Глава 21. Стагнация
26 сентября 2024 г., 12:05
Старскрим предпочитал оставаться в темноте, той самой, когда кромешная мгла расплывается густой краской перед окулярами и спадает, ослеплённая мерцанием светодиодов на его корпусе. Во власти непроглядной тьмы его процессоры работали лучше. Восприятие и чутьё функционировали острее. Если добавить сюда парочку его особых мрачных настроений, то это давало больше возможностей для мести. Уничтожающей мести. Не важно, что стояло на пути: обширное хранилище продовольствия или нефтяной завод, который взорвался лучше всяких ожиданий, или секретная военная база, с лёгкостью обнаруженная и уничтоженная Старскримом.
В таких ситуациях было и несколько неприятных моментов: человеческие вопли и много бесполезной суеты. Пусть он и немного выпустил пар, но едва ли это помогло отвлечься от насущных проблем. Прошла неделя с уничтожения его базы. И два полных оборота Земли, как он украл последний нужный компонент для осуществления своих планов.
Несмотря на то, что сильная жажда власти, стремление к доминированию и полному контролю стояли для Десептикона превыше всего, он то и дело отвлекался. Чем больше проходило времени, тем легче становилось игнорировать происходящее в его сущности. Паранойя давно стала частью его натуры, поэтому избавиться от неё было невозможным. Приняв меры предосторожности, Старскрим отдал несколько указаний Демолишеру на время своего отсутствия, пока Сикер в одиночку будет завершать следующую фазу своего плана. На кону стояло слишком многое, и данный этап имел критически важное значение. Он просто не имеет права отвлекаться и допустить малейшую ошибку или просчёт.
Пришло время действовать. Дроны-наблюдатели, которые передавали всё, что происходило под командованием Траста, только что вернулись с последним недостающим паззлом информации.
Дождаться ночи у него терпения не хватило, поэтому Старскрим решил убить время небольшим полётом. Солнце ещё стояло высоко в небе, его жар ощущался на крыльях, и в то же время яркие лучи звезды необычайно подчёркивали всю гамму красок Земли. Дневная жара утихла, ветер едва усилился, воздух сгустился запахом ночи, являя миру медленную поступь луны из-под тёмных облаков. Стоило ей показать свой лик, как она сразу скрылась обратно.
Он включил двигатели на предельную мощность, разрезая ночное небо на пути к цели.
***
Отвратительная. Эта планета шлаково-отвратительная. Баррикейд полагал, что новая местность ему пришла по нраву, и разведчик даже привык. Но чем больше он перемещался из места на место, тем быстрее планета ему насточертела. С каждым поворотом и новой милей одно становилось ясно. Куда бы он ни ехал, Десептикона окружали, тормозили и поглощали. Люди. Как же их было много. Они переполнили и загрязнили Землю своими жилищами. Токсины пропитали воздух, в городах и деревнях не смолкали шум и суета. Даже радиоэфиры пестрили настолько ненужными звуками, картинками и видео, что вызывали жалость. Он потратил некоторое количество времени, чтобы изучить их получше. С его стороны глупо не узнать больше информации, учитывая, что люди сотрудничали с врагами Десептиконов. Каждый день он пролистывал новости во всём мире и находил в них жестокости больше, чем ожидал. Люди, как и Десептиконы, совершали убийства, предательства, кражи и парочку других незаконных вещей, однако Баррикейд знал, что на некоторые преступления не пошли бы даже Десептиконы. И как же он удивился, когда понял, что эта планета способна на подобное. Возможно, если бы Мегатрон в своё время обратился к ним, применяя свою настойчивость и убеждение в мягкой манере, то люди и сами бы отдали Великую Искру, поскольку человеческую натуру, очевидно, легко подкупить и развратить. Баррикейд не прекращал ехать с тех пор, как Старскрим приказал ему уходить. Разведчик постоянно смотрел в зеркала заднего вида. Не потому, что за ним следили. А потому что он ожидал нападения в любую секунду. Он умел быть осторожным и проницательным, именно поэтому избавился от радиоприёмника и готовился к неизбежному. Когда мог, то ремонтировал себя, ибо повреждённая оптика усложняла актив. Для него починка этого органа оказалась слишком деликатной. В порыве ярости он просто приварил податливый, в случае чего, кусок металла на место правой оптики. Баррикейд подумывал захватить ещё какого-нибудь белкового и заставить того, как и девчонку, ремонтировать корпус. Однако Десептикон вскоре отмахнулся от подобной мысли, потому что представил себе картину: ещё один мешок с костями будет касаться его чувствительного места своими худощавыми мерзкими пальчиками. Нет уж. Баррикейд, в целом, и не знал, куда ведёт его путь, пока не приехал на конкретную улицу. В этом спальном районе находились частные дома и ухоженные участки. Ночную улицу ярко освещали фонари. Какой-то мужчина выгуливал собаку, а в соседнем доме через окно можно было разглядеть пожилую женщину, которая смотрела телевизор. Здесь было тихо и спокойно. Он проехался немного вперёд и припарковался у дороги рядом с домом. Разведчик с опозданием осознал, куда приехал. В планах этого направления не было, но видимо субпроцессор считал иначе. Баррикейд потушил свет фар и уставился на дом. Ещё с минуту он смотрел на кирпичики и аккуратный зелёный газон. На дорожку к дому, по краям которой красовалось уж слишком большое количество цветов на любой вкус. Баррикейду хотелось уничтожить всё до последнего камня. Вырвать с корнем и сжечь дотла. Наблюдать, как все эти ухоженные домики взорвутся к чёртовой матери, оставив после себя голую землю. И всё же его одолело любопытство. Когда ему отдали девчонку, разведчик не упустил возможности нарыть про неё целое досье. Теперь он знал, сколько ей лет, какой у неё вес, группу крови и даже когда она в последний раз поставила пломбу у стоматолога. Знал про каждую школу, где училась девушка, места работы и название небольшого бизнеса, которым она управляла совместно с ныне покойной Дианой. Баррикейд был в курсе, сколько валюты лежит на счету в банке, имя родителей и их место жительства. Любой кусочек информации, когда-либо загруженный в компьютерные базы или Интернет, был доступен ему. Десептикону удалось получить доступ к её электронной почте: всему, что она отправляла и получала за последние несколько лет. Письма поразили его. У Баррикейда получилось извлечь несколько фото и видео, где он увидел девушку с её друзьями и каким-то молодым мужчиной, чересчур улыбчивым с точки зрения Десептикона. Одно видео привлекло внимание разведчика. Этот сопляк прислонился к улыбающейся Алексис и коснулся ртом её рта – короткий контакт, который закончился её звонким смехом и следующим поцелуем от девушки. Свет в доме не горел. Быстрый анализ не показал следов пребывания других людей или остаточной энергии кибертронцев. В следующий миг Баррикейд активировал то, над чем работал долгое время, параллельно задавая себе вопрос, зачем это всё. Сначала он почувствовал, как масса его корпуса сместилась. Новый вес ощущался странно: легко и сжато одновременно. Пальцы теперь человеческих рук казались крошечными и многочисленными. Удерживать равновесие удавалось с трудом. Разведчик не мог понять, почему так темно, пока не догадался открыть веки. Затем он обнаружил себя в комнате, которую люди называют "гостиная". Вообще, он собирался активировать свою голоформу по точным координатам личной комнаты девушки, но и так вполне сойдет. Сделав пару шагов вперёд, он почувствовал, как вес неравномерно переместился с правой ноги на левую, поэтому Баррикейда качало туда-сюда. Прежде чем продолжить, он расслабил тело. Десептикон остановился перед зеркалом и взглянул на нового себя: из отражения на него смотрел мужчина, черты лица которого были неправильными и испещрёнными шрамами. Жёсткие глаза пристально следили исподлобья, будто делая его образ более колючим. Теперь его форма отличалась от той, которой его снабдил Старскрим, и больше подходила ему. И хотя он по-прежнему считал себя похожим на раздувшийся мешок плоти, но всё же среди людей его внешность будет считаться приемлемой. Баррикейд отступил от зеркала, устав смотреть на себя. На ходу он споткнулся об нечто на полу и потерял равновесие. Десептикон выругался под нос, а затем поднялся на ноги и стал искать то, что посмело поставить его в такое неуклюжее положение. Наклонившись, он поднял предмет, похожий то ли на чучело, то ли на мумию мыши. Она была частично разорвана. Он не смог понять, что это всего-навсего плюшевая игрушка, поэтому разорвал её и швырнул в сторону. После этого он прошёл вглубь комнаты. Активировав ночное зрение, Кон приблизился к большому камину и заметил, что полка над ним была переполнена разными фотографиями. Он быстро пробежался по ним взглядом, пока не остановился на той, где изображена Алексис. На картинке девушка надела непривычный наряд: материал платья, как выяснил название этой вещи Баррикейд, сверкал стразами и облегал её девичью фигуру, начиная с тонких бретелек на плечах и спускаясь до середины бедра. Пускай Алексис была неподвижна, но её яркая улыбка и сияющий счастьем образ делали фото по-настоящему живым. Он занёс кулак и разбил рамку, которая разлетелась на куски от удара. Баррикейд схватил фото и грубо смял в ладонях, бросив на мягкий ковёр. Ему показалось этого мало, и разведчик не ушёл, пока не разорвал каждую фотографию и не сломал рамки. Переступая через осколки, он остался довольным результатом. Далее прошёл в заднюю часть дома. На пути у Баррикейда встала запертая дверь, которую он быстро выбил, сломав замок. И снова это не то, что он искал. Комната не её. Здесь давно никто не жил, очевидно из-за этого тут стоял затхлый запах, а мебель с телевизором были покрыты толстым слоем пыли. Ругаясь себе под нос, он не дал гневу взять верх над решимостью. Десептикон наладил связь с процессором в его альтформе и провёл тщательный анализ архитектуры дома, чтобы не тратить много времени на поиски. Результат выдал второй этаж, поэтому разведчик поднялся по ступенькам. Он прошёл мимо гардеробной, ванной и ускоренными шагами двинулся прямиком к двери в конце коридора. Кон крепко схватил ручку двери и полностью раскрыл её, ступая в комнату Алексис. В это мгновение он точно не сомневался, что она жила здесь, потому что всё было пропитано её нежным запахом.***
Старскрим нашёл, что искал. Трудностей у него не возникло, однако полёт занял больше времени, чем Сикеру хотелось несмотря на то, что он точно знал, сколько времени это отнимет. Впрочем, Старскрим никогда особо не отличался терпением, и любое ожидание вызывало у него только раздражение. Под ним горели огни, которые человеческий глаз не способен уловить, потому что спектральный диапазон был далеко за пределами возможностей белковых. Но Старскрим видел их довольно чётко, как и подчинённые Траста. Очевидно, их мало волновало, если сюда забредёт какой-то Кон или Бот. Только вот Старскрим не "какой-то" мех. Прибыв на место, ему предстояло обнаружить тактика Мегатрона, этого чересчур самоуверенного, самовлюблённого и очень раздражающего шлакодела, на которого Старскрим имел планы эоны тому назад. К счастью для Старскрима, прошло немного времени, как мех с острым шлемом появился на виду. Поднявшись наверх плавучей конструкции, которую они успели построить в водах Лаврентийской впадины, фигура тактика Мегатрона горделиво возвышалась над рядами Десептиконов. Его корпус слегка отличался от того, что Старскрим видел в последний раз на Кибертроне. Крылья Траста были более заметны, большие устройства покрывали его переднюю часть корпуса, а также внесены более тонкие изменения – обновлённый внешний вид, соответствующий земному космическому кораблю. Старскрим увеличил изображение и наблюдал, как ничего не подозревающий Десептикон подошёл к нескольким своим солдатам, которые выпрямились при его приближении. Уважение впустую. Старскрим приготовился к атаке. Возможно, ему следовало нервничать или противиться, поскольку ситуация была вынужденной, но всё как раз наоборот: им завладело восторженное предвкушение и потребность скорее начать своё представление, пока его магистрали не лопнули от нетерпения. Рассчитав точные координаты и программируя модули скрытного режима на отключение при посадке, Сикер снизил высоту. Сначала немного, а затем полностью отключил двигатели, падая по инерции и трансформируясь из альтформы. Из-за сопротивления потока воздуха его системам было труднее совершать трансформацию, но Старскрим не переживал. Он наслаждался свистом воздуха в последний миг своего приземления. И оно было безупречным. Старскрим находился в своей стихии. Земля под ним раскололась и рассыпалась, сметая несколько ближайших Десептиконов в разные стороны. Звук при этом был великолепным. Как будто сама земля воспевала его, предупреждая всех окружающих о великолепном доминировании и контроле над ситуацией со стороны столь могущественного противника. В ту же секунду для них всё было кончено. Старскрим поднял манипуляторы и жестом освободил дронов-охотников. Он наблюдал, как они вышли из своих защитных сфер и устремились к ближайшим Десептиконам. Начались взрывы – одни от его дронов, другие от Конов. Он слышал шипение, крики, разрозненные вопли, но не успел толком насладиться, потому что перед окулярами появился тот, кого он искал, и воздух вокруг застыл в ожидании следующей бури. Улыбка вместе с восхищением растекались по его лицевой от вида собственной работы. Картина перед взором представляла из себя месиво из повреждённых корпусов после бойни: искажённый металл, оголённая проводка и магистрали, искалеченные корпусы и несколько угасающих оптик. Старскрим переступал через весь хаос, под сервоприводами хрустели останки Десептиконов, и этот звук доносился до Старскрима словно музыкальный хор, выкрикивающий с благоговением его имя. Наконец, Траст предстал перед ним. Пока что функционирующий, как и планировал Старскрим. Дроны окружили его и заблокировали пути отступления. Судя по отсутствию манипулятора с оружием, тот был безоружен. Потускневший корпус покрылся грязью и глубокими выбоинами. – Старскрим, – прохрипел Траст, высокий голос звучал глухо, а в оптике загорелась ярость. Он сделал попытку пройти вперёд, но дроны оттолкнули его обратно. – Только недалёкий вроде тебя мог совершить ошибку, оставив меня функционировать. Старскрим проигнорировал оскорбление, осматривая собственное отражение в вытянутом шлеме меха. – А теперь говори, какую цель ты здесь преследуешь. – Что же это? Всемогущий Лорд Старскрим сам не догадался? Сикер склонил шлем набок и прожигал взглядом тактика, пока это жалкое подобие Десептикона не начало заметно нервничать. Старскрим недобро усмехнулся, тёмное эхо приятно вторило его словам: – Можешь не отвечать. Я давно знаю, чем ты здесь пытаешься заниматься. Но даже после всех стараний ослабить меня, строить из себя отвлекающий манёвр как минимум, а как максимум – проблему, у тебя не выйдет воскресить мёртвых. В Трасте произошла видимая перемена. Его обрамлённые крыльями плечи приподнялись, а оптика устремилась на Сикера и за его спину. Дроны моментально отреагировали. Они нависли над Старскримом, взрывая пространство позади него. Инстинктивно он вскинул манипулятор и прокрутил его, пока на его место не встала взрывная пушка. В это мгновение раздался один точный выстрел, который проделал дыру прямо в грудной пластине Траста. Тактик попятился назад, споткнувшись о собственную руку где-то на земле, и неловко упал в остальной хлам. Всё началось и закончилось менее, чем за наноклик. Старскрим, не теряя ни секунды, осматривал местность, твёрдо держа пушку наготове. Обзор был мутным из-за выходящих газов от мёртвых корпусов и сломанных оружий. Сикер активировал тепловые сканнеры, но не смог ничего уловить. Ситуация усугубилась, когда связь с его дронами начала теряться, отключая их один за другим. Всё, что ему оставалось услышать – это звук мёртвой статики. Свободным манипулятором Старскрим запустил кассетную бомбу. Земля и окрестности задрожали от её силы. Он провёл ещё один анализ, но опять ничего. Единственное – по периметру был замечены движения оставшихся Десептиконов, которые подтягивались к месту действия. Он выпрямился, уверенный, что справился с тем, что уничтожило его дронов. Вероятно, это были скрытые системы защиты. Теперь Старскрим более, чем готов объявить себя лидером выживших Десептиконов. Параллельно Командующий готовился защищаться от того, что его оптика не видела, в случае чего. Звук прорезал клубы дыма, из него затем выстрелило лучом света. Старскрим увернулся, но не до конца: часть плечевой пластины оторвало. Словно белая молния боль пронзила его, пролился энергон. Ошеломлённый, он немного отступал назад. И даже сейчас его сенсоры ничего не показывали. Следующая атака последовала со спины. Что-то массивное обрушилось на его шлем, а затем ударило в спину, после чего последовал беспощадный удар, который немилосердно врезался в правый сервопривод. Сикер почувствовал, как конечность провалилась, а внутренние компоненты разлетелись на куски. Старскрим усиленно боролся за то, чтобы оставаться в вертикальном положении, в то время как перед его оптикой всё хаотично мелькало. И всё равно его системы ничего не фиксировали. Старскрим включил двигатели. Взгляд устремился в манящее небо. Внутренние часы тикали призывом поторопиться. Он поднялся с трудом, пространство между Сикером и землей увеличивалось. Он даже не успел почувствовать облегчение. Раздался рёв, и крепкая хватка потащила его за левое крыло обратно к земле, отбросив на твёрдую почву. Пронзительный звук запищал в воздухе, поднялся едкий запах. Старскрим посмотрел туда, где нарастала острая боль. Левое крыло растворялось от химического удара. Его двигатели зашипели и заглохли. Теперь уже не спастись. Замигали внутренние сигнальные лампы, оптика потускнела. Наконец Старскрим увидел фигуру, но лишь едва. "Некто" шёл вперед, и земля дрожала от его приближения. Старскрим задрал голову вверх, его зрение то затуманивалось, то пропадало, пока его системы боролись за то, чтобы оставаться в онлайне. Рядом раздались шаги, и он обнаружил, что кто-то встал перед ним преградой. Раздался знакомый голос, который принёс ужас и столько же неверия. Ему не нужно видеть, чтобы понять, кто это. – А-а-а, Старскрим. Вернулся, значит? К сожалению, я вынужден сказать, что выглядишь ты не лучшим образом. Он был готов ко всему. Ко всему, но не к такому.
