Белые розы

Следующий день начался с прохладного утреннего тумана, окутывающего особняк Малфоев, словно призрачное покрывало. Воздух был сырой, прохладный, напоенный запахом влажного камня и старого дерева. Даже за плотными шторами Гермиона ощущала, как холод пробирается в её комнату, оставляя на коже невидимые следы. Она проснулась раньше обычного, хотя тяжесть в веках и ноющая усталость намекали, что сна как такового почти не было. Несколько минут она просто лежала, глядя в высокий, украшенный лепниной потолок. Сегодня ночью она решила отказаться от зелья. Просто ради эксперимента. Возможно, где-то в глубине души ей хотелось доказать себе, что она справится. Что сможет заснуть без помощи чар и зельеварения. Она ошиблась. Сны терзали её, словно когтистые тени. Она снова видела Гарри. Видела его лицо — перекошенное от боли, но полное бесстрашия. Она видела, как зелёная вспышка осветила его очки, как он падал, а тишина, наступившая после, была громче любого крика. Она металась в постели, то ли во сне, то ли наяву, пытаясь вытеснить эти образы. Когда она наконец выбралась из цепких оков полудрёмы, в комнате уже царил тусклый утренний свет. Тяжело вздохнув, Гермиона села на край кровати и посмотрела в окно. Небо было серым, низким, будто нависшим над особняком, и казалось, что даже сама природа здесь живёт в вечной меланхолии. Она заставила себя встать и принялась одеваться. Резкие, привычные движения — натянуть свитер, потом джинсы, и хоть как-то привести свои волосы впорядок. Каждый жест был автоматическим, словно часть механизма, который продолжал работать, даже если внутри давно всё сломано. Не успела она сделать последний штрих, как за дверью раздался приглушённый хлопок. Гермиона вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Через секунду дверь тихо приоткрылась, и на пороге показалась Винки. Домовушка выглядела странно — её уши слегка дрожали, а в больших глазах светилось беспокойство. — Мисс, завтрак в столовой, — пролепетала она, переминаясь с ноги на ногу. — Мистер Малфой ждёт вас там. Гермиона приподняла бровь — Винки всегда приносила ей поднос с едой прямо в комнату. Почему сегодня иначе? — Спасибо, Винки, — ответила она, скрывая удивление. Домовушка быстро кивнула и исчезла с тихим хлопком, оставляя после себя лишь лёгкий запах магии. Гермиона ещё раз посмотрела в окно, задержав взгляд на сером, унылом небе, а затем глубоко вдохнула. Гермиона попыталась подавить неприятное чувство, вызванное мыслью о предстоящей встрече. Вчерашняя тренировка оставила в её душе странный осадок. Слова Драко, его напряжённый взгляд и та комната, что заставила её пережить худший момент своей жизни… Всё это не давало ей покоя, не отпускало даже во сне. Драко… Его голос всё ещё звучал у неё в голове, отдавался эхом в мыслях. "А если не сможешь, я буду рядом." Признание? Обещание? Или же просто холодный расчёт? Эта фраза выбила её из равновесия, словно открыла новую грань его личности, которую она ещё не успела понять. Он был как сложная задача по древним рунам — с виду строгий, выверенный, но таящий в себе загадки, разгадать которые казалось невозможным. Что он скрывает? Чего боится? Почему порой в его глазах мелькает неуверенность, а голос становится мягче, когда он говорит с ней?

***

Спускаясь вниз, Гермиона услышала приглушённые голоса, доносившиеся из гостиной. Драко и Нарцисса. Они о чём-то спорили, но в их тоне не было злобы — только сдержанная напряжённость. Она остановилась перед дверью. Она не хотела подслушивать. Но слова сами собой проникали в её сознание. — Ты не можешь продолжать так, Драко, — голос Нарциссы был мягким, но в нём звучала настойчивость. — Я не желаю снова видеть, как ты возвращаешься израненным, истощённым. У тебя рука ещё не зажила, Драко. И всё ради того, чтобы поддерживать этот фарс? — У меня нет выбора, мать, — холодно ответил Драко. — Если я не буду играть эту роль, мы потеряем всё. — А что с ней? — Нарцисса замолчала на мгновение, прежде чем продолжить. — Ты рискуешь не только собой, но и ею. Гермиона Грейнджер… Она не должна быть частью этого хаоса. Гермиона почувствовала, как её сердце сжалось. — Она нужна для этого, — уверенно ответил Драко. — Она самая важная часть всего этого. И я её не брошу. Его голос прозвучал твёрже. — Ты ведь знаешь, я всегда довожу дела до конца. Наступила короткая пауза, затем голос Нарциссы стал мягче, теплее: — Знаю. Ты такой же, как твой отец в своём упрямстве. Но будь осторожен, Драко. Тишина. Гермиона почувствовала, как её дыхание стало чуть быстрее. Она услышала шаги, направлявшиеся к выходу, и поняла, что медлить нельзя. Она сделала глубокий вдох, прежде чем постучать в дверь и осторожно её открыть. В комнате было прохладно, и воздух пах чаем и чем-то цветочным — тонким ароматом духов Нарциссы. Гермиона шагнула внутрь и встретилась взглядом сначала с хозяйкой дома, затем с Драко. — Доброе утро, — произнесла она, стараясь говорить ровно. Нарцисса медленно обернулась, её светлые волосы блеснули в утреннем свете, пробивающемся через высокие окна. На её губах появилась лёгкая, едва уловимая улыбка — не снисходительная, не холодная, а скорее… приветливая. — Доброе утро, мисс Грейнджер, — её голос звучал мелодично, но в нём было нечто большее. — Надеюсь, вы хорошо спали? Гермиона на мгновение замешкалась. Она не ожидала такой теплоты. — Да, спасибо, — ответила она коротко, стараясь скрыть удивление. Драко ничего не сказал. Его серые глаза внимательно изучали её лицо. Затем его взгляд невольно скользнул ниже — на её одежду. Гермиона была в простых маггловских джинсах, немного выцветших от времени, и лёгком свитере. Что-то в этом виде заставило Драко задержаться на мгновение. Эти вещи так резко выделялись в строгой обстановке особняка Малфоев, среди старинных гобеленов и позолоченной мебели. Контраст бросался в глаза — почти символ того, что она была чужой здесь, и в то же время... почему-то выглядела так естественно. Он вдруг подумал, что никогда раньше не видел в этом доме ничего маггловского. Ни книг, ни предметов, ни одежды. Только Гермиону. — Я оставлю вас, — спокойно произнесла Нарцисса, обращаясь к сыну. Перед тем как уйти, она снова взглянула на Гермиону. В её глазах мелькнуло нечто неожиданное — тёплая, почти материнская забота. — Если вам что-то понадобится, мисс Грейнджер, не стесняйтесь обращаться, — сказала она, прежде чем выйти из комнаты. Её длинная тёмно-синяя мантия мягко скользнула по полу, и дверь за ней закрылась. Гермиона слегка улыбнулась и посмотрела на Драко. Теперь он лениво перелистывал страницы Ежеденевного пророка. Её взгляд скользнул к его плечу. Оно всё ещё было перевязано, но Малфой выглядел собранным. — Доброе утро.—тихо сказала она и опустилась на стул. —Доброе утро. — ответил Малфой, всё так же смотря на газету. Гермиона взяла чашку с чаем, но не стала пить, её мысли всё ещё крутились вокруг вчерашней тренировки и слов Драко. Она не могла понять, что именно его мотивирует. Он действовал словно человек, не имеющий выхода, но, несмотря на это, был полон решимости. Тишина между ними висела тяжело, пока, наконец, Драко не положил газету и не встретился с её взглядом. — Винки мне сообщила, что этой ночью ты не приняла зелье. Гермиона прочистила горло. — Да, я не приняла его.—сказала она, с дрожащей рукой добавляя в свой чай ложку сахара. Драко откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, его взгляд задержался на её лице дольше, чем следовало бы. В уголках глаз Гермионы залегли тени усталости, а пальцы слегка дрожали, когда она взялась за ложку и стала размешивать сахар в чае, будто это могло её отвлечь. Он видел, как напряжённо она прикусила губу, словно пыталась скрыть беспокойство. — Я понимаю, что ты хочешь проверить свои силы, но это не игра, Грейнджер, — его голос стал тише, но в нём всё ещё сквозило раздражение. Гермиона подняла на него взгляд, и Драко заметил в её глазах лёгкий вызов, но он не дал ей перебить себя. — Ты не в Хогвартсе, где всё можно исправить, — продолжил он, наклоняясь чуть ближе, чтобы подчеркнуть свои слова. — Здесь любая ошибка может стоить тебе слишком дорого. Ты и так не в лучшем состоянии. Своими глупыми решениями ты только ухудшаешь свою ситуацию. Гермиона сжала пальцы вокруг чашки, её карие глаза вспыхнули от возмущения. — Это не глупое решение, — резко ответила она, но в её голосе чувствовалась усталость. — Я просто хотела узнать, справлюсь ли сама. — Узнать? — Драко усмехнулся, но в его усмешке не было ни злобы, ни веселья. Он провёл рукой по волосам и нахмурился. — Грейнджер, ты не спала полночи. Ты выглядишь так, будто вот-вот свалишься без сил, и это после того, как вчера чуть не упала в обморок во время тренировки. Он говорил спокойно, но в каждом его слове звучала твёрдость, не оставляющая места возражениям. Гермиона почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она ненавидела это — когда он был прав. Она отвела взгляд, сделала вид, что её вдруг очень заинтересовала чашка с чаем. Драко тяжело вздохнул. — Зелье не делает тебя слабой, — сказал он, его голос смягчился, но остался серьёзным. — Оно помогает тебе держаться. А тебе сейчас нужна помощь, даже если ты не хочешь в этом признаться. Гермиона сжала губы. Она ненавидела зависеть от чего-то, от кого-то. Ненавидела чувство беспомощности, которое слишком хорошо помнила с момента, как оказалась здесь, в плену, под присмотром Малфоя. Но он не знал, что самое страшное — это не бессонница. Самое страшное — видеть во снах то, от чего невозможно проснуться. Гермиона уже открыла рот, чтобы возразить и сказать своё мнение, как её прервал хлопок. В комнате появилась Винки, неся в руках небольшой свёрнутый конверт. Её огромные глаза нервно метались, будто она боялась, что несёт дурные вести. Она осторожно протянула Драко небольшой, плотно запечатанный конверт, который выглядел необычно официальным — тонкий пергамент, тёмная восковая печать с едва заметным гербом. Драко, нахмурившись, взял письмо, и в тот же момент Винки исчезла, не произнеся ни слова. Его пальцы задержались на печати, и Гермиона заметила, как напряжённо он сжал её, прежде чем сломать. Он развернул письмо, его серые глаза быстро пробежались по строкам, и с каждой секундой его выражение становилось всё более сосредоточенным, а затем и мрачным. Гермиона наблюдала за ним, её пальцы сжимали чашку так крепко, что побелели костяшки. — Что там? Что написано? — Гермиона начала покусывать свои губы, с интересом смотря на записку в его руках. Он не сразу ответил, пока не дочитал письмо до конца. Его брови были сведены, губы сжаты в тонкую линию, а взгляд холоден и отчуждён. Он перечитал письмо ещё раз, чтобы не пропустить ни слова, а затем медленно поднял голову. — Это от Амикуса Карроу. Он сообщает, что на юге происходит что-то странное...— он сделал паузу. — Волдеморт приказал пожирателям проверить некую маггловскую пару в Лондоне. Гермиона чувстовала как кровь стыла в её жилах. — Лондон? — переспросила она. — Да, в районе, который называется Кенсингтон. Они подозревают, что магглорожденная ведьма скрывается у своих родителей. В тот же миг Гермиона почувствовала, как воздух в лёгких превратился в лёд. Она напряглась, её губы беззвучно разомкнулись, а пальцы дрогнули, с силой вцепившись в край стола. — Кенсингтон...— прошептала она. Драко, всё ещё держа в руках записку, прислонился к спинке стула и с некоторым недоверием взглянул на Гермиону. — Это что-то значит для тебя? — спросил он, голос его был ровным, но в нём сквозила острая настороженность. — Это...это мой район...мои родители живут там... — её голос звучал почти сдавленно, и Драко заметил, как она едва сдерживает слёзы. — Малфой, если они доберуться до них, они их убьют... Драко почувствовал, как его лицо помрачнело. Он сжал в руках письмо, внимательно глядя на неё. Теперь он понял, почему она так резко отреагировала. Пожиратели вторглись в тот район, где жили её родители. Он не знал об этом раньше, но эта информация теперь имела для него какое-то особое значение... Гермиона сжала руки в кулаки и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. Всё её тело было напряжено, а мысли — разбросаны, как осколки. Она не могла просто сидеть и ждать. Она не могла позволить своим родителям оказаться в опасности, тем более в такой момент. — Ты уверена, что они всё ещё там? — Я стёрла им память...— ответила Гермиона — они думают, что их зовут Вендл и Моника Уилкинс, и собирались переехать в Австралию. Но они могли ещё не успеть... — Значит, они могут быть на месте.— произнёс он с ноткой раздражения. — Великолепно... Гермиона никогда не думала, что этот момент настанет. Что она будет сидеть перед Драко Малфоем — тем, кто ещё несколько лет назад презирал её, унижал, называл грязнокровкой — и молить его о помощи. Её горло сжимало так, что казалось, будто слова просто не смогут сорваться с губ. Но они должны. Ради них. Ради родителей, которые даже не помнят, кто она такая. — Малфой, — её голос дрожал, хрипел от сдерживаемых эмоций, но она не могла позволить себе сломаться. Он поднял голову, посмотрел на неё внимательно, без обычного высокомерия. Это сделало всё только хуже. — Я прошу тебя… — Она сглотнула ком в горле, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Её руки сжались в кулаки, ногти впились в кожу, но это не помогло справиться с отчаянием. — Нужно переместить моих родителей… Малфой, их нужно увезти в безопасное место. В Австралию. Голос сорвался. Она вытерла слёзы тыльной стороной ладони, но они текли дальше. Никогда, ни перед кем, она не позволяла себе такой слабости. Но сейчас… сейчас у неё просто не было выбора. Она не знала, кому ещё можно доверять. Враги повсюду. Орден разбит. Выжившие — в бегах. Она в плену. Видит, общается лишь с Малфоями. И во всём этом хаосе, она чувствует себя безопасно только с Малфоями. Ей не хотелось и думать о том, что с ней стало бы, если бы она попала в плен к другим пожирателям. Да и Малфой, каким бы он ни был, имел ресурсы, имел связи, имел возможность сделать это. И, самое главное, он был здесь. — Пожалуйста… — сорвалось с её губ шёпотом. Гермиона с трудом заставила себя встретиться с его взглядом. Он был холодным, непроницаемым. Она не могла прочитать, что у него на уме. Примет ли он это как её слабость? Увидит ли в этом возможность манипулировать ей? Но у неё не было времени на гордость. Только на надежду. — Ты понимаешь, что просишь? — он поднял на неё холодный взгляд.— Если я вмешаюсь, это привлечёт внимание. Волдеморт задаст вопросы. — Драко, — её голос дрожал, — я не могу не думать о своих родителях. Они ни в чём не виноваты. Это мои родители. Если кто-то из ваших узнает, что они связаны со мной, то их убьют... Драко посмотрел на неё внимательно, словно оценивая. Драко...она назвала его по имени, а не по фамилии, как обычно. — Ты хочешь, чтобы я что-то сделал? — Да, — Гермиона выдохнула. — Пожалуйста, помоги мне перевезти их в Австралию. Это их единственный шанс. Драко скрестил руки на груди, его взгляд стал холоднее. — Это сложно, Грейнджер. Если я это сделаю, я рискую всем. Но ты это знаешь, не так ли? — Я знаю, — быстро сказала она. — Но… я прошу тебя не ради себя, а ради них. Он молчал несколько долгих секунд, затем кивнул. — Ладно. Я поговорю с Карроу. Он должен знать, кто сейчас нацелен на магглов. Если их дом под угрозой, мы что-то придумаем...Сначала нужно выяснить, действительно ли это они. У Каррой могут быть ложные сведения,— произнёс он, обдумывая что-то. — Если это так, я попробую их вытащить. — Как? — спросила Гермиона, не скрывая волнения. — Есть один человек, который может помочь. Но мне понадобится время, чтобы всё устроить — бросил он. Гермиона слегка улыбнулась сквозь слёзы, которые всё ещё катились по её щекам. Он медленно встала и аккуратно обняла Малфоя. Её плечи продолжали сотрясаться. Горячие слёзы всё ещё текли по её щекам. — Спасибо, — прошептала Гермиона, её голос был почти неслышным. Драко ничего не ответил. Только молча опустил руки на её плечи. Он ждал, пока она успокоится. Гермиона чувствовала себя маленькой девочкой. В объятиях Драко в особенности. Он был намного выше неё. Она закрыла глаза. Чёрт, что она делает?...но она чувствовала себя в безопасности...прямо сейчас, в его объятях, как будто её обнимал не Малфой, а Гарри или Рон...но нет...всё же она обнимала Малфоя. Сейчас она видела своё спасение только в нём. Он согласился спасти ее родителей, рискуя собственной жизнью... Через несколько секунд она всё же отстранилась, глянув в его глаза. Он молча смотрел на неё. Не понятна была его реакция...Гермиона не понимала, что? О чём он думает? Он забрал письмо со стола. — Ешь. Нам предстоит тренировка, и я не собираюсь терпеть тебя голодной и раздражённой. — после этих слов, он ушёл, оставив её одну с её тревожными мыслями.

***

Драко вышел из комнаты, оставив Гермиону в полном замешательстве. Он знал, что ситуация с родителями Гермионы была срочной, но ему нужно было действовать осторожно. Эдвард Кросс — его единственная надежда, и если кто-то мог помочь, то это был именно он. Эдвард Кросс был экспертом по магловским вопросам и, несмотря на свою нейтральную позицию, мог бы помочь организовать безопасное перемещение людей через магические порталы, тщательно скрывая их следы. Он также был в курсе самых последних изменений в маггловской и магической политике, мог предупредить о возможных ловушках или подставах, которые могли бы возникнуть при побеге. Он был связан с несколькими важными личностями в Министерстве магии и маггловском правительстве, и Драко надеялся, что с его помощью можно будет создать фальшивые документы для родителей Гермионы, чтобы они могли "выбежать" и начать новую жизнь в Австралии. Кросс также знал, как спрятать следы и скрыть их от всех, кто мог бы подозревать их отъезд. Но, как всегда, помощь от таких людей не бывает бесплатной. Да и сам Кросс был не тем, кто просто так вмешивался в дела других, не получив чего-то взамен. Помощь Эдварда была сопряжена с рисками. Его цена была высокой: Драко должен был выполнить несколько задач для Эдварда, и эти задачи не всегда имели чисто благородные цели. В тот момент, когда Драко забрал письмо от Карроу и ушёл, его план был прост — найти Кросса и заключить с ним сделку. Он не знал, как долго продержится его репутация среди Пожирателей Смерти, но рисковать было необходимо. Он понимал, что если Карроу узнает о его действии, последствия могут быть катастрофическими.

***

Драко вытащил из кармана небольшой свёрнутый лист бумаги, на котором был написан адрес — тот, который он получил от Кросса. Письмо не содержало ни фамилии, ни даже имени этого человека. Точно так же, как и сам адрес, который был скрыт от глаз обычного магического населения. Для остальных этот дом не существовал, а его владельца считали мифом. Однако Драко знал, что Кросс — один из тех, с кем нельзя шутить. Он мог работать с людьми с самыми темными намерениями, но при этом всегда оставался на шаг впереди. Он был надежным, но ценил это в себе и в других. Процесс поиска Кросса был делом не одного дня. Драко настолько спешил и углубился в этот проесс, что они с Гермионой пропустили несколько дней тренировок. Она тренировалась одна, пока Малфой искал, как связаться с Кроссом и как можно скорее. Драко скрылся в тени и несколько раз встречался с теми, кто знал, где он прячется. Он использовал старую сеть знакомств, чтобы договориться о встрече и передаче сведений. Это было опасно, но выбора не было. Никто в мире магии не знал точно, что из себя представляет Кросс, и именно это делало его особенно опасным. Он был мастером манипуляций и торговли, всегда работал только через посредников. Люди, которые могли бы выдать его, исчезали в мгновение ока. После нескольких дней поисков, Драко получил сведения о месте, где он мог встретиться с этим человеком. Дом находился в самом отдалённом районе Лондона, скрытом от глаз обычных волшебников. Усадьба была построена на краю древнего леса, окружённого магическими защитами. Показав свои личные знаки доверия, Драко смог пройти внутрь, скрытый чарами, которые позволяли ему оставаться незамеченным. Когда он зашёл в дом, атмосфера была напряжённой и мрачной. Стены были обвиты паутиной, а полы покрыты слоем старого пыли. В доме стоял запах старинных книг, который немного напоминал аромат греющих каминов, но также ощущалась тяжесть, как будто здесь обитали не только люди, но и скрытые сущности. В одной из комнат, в кресле возле камина, сидел сам Кросс. Он был одет в строгий костюм, но его глаза скрывали за собой нечто опасное. Его лицо было бледным и уставшим, словно он не спал несколько дней подряд. Он казался старым, но в его взгляде было нечто острое, что делало его моложе и живее. Драко подошёл к нему, не произнося ни слова, и остановился на несколько шагов. — Малфой, — произнёс Кросс, не поднимая взгляда. — Я ожидал тебя. Подходи, не стесняйся. Драко остался стоять на месте, не доверяя ни его тону, ни манере общения. Кросс был известен тем, что всегда давал своим клиентам чувство, будто они находятся в полной зависимости от него. — У меня есть дело, и оно срочное, — коротко сказал Драко, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. В голове он уже прокручивал возможные сценарии их разговора, зная, что всё это может закончиться плохо для него, если он ошибётся. Кросс наконец поднял голову и взглянул на него с лёгким, почти незаметным интересом. — Что ж, расскажи, Малфой, что ты хочешь? Я не люблю тратить время, — сказал он с насмешкой в голосе, его губы слегка изогнулись в ухмылке. Драко присел напротив него, опуская взгляд на стол, усыпанный старинными бумагами и документами. Он сказал: — Я знаю, что несколько Пожирателей Смерти собираются совершить нападение на магглов. Среди них есть те, кто работал на меня, когда я был в рядах их армии. Мне нужно переместить пару магглов в безопасное место. Ты знаешь, как это сделать, и я готов заплатить за помощь. Кросс хмыкнул, разглядывая его. — Ты ведь понимаешь, Малфой, что моя помощь — это не просто банальная услуга. Ты должен будешь выполнить кое-что для меня, если я буду тебе помогать, — сказал он, как будто сам разговор уже был частью сделки. Драко невольно напрягся. Он знал, что Кросс никогда не предоставит услуги без собственной выгоды, и чем дороже задача, тем выше цена. Но выбора у него не было. — Что ты хочешь? — спросил он, хотя прекрасно осознавал, что всё это может оказаться невыносимо дорогим для него. Кросс откинулся в кресле и посмотрел на него с оценивающим взглядом. — Могу предложить тебе несколько дел, которые могут тебе понравиться, Малфой, — сказал он с тонкой улыбкой. — Мне нужно, чтобы ты помог мне с поставкой редких артефактов для магглов. Я не думаю, что ты откажешься, если цена будет правильной. Драко сдержал возмущение. Всё это было рискованно, и он понимал, что это может привести к ещё большему ущербу. Но с другой стороны, помочь Гермионе, спасти её семью, а также закрыть эту задачу — всё это было важнее, чем его собственные сомнения. Он понимал, что если не согласится, их безопасность окажется под угрозой. — Ты получишь, что хочешь, Кросс. Но я хочу, чтобы ты не откладывал перемещение магглов. Мы действуем быстро, и ты обеспечишь их безопасность. — Хорошо, Малфой, договорились. Но помни, если ты захочешь вернуться сюда с просьбой о помощи снова, я буду ждать, что ты мне это вернёшь. Драко кивнул, понимая, что это начало новой, опасной игры. Он оставил усадьбу и вернулся обратно в Мэнор, заранее зная, что дальнейшие шаги должны быть быстрыми. Всё было в его руках, жизнь её родителей...она была в её руках.

***

Дни тянулись за днями, медленно, как мрак, который ползет по земле. Гермиона сидела в тени старого кресла в углу маленькой комнаты. Её глаза были усталые, а руки бессильно лежали на коленях, но в них всё ещё горел огонь — желание спасти своих родителей, желание быть уверенной, что не она, но хотя бы Драко сможет сделать что-то, чтобы это всё не было напрасно. Драко ушёл несколько часов назад, снова погрузившись в поиски Кросса, и Гермиона оставалась одна, как она часто бывала в эти дни. Он предупреждал её не выходить, не привлекать лишнего внимания, и она послушно оставалась. Но она не могла сидеть спокойно. Каждый момент был пропитан напряжением, будто стены вокруг неё сжимались, а воздух становился всё более вязким. Думая о том, что может случиться, если её родители попадут в руки Пожирателей Смерти, Гермиона пыталась не терять рассудок. Каждое слово, сказанное Драко, каждый взгляд, что он посылал ей, был для неё как шаг в темноту. Несмотря на то, что он помогал, несмотря на то, что он рисковал собой, она не могла забыть, что именно Пожиратели Смерти были теми, кто увёз её из Хогвартса, кто держал её в плену, кто был причиной этой всей ужасной ситуации. Её мысли вновь унеслись к родителям, к их безопасному дому в Кенсингтоне. Как только она узнала, что Пожиратели Смерти направляются туда, её мир рухнул. Память о том, как она стёрла их воспоминания, как они готовились уехать, не покидала её. Она ощущала, как её сердце болезненно сжимается от страха, что всё это было напрасно, что они не успели уйти вовремя. Время шло, а тревога лишь усиливалась. Гермиона не могла сидеть, не могла оставаться в одиночестве. Она снова и снова проверяла заклинания, которые она выучила, тренируя свои навыки. Окклюменция, магия защиты — её единственная опора в этот момент. Но чем больше она тренировалась, тем больше ощущала, что не может быть уверенной в безопасности, даже когда её мысли скрыты. Она могла бы успокоиться, если бы знала, что её родители в безопасности. Но они были так близко и в то же время так далеко, как никогда. Вечером, когда Гермиона снова устроилась в кресле с очередной книгой, стараясь унять тревогу, дверь комнаты открылась, и в неё вошёл Драко. Он выглядел усталым, но его глаза всё ещё сохраняли ту решимость, которая заставляла её верить в его помощь. В руках он держал несколько листов бумаги, которые, по всей видимости, были связанными с его поисками. — Кросс согласился помочь, — сказал он, опускаясь на стул напротив неё. Его голос был спокоен, но Гермиона почувствовала, что за этим спокойствием скрываются напряжённые мысли. Гермиона быстро положила книгу и подняла взгляд. — А кто он? Ты уверен, что он надежен? Драко кивнул, его взгляд был твёрдым. — Я не знаю, насколько ему можно доверять, но он лучшее, что у нас есть. Он знает, как обойти внимание Волдеморта и Пожирателей Смерти, если они начнут искать твоих родителей. Мы должны работать быстро, если мы не хотим, чтобы их нашли раньше. Гермиона почувствовала, как тяжёлый груз тревоги на её плечах немного ослаб. Но это был лишь временный момент облегчения. — Как вы это сделаете? — спросила она, пытаясь собраться с мыслями. Драко помолчал, его лицо снова приняло строгий вид. — Мы переместим их в безопасное место, но Кросс работает с ограничениями. Это будет не просто. Я не могу гарантировать, что все пройдет идеально, но это единственный шанс. Гермиона кивнула, ощущая, как сердце её всё равно не перестаёт биться в напряжении. — Мы сможем их спасти, — сказала она почти шёпотом, и хотя её слова звучали уверенно, в её душе было что-то, что заставляло сомневаться. Но он хотел довериться Малфою. Сейчас ей больше некому было довериться. Драко встал и подошёл к окну, глядя в ночь. В его движениях было нечто насторожённое, как будто он не мог забыть, что его действия сейчас могут повлиять не только на его собственную жизнь, но и на судьбу Гермионы и её родителей. — Мы сделаем всё, чтобы они были в безопасности, — произнёс он, не оборачиваясь. Гермиона снова почувствовала, как её тревога нарастает. Вся эта ситуация была словно туман, в котором они оба пытались найти выход. И хотя она верила в Драко, она также знала, что их положение было крайне опасным. — Ты уверен, что всё будет хорошо? — спросила она, когда молчание стало слишком долгим. Драко повернулся, и её взгляд встретил его серьёзные глаза. — Нет, я не уверен. Но я сделаю всё возможное, чтобы ты могла увидеть своих родителей в безопасности. И в этот момент Гермиона осознала, что на самом деле её мир был в руках этого человека, с которым она всё ещё не могла понять, что именно их связывает. Но хотя она и не знала всех его мотивов, ей казалось, что в этом темном мире, полном опасностей и предательства, у неё был шанс. И этот шанс был рядом. Драко в этот момент выглядел совершенно иначе, чем тот человек, с которым она когда-то воевала в Хогвартсе. Его лицо было усталым, но уверенным. Его руки, ранее полные жестокости и холодной силы, сейчас были полны решимости, но и уязвимости. Он не был идеален — никто не был. Но он был здесь, рядом, и помогал ей, несмотря на всё, что стояло между ними. Она снова открыла рот, чтобы что-то сказать, но не могла найти нужных слов. Она не могла подобрать нужнвх слов, чтобы поблагодарить ему. Что-то было в воздухе, в этой комнате, что было важнее всяких слов. Она подняла глаза, встретив его взгляд. И в этом взгляде была вся его боль и решимость, всё, что он пережил, и всё, что он теперь пытался для неё сделать. Сейчас она смотрел в его глаза. Именно в его. Он не скрывал свои эмоции акклюменцией. Сейчас его глаза не были пустыми, какими она привыкла их видеть. Он снял саою маску перед ней. Он тоже молчал, как будто ждал, чтобы она сказала что-то. Но её молчание, казалось, было настолько глубоко, что оно говорило всё. Тогда, не думая, он сделал шаг вперёд, и их глаза встретились на долю секунды, прежде чем он осторожно наклонился к ней. Гермиона не успела среагировать, не успела отстраниться или закрыться от этого момента. И в этот момент она поняла: они оба были частью чего-то гораздо большего, чем просто их страхи, их боли, их разногласия. Его губы коснулись её, мягко, сдержанно, как будто проверяя её реакцию. И всё остальное исчезло. Время замерло, а мир вокруг них перестал существовать. Она почувствовала, как его рука осторожно коснулась её щеки, будто пытаясь передать все те слова, которые они не могли произнести. Гермиона замерла, не веря, что всё это происходит. Но, несмотря на её удивление, её тело ответило на его прикосновение, и она не отстранилась, не сделала шаг назад. Вместо этого она почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, а всё её тело тянется к нему. Ответ был в том, что они оба искали — простое, но мощное признание того, что они не одни. Они оба в одной лодке. Они оба сломанны. Никто им не поможет. Они вдвоём на этой лодке. Они должны помочь друг другу для спасения. Сейчас каждый из них нашёл своё утешение в этом поцелуе. Как будто всё то, что накапливалось за войну, они могли передать и рассказать друг другу через этот поцелуй. Когда поцелуй закончился, Драко отстранился на шаг, но его взгляд остался с ней. Он не сказал ничего. Он просто ждал её реакции. Гермиона смотрела на него, её мысли были сбиты с толку, но в её глазах было что-то новое. Она не могла сразу понять, что произошло, но она знала одно — всё это было необходимо, чтобы они могли идти вперёд, несмотря на их страхи, несмотря на их историю. И сейчас, в этот момент, они не были врагами. Они были чем-то большим., другими...всё изменилось. Онинуждались в друг друге, как и в этом поцелуе. — Драко... — её голос был тихим, но в нём уже не было той отчаянной тревоги, которая терзала её до этого. — Спасибо. Её слова звучали как признание, но она не могла найти других. Она не знала, что будет дальше, но в этот момент она была готова поверить, что они могут справиться с этим вместе. Драко молча кивнул, и их молчание стало их собственным обещанием.