Бремя королей

Вару никогда не понимал, что творится в голове у брата. Понять ход его мыслей — задача если и выполнимая, то очень сложная. Нет, Вару, конечно, за много лет уже привык и старался не удивляться очередной императорской выходке, но к тому, что однажды Пик вернется со съезда правителей и скажет: «Я сделал предложение принцу Треф», подготовиться было невозможно. — Что? — Вару моргнул. Пик, еще даже дорожный плащ с себя не снявший, закатил глаза. И все-таки эта привычка у них семейная. Осталась как вечное, болезненное напоминание об императрице-матери. — Я сделал предложение принцу Треф. — Повторил Пик (Как будто Вару с первого раза не услышал!) — Младший брат короля Куромаку, Голубой Зонт, не слышал о таком? Понятнее не стало ни на секунду. Вару даже растерялся, не зная, что спросить первым: какого черта происходит или в какой момент Пик окончательно сошел с ума. — Но… — наконец подобрал он слова. — С каких пор ты вообще интересуешься мужчинами? Пик небрежно пожал плечами и наконец стянул с себя пыльный, весь в каких-то темных пятнах плащ. — С довольно давних. Просто не считал нужным рассказывать об этом тебе. Его (чертово) Императорское Величество сказало это так легко и непринужденно, что Вару захотелось врезать по его царственному лицу. Вару выдохнул, сжав челюсти. — Ты не можешь вдруг прийти и сказать, что женишься! На чертовом принце Треф! О чем ты вообще думаешь, Пик?! Накинув плащ на согнутую в локте руку, Пик посмотрел на него, сверкнув стальным «императорским» взглядом. — Об империи, Вару. — Пик шагнул к нему. — Я думаю об империи. Мне что, нужно объяснять тебе, для чего заключаются политические браки? Не строй из себя дурака, ты и сам все понимаешь. Вару оскалился, чувствуя, как вскипает кровь от обиды и гнева. — Нет, не понимаю! Я тебя вообще не понимаю, Пик! И знаешь, почему? Потому что я тебя почти не вижу! Ты все время где угодно, только не здесь, не во дворце и не со мной! Пик вздохнул, его лицо застыло в бесстрастном выражении. Вару видел, что он сдерживается, и искренне ненавидел это. Прежний Пик никогда не сдерживался, кричал на каждого, кто хоть на полтона повышал на него голос. А что теперь? Сжимает руки в кулаки, скрипит зубами и холодно смотрит. Вару перестал узнавать его давно — еще со дня смерти родителей, — но сейчас это вдруг стало особенно заметно. — Я не могу быть везде, — проговорил Пик медленно, каждое его слово звучало как камень, брошенный на пол — глухо, но отчетливо. — Не могу разорваться надвое и быть одновременно и с тобой, и с войском. Не будь эгоистом. Ярость захлестнула Вару, и он резко взмахнул рукой. — По-твоему, это я эгоист?! Ну извини, что я хочу видеть тебя чаще, чем раз в год, и знать, что ты жив! Глаза брата засверкали от гнева, и Вару даже обрадовался: вот он, настоящий, прежний Пик! Но вот он медленно, тяжело выдыхает, искры во взгляде гаснут, Пик делает шаг назад, отстраняясь физически и не только. — Вару, — говорит он спокойно, и от этого спокойствия мурашки бегут по спине. — Не веди себя, как ребенок. На нас обоих многое сейчас возложено и нам обоим тяжело с этим справиться. Я понимаю, что тебе здесь одиноко и что ты беспокоишься обо мне, но пока, сейчас, я ничего не могу с этим сделать. Я нужен всем. Всей империи, а не только тебе. Вару оскалился: — И поэтому ты решил еще и супругом обзавестись? Чтобы еще одного человека привязать к себе, а потом бросить?! — Я никого еще ни разу не бросил. Ни тебя, ни наших людей. И принца Треф «бросать» тоже не стану. У меня есть причины заключать этот брак, весомые причины, Вару. Сейчас я не могу рассказать тебе обо всем, но, когда придет время, ты узнаешь первым, обещаю. Его слова, однако, Вару не тронули. — Я больше не верю твоим обещаниям, Пик. Когда не стало отца и матери, ты обещал, что не оставишь меня. И что же ты сделал сразу после своего обещания? Я скажу, что — ты бросил меня и сбежал из империи, поджав хвост! Я год не знал, где ты и жив ли ты вообще! Во взгляде Пика — опасный, искрящийся холод. Такой, что кто-то более чувствительный мог бы умереть от обморожения, стоило только посмотреть в эти ледяные глаза. Вот только Вару — не «кто-то», и знает эти глаза с рождения. Вару строгие взгляды Пика не трогают уже много лет. — У меня были причины так поступать, — сказал Пик. — И ты об этом прекрасно знаешь. — Какие причины?! — Вару чувствовал, что начинает срываться. — Месть? О, брат, не делай вид, что это нужно было кому-то, кроме тебя! Ты свою душу хотел успокоить, а на других тебе, — что тогда, что сейчас, — наплевать! Пик, казалось, был все ближе к точке кипения. Он цедил слова сквозь стиснутые зубы: — Если бы мне действительно было плевать, я бы не возвращался. Я каждый раз ухожу из дворца не потому, что хочу этого, а потому, что кто-то должен руководить армией и защищать империю. Я забочусь о тебе, Вару, и хочу, чтобы ты жил в государстве, над которым не нависает опасность. Вару — зная, что стоило бы промолчать, понимая, что Пик, в общем-то, прав, — крикнул: — Не нужна мне твоя забота, Пик! Я давно не ребенок, и меня не нужно ни от чего защищать! И тогда Пик наконец сорвался: — Тогда не веди себя, как ребенок! Мне осточертели уже твои капризы! Подумай хоть на секунду о ком-то, кроме себя! Вару вспылил, взмахнул руками и ушел, не забыв хлопнуть дверью. Может, это и по-детски, может, и недостойно статуса принца, но ему было все равно. Он был зол и обижен: не видеть брата больше месяца, чтобы в первый же вечер после его возвращения услышать обвинения в эгоизме! Просто потрясающе! В тот вечер, как и во множество других, они так ни к чему и не пришли. Все громкие, неосторожные слова так и остались висеть в воздухе, а конфликт никуда не делся. Тем не менее, Вару, наступив на горло своей гордости, согласился съездить в королевство Треф на встречу с новым королем и его младшим братом — будущим супругом Пика.

***

Сидя в экипаже и направляясь в королевство Треф, Вару размышлял о том, что вся эта история с женитьбой ему, мягко говоря, не нравилась. Трефы в целом не вызывали у него доверия, а королевское семейство — особенно. Поэтому в королевство Треф Вару поехал не то, чтобы в приятном расположении духа, и, более того, один. Пик, как только представилась возможность, снова сбежал на передовую. Еще бы! В военачальника-то ему играть веселее, чем в дипломата. Да и зачем, если есть младший брат, который, хочет он того или нет, поедет в чужое королевство улаживать конфликт, который ты сам и устроил! Вару глубоко вздохнул. Так он ничего не решит. Нужно хотя бы попытаться успокоиться. Он постарался думать о чем-то менее раздражающем, разглядывая серый пейзаж, мелькающий за окном экипажа. Встреча прошла на удивление гладко. Вару ожидал худшего, когда Пик сказал, что с ним не поедет. Да, кое-где пришлось схитрить, а где-то — откровенно соврать, но это же все на благо империи! Это простительно. Единственное, что доставило ему радость во время визита к Трефам, — это самодовольное выражение лица Его Величества Куромаку. Глядя на него, Вару ничего не мог поделать с желанием без конца язвить и литрами подливать масло в огонь. Пик, конечно, запретил ему дерзить новому королю Треф, но Пика, как и всегда, рядом не было. На самом деле, Вару было даже жаль этого принца Треф — более фиктивного супруга, чем Пик, сложно даже представить. Повезет, если Его Императорское Величество вообще явится на свадебную церемонию. Но Вару в этом сильно сомневается. А вот чего Вару совсем не ожидал, так это того, что Его Высочество будущий супруг императора вдруг покажет зубы и начнет ставить условия. Принц Треф с того момента, как они прибыли в империю, походил больше на призрака, заблудившегося в коридорах императорского дворца. Неуместно он как-то смотрелся в этих мрачных темных коридорах со своей бледной кожей, лазурью волос и светло-голубой одеждой. Именно что неупокоенная душа, запертая во дворце, как в огромной клетке. И вдруг эта потерянная душа, слабый тепличный цветочек, готовый сломаться от малейшего дуновения ветра, протягивает Вару ладонь. — Давайте заключим сделку, Ваше Высочество, — говорит. В слабое место ведь бьет — любят в империи сделки, контракты и договоры. Честность здесь не ценят, если она не прописана на бумаге. Зато стоит вывести чернилами на листе и поставить подпись, как вдруг каждое слово становится весомым и значимым. Принц Треф предлагает сделку и Вару поддается соблазну согласиться. Тем более, будущий супруг брата может стать ему очень, очень полезен. Нужно только правильно разыграть карты.

***

Конечно же, Пик оставил организацию свадебной церемонии на Вару. Конечно же, велел все устроить просто и строго. «Это простая формальность, — сказал Пик. — Достаточно соблюсти несколько традиционных обрядов и скрепить союз контрактом. Поэтому, запомни: никакой помпезности, только самое необходимое». «Конечно», — ответил Вару и, конечно же, сделал по-своему. В день свадьбы императорский дворец с самого утра был в беспокойстве. Все были заняты подготовкой, зал для церемоний сиял от чистоты и множества украшений. Даже живые цветы, ради исключения, появились во дворце. Вару шел по коридору, пребывая в удивительно хорошем расположении духа. Вчера он разослал правителям содружественных государств приглашения на праздничный ужин. В качестве шутки, конечно же, — едва ли у кого-то из правителей не найдется дел поважнее, чем бессмысленное торжество. Ну и Пика хотелось лишний раз позлить. Ох, Вару бы столькое отдал, чтобы увидеть лицо брата, когда ему расскажут о том, как «тихо и формально» прошла эта церемония! Но, к несчастью, Пик вряд ли появится во дворце до конца недели, так что воочию это празднество не увидит. А к тому моменту, как император вернется, все улики уже будут уничтожены, украшения сняты и останется только скромная подпись в брачном контракте. Стоя перед дверью в покои Зонта, Вару на мгновение засомневался: так и подмывало забыть обо всякой тактичности, вежливости и правилах этикета, которым его учили с ранних лет, и грубо войти без стука. Его раздражали эти бессмысленные, пустые расшаркивания, вежливые обращения, осторожные слова. Ему откровенно не нравился принц Треф — блеклый, ничего из себя не представляющий призрак. Вару все ломал голову: как так вышло, что он королевских кровей? Было в нем что-то подозрительное, какие-то простолюдинские замашки. И тем непонятнее в таком случае становился выбор Пика. Почему? Почему из всех людей именно принц Треф привлек его внимание? И, главное, чем? Наконец Вару помотал головой, отгоняя ненужные мысли, и все-таки постучал. Какими бы ни были их взаимоотношения, Вару все еще брат императора и не может позволить себе откровенную грубость. Из-за двери донеслось негромкое «войдите», и Вару открыл дверь.

***

В империи давно не было солнца. Говорят, что монстры, явившиеся из ниоткуда, принесли с собой черные тучи и те низко нависли над империей Пик и соседним с ней королевством Треф. Ясная погода стала редкостью в этих краях и была сродни празднику. Вару даже забыл, когда в последний раз солнечные лучи пробивались сквозь темные тучи. Но, похоже, они не прогадали, выбрав для церемонии сегодняшний день: принц Треф стоял у распахнутого окна, освещенный лучами такого редкого солнечного света. Сияние мягко ложилось на кожу, зажигало глаза, делая их цвет ярким, как безоблачное летнее небо. Он заправил за ухо лазурную прядь и посмотрел на Вару с осторожной, едва заметной улыбкой. — Доброе утро, — зазвенел в комнате тихий голос. Вару почувствовал, как губы сами собой растянулись в ухмылке. Ах, так вот оно что! Это многое объясняло: и этот сомнительный брак, и загадочные отговорки императора, полные полуправды, и его разговоры о долге и защите. Пик просто соскучился по солнцу.