не все. — Марк засмеялся и добавил: — Я — да. Для меня поцелуи не про секс. — Поцелуешь меня? — Ты заведёшься. Саид толкнул Марка в плечо в ответ. — Не заведусь, я слишком много выпил. Ну поцелуй. Пожалуйста. Марк отставил бутылку, на удивление крепко взял Саида за подбородок и нежно, немного смазанно поцеловал. — Какого чёрта ты так долго меня мучил, хренов ты Доминант? — в губы Марку выдохнул Саид. — Я ещё даже не начинал, — проворчал в ответ Марк. — Вот походишь пару месяцев поротый, но не ёбанный, тогда и поговорим про мучения. — Ты просто не видел коллекцию моих игрушек, — фыркнул Саид. — Если я буду порот тобой, без остального уж как-нибудь переживу. — Посмотрим, — удовлетворённо сказал Марк и снова поцеловал. — Вот и посмотрим, — согласился с ним Саид.