У леди Мэри есть рога

Тяжелое небо нависло над Лондоном, свинцовыми тучами грозило прибить к земле и пыль, и неосмотрительных птиц. В воздухе чувствовался дождь, чуткий нос улавливал в свежести приближающуюся зиму. Дети собирались в парк. Они всё еще носили траур, но нынешней погоде черный цвет был даже кстати. А уж Джоанне с её густыми локонами и фарфоровой кожей темные оттенки были очень к лицу. Укладывая мягкие густые волосы девочки в косу, Мариэтталь невольно залюбовалась ими, задержала пальцы в их шёлковом полотне. Некстати мелькнула мысль: а у сэра Джозефа такие же? Или волосы лорда похожи на шевелюру Майкла - уже сейчас жёсткую и плотную? Каково было бы перебирать, проводить пальцами по голове патрона? Будет ли ему приятно такое прикосновение? "О чем ты думаешь, глупый сквознячок?!" — обругала себя сильфида, быстро заканчивая прическу Джоанны. —"Еще не хватало! А ведь может статься, дело действительно в нехватке... Обратиться что ли к Тидиусу за помощью? Ему, инкубу, не привыкать". Между тем дети собрались. — Не забудьте взять зонтик, мистер Майкл, — напомнила воспитаннику Мариэтталь. — Ну мисс Лайт! — законючил мальчик, жалостливо поджимая губы, — С ним так неудобно бегать! А что если я опять увижу белку? Сильфида фыркнула, скрывая улыбку. Юный джентльмен в своём безупешном, но упорном стремлении поймать каждую встречную белку напоминал щенка. Такой же непоседливый и активный. Эта живость очень откликалась в душе воздушной фейри, постылым долгом привязанной к земле. — Честное слово, братец, — раздражённо фыркнула Джоанна. — Ты же будущий лорд! Тебе не пристало бегать за каждой зверушкой, будто ты уличный мальчишка. — А ты зануда! — Мисс Лайт, он обзывается! — Ты первая начала! — Это не обзывательство, я указываю тебе на твои недостатки. Я твоя старшая сестра! — Ты ворчунья! — Мисс Лайт, он опять! Мариэтталь закатила глаза. Иногда она жалела о том, что изгнала нага и освободила Джоанну от преследования матери. Тогда девчонка была куда спокойнее. А тут смотрите - характер начал проявляться, брата уже воспитывает. Да и Майкл рядом с ожившей сестрой стал будто бы более активным и буйным. Это создавало сложности в том подобии воспитания, которое пыталась привнести в детскую сильфида. Слишком боевые подопечные выматывали. Раздражали. Казались совершенно невыносимыми. И всё же... — Да просто подеритесь, — повысив голос, предложила Мариэтталь. Спорящие замолчали одновременно и недоуменно уставились на гувернантку. Та подняла светлые брови, склонила голову, как сова в черной шляпке. — Подраться? — неуверенно повторил Майкл. И аккуратно уточнил, — Мне? С девочкой? Мариэтталь коротко и энергично кивнула. — Леди не дерутся, — неуверенно возразила Джоанна. — Это неприлично. — И не по-джентльменски, — согласился Майкл. — Я сохраню этот секрет, — пообещала детям Мариэтталь. — А если кто-нибудь из вас получит синяк, скажем, что на прогулке упали. Ну или... Сильфида щелкнула пальцами, вызвав из воздуха пару белых искорок. — Замаскируем. Ну так что, драться будете? Дети переглянулись. В одинаково синих глазах мелькнуло сомнение. Наконец, они одновременно заговорили. — Извини, братец... — Прости, сестрёнка... — Ты же мужчина, тебе нужно заниматься спортивными упражнениями... — Ты права, я должен быть джентльменом... Сильфида деланно нахмурилась. — А как же драка? Не будет? Майкл и Джоанна синхронно покачали головами. — Ну тогда отправляемся. Дождь в скором времени действительно пошел и разогнал почти всех гуляющих. Редкие посетители парка низко нагибали головы, прятали причёски и шляпки под широкими зонтами. Куперы между тем проявляли удивительную стойкость. Майкл важно вышагивал по дорожкам, изображая отца. Джоанна под маленьким черным зонтиком задумчиво оглядывала живописные деревья и кустарники в пелене дождя. Мариэтталь следовала за своими воспитанниками в тишине. Вода не была её стихией, но воздушной фейри нестерпимо хотелось подняться в небеса и оседлать тяжелую черную тучу, проникнуть внутрь неё и окунуться концентрирующуюся влагу. Как было бы замечательно! Никакая человеческая ванна не сравнится с этим. Задумавшись, Мариэтталь не заметила, как на противоположной стороне дорожке появилась высокая фигура. Мужчина шел без зонта, но вода не касалась его. Капли, не долетая до черного котелка, испарялись, образовывая маленькое облачко пара. Совсем не подозрительно. — Кажется, это ваш знакомый, мисс Лайт. Джоанна деликатно прикоснулась к руке гувернантки. — Я его не знаю! — по привычке начала отпираться Мариэтталь, но, встретив укоризненный взгляд воспитанницы, сдалась. — Ладно. Присмотри, пожалуйста, за братом. Я отойду на пару минут. Джоанна легко кивнула и перевела меланхоличный взгляд на Майкла. Сильфида в очередной раз подумала, как много знает и понимает эта девочка. Но вместо страха или угрозы ощутила печаль. Не дОлжно детям ведать о подобных вещах. Не дОлжно с легкостью и равнодушием встречать чудеса, ожидая от них более боли, чем радости. А Мариэтталь? Должна ли она так переживать за обычную человеческую девочку? Сильфида мотнула головой и быстрым шагом пошла навстречу инкубу. — Ты храброй воды выпил? — зло зашипела она на Тидиуса. — Мог бы хоть для вида человеком притвориться! Инкуб осклабился в ответ на возмущение. В оранжевых зрачках мелькнул игривый огонёк. — Не беспокойся о маскировке, красавица. Сегодня никто не помешает нашей приятной беседе. Рука фейри похоти инстинктивно потянулась к лицу сильфиды. Та резким движением зонтика отодвинула шаловливую конечность. — Ты грубая, — обиженно заметил Тидиус. — А еще очень злая, — согласилась сильфида. — Зачем ты пришел сюда? Новое задание от Титании? — С тобой невероятно скучно, — вздохнул Тидиус. — Никаких игр, никакого интеллектуального противостояния. Сразу к делу. Это всё дурное влияние людей. Ты вообще в курсе, как с ними обращаться? Может, подослать к тебе знакомую суккуба? Она бы подсказала, как снять напряжение и тебе, и твоему лордику. Перед глазами Мариэтталь возник образ демоницы - почему-то рыжей, с аппетитными формами. Представилось, как она льнёт к лорду Купер, страстно целует его плотно сжатые губы, ласкает широкие плечи, стягивает жилет... Глаза Тидиуса сверкнули пониманием. — Что, разыгралась фантазия? — ухмыльнулся он. — И как тебе образ? — Только суккубов мне не хватало! — возмущенно фыркнула Мариэтталь. Образ ей совершенно не понравился. — Давай ближе к делу! Почему ты здесь? Тидиус ещё раз недовольно скривил губы, но все же переключился на дела насущные. Из жилетного кармана он достал свёрток - золотистый шёлковый платок с изящной вышивкой. Развернул. Посредине искусного изготовленного полотна лежал маленький зеленый боб. — И что это? — с любопытством спросила Мариэтталь, разглядывая странный предмет. Образ суккуба моментально вытеснила новая занимательная вещица. Тидиус пожал плечами. Очередное поручение королевы фей его не особенно интересовало. — Какой-то боб. Титания велела передать его тебе, а ты подкинешь эту штуку в карман своему лордику. Как я понимаю, смысл в том, чтобы боб в итоге оказался в Парламенте. — Кхм. Мариэтталь с подозрением уставилась на предмет в руках инкуба. Обычный зеленый боб. Разве что посредине виднеется золотистое пятнышко. Не дозрел что ли? — Очередной шпион? Я не ощущаю в нем жизни. — Понятия не имею, — пожал плечами инкуб и протяжно зевнул. — Правители лучше нас с тобой знают, как и что лучше для фейри. Мариэтталь задумчиво кивнула, а потом резко подняла глаза. — Правители? Хочешь сказать, Оберон очнулся?! И давно?! Инкуб скучающим взглядом обводил окрестности. В его жестах и поведении не изменилось ничего, будто события в жизни фейри совершенно его не касались. — Нет. Все также спит и срастается со своим деревянным стулом. Сейчас Титания приблизила к себе Загонщика. Кажется, боб - это его идея. Между прочим, где та некрасивая девица, которая в прошлый раз отчитала меня за шляпу? — Титания приблизила к себе кого?! Мариэтталь с ужасом уставилась на инкуба. Загонщик! Немыслимо! Предводитель Дикой Охоты! И Тидиус так спокойно об этом говорит! Воистину, фейри похоти самые безалаберные и безмозглые из всех магических созданий. А ведь многом из-за Загонщика и его фейри гнева вообще произошло изгнание ши из человеческих земель. Не будь Дикой Охоты, которая буквально втягивала зазевавшихся простаков в свою безумную пляску, кто знает - может и жили бы до сих пор сильфы и дриады среди людей. А теперь Загонщик оказался рядом с Титанией, нашептывает ей какие-то мысли, подкидывает идеи, советы. И это при живом (пусть и относительно) Обероне. Ох не к добру такие перемены! Боб на золотом платке теперь выглядел зловеще. Что таит он в своей невинной глубине? И для чего могучий ранее фейри гнева избрал именно эту неприметную вещицу? Трогать боб не хотелось совершенно. С другой стороны как ослушаться приказа Титании? Сомнения явственно отразились на лице Мариэтталь. Тидиус, которому надоело уже держать в руке платок, досадливо сунул его под нос сильфиде. — Бери уже. Или ты думаешь, что мне делать больше нечего, как стоять тут с тобой? Я слышу призыв одной очень аппетитной монашки. Нехотя сильфида приняла у инкуба платок. Прислушалась к ощущениям - ничего. Только слабый фон магии, как у бабушачьего амулета из куриных перьев - могло и от Тидиуса фонить. Который, между тем, нисколько не стесняясь и не утруждая себя прощанием, уже направлялся к выходу из парка. — Мерин похабный, — сквозь зубы пробормотала Мариэтталь. Если бы взглядом можно было причинять вред - она бы с удовольствием кастрировала Тидиуса, просто для профилактики. Жаль, что у инкубов как у ящериц всё всегда отрастает по-новой. Дождь между тем закончился. В парке остались висеть липкие клочья тумана, оборванной паутиной оседая на голых ветвях деревьев. Даже обычно активный Майкл поддался меланхолии природы и с задумчивым видом брел по парку. Джоанна шла в отдалении, разглядывая кусты орешника. Когда Тидиус исчез, девочка подошла к гувернантке и ненавязчиво подстроилась под её шаг. — Это был Ваш знакомый? — вежливо спросила она. И с секундной заминкой уточнила, — Кто-то вроде... моего друга? Мариэтталь криво улыбнулась. Хороший вопрос. Похожи ли инкубы на нагов? Разве что с точки зрения воспалённого воображения святых отцов, кои почему-то решили приписать змеям все человеческие пороки. — Нет, дитя, — наконец ответила сильфида. — Твой друг намного, намного приятнее. И в твоих же интересах всеми силами избегать людей с глазами, полными тяжёлого огня. Джоанна задумчиво кивнула. Она была слишком мала, чтобы понимать всё. Вечером Мариэтталь размышляла над поставленной перед ней задачей. Зелёный боб, запелёнутый в золотистый платок, лежал на ее маленьком письменном столе. Лежал на столе, а, казалось, камнем давил на воздушное сердце. Непонимание последствий и возможных неприятностей, которые обязательно будут, раздражающе зудело где-то между лопаток. Тянуло взять дурной дар и выбросить в мусорную яму. И пусть Загонщик захлебнётся нечистотами. То, что боб плотно связан с фейри гнева, было очевидно. Шум на первом этаже отвлек Мариэтталь от тревожных мыслей. Избегая принятия решения, сильфида отложила боб и свесилась через перила в попытке узнать, кто же там пришел. Неужели опять священник? Только его не хватало, уж он-то со своим собачьим нюхом точно почует волшебство. Это был не священник. Сначала Мариэтталь увидела шляпку - изящный белый круг, украшенный золотистым пёрышком. Из-под под него выглядывал игрывый рыжий локон, который обрамлял белоснежное личико в форме сердечка. Гостья подняла голову, продемонстрировав изящную длинную шею. — Миссис Девенпорт, какой сюрприз! — радостно воскликнул дворецкий, помогая гостье снять тяжелое черное пальто с белой меховой опушкой. — Хозяин говорил, что вы путешествуете по Европе. — Я тоже рада вас видеть, дорогой друг, — сердечно поприветствовала слугу гостья. — Я отправилась обратно едва услышав о кончине бедняжки Кейт. Такое горе для малюток и милого Джо! Такая потеря для общества! Хотела лично принести лорду Куперу свои соболезнования. Он ведь должен скоро вернуться из Парламента, не так ли? — Вы как всегда изумительно точны, миссис Давенпорт. Мы действительно ожидаем хозяина в ближайшее время. Желаете пройти в гостиную? Ради такой гостьи миссис Тиллерсон обязательно расщедрится на свежие печенья. — С посыпкой из цукатов? — восторженно уточнила гостья. — Разумеется! — Благословение этому дому! — Надеюсь, теперь вы в Англии надолго? — уточнил дворецкий. — О да! Пока что мои путешествия окончены, хотя в следующем году я хочу непременно посетить Индию. Но с тех пор намерена бывать у лорда Купера так часто, как он мне позволит. — Как чудесная... "Отвратная!" — ...новость! "Еще одна человечка на мою голову!" - в отчаянии подумала Мариэтталь, медленно пятясь в глубину коридора на втором этаже. - "И судя по всему очень громкая". И красивая. А еще куда приятнее слепой Кейт. И явно имеет виды на лорда Купера. Одно только и радует - раз миссис, значит замужем. — Вдовам и вдовцам нужно держаться вместе, — донеслось до чуткого уха фейри. — Уже мне ли не знать. Надеюсь, я смогу облегчить горе дорогого Джозефа. А вот это было уже... Нет, не плохо. Но почему-то очень неприятно.