Под дождём/In the rain

      На следующее утро Люциус и Гермиона оказались в совершенно другом месте. Люциус проснулся в своей постели и увидел ухмыляющегося Северуса, стоящего в дверях и качающего головой. Замешательство на лице Люциуса было объяснимым. Последнее, что он помнил — то, как провалился в сон на диване в гостиной рядом с обнажённой Гермионой.       — Драко перенёс вас сюда. Умный мальчик. Мне страшно подумать, какие звуки разнеслись бы по этому дому, если бы вас там обнаружил кто-то другой.       Люциус, всё ещё пытаясь проснуться, закатил глаза.       — В противном случае девушка бы умерла, Северус. Я нашел её в снегу.       Северус слегка усмехнулся.       — Ты находишься в доме, полном гриффиндорцев. Они редко думают, прежде чем действовать.       — Слишком верно, Северус.       Пока мужчины перешёптывались, Гермиона спала, растянувшись на животе под зеленым одеялом. Прежде, чем Люциус успел встать, она пошевелилась. Северус, выгнув бровь, наблюдал, как Гермиона перевернулась, забрасывая руку и ногу на Люциуса. Ширины одеяла не хватило, чтобы скрыть её, когда она перекатилась на бок. Северус поймал себя на том, что его взгляд скользит по её телу. Её спина была обнажена, и хотя одеяло было перекручено вокруг ягодиц, ноги так же были открыты.       — И на что ты смотришь, Северус?       В крови Люциуса закипал гнев.       —Ах… просто отмечаю преимущества роли белого рыцаря мисс Грейнджер.       В этот момент сонная Гермиона подняла голову. Её глаза расширились, когда она поняла, где находится и что на ней ничего не надето.       —О, Мерлин!       Она начала стремительно заворачиваться в одеяло и отползать в сторону, не замечая, что двигается к краю кровати, и осознала это, только очутившись на полу. Вскочила, вцепившись в одеяло и лихорадочно заозиралась по сторонам.       —Моя… моя одежда…       —Не волнуйтесь, мисс Грейнджер. Я не думаю, что Люциус чем-то недоволен.       Поймав потрясённый и возмущённый взгляд Гермионы, пытающейся что-то ответить, Северус покинул комнату. Дверь закрылась с громким щелчком. Воспоминания нахлынули на Гермиону. Снег… приглушенный голос Люциуса… его тепло… но как она попала в его комнату, она не знала.       Люциус наблюдал проблеск узнавания в её глазах, когда воспоминания вернулись.       — Ох, — только и смогла она сказать.       Люциус сидел на кровати и смотрел на неё. Она стояла, завернувшись в одеяло, которое было её единственным прикрытием и было таким длинным, что волочилось по полу. По мнению Люциуса, она была красивой, но все же немного бледной. Его размышления были прерваны звуком открывающейся двери. Медленно повернув голову и приподняв бровь, словно спрашивая: «Что теперь?», он увидел своего сына.       Драко вошёл и закрыл за собой дверь, а Гермиона попыталась натянуть одеяло до подбородка.       — Отец. — кивнул он Люциусу, а затем повернулся к Гермионе и протянул стопку одежды. Гермиона лишь ошеломлённо смотрела на него. Драко закатил глаза.       — Я бы принес тебе одежду раньше, но решил дождаться, когда Уизли выйдет из комнаты.       Гермиона продолжала шокированно смотреть на него и Драко положил одежду в изножье кровати. Его взгляд снова вернулся к Гермионе и лёгкая ухмылка заиграла на его губах, когда он оглядел её с ног до головы. Чувствуя себя неловко, Гермиона ещё выше натянула одеяло. Люциус прочистил горло.       — Драко, — сказал он с ноткой угрозы в голосе.       Драко резко повернулся к отцу, и опустил взгляд, словно пристыдившись.       — Прости, отец. Миссис Уизли передала, что завтрак будет через час, так что, если вы планируете сначала развернуть подарки, то тащите свои задницы в гостиную. Её слова, не мои.       — Спасибо, Драко. Можешь идти.       Гермиона смотрела, как Драко уходит, не оглядываясь назад и не бросив ни единого комментария в своём стиле.       — Я… эм… я просто собираюсь… — Гермиона указала на свою одежду. Взяв стопку, она направилась к двери в ванную, что находилась в паре футов от кровати со стороны Люциуса. Но не дошла до неё. Люциус смотрел, как она идет в этом одеяле, а затем неожиданно протянул руку, схватил одеяло и потянул на себя. Гермиона, застигнутая врасплох, пошатнулась и полетела назад.       Люциус схватил её за талию и бросил через ноги обратно на кровать. Гермиона ахнула, а когда открыла глаза и подняла взгляд, то увидела прохладные серебристые глаза Люциуса Малфоя, зависшие совсем рядом с ней. Его руки всё ещё обнимали её за талию, удерживая на месте. Он наклонился ближе, словно собираясь поцеловать.       Но не поцеловал, хотя сердце Гермионы колотилось так, как будто он это делал.       — Сегодня я спас вас. Постарайтесь больше не попадать в такую ситуацию, которая снова потребует моей помощи.       Он был так близко к ней, что она почти могла чувствовать касание его губ, когда он говорил. Люциус закрыл глаза, приказывая себе не целовать девушку.       — Я не могу, — сказал он, и Гермионе показалось, что его голос дрогнул.       — Вы можете, — прошептала она ему в губы.       — Нет, я не могу, — сказал он уже твёрже, вставая с кровати. — Вы можете переодеться здесь. Я собираюсь принять душ перед завтраком.       Гермиона кивнула, не зная, что ещё сказать. Как только дверь в ванную закрылась, Гермиона стукнула себя по лбу.       Мерлин, Гермиона, о чем ты думаешь? Это Люциус, черт возьми, Малфой.       Быстро одевшись, она ушла до того, как вышел Люциус. *****       Люциус был не очень голоден, поэтому вместо того, чтобы пойти на кухню, где, по-видимому, собрались все обитатели дома, он прошёл в гостиную, сел в кресло и начал читать. Люциус понял, что завтрак закончился, потому что постепенно остальные начали собираться в комнате, чтобы открыть подарки. Когда Гермиона появилась в дверях, Люциус поднял глаза. К ней вернулся здоровый цвет лица, и, судя по всему, у миссис Уизли где-то было припрятано бодроперцовое зелье. Римус, Рон, Гарри, Джинни, Северус и Драко уже были в комнате. Со словами «Счастливого Рождества» Гермиона пробежала через комнату. Римус был первым, к кому она подошла. Гермиона бросилась к нему на колени и обняла, даря персональное «Счастливого Рождества». Драко понимал, что это ничего не значит, но его глаза тут же обратились к отцу, когда его голос прогремел в комнате.       — Мисс Грейнджер! — Она спрыгнула с колен Римуса и приземлилась рядом с ним на диване. — Что вы делаете? Это неуместный способ, чтобы... чтобы...       Способность строить предложения подвела Люциуса Малфоя. Брови Северуса изогнулись, как и брови Драко, в крайнем удивлении. Они прекрасно поняли, что пытался сказать Люциус. Гермиона сидела и смотрела на него широко раскрытыми глазами. Не прошло и часа, как он практически выгнал её из своей комнаты. Джинни быстро вручила Гермионе подарок в надежде остановить назревающий конфликт.       Люциус вышел из комнаты, пока остальные открывали свои подарки. Гермиона думала, что развернула все свои, когда Джинни передала ей свёрток:       — Гермиона, для тебя есть ещё один.       Любопытство охватило Гермиону. Она не могла припомнить, чтобы видела этот свёрток раньше. Медленно она распаковала маленькую коробочку. В ней лежал старинный ключ с переплетёнными змеями, вырезанными на ручке, и карточка. Подняв её, она прочитала вслух по просьбе Джинни.       — Учителя открывают двери, но войти вы должны сами.       — Хм?       Гермиона закатила глаза.       — Это китайская пословица, Рональд.       Драко с любопытством заглянул в коробку в поисках ключа.       — Полагаю, это открывает дверь, — сказала Гермиона.       — Ага, — сказал Драко. — Он открывает библиотеку в поместье Малфоев.       — Это от тебя?       Драко покачал головой. Оставался ещё лишь один человек. Человек, которому она ещё не успела отдать свой подарок. Встав, она взяла свёрток, который собиралась подарить, и медленно направилась в комнату Люциуса.       Гермиона стояла возле комнаты и размышляла, стоит ли постучать, рискуя, что он прикажет ей уйти, или просто войти. И пришла к компромиссу. Она постучит и войдёт, хочет он этого, или нет.       В своей комнате Люциус сидел на кровати, прислонившись к изголовью кровати, и читал. Робкий лёгкий стук мог принадлежать только одному человеку.       — Входите, мисс Грейнджер.       Глубоко вздохнув, Гермиона вошла в комнату, закрыв за собой дверь. Он выжидающе смотрел на неё. Легкая ухмылка заиграла на его губах, когда он увидел, как она выпрямилась, высоко вскинула голову, подошла к нему и села на кровать, как будто имела на это полное право. Она положила пакет ему на колени и пододвинулась ближе к нему.       — Счастливого Рождества, — сказала она, наклонившись и обняв его.       Люциус понимал, что это были просто дружеские объятия. Но почувствовал, как её руки двинулись вверх по его спине к шее. Сглотнув комок в горле и глубоко вздохнув, он обнял её в ответ. Когда она отстранилась, её глаза светились волнением.       — Откройте, — сказала она.       Он открыл подарок так же, как Гермиона открывала все свои — ​​медленно и осторожно, словно пытаясь сохранить бумагу. Его взгляд упал на серебряную рамку для фотографий, в которой была самая неожиданная картина. Гермиона заметила легкое замешательство, промелькнувшее на его лице.       — Той ночью у профессора Слизнорта бегали домашние эльфы с камерами. Я спросила, есть ли что-нибудь с нами.       На фотографии был запечатлён танец Люциуса и Гермионы, прежде чем она запаниковала и убежала. На снимке они стояли лицом друг к другу, глаза в глаза. Руки Гермионы обвивали его шею, а его руки медленно скользили по её плечам. Очевидно, это произошло после того, как он положил её руки к себе на шею. Они оба знали, как работают изображения в волшебном мире. Фотография была настоящей картиной и, казалось, отражала чувства и желания в тот момент; например, после того, как Гарри заставили фотографироваться с Локхартом, он всегда отчаянно пытался уйти с фотографии. Поэтому Люциус снова почувствовал комок в горле, когда смотрел на их общее фото. Когда руки Люциуса на фотографии скользнули вниз по её рукам, он обхватил её за талию, притянул к себе, прижимая близко и крепко, и закружил её по танцполу.       Люциус какое-то время не знал, что сказать. Он оторвал взгляд от фотографии и посмотрел на Гермиону.       — Зачем вы дали мне это?       Она смотрела вниз, ковыряя покрывало. Она нервничала.       — Я… я… ну, я просто хотела, чтобы у вас была фотография, которая напоминала бы вам не о том человеке, которым вы были раньше, или о том, кем вы пытаетесь быть, а о человеке, которым вы способны быть.       Люциус посмотрел Гермионе в глаза, понимая, что это нужно остановить и остановить прямо сейчас.       — Вас сбили с толку глупые фантазии маленькой школьницы.       Он наблюдал, как Гермиона внезапно перестала возиться с покрывалом и замерла, глядя на фотографию, лежащую у него на коленях. Встав с кровати, она взяла рамку и покачала головой.       — Как я могла быть такой слепой, — прошептала она, и, пробормотав извинения, почти выбежала из комнаты.       Промчавшись по коридору, Гермиона мельком увидела раздражённую миссис Уизли, выбегающую из гостиной. Гермиона ворвалась в комнату и направилась прямо к своей школьной сумке, в которую убрала фотографию в рамке. Северус наблюдал, зная, что именно она прячет. Он молча встал, чтобы пойти поговорить с дорогим другом. Гермиона повернулась и обвела взглядом остальных жильцов.       — Что случилось с вашей мамой, Рон?       — Она злится на всех. Чарли прислал мне пару бутылок румынского огневиски, и мама хотела его конфисковать, но папа сказал ей, что технически я взрослый человек и могу выпить его, если захочу. *****       Северус не мог поверить в то, что он увидел в гостиной. Мистер и миссис Уизли уже давно лежали в постели, и Северус забыл о фиаско с огневиски. Однако вид, открывшийся ему в гостиной напомнил об этом случае. Люциус подошёл к нему сзади и остановился как вкопанный, когда увидел по крайней мере одну пустую бутылку огневиски и Гермиону Грейнджер, сидящую со своим стаканом в окружении друзей. Двое мужчин молчали, наблюдая за этими друзьями.       Люциус отступил в сторону от дверного проёма, чтобы не оказаться под омелой. Однако в тот момент Северус не был столь предусмотрителен и оказался в ловушке. Гермиона подняла голову, её лицо было красным от алкоголя. Её взгляд упал на Люциуса. Его отказ принять её дар и слова о девичьих фантазиях снова пронеслись в голове. Затем взгляд девушки упал на Северуса, оказавшегося в ловушке.       — Эй, Снейп застрял! - крикнул Фред.       Глаза Люциуса сузились, когда он увидел, как Гермиона встала. Её атласный халат был расстегнут и развевался позади неё, когда она подбежала к Северусу и бросилась в его объятия, обхватив его ногами. Инстинктивно Северус схватил её и удержал. Она взглянула на него и поцеловала так яростно, что Северус врезался в дверной косяк.       — ЧЁРТ ПОБЕРИ! ГЕРМИОНА!       Рон был зол, и это было написано у него на лице. Гермиона отстранилась от своего профессора зелий и улыбнулась, прежде чем спрыгнуть на пол посмотреть на Рона.       — Что? Я уже делала это раньше.       Рот Рона открывался и закрывался, а все остальные шокированно смотрели на неё. Гермиона забыла, что никто больше не знал о том случае с омелой, но Драко был рад рассказать эту историю. В комнате повисла тишина, и глаза Северуса слегка сузились, когда он посмотрел на Гермиону.       — Мисс Грейнджер, с каких это пор вы стали столь легкомысленны? — Он указал на огневиски.       Люциус наблюдал за этими событиями, и его кровь закипала. Он чувствовал, как ярость сотрясает его нутро, и когда она ответила на вопрос Северуса, это довело его до крайности. Он даже не задался вопросом, почему его это разозлило. Это просто произошло.       Гермиона взглянула на Северуса и пожала плечами, прежде чем ответить.       — Я просто сбитая с толку глупая школьница, как мне сказали.       В её голосе звучала насмешливая невинность. Люциус оторвался от стены, схватил Гермиону за руку и потащил её прочь из комнаты, но она сопротивлялась. Наконец Люциус схватил её и закинул на плечо. Гарри и Рон вскочили, чтобы помочь подруге, но Северус остановил их.       — Уизли, Поттер, даже не думайте об этом.       Гарри сел и посмотрел на Северуса с предельной ненавистью.       — Если с ней что-нибудь случится, я убью вас обоих.       Гермиона пиналась и кричала всю дорогу по коридору.       — Нет! Отпустите меня! Люциус Малфой!       Он ногой открыл дверь спальни и направился в ванную. Включил душ, и как только вода полилась из лейки, сунул Гермиону под струю. Девушка ахнула, когда холодная вода коснулась её кожи.       — А теперь, мисс Грейнджер, вскиньте голову, как обычно, приведите себя в порядок и тащите свою задницу в комнату. Мне бы хотелось поговорить с очень трезвой Гермионой Грейнджер.       С этими словами Люциус закрыл дверь ванной. Гермиона сидела на дне ванны в пижаме и халате, вода лилась на неё, пропитывая одежду. Девушка лишь подтянула ноги к себе и обхватила их руками, позволяя воде смыть её слёзы.