Бремя королей

Они явились, когда Зонтику было пять. Тогда небо разлилось кроваво-красным, город охватило пламя, а из темноты появились они — монстры, сотканные из самой тьмы. Они скалили зубы, передвигались на четырёх лапах, их шерсть была чёрной, как ночь, жёсткой и походила на иглы. Они были похожи на волков, но не умирали ни от меча, ни от пламени. Они отняли у него всё и ушли, сохранив ему жизнь. Когда Зонтику было пять, его родной город уничтожили, сожгли дотла и развеяли пепел по ветру. В живых остался только он. От его друзей, от его родителей не осталось ничего. Несколько дней он просто бродил среди сожжённых домов и обугленных деревьев, не зная, куда идти и что делать. Может быть, он бы умер в конце концов — от голода, от обморожения или от их зубов и когтей, если бы они решили вернуться. Может быть, его бы не было сейчас в живых, если бы его не нашёл старый король Треф, когда объезжал со свитой свои владения. Король взял его под своё крыло. Может быть, только это его и спасло.

***

— Куромаку, а когда ты станешь королём? — спросил Зонтик, глядя в пасмурное небо над королевством. Оно стало таким, когда явились монстры. Всё время серое, затянутое тучами, несущее дождь или снег, или грозу. Но Зонтик полюбил и это серое небо и эту капризную погоду. — Когда отец передаст мне правление, — ответил ему принц. Они лежали на траве, касаясь друг друга плечами, и им за это наверняка потом попадёт. Потому что юные принцы не должны валяться в траве, пачкая дорогую одежду. — А когда это будет? — не унимался Зонтик. Куромаку вздохнул. — Когда я буду готов, наверное. Почему тебе это так интересно? Зонтик повернул голову, вгляделся в острый профиль Куромаку и ответил, улыбаясь: — Потому что ты будешь хорошим королём.

***

— Как всё прошло? — Зонтик сидел на кровати в комнате Куромаку и наблюдал за тем, как принц беспокойно ходит из угла в угол. Недавно Куромаку исполнилось шестнадцать, и король впервые взял его с собой на ежегодный съезд правителей. Зонтика не взяли, потому что ему было только четырнадцать. «Ещё рано, — сказал ему король, — успеешь». Куромаку остановился и посмотрел на него. Развёл руками. И сказал: — Нормально. Все обсуждали императора Пик. — А что с ним? — Он не явился на съезд. Хотя они сказали, что этого стоило ожидать от такого юного правителя. Представляешь, его родителей несколько месяцев назад убили монстры и он стал императором вместо своего отца. Он мой ровесник, Зонт. Он стал императором в шестнадцать. Мне страшно представить, что он за человек. — Так, значит, империя Пик не явилась на съезд? Они не думают, что могут подорвать отношения с остальными таким образом? Никто никогда не пропускает ежегодный съезд. — Думают. Поэтому явился брат императора. — И какой он? — Заносчивый. Типичный принц. Твой ровесник, кстати. Он не сказал, почему император Пик не явился лично. Думаю, никто в империи просто не знает, где он сейчас. Куромаку рассказал ему ещё многое о том, что было на съезде, но Зонтик его почти не слушал. «Император Пик, — думал он, — Император в шестнадцать лет». Безумие.

***

В королевстве Треф был большой праздник — принцу Куромаку исполнилось восемнадцать. Все ждали, затаив дыхание, объявит ли король о передачи власти. Но он сказал, что Куромаку пока не готов и что ему ещё предстоит многому научиться. Зонтик был с ним согласен: как бы ни был умён Куромаку, ему пока не доставало мудрости его отца. Сам Куромаку, казалось, тоже это понимал. Глубокой ночью, когда закончились и официальная часть, и большой банкет, Зонтик и Куромаку стащили из королевской коллекции две бутылки вина и спрятались ото всех в спальне принца. На исходе второй бутылки у Зонтика шумело в голове. Хотелось смеяться и танцевать. Они сидели на полу, привалившись спинами к кровати, очки Куромаку лежали на прикроватном столике, а голова — на плече Зонтика. — Знаешь, — пробормотал Куромаку не слишком разборчиво, — однажды, когда я стану сильнее и умнее, чем сейчас, я стану королём. Зонтик хихикнул. — Ну да, в этом… план. Куромаку сурово шикнул на него: — Не перебивай. Я хочу сказать, что, когда я стану королём, я буду править. И ты будешь править вместе со мной. Потому что ты мой брат. — Конечно. — Ты мой брат, — настойчиво повторил Куромаку. — По крови или нет, но ты моя семья. Запомни это. У Зонтика поплыло в голове. Он пьяно улыбнулся и прошептал: — Я запомнил. — И никогда не забывай. — Не забуду. — Обещай! — Обещаю.

***

Куромаку было двадцать, когда умер его отец. Не от когтей монстра, не от вражеского меча, не от клинка предателя. От болезни. Болезнь забрала у них короля. Никто этого не ожидал, никто не был к этому готов. Они не верили в смерть короля, когда лекарь сказал, что его сердце остановилось. Они не верили, когда его тело стало остывать. Они не верили, когда разгорелся погребальный костёр. Они поверили только тогда, когда Куромаку поднял голову, увенчанную короной. Они поверили и закричали: — Да здравствует король! Зонтик закричал вместе со всеми, хотя голос его звучал глухо и жалко, а лицо было мокрым от слёз. Он верил в него. Он всегда верил в то, что Куромаку станет достойным королём.

***

Король смотрел в окно на серое небо, на голубые крыши домов, на охваченный трауром город. Когда-то давно Зонтик услышал, что горе старит, теперь же он видел это своими глазами. Шёл третий день после похорон прежнего короля, а Куромаку, казалось, пережил за это время несколько лет. Его плечи были напряжены, спина, казалось, готова была сломаться под грузом рухнувшей на его плечи ответственности, а серые глаза за стёклами очков поблёкли. В нём что-то надломилось и надлом этот был с краями острыми, как клинки, и ранил других. — Ты помнишь, что я тебе сказал, когда мне исполнилось восемнадцать? — спросил Куромаку, не отрывая взгляда от окна. — Что мы семья? — осторожно предположил Зонтик. Его голос предательски дрожал. Куромаку бросил на него быстрый взгляд и снова уставился в окно. — Да. Мы семья. Что бы ни случилось. — Куро… — Зонтику казалось, что он вот-вот заплачет. Куромаку заткнул его взмахом ладони. Шагнул к Зонтику. Его серые, как сталь меча, глаза смотрели в блестящие от непролитых слёз глаза напротив. Он сказал: — Поэтому я хочу, чтобы ты уехал. Мир покачнулся, вдох застрял в груди. — Ч-что? — Ты уедешь отсюда, из королевства Треф. Здесь небезопасно, они могут напасть в любой момент, а я буду слишком занят делами королевства, чтобы спасти тебя. — Куро, нет, пожалуйста… — Я сказал! — Куромаку вдруг крикнул, его грудь тяжело вздымалась, но, в конце концов, он снова заговорил спокойно: — Ты не можешь снова с ними столкнуться, это разрушит тебя, и мы оба это знаем. Ты должен уйти туда, где они до тебя не доберутся и где тебя будет кому защитить. Зонтик опустил голову и медленно покачал ей из стороны в сторону. Это неправильно. Это несправедливо! Он сдержал жалкий, недостойный всхлип и спросил, не поднимая глаз: — И куда я уеду? — В империю Пик. — Почему туда? — Потому что император попросил твоей руки. Вскинув голову, Зонтик уставился на Куромаку. Он ведь не шутил? Глаза напротив смотрели на него печально и бесконечно устало. Нет. Не шутил. Куромаку повторил, как будто это могло сделать прозвучавшие слова реальнее: — Император Пик связался со мной и попросил твоей руки. — Но почему?.. И тогда Куромаку сказал ему то, чего не говорил ни разу за те тринадцать лет, что они знали друг друга. Куромаку сказал: — Я не знаю.