Выстрел за двоих

      В кабинете генпрокурора негромко вещал телевизор, какая-то новостная программа. Двое мужчин сидели за деревянным письменным столом. С поражающей точностью тикали настенные часы.       — Это был риск. — массируя переносицу, генпрокурор прикрыл глаза.       — Но, ведь оправданный. — закинув ногу на ногу, на стуле сидел прокурор Ян Мин Сонг в ярко-красном костюме. — Предоставьте решить это мне.       — Это дело ведёт Ким Су Хёк. Потребуется существенные основания, чтобы забрать у него дело и передать другому. Да, и он так просто не отдаст.       — Хм, есть ведь и другой способ. В Пусане через два дня пройдёт конференция, ну и кого нам туда отправить, как не Ким Су Хёка?!       Генпрокурор посмотрел на улыбающегося мужчину и, согласно кивнув, взял трубку телефона, нажимая на кнопку слева, чтобы обратиться к своему секретарю со словами: — Подготовь приказ.       Небо над Сеулом приобретало особенно-нежный оттенок на рассвете. Пак Суён любила пить кофе, рассматривая плывущие по розовому зареву облака.       Милашка Хван Ми Юн сияла, как бриллиантовое колечко, после похода к доктору. Не могла наглядеться на УЗИ-снимок и пропадала где-то на высоких волнах своего безмерного счастья. Суён смотрела на это бесконечно-милое безобразие и качала головой.       Дождавшись восьми часов утра, Суён собралась: надела чёрный свитер, болотно-серый пиджак и просторные брюки, и чёрное пальто, обула утеплённые мехом кроссовки на высокой подошве и, захватив с собой элегантную сумочку, на скорую руку привела лицо в порядок, и выскочила из квартиры.       В допросную её, разумеется, не пустили, но в кабинете прокурора Кима было вполне уютно. В каждом уголке здесь ощущалось его присутствие и поэтому Суён чувствовала себя так, будто тихонько вскрыла его броню и заползла куда-то под солнечное сплетение, сворачиваясь там трепетным комочком. Ким Су Хёк допрашивал человека, с телефона которого был сделан тот злополучный звонок, повлекший за собой столько смертей. Телефон принадлежал тюремному надзирателю, но ничего предосудительного на него найти не удалось. Он был абсолютно чист. Пак Суён услышала звук оповещения и прочла несколько фраз с экрана мобильного, которые ей прислал прокурор. Всё оказалось так сложно…       — Плохие новости? — Джу Ин До появился в кабинете неожиданно.       — Не знаю.       Нужно было что-то предпринять. Суён позвонила Ли Сон Чжуну. Назвала имя тюремного надзирателя и попросила в кротчайшие сроки наловить столько информации, сколько возможно, и даже сверх того. Хакер перезвонил спустя десять минут, подтверждая чистоту подозреваемого, однако, упомянул о странном звонке, который поступил в службу спасения от его супруги всего за два дня до происшествия.       — Она успела что-то сказать?       — Да. Сообщила о том, что неизвестный проник к ним в квартиру, но когда полицейские приехали по адресу, она извинилась за ложный вызов.       — Вот как. — Суён быстро схватила ручку и вырвала из первого попавшегося блокнота страницу, записывая свои подозрения, а потом протянула его мужчине.       — Что это?       — Джу Ин До, ты ведь можешь зайти в допросную?       — Ну да.       — Передай это Су Хёку.       — Но.       — Срочно.       Детектив послушался тревожных ноток в её голосе и сорвался с места, выбегая из кабинета, как пуля.       Прокурор Ким ненавидел, когда его держали за дурака. Сейчас он сидел напротив человека, который вот уже полчаса клятвенно заверял, что произошла какая-то ошибка и что он совершенно невиновен, что честно исполнял свой долг и не понимает, в чём суть обвинений. Ким Су Хёк чувствовал, что от всего этого его голова начинает разваливаться.       Детектив вошёл в допросную без стука и протянул прокурору какой-то клочок бумаги. Прокурор узнал подчерк. Когда он оторвался от чтения записки и посмотрел на задержанного несколько изменённым выражением глубоких глаз, тюремный надзиратель шумно сглотнул, словно почувствовал кое-что неладное.       — Вам угрожали?       — Нет. — слишком быстрый ответ и участившиеся дыхание.       — Вы уверены? — Су Хёк пребывал в пространстве между состраданием к человеку, который совершил преступление, чтобы защитить свою семью, и негодованием из-за этого же поступка.       «Глупость, да и только».       Мужчину пробрала дрожь и он тяжело выдохнул, опуская при этом голову. Прокурор прекрасно знал, как выглядит человек, который хочет, но боится в чём-то сознаться, и этот человек уже готов был признаться. Ким Су Хёк резко поднялся, отодвинул стул с противным «визгом», этот звук прошёлся по нервам, как наждачка.       Прокурор подошёл к задержанному, положил руку на его сутулое плечо и заговорил так тихо, чтобы услышать мог только тот, кому эти слова предназначались:       — Никто не причинит вам вреда, но, если вы так и будете молчать, подобное повторится. И, вот тогда, ваши близкие окажутся в реальной опасности.       — Я н-не могу. — испуганно прошептал мужчина. — Не хочу закончить, как Пак Мён Су. У меня жена и сын. Можете арестовать меня за халатность и посадить в тюрьму, но я ничего не скажу, прокурор Ким. Ничего не скажу.       — Идиотина! — в сердцах выпалила Суён, прожевав кусочек вяленого мяса. — Значит, предпочтёт сесть в тюрьму, как преступник, но не сдаст того, кто шантажом заставил его этим преступником стать? Куда, чёрт возьми, делся здравый смысл?!       Прокурор Ким пил только чай и наблюдал за тем, как стремительно девушка доедает свою порцию, используя эту картину, как стабилизатор для собственной концентрации. Так он приводил мысли в порядок, но, когда Суён поперхнулась, прокурор Ким подал ей салфетку и стакан с водой.       — Тише. Не спеши.       — Кто это говорит, а? — девушка выдохнула и почти залпом осушила стакан. — Человек, который летает по прокуратуре, как комета по орбите.       — Специфика местности обязывает.       Суён с любопытством смотрела на то, как Ким Су Хёк своими тонкими и аккуратными пальцами берёт несколько салфеток и протирает мокрые брызги воды, которые она же и оставила на столе прямо перед собой.       «Эти аристократические замашки… Этот человек хоть что-то делает некрасиво?»       — Но, покидая космос, я предпочитаю возвращаться к человеческому шагу.       — Что-то я не замечала.       — Наверное, ты не туда смотрела.       Суён снова подавилась глотком воды, закашлявшись. От этой мужской невозмутимости уже хотелось куда-то сбежать и, Суён очень надеялась, что её лицо не стало красным, как рак.       — Ч-чёрт, кхм… — девушка промокнула губы салфеткой. — Мне уже начинать привыкать к этому?       — К чему? — прокурор посмотрел на девушку, демонстрируя абсолютное непонимание.       — К этому. — Пак Суён неопределённо взмахнула руками, пытаясь как-то сформулировать ощущения; она нахмурилась, когда поняла, что не может толком ничего объяснить. — Ну… просто ты… Ладно, забудь.       «Какого чёрта я несу эту бредятину?!»       Прокурор по-доброму усмехнулся, приваливаясь к спинке стула. Эта девушка была совершенно очаровательна. Иногда он находил забавным и увлекательным — смотреть на мир через её призму; видеть то, что видит она, и чувствовать то, что чувствует Суён. Может быть, по этой причине, ему было так легко прощать её, а вернее было легко не злиться.       На улице давно стемнело.       Припорошил лёгкий снежок.       Прокурор расплатился за ужин и догнал Суён, которая стояла на последней ступеньке и любовалась полукругом луны, ощущая, как из-за мороза начинает краснеть нос и замерзают кончики пальцев. Зря она не взяла с собой тёплые перчатки.       — Поехали. — тронув её плечо, Су Хёк привлёк внимание девушки, и они вместе направились к парковке.       — Закинь меня домой. — Пак Суён посмотрела на экран мобильника. — Ми Юн уже дважды звонила, а у меня телефон на беззвучном был.       Пак Суён услышала только звук резкого торможения и успела заметить огромную чёрную тень, надвигающуюся на них с бешеной скоростью. Ким Су Хёк выскользнул из-под колёс с завидной проворностью и, прихватив Суён за локоть, затащил девушку себе за спину. Бронированное стекло пассажирского сидения съехало вниз и оттуда показалось улыбающиеся лицо лидера Чана.       — Моё почтение, прокурор Ким. Госпожа Пак, как вы поживаете?       Лидер bones ответила мимолётной, но яркой улыбкой, восстанавливая ритм сердцебиения. Её локоть успел занеметь, так цепко и увесисто прокурор вцепился в её руку, будто она стояла на краю пропасти, а он держал её, спасая от падения. Ким Су Хёк кинул агрессивно-сдержанный взгляд на водителя, а потом обратился к лидеру Чану.       — Что на этот раз? Чем обязаны такому ошеломительному появлению?       — Я слышал, вы кое-кого потеряли. — с намёков начал мужчина, наслаждаясь тем, как настороженно переглянулись Пак Суён и прокурор Ким.