Демон желаний

𓍫𓊝𓍫

      Вернувшись с острова, Гук отправился на поиски ведьмы. Плутая в зарослях, ему начало казаться, что он уже обошел все окрестности и знает этот мрачный остров вдоль и поперек. Хотя это было совсем не так. Возможно, это вновь были колдовские происки или мистика архипелага, вокруг которого то и дело вились загадочные твари. Но ноги словно сами несли его в непроходимый лес к старой усадьбе.       В этот раз обошлось без проверки с пещерой беснующихся девиц, которые завлекали и одурманивали путников. К ночи Чон уже был у дверей Немезиды. Как и в прошлый раз, он вошел не постучавшись. Дверь была открыты, видимо ведьма считала себя достаточно сильной, чтобы суметь защититься от непрошеных гостей.       Женщина не изменилась с последней их встречи. Даже мрачное платье было все тем же. Хотя чего еще стоило ожидать. Вряд ли Немезида грезила сменой нарядов и балами, как городские барышни. Некогда властная богиня, теперь действительно напоминал скверную старуху, свергнутую с небес. После рассказов Авроры, Гук отчетливо видел жестокость и какую-то темную жажду в чужих глазах. Не зря все же ее низвергли.       - Ты все же пришел - хмыкнула чертовка, выдыхая дым из прикуренной трубки;       - Не ждала? - с долей иронии проговорил Чон, присаживаясь на стул, на который ему указали;       - Ты первый, кто вернулся с острова змей. Мне даже интересно, как это тебе удалось - загадочно отозвалась ведьма, наклоняясь ближе к нему.       Она провела рукой с черными острыми ногтями по его щеке, поддевая за подбородок. Чонгук взглянул в ее лицо. Женщина не пугала его, но она все еще вызывала какую-то тревогу внутри. Наверное Чон просто волновался по поводу того, что ведьма может отказать ему, ведь он по сути не выполнил свою часть сделки.       - Скольких же ты погубила, отправляя за дурацкой жемчужиной? - выпалил Гук, осознавая, что колдунья не первый раз проворачивает нечто подобное.       - Хах я? Я лишь предлагаю, а люди сами решают, что им делать. Ты жаждал возмездия для брата, поэтому рискнул собственной жизнью. Видишь. Я тут совсем не причем - рассмеялась Немезида, поглаживая его нижнюю губу большим пальцем.       Чонгук готов был поспорить на её заявление. Да, люди сами выбирали путь, но иногда внешние обстоятельства могли вытолкнуть на весьма кривую дорожку, с которой потом не свернуть. Ведьма была именно тем, кто так безжалостно сбрасывал людей на ядовитый змеиный остров. Гук невольно вспомнил её слова о том, что боги исполняют людские желания, чтобы развлечь себя. Вот уж действительно потеха, смотреть, как человек испытывает трудности.       - Вижу у тебя нет того, что я просила - сменила тему та, оставляя его лицо в покое;       - Верно Жемчужину мне раздобыть не удалось, но есть кое-что другое - нехотя отозвался Чон, пошарив в кармане;       - О.. хочешь поторговаться? - рассмеялась Немезида, постучав ногтями по столу;       - Хочу.. - кивнул Чонгук;       - Ну и что же ты можешь предложить? - не слишком заинтересованно проговорила ведьма;       - Слезу Жемчужины - произнес Гук, показывая небольшой пузырек с прозрачной жидкостью;       - Ложь! - запротестовала та;       - Ну как знаешь - пожал плечами Чонгук, убирая склянку обратно в карман.       Он слегка осмелел после реакции Немезиды. Очевидно слеза была достаточно ценным и редким товаром, который было не так просто достать.       - Что же ты за человек, Чонгук? Как же тебе удалось, не просто покинуть остров, да еще и слезу прихватить? - более сдержанно заговорила та, меняя тон на обольстительный.       Ее вопросы естественно были риторическими. Женщина словно размышляла, пытаясь разглядеть в парне кого-то, кто мог скрываться под этим юношеским симпатичным личиком. Немезида даже вновь поднялась с места, пристально разглядывая его глаза.       - Мне даже просить ее не пришлось - заявил Гук, окончательно ощущая себя в выгодном положении;       - Ну конечно. Слеза должна быть отдана добровольно.. Хах..! Может, мне стоило раньше отправить на остров симпатичного парнишку? Любовь дарована только людям, но даже боги желают хоть раз предаться этому разрушающему чувству. Видимо их отпрыски тоже - томно пробормотала женщина.       Она вновь наклонилась к нему, словно хотела поцеловать, но Гук подставил лишь щеку. Целовать Аврору было приятно, хотя она не была человеком. Но целовать Немезиду было опасно. Она своих нерадивых любовников проклинала на муки в изуродованном теле. Чонгук не желал играть в эти игры.       - Я не ищу любви - напомнил Чон;       - Но Авроре эти сладкие губки вкусить разрешил - хмыкнула ведьма, заставляя парня насторожиться;       - Как ты узнала? - торопливо уточнил Гук;       - Из-за её шалостей я теперь не вижу твою судьбу - бросила Немезида, поглаживая его подбородок с еле выступившей щетиной.       Чонгук по правде говоря не особо понял о чем та ему толковала. Как обычный поцелуй мог что-то изменить в нем. Или все же Аврора не спроста это затеяла. Может быть она тоже вела свою игру против ведьмы, используя Чона, как своеобразное орудие. Но разбираться в женских склоках не хотелось. Тем более какое дело Немезиде до его судьбы.       - Так ты согласна на сделку? - сменил разговор Чонгук, напоминая о том, зачем он на самом деле сюда пришел.       - Твоя взяла, обольститель. Слезу взамен на поводок для морского демона - фыркнула ведьма.       Она отошла в другую комнату и достаточно долго не появлялась. По звукам, исходящим из-за стен, было понятно, что та ищет так называемый поводок. Чон, оставшись один, от скуки начал разглядывать помещение. Комната все так же была заставлена оккультными безделушками и прочим хламом. Вряд ли Немезида хранила тут что-то стоящее. Скорее магические предметы здесь находились для антуража и по большей части наводили необоснованную жуть. Черепа или лапы, зубы животных, стеклянные шары, клетки и старые картины выглядели пыльно, но под стать одинокой ведьме из леса.       Спустя какое-то время Немезида вернулась и положила перед ним две не особо понятные вещицы. Одна из них была похожа на склаваж*, а вторая явно была причудливым ключом на простой веревке.       - Как это поможет мне? - изумился Гук, не желая пока отдавать слезу.       Он разглядывал украшение, которое чаще всего носили знатные дамы и необычный ключ, головка которого напоминала небольшого осьминога с щупальцами.       - Это ошейник, а это поводок - проворковала та, по очереди указывая на предметы.       Ясности это естественно не внесло. Чонгук зло глянул на чертовку, показывая своим видом, что теряет терпение.       - Если сможешь надеть на него ленту, то дьявол станет послушным и не сможет сопротивляться твоей воле - пояснила та, надевая ключ на шею Чона;       - И как же мне надеть на него ошейник, если этот урод на дне морском промышляет падалью? - процедил Гук, понимая, что ведьма и тут решила обвести его вокруг пальца;       - Ты просил способ пленить его, а не найти в синих водах - хмыкнула та.       Что ж, наверное не стоило ожидать большего от ведьмы. Не зря та была осторожна в словах. Похоже Немезида изначально не собиралась отдавать власть над проклятым любовником, желая самолично глумиться над демоном, который теперь безжалостно пожирал людей на пару со своим питомцем. Но Чонгук тоже был не из робкого десятка. Он поймает дьявола, а после того, как освободит брата, прикончит тварь назло хитрой Немезиде. И пусть на поиски у него уйдет не один год, отступать Чон не станет.       - Ладно.. Твоя взяла - отозвался Гук, отдавая ей пузырек со слезой.       И хотя Чон ощущал, что этот обмен был весьма не равноценным, но сердце подсказывало ему, что стоит рискнуть. Забрав бархатную ленту со странным драгоценным камнем, Чонгук собрался уходить.       - Удачи в поимке.. - поглумилась та напоследок.       Чонгук ничего ей не ответил. Он вышел за двери и направился обратно к портовому городку, размышляя о том, что ему делать дальше. Дорога через лес казалось бесконечной. Гук уже начал думать, что это опять какие-то происки ведьмы, но в итоге ему удалось выйти на узкие улочки.       Нижняя часть города, где швартовались проходящие корабли похоже никогда не спала. Из кабаков доносилась музыка и крики, завлекая прибывших моряков алкоголем и блудницами. Остров давно стал перепутьем для торговых судов. Одна часть жителей занималась выращиванием и разведением продовольственных товаров, вроде еды и скота, которые можно было продать морякам, пополняющим запасы для дальнейшего плаванья. А вторая часть обогащалась за счет продажи алкоголя, табака и незамысловатых любовных услуг. Конечно, тут еще были бродяги и прочие шарлатаны, выдающие себя за магов, ведьм и провидцев. Они вытрясали монеты из наивных людей, тем самым зарабатывая себе на кусок хлеба.       Постоялый двор, в котором Гук ночевал прежде, встретил его знакомыми моряками. Мужчины также, как и Чонгук нашли себе временную шабашку, чтобы хоть немного подзаработать денег, пока не прибудет заветное судно. Кто-то подрядился чернорабочим, а кто-то, посредством прошлых связей пристроился куда-то получше и съехал с постоялого двора. Скитания Чона не особо заинтересовали моряков. Для Гука это было первое плаванье и он не успел ни с кем из старших сдружиться. Да и те в свою очередь не хотели возиться с зеленым юнгой, играя роль няньки. После кораблекрушения никому не было лего. Чонгук также не искал дружбы. У него были свои цели, которые наверняка покажутся абсолютно безумием бывалым морякам. Ведь никто в здравом уме не будет искать встречи с морским дьяволом. И хоть для плавания в море требовалась не дюжина мужества, матросы были весьма суеверными, касательно примет.       ⚬⚬⚬       Проболтавшись на острове несколько дней, Чонгук так и не придумал, как ему напасть на след осьминожего демона. Часть жемчужин, которые ему дала Аврора, он обменял в местном ломбарде. Гук был очень удивлен, что жемчуг тут был буквально на вес золота из-за чего Чон неплохо обогатился. Поменяв всего семь жемчужин, он получил увесистый кошелек с монетами. Мысленно Гук поблагодарил Аврору за столь щедрый подарок, ведь теперь Чонгук мог позволить себе купить не только хлеб и скудную похлебку. Но парень старался не пускаться во все тяжкие. Он был экономным и разумным в денежных делах.       За несколько дней на острове, Чон раздобыл карту архипелага. Она был не такой точной, как когда-то дала ему цыганка, поэтому Гук сам дорисовал кое-какие острова. Он так же отметил местность с рифами, где чаще всего тонули и разбивались корабли. Совпадение это было или нет, но именно там брат впервые встретил осьминога. Наверняка из-за частых смертей эта тварь плавала именно в той области, чтобы хорошенько поживиться. Хотя возможно обитание около архипелага обуславливалось ещё и тем, что Немезида жила на островах. Наверняка ведьма держала поближе проклятого любовника, чтобы наслаждаться его муками и потакать своей мстительной жажде.       Хорошо все обдумав, Чонгук решил сплавать к местности с рифами. Он нашел на острове мужчину, который имел в собственности небольшие лодки и парусники. За пару монет Гук взял на несколько дней в пользование старый баркас*, сказав, что собирается порыбачить в море. Владелец отдал ему кораблик без особых вопросов, даже одолжив сеть.       Утром Чонгук собрал припасы, на случай, если ему придется скитаться в море больше недели. Погода к счастью баловала. Не было ни одного намека на шторм или ураган. Чон ровно отдалялся от архипелага, ловко справляясь с парусами. Конечно, было трудно в одного идти в море, но Гук не мог взять попутчиков по понятным причинам.       Утром туман мягко оседал на карме. Баркас двигался медленно, но к обеду ветерок поднялся и стал подгонять старый кораблик более резво. Чонгук направлялся к обозначенному месту, стараясь сверяться с картой. Хотя та была не совсем верной, но и у Чона не было определенной точки прибытия. Он, как и всегда мог надеяться лишь на удачу, которая последнее время его сильно выручала.       Первые сутки Гук бесцельно дрейфовал по волнам. Погода все так же баловала солнечными лучами и ясным небом. Чонгук видел дельфинов и кажется кита. Порой чайки садились к нему на мачту, разрывая шум волн своими пронзительными криками, а также обделывая хорошенько палубу, из-за чего Гук ругался на них всяческой бранью. Спокойная гладь казалась безмятежной и манящей. Чон все больше начинал понимать отца, который любил ходить в море. Эта необъятная свобода, соленый ветер и шум волн были такими манящими и притягательными.       Но наслаждение продлилось недолго. К ночи поднялась буря и небольшой баркас начало шатать, как щепку. Чонгук пытался справиться изо всех сил. Он чуть не содрал руки о влажные канаты, когда натягивал паруса. Волны плескались, заливая палубу. Наверняка Гук сбился с курса, потеряв направление. Компас ходил ходуном, днище трещало и скрипело. На мгновенье Чонгук подумал, что не выберется живым, так как волна поднимал его суденышко и бросала в разные стороны. Впереди показался остров с рифами. Но из воды торчали лишь верхушки. Гук догадывался, что под водой тоже есть острые скалы на которые в легкую можно было напороться и разбиться. Мысленно он в очередной раз проклял свою глупую затею с местью.       Но отступать было некуда, поэтому собрав волю в кулак, Чонгук решал, что ему делать. Он виртуозно обошел первый хребет рифов, даже не покорежив баркас. Но вдали виднелась еще цепочка острых скал. Уже позже Чон понял, что сглупил. Теперь он был в ловушке между опасными рифами. Ураган все не стихал, а ночь постепенно накрывала небо. В темноте ориентироваться было практически невозможно. Фонари Гук даже не пытался зажечь. Ветер мог опрокинуть лампы и тогда старый корабль попросту вспыхнет и сгорит.       От безысходности хотелось кричать и выть. Баркас болтался и трещал, напоминая, что маленький человек на деревянном судне против стихии совершенно бессилен. Его вновь прибило к острым рифам, но на удачу корабль плотно застрял между двумя верхушками. На мгновенье Гук получил хоть какую-то стабильность и время на передышку. Может когда буря утихнет, Чон сможет освободить судно от западни.       Намотав канаты от парусов на кнехты, Чон немного выдохнул. Поразмыслив, он зацепился якорем за один из рифов, чтобы баркас окончательно не размотало о скалы. Выдохнув, Чонгук попытался осмотрелся. Что же, по крайней мере он прибыл туда, куда планировал. Хотя из-за шторм сложно было разглядеть местность. Он присел на палубе делая передышку. Волны то и дело обливали его с ног до головы, разбиваясь о мачту. Было холодно и страшно. Хотелось есть, но еще больше хотелось спать. Буря не прекращалась, а с неба, как назло лил ледяной дождь. Чонгук спрятался от ливня, стараясь укрыться оторвавшимся парусом. Он наблюдал за бурей, чтобы вовремя отреагировать, на случай если корабль понесет.       Хотя из-за усталости и метаний Чон даже не понял, как у него получилось задремать. Но это было огромной ошибкой. Шторм в отличие от Чонгука не спал. Баркас накренило и Гук в одно мгновенье оказался в воде. Он вынырнул почти сразу, пытаясь добраться до корабля. Благо корабль все еще оставался между рифами, хоть и слегка накренился в правую сторону. Большая волна вновь отбросила парня, как только он добрался до судна. Если бы Немезида видела его сейчас, наверное она бы громко хохотала, потешаясь над глупым Чонгуком. Змеиный остров его не убил, зато морская стихия прибрала к рукам. Гук раздобыл ведьме драгоценную слезу, а сам остался ни с чем. От злости хотелось выбросить ключ и подвеску, которые были намотаны у него на руке. Чертова ведьма. Спасибо Авроре за поцелуй, по крайней мере Немезида не смогла прочесть заранее о том, что Чонгук глупо сгинет в море.       Хотя через мгновенье все это стало не важно. Чон увидел огромные щупальца. Ужасная тварь была здесь. И не нужно было становится ученым, чтобы понять по чью душу она явилась. Огромное чудище, размером с галеон*, пока оно было не слишком близко, но явно плыло в его сторону. Чонгук испытал неимоверный ужас, ему было жутко и страшно, даже не смотря на то, что Чон видел это существо во второй раз. Гук даже забыл о ее хозяине, который наверняка был где-то рядом с питомцем. Волна вновь накрыла его с головой. Чонгук нахлебался соленой воды. В носу было больно от удара, тело онемело от холода, а ногу свела судорога. Вряд ли Чон сможет продержаться дольше, но Гук не оставлял попыток добраться до баркаса и затаиться в нем.       Дождь, проливающийся с неба, застилал глаза. Мышцы были напряжены до предела, а легкие горели от того, что Гук постоянно пытался набрать воздуха. Очередная волна накрыла его с головой. В этот раз Чон не смог удержаться на поверхности и его поволокло вниз, придавливая толщей воды. Мутная из-за шторма вода застилала глаза и забивалась в ноздри и рот. Может быть в конце Чонгук встретит отца и скажет, что мать так и не смирилась с пустым гробом. Хотя теперь для Гука тоже проведут подобную церемонию, ведь вряд ли его тело удачно прибьет к берегам.       Внезапно его спины коснулось нечто странное. Чонгук попытался отпрянуть, но его тело окутали щупальца. Осьминожий дьявол собственной персоной желал утащить его на дно морское. Чон в этот момент вспомнил лицо матери и брата. Чонхен. Старший брат был определенно смелее Чонгука, раз не побоялся дать демону отпор. Обида и ненависть за Чонхена и его жену придала Чону немного сил и смелости. Он дотянулся до кинжала за поясом и полоснул им по одному из щупалец. Черная кровь тут же рассеялась по мутной воде. Из-за заминки Гуку удалось развернуться и увидеть дьявола во всей красе. Получеловек полуосьминог, с черными крепкими щупальцами и мертвенно бледной кожей. Уродливый и опасный, глаза как две темных бездны, жуткие и пронзающие.       Не теряя сноровки Чонгук ринулся к нему, вонзая кинжал прямо в ключицу. Черная кровь снова хлынула из пореза. Но кажется проклятого демона это совершенно не беспокоило. Гук понимал, что у него не будет второго шанса, поэтому вновь кинулся на это существо. Демон, очевидно не ожидал такого исхода, но похоже его даже позабавили попытки Чона напасть. Он больше не позволял Гуку себя порезать и все время цеплялся щупальцами за руки и ноги, отталкивая отчаянного парнишку. Чонгук же барахтался из последних сил. Воздух в легких кончался катастрофически быстро. Гук заметил, что осьминожий питомец уже добрался до них и проплыл снизу показывая свои громадны щупальца. Страх окутал тело Чона с новой силой. Все же он был обычным человеком и подобные твари в прямом смысле сводили с ума одним лишь своим видом. Но неожиданно Чонгук вспомнил про безделушку Немезиды. Она все еще болталась на его запястье поблескивая мутным камушком в центре. Гук распутал ленту и рванул к морскому дьяволу, цепляясь за горло. Первая попытка была неудачной, вторая тоже. Жуткие щупальца не давали ему подобраться ближе. К тому же проклятый урод, похоже смекнул, что с человеком что-то не так. Но наконец Чонгуку удалось отразить скользкие щупальца кинжалом, нанося глубокие порезы. У этой твари похоже действительно были слабые места, как и говорил Чонхен. Извернувшись, Гук схватил его за шею, наматывая злосчастную ленту. Он тянул ее в попытке просто задушить этого получеловека. Никакая месть или восстановление справедливости не могли остановить его. Ему просто хотелось уничтожить мерзкую тварь. Поэтому Чон затягивал ленту все сильнее, желая чтобы демон прекратил уже сопротивляться. И в какой то момент это произошло. Щупальце расслабились и перестали виться. Уродливое тело шло ко дну. Чужие веки опустились, прикрыв бездонные глаза. Руки, цепляющиеся за горло ослабли и разжались, дрейфуя в мрачной воде.       Чонгук не мог поверить в случившееся. Но в себя его привел огромный осьминог медленно подбирающийся к ним. Гук резко дернулся к поверхности, волоча умерщвленное тело за собой. Он наконец вдохнул кислорода, ощущая, как легкие разрываются от такого необходимого воздуха.       Баркас оказался ближе, чем Чон рассчитывал. Ну хоть где-то ему повезло. Бездыханный демон так и не приходил в себя. Чонгук не понимал зачем тащит его за собой. Может хочет точно убедиться, что тот умер. Гук даже подумал для верности отрубить мерзкую голову, чтобы тварь точно не оклемалась. Эта идея не казалась такой уж плохой, после пережитых ужасов.       Зацепившись за риф, Чон выбрался на поверхность. Дождь все еще лил с неба, а буря бушевала, раскачивая серые волны и поднимая их над головой. Чон прокашлялся и сплюнул воду. Он подтянул уродливое тело за собой, пытаясь рассмотреть получше морского дьявола. Уродец был тяжелым и мерзким со всеми этими щупальцами. Кое-где из ран текла черная кровь, вызывая еще большее отвращение.       Когда Гук добрался до судна, он почувствовал, что сил у него не осталось даже двигаться. Все что парень смог сделать, это связать уродливое тело получеловека и накрыть его парусиной, чтобы не глядеть на эти безобразные щупальца. Буря так и не стихала, но Чону уже было плевать. Он забрался в каюту и просто упал на твердую койку, проваливаясь в бессознательное состояние. Наверное, это был самый глубокий сон в его жизни, так как Чонгук больше не слышал грозу, не беспокоился о том, что корабль могло унести или разбить о рифы. Было плевать абсолютно на все, хотелось просто дать себе передышку и вдохнуть полной грудью.       На утро гроза стихла. Чонгук поднялся с жуткой головной болью. Тело ломило, а грудь болела из-за того, что он наглотался вчера соленой воды. Его тошнило от голода, но казалось, если он что-то съест, то все пойдет тем же путем. Выбравшись из каюты, Гук первым делом взглянул на вздутую парусину под которой он вчера оставил тело демона. Подходить к нему не хотелось. Чонгуку было по человечески страшно. Но не потому что существо пугало его своей неестественной формой, а потому что это было первое в жизни Чона убийство. Безусловно он раньше убивал рыб, когда рыбачил в море или тех же змей с братом. Вероятно он перебил кучу мух и слепней, но такое было впервые. Вчера Чонгука охватила ненависть, жестокость, месть и возможно банальное желание выжить. Но при этом при всем, он все же стал убийцей. И почему Чону казалось, что это будет легко. Ведь тварь не заслуживала жизни. Этот урод топил корабли и скармливая погибших моряков своей зверушке. Он не заслуживал жизни и явно погубил тысячи людских душ. Убив его, Гук сделал доброе дело, но почему же было так погано.       Поначалу, он даже не мог подойти к связанному и накрытому телу. Чонгук вылез обратно на рифы, пытаясь вытолкать баркас из западни при помощи нехитрых манипуляций. Спустя какое-то время ему удалось сойти в воду, хотя впереди ему еще предстояло нелегкое плавание среди рифовой зоны.       Вернувшись на палубу, Гук приказал себе быть смелым. Зачем ему вообще тащить безобразное тело на берег? Стоило избавиться от урода прямо сейчас, а то вдруг его питомец последует за хозяином. Эта мысль побудила Чона действовать. Он быстрыми шагами добрался до трупа накрытого парусиной. Что-то было не так. Сверток словно стал меньше. Ненароком Чонгук подумал, что ночью, пока он спал, тварь сбежала. Поэтому Гук больше не медлил ни секунды и сорвал парусину, охая от увиденного.       Глаза отказывались верить в происходящее. Должно быть демон его надурил, обведя вокруг пальца. Ведь на деревянной палубе лежал молодой юноша. Он был перепутан в кантах, которыми Чонгук связывал вчера полуосьминога. Парнишка был бледным, тощим и абсолютно голым. Чонгук отшатнулся не желая верить в увиденное. Как этот мальчишка оказался тут вместо демона? Или это и была истинная форма проклятой твари? Невинная, ломкая и до жути обманчивая.       Верно. Дьявол водит его за нос. Аврора на своем змеином острове тоже выглядела хрупким ангелом, но вполне могла убить Чонгука за пару секунд. Поэтому Гук отмел ненужные мысли и подошел к телу. Лента которой, Чонгук вчера пытался задушить его, была единственным элементом одежды. Все же это было тоже самое существо, просто без щупальцев.       Из-за своих метаний, Гук даже не заметил, что грудная клетка парня вздымается. Он был еще жив, чем сильно напугал Чона. Чонгук тут же схватился за нож и приставил к горлу твари, намереваясь просто прирезать. Надо же страх толкал его на ужасные вещи. Еще недавно он переживал из-за того, что стал убийцей, а через секунду захотел прирезать еле дышащее существо. Но внутренние метания перестали терзать его, как только парнишка открыл глаза. Зрачки были черными, практически сливаясь с темной радужкой. Демон был дезориентированным, но совершенно не напуганным. Он провел узловатыми пальцами по шее, ощущая на ней ленту.       - Для чего ты поймал меня, трусишка? - проговорил парень, принимая полусидячую позу.       Его не особо смущала нагота или, к примеру, нож в руках Чонгука, которым тот готов был пырнуть его в любой момент.       - Я поймал тебя для расплаты за содеянное - бросил Гук, не опуская кинжал.       Он всё ещё был в шоке. Эта тварь умела говорить. Хотя когда-то же оно было человеком, так что удивляться не стоило. Но вот его человеческий облик всё ещё будоражил Чонгука. Этот дьявол выглядел таким обычным и даже беззащитным. Его острые ключицы выпирали, а худые плечи торчали словно верхушки рифов. Хрупкий и болезненный, словно не оперившийся птенец.       - Поконкретнее. Я много чего совершил - рассмеялся дьяволенок, абсолютно не чувствуя себя пленником;       - Веселись. Но не забывай, что поводок от твоего ошейника у меня. И пока я не получу то, что хочу, ты будешь в моей власти! - пригрозил Чон, желая сбить чужую спесь;       - О.. Старые добрые желания.. Это я умею.. умею - закивал тот, всё ещё не чувствуя опасности в лице Чонгука;       - Но в этот раз тебе придется сделать все, как надо - хмыкнул Гук, сжимая ключ Немезиды в руке;       - Ах неужели обо мне ходит дурная слава? Я ведь всегда откликаюсь на чужие просьбы. По мне так я чаще самого Бога внемлю просящих - рассмеялся тот, показывая свои клыки.       Они были острее, чем у обычного человека, но заметить можно было лишь внимательно рассмотрев.       - Заткнись! - бросил Чонгук, борясь с желанием ударить этого самодовольного нахала;       - Давай же проси.. Меняю одно желание на свою свободу.. - проговорил демон, сжимая черную ленту.       Похоже тварь знала, что именно эта деталь удерживает его и не позволяет сбежать.       - Думаешь я настолько тупой? - фыркнул Чон;       - Умные люди всегда были редкостью в этом мире - завуалировано посмеялся тот, пристально разглядывая парнишку.       Чонгуку не нравился его взгляд. Мрачный, завлекающий, с какой-то дерзостью и брезгливостью. Гуку хотелось сказать, что этот урод тоже когда-то был человеком и наверняка по собственной глупости связался с Немезидой, но Чон смолчал.       - Ты исправишь то, что сделал и пока я не увижу собственными глазами, что все так, как надо, ты будешь моей зверушкой на побегушках - пригрозил Гук, поднимаясь на ноги.       Демон тут же изменился в лице. Он явно разозлился на подобное заявление, возможно, если бы урод не был во власти Чонгука, он бы тут же убил его.       - Трусливый и жадный. Хочешь не одно желание, верно? Или может быть ты не знаешь чего хочешь - вновь рассмеялся тот, сжимая ленту на шее, словно она причиняла ему боль.       Чонгук не стал отвечать на его провокации. Парень действительно боялся это существо, хоть и храбрился. Тощий урод может и выглядел безобидно, но вел себя так, словно это у Чона был лента на шее, а у дьявола ключ.       - Мой брат по твоей вине попал в тюрьму. И ты сделаешь так, чтобы его освободили. И пока я не увижу его на свободе, ты будешь при мне! - проговорил Гук, смотря на него сверху вниз.       После его слов уродец встрепенулся. Он ударил Чонгука по щиколоткам, повалив на деревянную палубу, а потом забрался сверху, сжимая чужие плечи. Гук не успел сгруппироваться, лопатки тут же заныли, а затылок отозвался болью от удара об пол. Эта тварь хоть и была тощей, но сила в ней имелась. Парень крепко удерживал его, но не нападал из-за чего Чон пока не сильно сопротивлялся.       - А я думаю почему твое личико такое знакомое. Тот безумец с кинжалом, настоящий мясник, напавший на меня со спины. Должно быть у вас вся семейка дурная - прошелестел тот, проводя рукой с черными ногтями по щеке Чонгука.       Наверное, он разглядел в Чоне внешнюю схожесть с братом. Они действительно были похожи и оба пошли в отца. Разве что Гуку достались большие глаза от матери. Но Чонгук точно знал, что дьявол запомнил его не поэтому. Ведь некоторое время назад они уже виделись при крушении судна, на котором плыл Чон.       - Не смей ничего говорить про Чонхена! - выпалил Гук, слегка брыкаясь, но его все еще сильно удерживали за плечи;       - Что же случилось с твоим ненаглядным Чонхеном? Разве он не стал счастливее рядом с той милой девушкой, которую желал всем сердцем? - спросил демон, немного ослабляя хватку;       - Она сошла с ума и напала на Чонхена. Ему пришлось убить ее.. а все из-за тебя!.. Ты проклятая тварь! - едко бросил Чонгук.       Он был на сто процентов уверен, что это происки дьявола. Эти хитрые твари никогда не играли по честному. Немезида и даже Аврора, все они управляли людьми, как какими-то марионетками.       - Мм.. Какая жалость.. Вот видишь какие последствия бывают, когда желаешь слишком много. Мне стоило позволить твоему брату умереть, а не заключать с ним сделку - хмыкнул тот, разыгрывая лживое сочувствие;       - В этот раз у тебя не выйдет надурить всех вокруг - осадил его Гук, поглядывая на чужую шею в ошейнике.       Приблуды Немезиды все же придали ему немного уверенности. Прав был Чонхен, когда говорил, что у всех тварей есть слабое место. И на этого урода можно было найти управу.       - Значит хочешь свободы для брата? Как интересно, но кажется, это совсем не то, чего по настоящему желает твое сердце - загадочно проговорил дьяволенок, наклоняясь и вдыхая запах с шеи Чонгука;       - И чего же оно желает? - съязвил Чон, вновь пытаясь сбросить с себя полуосьминога;       - В том то и дело. Я не чую твоих желаний, глупый негодник. Вероятно это происки одной милой особы, так?… Ты похоже многое отдал, чтобы поймать меня. Какая честь.. Да да.. Пожалуй.. Хм.. Пожалуй я соглашусь выполнить даже парочку твоих просьб.. - рассмеялся уродец, легонько кусая его за мочку уха.       Чонгук оттолкнул его и посмотрел, как на психа. Хотя если вспомнить, Немезида тоже не могла прочесть его судьбу или что-то вроде этого. Похоже у Авроры были поистине волшебные поцелуи, которые не давали другим тварям увидеть подноготную Чона. Намеренно или нет, но девушка помогла ему, оставалось лишь гадать был ли еще какой-то подвох во всем этом.       - Освободи брата и не смей ничего выкидывать, иначе я найду способ не только держать тебя на привязи! - пригрозил Чонгук;       - Свобода брата, взамен моей свободы? - прошелестел тот;       - Но только после того, как я увижу, что с ним все в порядке - припомнил Гук;       - Хочешь водить меня, как питомца? так не пойдет! - рассмеялся гаденыш;       - Уверен? - осмелев, заявил Чон, сжимая ключ.       Лента на горле твари тут же натянулась, причиняя боль. Это было странное колдовство, но Чонгук словно осознал, что этот уродец будет слушаться. Что все его тело в данный момент подчиняется Гуку.       - Я не самый лучший попутчик - опять ухмыльнулся демон;       - Ты сделаешь это. И мне даже торговаться не придется - заявил Чонгук, ощущая то, как работает его власть над этой тварью;       - Ладно. Это даже интересно.. - загадочно отозвалась тварь, сменяя угрюмое лицо на обольстительное и заинтересованное.       Парнишка наклонился ниже, явно нацелившись на губы Чона. Гук хотел отвернуться, но его подбородок грубо сжали, фиксируя голову на месте. В мгновенье тело демона покрылось странными рисунками. По плечам и шее расползся черный узор. Если бы не ситуация, то Чон бы наверное изумился, но похоже это нужно было для заключение своеобразной сделки между ними. Уродец коснулся его своими губами. Они были холодными и мягкими, хотя Чон ожидал некое зловоние из чужих уст. И почему все эти бестия так норовили забраться к Чонгуку в рот. Наверное права была Немезида, когда говорила, что любовь дарована только людям. Вся эта нечисть так и гналась за мирскими утехами, желая урвать хоть что-то. Загадочный рисунок тем временем переполз на Чонгука, расходясь по его рукам и груди, но когда дьявол отстранился, то все исчезло.       - Готово.. Братец на свободе.. - беспечно хмыкнул тощий демон.       Чонгук в мгновенье столкнул его с себя, утирая губы ладонью, чем вызвал смех у уродца.       - Почему нельзя просто руку жать? - брезгливо бросил Чон, поднимаясь на ноги.       Он не ждал ответа на этот вопрос, скорее просто бузил от недовольства. Вчерашнее купание все еще давало о себе знать. Голова болела, а желудок сводило. Гук был не в лучшей форме и ему определенно следовало отдохнуть, но сейчас для этого просто не было возможности. Не долго думая, он зашел в каюту и порылся в вещах. Стоило дать хоть какую-то одежду этому голодранцу. Не мог же Чон привезти на остров обнаженного пацана. Хотя человеком эта тварь была только снаружи и наверняка не нуждалась в чем-то подобном. Вернувшись, Гук бросил вещи демону, приказав одеться. Тот лишь хмыкнул, но приказ выполнил. Одежда Чонгука была ему не по размеру, но села вполне нормально. Теперь уродец еще больше походил на человека, разве что черные ногти и острые клыки вызывали сомнения.       После, Гук все же достал себе хлеба, пресной воды и немного маринованных овощей. Желудок с радостью принял еду. Демон по прежнему стоял на палубе, наблюдая за ним своими черными глазами. Чонгук все еще испытывал тревогу и какую-то опасность рядом с ним, но приблуды Немезиды успокаивали. Хотя бы в этом ведьма его не надурила.       Закончив с едой, Чонгук достал компас и карту, чтобы проложить себе маршрут. Ему определенно нужно было выбраться из вереницы рифов не разбив корабль. Это цель не была легкой, так как старый баркас не имел хорошей маневренности, но благо ветер был попутным. Дойдя до штурвала Чон сделал пару движений, закладывая направление. Пока все шло хорошо, хотя один из рифов проскреб корму. Первый круг скал был пройден, оставалась вторая цепочка. Поначалу Чонгук хотел просто обогнуть эту опасную местность, но по правде говоря эти воды были ему незнакомы и возможно дальше, рифов было куда больше. Вывернув штурвал, Гук двинулся вперед, но это было ошибкой, корабль проскребло и чуть не разбило. Дьявол, наблюдавший все это время за парнем, слишком резво подскочил к нему, перехватывая крутящийся штурвал. Он ловко справился, словно до этого день и ночь стоял у морского руля. Маневр был опасным, поэтому Чон поспешил перенять управление обратно.       - Успокойся! Я эти воды знаю не понаслышке - прошипел худощавый демон, слегка толкая его;       - Может ты просто хочешь утопить меня - фыркнул Чон, замечая, как мягко тот управляеться со штурвалом;       - Для начала ты должен отдать поводок, иначе я так и буду на привязи - огрызнулся дьявол, указывая на ключ, который теперь висел на шее Чонгука.       Что же не стоило ждать благородства от демона. Этот желал уличить лишь выгоду в свою пользу. Но надо отдать должное с баркасом он управился просто виртуозно. Корабль выплыл из опасной местности, как по маслу. Будь это кто-то другой, то Чонгук может быть даже похлопал, но так он просто встал за штурвал, держа нужный курс.       Плыли они достаточно долго. Порой Гуку казалось, что путешествие вперед было гораздо короче, но впереди начало виднеться что-то похожее на архипелаг и Чон обрадовался, что к ночи они доберуться до суши. Демон вел себя на удивление спокойно. Он не пытался больше поторговаться или к примеру напасть на Чонгука, а лишь стоял на корме, разглядывая синий простор. Но что-то все же настораживало Чона, и лишь спустя некоторое время, парень осознал свой промах.       Гук сорвался с места и направился к дьяволу, дергая того за плечо. Худой уродец даже не попытался как-то отбиться, лишь недовольно зыркнул в его сторону.       - Твой питомец. Он следует за нами, верно? - рыкнул Чон;       - А ты смышленый - хихикнул демон, сощурив свои лисьи глаза;       - Отзови его! - вновь прорычал Чонгук;       - Не могу.. - беспечно ответил тот;       - Не лги мне! - крикнул Гук, замечая, как по тонкому телу пробежали непонятные судороги;       - Я не властен над ним - честно сознался дьяволенок, но Чон не верил в его слова;       - Тогда почему оно плывет за нами? - хмыкнул Чон.       Но в ответ была тишина. Гаденыш не собирался отвечать на заданный вопрос, делая лицо злым и хмурым.       - Отвечай мне, ты проклятый паршивец! - приказал Чонгук.       Он был на взводе, так как действительно боялся той огромной твари. И Гук не желал, чтобы это существо следовало за ними и приплыло к острову. Тощий дьявол тем временем согнулся напополам. Видимо непослушание отражалось на нем подобным образом.       - Он не питомец. Он мой конвоир и надзиратель.. - процедил демон, поблескивая черными злыми глазами.       Чонгук опешил от его слов. Неужели для такого крошечного уродца нужен был такой огромный зверь для конвоя. У Немезиды видимо действительно был зуб на этого полуосьминога, раз она приставила к нему настолько отвратную тварь.       - Что ему нужно? - уже более спокойно произнес Гук.       Хотя он догадывался, что именно нужно твари. Точнее не что, а кто. Наверняка оно хотело, чтобы его пленник оставался при нем. Что же Немезида в очередной раз схитрила не предупредив Чонгука, что у дьявола будет довесок от которого вряд ли получиться избавиться. Эта хитрая ведьма определенно не желала расставаться с тем, кого прокляла.       - Ему нужно чтобы я был неподалеку - ответил дьяволенок, поглядывая на волны;       - И все? - неверяще бросил Чон;       - Может и не все.. - пожал плечами демон.       Чонгук хотел вновь накричать на него, но тот поднял ладони в сдающемся жесте.       - Погоди-погоди.. Как давно ты в море? Ты что ни разу не слышал про Харибду*? - выпалил демон, отходя назад на два шага и цепляясь за черную ленту;       - До недавних времен я думал нечисти не существует и это все байки пьяных матросов - честно сознался Гук, сжимая руки в кулаках;       - Он что-то вроде Харона*, только в морском царстве - пояснил дьявол;       - Я не понимаю о чем ты - фыркнул Чон, слегка стыдясь своей неосведомленности;       - Души тех, кто погибает в море, он собирает их и перенаправляет на тот свет - отозвался демон;       - Значит живым людям он не опасен? - уточнил Гук;       - Если его не злить - хмыкнул полуосьминог.       Чонгук посмотрел на него с недоверием. По правде говоря, чем больше он узнавал о гигантском осьминоге, тем сильнее Гук начинал сочувствовать проклятому человеку. Вечные скитания в море в изуродованном теле подле твари, которая должна подбирать мертвых. Все это определенно звучало, как изощренное наказание. Не удивительно, что тот начал играть с судьбами моряков, исполняя их желания. Или может это Немезида наделила его такими способностями. Он мог удовлетворить чьи угодно желания, кроме своих. Но Гук не дал жалости пробраться в свое сердце. Парень последний раз бросил взгляд на демона, а потом вернулся к штурвалу.       Оказалось, что острова, которые он увидел вдали, были не тем самым архипелагом. Баркас все же сбился с пути, приплыв к небольшому клочку суши. Но если верить карте, то до архипелага было не так уж далеко, необходимо было плыть лишь чуть южнее.       Чонгук пришвартовал баркас у берега и спустился на сушу. Он собирался переночевать и отдохнуть здесь, а утром с новыми силами выдвинуться в путь. Его попутчик никак на это не отреагировал. Хотя Гук подозревал, что тот очень хочет отделаться от ошейника и сбежать.       Раскинув невод, который ему одолжил хозяин баркаса, Чон решил порыбачить. Он уже давно не ел горячей еды, поэтому идея с жареной рыбой, показалась ему просто отличной. Рыбалка продлилась не долго. Пару рыбешек почти сразу попались в сеть. Он отобрал крупных, а мелких отпустил в море. Позже Чонгук разделал и почистил рыбу, краем глаза, наблюдая, как дьяволенок бродит по песчаному берегу и зарывается пальцами в песок. С виду тот выглядел таким молодым, словно несформировавшийся юнец. Он не отходил далеко от баркаса и так прекрасно понимая, что от Чонгука и его колдовского поводка далеко не убежать. Похоже полуосьминог смирился со своей вынужденной участью, а может просто развлекался, наблюдая за тем, как Чон пытается вариться в этих мистических играх судьбы.       К вечеру Гук развел огонь около поваленного дерева, чтобы зажарить выпотрошенную рыбу. Солнце понемногу садилось, подкрашивая водную гладь золотыми лучами. Воздух становился прохладней из-за опускающейся ночи. Хворост потрескивал в огне, пуская в небо короткие яркие искры. Чонгук покрутил рыбьи тушки, чтобы те лучше прожарились. Он принес хлеб, чтобы слегка подогреть его над углями. Этому его научил отец. Подсохшая буханка всегда становилась вкуснее, если ее немного подпечь. Иногда они проворачивали подобное дома у камина, чем гневали матушку.       Наконец еда была готова. Но прежде, чем приступить к ужину, Гук еще раз огляделся, ища глазами своего пленного попутчика. Тот больше не бродил по пляжу. Юноша стоял с закрытыми веками, позволяя ветру трепетать свои черные волосы. Он словно наслаждался моментом, что выглядело достаточно странно. Разве падшие существа могли радоваться подобным вещам? Хотя когда-то же он был человеком, может и сейчас что-то да приносило ему радость.       - Подойди сюда.. - позвал его Чон, привлекая внимание.       Тот слегка встрепенулся от чужого голоса, но быстро принял обычное выражение лица. По началу Гуку казалось, что тот постоянно сердиться из-за того, что оказался в очередной ловушке, но похоже это существо просто всегда был угрюмым и мрачным.       По правде говоря, Чонгук сам до конца не знал зачем позвал полуосьминога. Возможно потому что внешне тот напоминал человека и Чон подсознательно относился к нему, как к обычному человеку, у которого были потребности в еде и в прочих базовых вещах.       Демон, конечно же послушался своего нового хозяина. Он двинулся к Гуку и остановился чуть поодаль, ожидая чего от него хотят.       - Садись.. - укзал Чон, протягивая ему рыбу и кусок хлеба на широком банановом листе;       - Ты серьезно? - удивился тот, разглядывая скромное угощение;       - Ты не в том положении чтобы выбирать - фыркнул Чонгук;       - Твари вроде меня не нуждаются в еде. Ты разве не знал? - пробормотал полуосьминог.       Он действительно был изумлен тем, что ему предложили разделить ужин, ведь ранее парнишка не делился с ним перекусами;       - Не хочешь, не ешь - пожал плечами Гук, чувствуя себя глуповато.       Не нужно было ему слушать свое мягкое сердце. Чонгук, конечно держал обиду на дьяволенка, но он никогда не был кровожадным садистом, желающим морить кого-то голодом. Отец как-то рассказывал про моряков, которые не имели возможности пополнить припасы во время плаванья, поэтому умирали от измора. В такие времена даже поганые крысы, казались великолепными яствами. Уродец же тоже в глазах Чона выглядел живым существом, а живые нуждались в еде. Даже Аврора ела с ним фрукты и хлеб, а она явно была не человеком. Хотя по итогу, демон съел все то, что ему дали и даже рыбью голову с хвостом, из-за чего к горлу Чонгука подступила тошнота. На мгновенье Чону показалось, что тому даже понравилось эта незамысловатая еда, но спрашивать Гук не стал.       Время летело быстро. Сумерки окончательно накрыли небольшой остров. Из-за темноты костер стал казаться более ярким и завораживающим. Чонгук бросил кости в огонь, наблюдая, как искры взметнулись в небо от его действий. Чон перевел взгляд на своего путника. Тот тоже смотрел на огонь. Его голые пальцы зарылись в песок и смешно перебирали белые песчинки насыпая то на одну ступню, то на другую. Сменной обуви у Чонгука с собой не оказалось, поэтому он одолжил только свою одежду, но кажется полуоьсминога это не особо волновало.       - Как тебя зовут? Человеческое имя. Ты же был человеком когда-то - поинтересовался Чон, наблюдая за тем, как демон перестает играть с песком.       Хотя человек, это было громко сказано. Если парень был проклят в том теле, в котором пребывал сейчас, то ему вряд ли было больше двадцати лет. Не повезло конечно мальцу разозлить Немезиду, наверное даже жизни не успел повидать.       - Мне теперь всегда тебе приказывать? Что в этом такого, я ведь просто имя спросил! - фыркнул на чужое молчание Гук;       - Я.. Я не помню, как меня звали - негромко отозвался дьяволенок, потеребив ленту на шее, ощущая легкую боль от недовольства хозяина;       - Разве можно забыть собственное имя?! - неверяще хмыкнул Чон;       - Можно, когда долгие годы никто тебя не зовет им - пожал плечами тот, поднимая свои бездонные глаза на Чонгука.       По правде говоря, Гук не ожидал подобного ответа. Он думал что над ним поглумяться или скажут что-то язвительное, но похоже честность в этом мире по прежнему была одной из обескураживающих вещей.       - А ты трусишка, ты свое имя помнишь? - прервал повисшее молчание демон, меняя лицо на более хитрое;       - Чон Чонгук.. и я не трусишка - фыркнул Гук.       Из-за предыдущих слов полуосьминога, Чон подумал об одной вещи. Если это существо забыло свое имя, то наверняка оно и все человечное в себе позабыло. Ведь скитаясь в морских водах подле пожирающей трупы твари, трудно было сохранить хотябы частичку себя.       - С тобой определенно что-то не так, Чон Чонгук - подал голос тот, наклоняя голову в бок, и рассматривая парня из под сбившейся челки;       - Что не можешь мне в голову залезть и все разнюхать? - бросил Чон, мысленно благодаря Аврору за тот поцелуй, который оградил его от происков нечисти;       - Мне и в голову к тебе лезть не надо. Ты хочешь вытащить убийцу из тюрьмы. Поплыл к опасным рифам ради поимки проклятой твари. Ты вообще знал, что даже опытные моряки не всегда могут пройти тот клочок моря. Разве твой безумный братец не предупреждал тебя? Однажды его судно застряло именно в тех водах - хихикнул чертенок, веселясь и показывая свои лисьи клыки и розовые десны над зубами.       Чонгук на мгновенье вспомнил рассказы старшего. Чонхен был безумен, в тот раз. Он лепетал про демона, который желал потопить их корабль и скормить всех своей гигантской зверюге. Но что-то тут не сходилось. Зачем тогда полуосьминог забрался на палубу, если мог дождаться, когда стихия сама все сделает за него. Но внезапно в голове у Чона всплыло другое воспоминание. То, как недавно демон помог справиться ему с рифами. Может в тот день Чонхен все неправильно понял. Это существо не пыталось потопить корабль, оно пыталось спасти. Нет. Не может быть. Это просто безумие какое-то.       - Что с лицом? Внезапно осознал, что зря заключил сделку? - рассмеялся дьяволенок, вновь широко растягивая губы в улыбке;       - Ты пытался спасти их.. Корабль брата? В тот день ты пытался спасти их? - неверяще пролепетал Гук, подбираясь чуть ближе к демону;       - Что за глупости - фыркнул полуосьминог, переставая насмешничать;       - Отвечай правду! - сходу потребовал Гук, не желая растрачиваться на ужимки.       Паренек тут же схватился за ленту, вздрагивая от того, что его тело ударили изнутри за непослушание. Простачок Чонгук порой бывал очень нетерпимым, особенно когда его водили за нос.       - Да.. да.. Ты правильно все понял! Но мне стоило дать утонуть им всем! Я жалею о том, что спас то судно - озлобленно огрызнулся тот, выставляя свои клыки более угрожающе;       Он потер шею, ожидая, что Чон плохо отреагирует на его реплику и сделает еще что-то дурное. Возможно ударит его или воткнет кинжал, который всегда таскал с собой. Но тот просто резко встал и прошел мимо.       Чонгук действительно хотел сделать что-то неприятное. Конечно, он понимал, о чем говорит демон. Если бы Чонхен тогда погиб, то возможно Джию была бы жива и сам Гук не примчался бы на край света, чтобы поймать маленького уродца и теперь распоряжаться им, как какой-то жалкой собачонкой.       В расстроенных чувствах он ушел на корабль, решив просто уснуть и не думать больше ни о чем. Какая теперь была разница, кто выжил в прошлом, а кто нет. В итоге Чонгук был здесь на чертовом необитаемом острове в компании твари, которая то ли спасала, то ли убивала, играя с судьбами людей. Хотя чего еще стоило ожидать от нечисти.       Утром Гук проснулся с более ясной головой. Чон собирался вновь развести огонь и хорошо поесть, ведь весь оставшийся день они пробудут в плаванье. Он вышел на палубу и огляделся по сторонам. Дьяволенка нигде не было. На берегу тоже было пусто, лишь кострище, которое осталось после их вчерашнего ужина. Нервозность пробежала по телу. Не мог же этот лис ухитриться и как-то избавиться от ленты.       Для верности, Чон обшарил весь баркас, но нигде не нашел своего пленника. Похоже тому удалось как-то сбежать. Чонгук был в ярости от этой мысли. Оставалось надеяться, что демон действительно освободил Чонхена и когда Гук вернется домой, то брат будет на свободе. Разозлившись на самого себя, Гук стянул ключ с шеи, желая его выкинуть. Но внезапно в далеке что-то булькнуло. Чон перевел взгляд, подмечая, как в метрах пятидесяти от корабля вынырнул дьяволенок. Он барахтался и хрипел, размахивая своими черными щупальцами.       - Прекрати! - задыхаясь, крикнул парень, цепляясь за ленту.       Чонгук тут же расслабил руку. Он наблюдал за тем, как полуосьминог перестает барахтаться и начинает плыть в его сторону. Уродливое тело все еще вызывало отвращение и какую-то неприязнь. Хорошо, что демон вернул себе ноги, когда приблизился к баркасу и забрался на палубу.       - Что на тебя нашло, чокнутый психопат?! - яростно фыркнул тот.       Только потом Гук увидел, как от ленты на шее идет черная кровь, стекая по влажному телу кривыми темными струями. Зрелище было жалким и противным. Чонгук ощутил себя садистом, но попросить прощения не поворачивался язык. Он принес холщовое полотенце и присел рядом, накидывая на чужие обнаженные плечи. Парнишка ощутимо вздрогнул, оставаясь скрюченным на полу палубы.       - Я думал ты сбежал, вот и разозлился - негромко проговорил Чон.       В ответ была лишь тишина. Полуосьминог ничего больше не говорил. Его тело все еще болело от того, что с ним сделал ошейник Чонгука, и нарываться на новый гнев было слишком опасно. Гук тоже больше ничего не стал говорить. Он ощущал себя неправильно, но ничего не мог с этим поделать.       Чон вернулся к тому, что планировал сделать ранее. Он достал тушки рыбы, но в этот раз решил сделать рыбную похлебку. Парень развел огонь на месте вчерашнего пепелища и установил треногу с котелком. Запасы пресной воды заканчивались, но Гук надеялся, что сегодня он наконец вернется на остров и беречь припасы не будет необходимости.       Дьяволёнок по понятным причинам больше не уходил далеко, но и держался стороной, стараясь больше не злить временного хозяина. Хотя в этой ситуации Чон злился больше на себя. Заистерил, как какой-то дурак. Не зря демон называл его трусишкой. Наверное Чонгук и правда был в какой-то степени напуган, все же последнее время его жизнь стала слишком непредсказуемой и переполненной колдовскими существами.       Закончив с ухой, он позвал своего невольного спутника на завтрак. И хотя тот говорил, что не нуждается в еде, Чону хотелось его накормить. Возможно это было своеобразная оливкавая ветвь, которую он хотел протянуть хотя бы на время плавания. Полуосьминог, как и вчера уселся на бревно и перехватил плошку с едой слегка помедлив.       - Что опять? - уточнил Гук, наблюдая, как тот пялиться на тарелку с ложкой.       Было ощущение, что парень не ответит, но видимо утренняя взбучка преподала ему хороший урок, поэтому он поспешил подать голос.       - Я давно.. давно не держал столовых приборов - отозвался тот, неумело зачерпывая бульон с куском рыбы из деревянной чашки;       - Ты же можешь облик человека принимать. Значит и к людям выходить можешь. Неужели все время только и плаваешь? - бросил Чонгук, удивленный тем, что дьяволенок все это время не выбирался на сушу;       - Я не мог обращаться раньше. Ноги проявились из-за этой штуковины - фыркнул тот, цепляясь за ленту на шее.       Чонгук посмотрел на него с сомнением, хотя в этой теории была своя правда. Полуосьминог принял облик человека после того, как Чон нацепил на него ошейник. И наверное поэтому парнишка так рьяно стремился осязать все ступнями. Скорее всего свои собственные ноги последний раз он видел в прошлой жизни. По правде говоря Гуку было любопытно расспросить его о прошлом и жизни в море и о том почему он решил спасти корабль брата, но Чон упорно держал язык за зубами. Чонгук мог проникнуться к этому существу и привязаться, а это было опасно. Находиться близко к колдовским тварям ни сулило ровным счетом ничего хорошего.       От путанных мыслей его отвлек глухой стук позади, словно что-то упало на землю. Чонгук тут же обернулся, рассматривая край густых джунглей. Там не было ничего, что могло бы оправдать этот странный звук. Чон даже начал волноваться. Ему точно не послышалось, к тому же наученный колдовским опытом, Гук предпочитал всегда оставаться начеку. Мало ли какая тварь захочет напасть.       - Расслабься, трусишка.. - хмыкнул дьяволенок, поднимаясь с места.       Он прошел к кромке леса, останавливаясь около высоких пальм. Те раскинули свои широкие листья, отбрасывая большую тень на песок. Полуосьминог поднял с песка кокос, который видимо упал с пальмы, тем самым напугав Чона. Гук мысленно посмеялся над собой. Похоже, он и правда стал слишком нервным и теперь шугался от каждого шороха. Демон тем временем вернулся к поваленному бревну и присел на свое место.       - Дай-ка кинжал.. - попросил тот, протягивая свою худощавую ладонь.       Чонгук посмотрел на него с сомнением. Не желал он давать оружие в руки этой твари, тощий парень совершенно не вызывал у него доверия.       - Ну не трусь.. Ты буквально силой мысли можешь причинить мне боль - хмыкнул тот.       Гук тут же почувствовал укор собственной совести от воспоминаний об утреннем инциденте. Сдавшись, он вытащил кинжал из ножен и протянул полуосьминогу. Тот перехватил оружие и повертел кокос. Он нашел небольшой скол от удара коры об землю и прицелился к нему. Пару ловких движений и кокос раскололся на две части. Запахло чем-то сладким и немного пряным. Чонгук посмотрел с любопытством. Он видел кокосы и слышал, что они могут убить, если упадут на голову, но Гук никогда не пытался расколоть его и узнать что там внутри.       - Держи.. - произнес дьяволенок, протягивая ему ту скорлупу в который была мутная водичка;       - Что это? - сходу спросил Чон, внюхиваясь в приятный запах;       - Кокосовое молоко. Пей, трусишка, оно сладкое, как раз для такого ребенка, как ты - усмехнулся тот, слишком очевидно забавляясь над Гуком.       Такие подначки слегка задевали. Чонгук не был ребенком и не был трусом, иначе бы он вообще не оказался здесь. Но пить непонятную жидкость из рук морского дьявола, желания не было. Хотя тот говорил, что прежде чем умереть, Гук должен освободить его от поводка. Этот факт слегка обнадеживал. Поэтому поразмыслив, Чон перехватил скорлупку и махом опрокинул содержимое. Кокосовое молоко действительно было сладким и не походило на один напиток, который Чонгук когда либо пробовал. Честно сказать угощение парню понравилось, но он не хотел в этом сознаваться вслух.       - Не знал, что внутри бывает сок - произнес Чон, разглядывая пустую скорлупку;       - Мякоть тоже можно есть.. - отозвался дьяволенок, выковыривая ложкой белую часть кокоса из своей скорлупы.       Чонгук последовал его примеру. Это действительно было вкусно и походило на какой-то десерт. За время плавания Гуку не особо приходилось баловать себя сладким. Чаще всего он брал что-то сытное и недорогое. Хотя Чон всегда был заядлым сладкоежкой. Поэтому такой внезапный десерт его очень обрадовал.       После еды, они наконец двинулись в путь. Погода была пасмурной, пару раз шел дождь, но он не был предвестником шторма, поэтому Чонгук не сильно беспокоился. Похоже природа дала ему время на передышку. Хотя из-за этого, Гук начинал думать, а не затишье ли это перед бурей. И под бурей он подразумевал не только ухудшение погоды.

𓍫𓊝𓍫

Склаваж* - полоска ткани на шее, на которой изредка закреплены драгоценности или бант. Харон* - перевозчик душ умерших через реку. Баркас* - Самоходное судно небольших размеров, предназначенное для различных перевозок в гаванях и на рейда. Галеон* - большое многопалубное парусное судно XVI—XVIII веков с достаточно сильным артиллерийским вооружением, использовавшееся как военное и торговое.