Мазохито

Саид стоял на коленях в собственной спальне. Тихо потрескивали свечи. Сердце бешено колотилось, и он никак не мог усмирить его и взять себя в руки. Вроде опытный Тематик. Столько раз всё это пройдено. С разными, по-разному. И вот — нервничает, как мальчишка. Как в первый раз. Марк сидел в кресле на расстоянии вытянутой руки, расслабленный, обманчиво мягкий. Он закинул ногу на ногу и умиротворённо рассматривал Саида. На подлокотнике под правой рукой, словно хищник в засаде, покоился стек. И кто из них здесь опытный Тематик? Саид заставил себя поймать ритм дыхания, сосредоточиться на нём. Нужно было успокоиться. Очевидно — Марк ждал именно этого. — Так-то лучше, — в подтверждение сказал Марк, стоило Саиду справиться с волнением. Он легко поднялся, подошёл, покачивая стек между пальцами. Властно взял за подбородок, заставляя встретиться с ним глазами. — Надеюсь, своё упрямство ты оставил за дверью. Саид не удержался от улыбки. Марку удивительно шла власть. Она не казалась искусственной, натянутой. И он не делал её декорацией для сцены. Он просто… владел. — Руки перед собой. — Стек мягко щёлкнул по запястью. Саид послушно расцепил пальцы и убрал руки из-за спины. Тихо затрещал фитиль свечи. Сперва Марк, видимо, попробовал на себе, а потом на плечо упали тёплые бусины воска. Совсем не горячо, но кожу приятно стянуло. По второму плечу щёлкнул стек. Хлопушка обожгла совсем ненадолго, и сразу по тому же месту растёкся воск. — Холодно? — поинтересовался Марк. — Очень, — улыбнулся Саид. — Хорошо. Стек укусил над лопаткой, следом потёк воск. Марк явно опустил свечу ниже — стало значительно теплее. Всё ещё не горячо, не больно, но ощущения куда ярче. Постепенно плечи и лопатки Саида покрылись воском. Саид наслаждался размеренными действиями Марка, хрупким балансом на краю боли. Очень хотелось в неё нырнуть. Но это было слишком привычно. И именно поэтому Саиду нравилось, что Марк так просто его не отпускает. Марк обошёл Саида полукругом, вновь поднял лицо за подбородок, задумчиво посмотрел в слегка помутневшие глаза. — Сейчас будет грудь. — Как скажешь, — выдохнул Саид и убрал руки за спину. Марк мягко скользнул пальцами по линии подбородка. Слишком нежно. Саид закусил губу. И тут же зажмурился от горячих капель над самым соском. — Да как ты это делаешь?! — вырвалось против воли. В подбородок тут же упёрся стек, вынуждая приподнять голову. Опасно, будто за лишнее слово может прилететь по лицу. Саид встретился с Марком взглядом. — Делаю что? — переспросил Марк. Не прилетит. Достаточно было взглянуть в эти голубые, сейчас почти синие, глаза, чтобы понять: Марк не ударит по лицу. Разве что Саид сам об этом попросит. — Как в тебе так сочетаются нежность и… садизм? Марк хмыкнул. Хлопушка трижды щёлкнула по другому соску, не больно, но горячо и раздражающе. Так, что захотелось растереть. Саид терпеливо удержал руки на месте. На грудь полился горячий воск. Становилось всё горячее. Во всех смыслах. Плечи и спина, грудь и живот Саида уже все были в красноватых следах стека и белых пятнах и бусинах воска. — Тебе очень идёт ваксплэй, — удовлетворённо отметил Марк. — Но ты, наверное, уже заскучал. Колени устали? — Немного, — честно кивнул Саид. — Хорошо, тогда поднимайся и к стене. Упрись руками. Саид слышал, как Марк задул свечи. Но не знал, что будет дальше. Они заранее договорились, что на этот раз всё решает Марк от начала и до конца. А Саид просто следует. Скрипнуло кресло. Саид не удержался и повернул голову. Марк, вновь сидевший в той же расслабленной позе, тут же щёлкнул пальцами. — Штрафной. — Извини. — Саид уставился в стену. В привычке Марка мучить ожиданием Саид находил своё очарование. Боль была для Саида подарком, деликатесом. Ему не составляло большого труда терпеть её — в разумных пределах. А вот терпеть ожидание… Марк нашёл неплохой способ порадовать себя чужими страданиями. Воздух разрезал звук, от которого у Саида по спине поползли мурашки. Звук повторился — только на этот раз трость наткнулась на препятствие. Марк глухо фыркнул. Саиду нравилось, что Марк пробует все девайсы на себе. Это как будто добавляло ему надёжности. И при этом совсем не умаляло власти. Трость как-то совершенно неожиданно ошпарила бёдра, а не задницу, и Саид охнул. — Ты прям с козырей заходишь, — заметил он. — Это хорошо или плохо? — поинтересовался Марк. И неожиданно для Саида не стал дожидаться ответа. Следующая огненная полоса легла чуть выше первой. — Хорошо, — выдохнул Саид. Боль горячей волной пошла по телу. Всего два удара — да, после воска, но всего два — и он уже на краю бездны. Саид вдохнул глубоко, приготовился нырять. Марк клал удары лестницей: каждый чуть выше предыдущего. Саид опускался всё глубже. Приходилось то и дело напоминать себе о контроле: нельзя сейчас прошляпить предел, нельзя подвести Марка. Марк был внимателен. Положил руку на шею, слегка массируя её пальцами, заглянул в лицо. — Теплее? Саид качнул головой, облизал пересохшие губы. — Нет, но почти. — Хорошо, тогда иди сюда. — Марк мягко потянул за плечо, подвёл к креслу. — Коленями на пол, корпусом на сидушку. Саид покорно принял позу. Кровь мгновенно прилила к лицу и к члену. Слишком откровенно. Слишком сексуально. Трость впилась в отставленный зад, и он ткнулся носом в кожаную обивку, тихо поскуливая. Боль мгновенно оттеснила возбуждение, занимая пьедестал. Сейчас главное, чтобы Марк не жалел… А он и не жалел. За какую-то десятку ударов Марк заставил Саида не тихо скулить, а стонать на грани крика в это чёртово кресло, а потом и вовсе дрожащим голосом выговорить: — Теплее. — Я планировал ещё пять, и всё, — поглаживая Саида по взмокшей спине, заметил Марк. — Выдержишь или заканчиваем? Можем сменить девайс. Саид выдохнул. Его уже хорошенько потряхивало, но до предела ещё точно было далеко. — Выдержу, — уверенно кивнул Саид. — Если можно поменять позу… — Хорошо, поднимайся и ложись на кровать. Саид переполз на прохладную шёлковую простыню. Задницу и бёдра уже очень ощутимо саднило, и Саид предвкушал последствия. — Пять по бёдрам, — усугубляя предвкушение, сообщил Марк. Саид подобрался. Марк смаковал эту пятёрку. Медленно. Жёстко. Саида бросило в пот, а потом волна боли накрыла с головой. Когда он открыл глаза, Марк сидел рядом и мягко, почти невесомо гладил его по спине. — Ты вернулся, — хмыкнул он, встретившись с Саидом взглядом. — В порядке? — Угу. Хорошо, что завтра выходной, — лениво ворочая языком, заметил Саид. — Накрой меня, пожалуйста. Марк осторожно накинул прохладное одеяло, погладил по голове. — Ты невероятный. — Ты невероятный садюга, — парировал Саид. — Я старался, — сыто улыбнулся Марк. *** Марк быстро освоился на чужой кухне. Поставил на плиту джезву, достал из холодильника творожный сыр, огурцы и слабосолёного лосося, из хлебницы — свежие круассаны, принялся готовить. В душе шумела вода. Марк расслабленно напевал себе под нос. Эта сессия понравилась ему даже больше первой. Саид был просто превосходен в доверии, терпении и страдании. Марк теперь был переполнен нежным теплом, и хотелось буквально укутать в нём Саида. Но Марк боялся, что только смутит и потревожит этим Саида. Наверняка ему нужна не нежность, а страсть. Страсть, которая Марку в принципе не была понятна как явление. С подросткового возраста он смотрел на сцены страсти в кино и сериалах с недоумением. Для него это выглядело так, будто люди хотели друг друга сожрать или залезть друг другу под кожу. В книгах такое встречалось реже, а если вдруг он натыкался на сцены секса — просто их пролистывал. Они не вызывали у него ни стыда, ни отвращения, но казались ему откровенно скучными и лишними. Если люди любят друг друга, какая разница, есть ли у них секс? Зачем эти подробности? Вот порка — другое дело. Она всегда вызывала у него эмоции, он с удовольствием перечитывал и пересматривал фрагменты, которые его зацепили. И никогда не возбуждался. — Ты не только коктейли готовишь, — вырвал его из размышлений Саид. Разморенный, расслабленный, он подпирал дверной косяк и с интересом наблюдал за Марком. В белой оверсайз-футболке и мягких шёлковых штанах, с растрёпанными влажными волосами он выглядел очень домашним и уязвимым. Совсем не таким, как в клубе. — Как ты? — спросил Марк, торопливо переставляя готовые круассаны на стол. — Я побывал в космосе, — растягивая слова, ответил Саид. — После такого никакой секс не нужен. Марк сдержанно улыбнулся. — Это эффект новизны. Саид опёрся ладонями о стол и медленно сел. Удовлетворённо кивнул и сразу же жадно потянулся к круассану. Марк поставил рядом с ним кофе. Наблюдать за Саидом, наслаждающимся едой, было очень приятно. Он лопал этот круассан, как мальчишка, будто готов был пальцы вместе с ним проглотить. — Чего ты не ешь? — смущённо спросил Саид, едва дожевав кусочек. — Любуюсь, — честно ответил Марк. — Извращенец, — проворчал Саид. Марк хмыкнул, но отвёл взгляд, взял свой круассан. Саид о чём-то задумался, свёл брови. — Определи мне, пожалуйста, границы, — попросил он серьёзно. — О чём я могу говорить и спрашивать? Ну, про секс. Как я могу прикасаться к тебе, могу ли целовать? — Можешь целовать, — улыбнулся Марк. — Можешь прикасаться, можешь обнимать. В трусы ко мне не лезь, вот твоя граница. Говорить и спрашивать о сексе можешь, я нормально к этому отношусь, у меня нет никакой травмы. Я не сексофоб, я асексуал. Саид понимающе кивнул, отпил кофе. — А ты пробовал? Марк не удержался и закатил глаза. Самый банальный вопрос к асексуалу после «Как ты вообще живёшь?». — Пробовал, ещё в школе, с девчонкой, пару раз. Не понравилось. Тогда я предположил, что гей. Пытался попробовать с парнем спустя пару лет, но там вообще всё не задалось. — Марк хмыкнул. — Потом я проверил по здоровью всё, что только можно проверить. Гормоны в норме, член функционирует нормально. Тогда я оставил себя в покое. Просто мне это не нужно. — А если тебя довести до оргазма, тебе приятно? Было заметно, что Саиду очень любопытно и он хочет расспросить как можно более подробно. Марк не возражал. Если из их отношений что-то выйдет — Саиду стоит понимать, как работают психика и тело Марка. — Эм, не так, как сексуальному человеку, наверное. Я чувствую сброс напряжения, ну, чисто физиологически. Не знаю, это как снять обувь, которая весь день давила на пальцы… Приятно, но на кой чёрт вообще влезать в тесную обувь? Саид хохотнул. — А что ты испытываешь, когда целуешься или обнимаешься? Марк задумался. Пришлось вспоминать, что он чувствовал, когда целовался раньше, сравнивать с тем, что испытывал от поцелуев с Саидом. — Не знаю. Это приятно. Уютно, нежно. Так я чувствую связь с человеком. — А что ты чувствуешь во время сцены? Ну то есть ты не заводишься, но какое-то возбуждение же есть? Марк кивнул. — Да, но оно не связано с телом. Мне очень хорошо психологически. Я кайфую в первую очередь от доверия. И от того, насколько тонкой и прочной становится связь в такие моменты. И мне нравится смотреть, как другие справляются с болью. Особенно как ты с ней справляешься. Саид кокетливо потёрся щекой о плечо, стрельнул глазами. — Я могу считать это признанием в любви? Марк хмыкнул. — В очень большой симпатии. — Хорошо, — удовлетворённо улыбнулся Саид. — Там до любви рукой подать. *** Марк оказался прав насчёт эффекта новизны. Следующие сессии уже не приносили такой встряски, хоть и были очень хороши. После оставалось тянущее напряжённое возбуждение — Марк тактично оставлял Саида с ним наедине, убегая на кухню готовить что-нибудь вкусненькое. С возбуждением легко справлялись игрушки. Саиду даже нравилось. Он удовлетворял себя так, как хотел. С теми глубиной, темпом, интенсивностью, которые выбирал сам. Разве что не хватало близости, жаркого тепла другого. Но Марк с лихвой отдавал это потом, когда они вместе валялись на кровати или сидели на диване и смотрели что-нибудь на YouTube. Саиду казалось, что всё хорошо. Он даже позволил себе пошутить, что Марк зря грозился пытками. Тогда Марк посмеялся. А теперь вот ни с того ни с сего поставил на паузу парня, который до жути интересно рассказывал про известных певцов и музыкантов, и серьёзно посмотрел на Саида. — Я ревную, — хмуро сообщил он. Саид задумчиво взглянул на круглолицего парня в бини, который замер на экране с приоткрытым ртом. — К нему? — недоуменно поинтересовался Саид. — Нет. Ко всем. Половина «Сада» смотрит на тебя так, будто готова поиметь прямо сейчас. Да, ты не даёшь мне поводов, и я за это благодарен. Но… Саид перебил Марка, положив ладонь ему на руку. — Марк, я тебя выбрал не только как своего Верхнего, но и как своего Доминанта. Мы же оба знаем, что это значит. К чему ревность? Марк мягко огладил смуглые пальцы. — Мне жаль, что я не могу дать тебе всё, чего ты достоин, Саид. Саид вздохнул. Хотелось дать Марку то, чего он достоин в этот момент, а именно хороший щелбан. — Марк, меня всё устраивает. — Пока, — еле слышно добавил Марк. Саид посмотрел осуждающе. — Слушай… Да, ты далеко не первый мой партнёр. И да, ты мой первый асексуальный партнёр. Но я совсем не такой ветреный и… эм, озабоченный, каким могу показаться. Мне хорошо с тобой, Марк. Так, как ни с кем ещё не было. Марк посмотрел виновато. В добрых голубых глазах плескалась горечь, и Саид совершенно не понимал, что ещё сказать, чтобы его убедить. — Хочешь, я буду носить твой ошейник? — Нет, — сразу же замотал головой Марк. — Извини, что начал эту тему. Я просто… Не хочу, чтобы были недомолвки, которые потом чёрт знает где вылезут. Саид сжал его руку. — Спасибо, что сказал, Марк.