Настенька

Февраль Девушка зачеркнула цифру 31 в календаре на январе, переворачивая страницу календаря на новую страницу. Первое февраля. Число, которое само напоминает о том, что она уже месяц не видела Максима Сергеевича. '(не)много ранее' Девушка терла об друг друга холодные ладони, пальцы на которых болели из-за жуткого холода на улице. Была ужасная отдышка, а горло саднило. «Кто тебя тянул за нос дышать ртом при беге?» поучительно сказала Настька. На ее фоне был слышен веселый гул еще двух личностей — Анастасии Кирилловны и Насти, той самой, которой та была до встречи с Максимом Сергеевичем. По лбу неприятно ударила тяжелая дверь. Появилась русая макушка Лизы, которая громко ойкнула, захлопывая дверь и подходя ко мне ближе. Л: Котова, что ты тут делаешь? обеспокоенно спросила, смотря на мой слегка припухший лоб. Настенька незаметно улыбнулась, понимая, что девушка беспокоится за нее. «Ну конечно беспокоится, Настенька, ты приперлась к ней в двенадцать ночи и стоишь под ее дверью с красными опухшими глазами. Как тут не волноваться и беспокоиться?» Н: Лиз, можно к тебе, пожалуйста, мне некуда идти произнесла полушепотом девочка, шмыгая носом под еще более обеспокоенное и протянутое «Тааак» Лизы, а после ее чуть-ли не силой сдвинули с места, затолкав в теплую квартиру. С плеч Лизы упала черная куртка, а на голове больше не было привычной красной шапки, как и на ногах мартинсов. С помощью той-же Лизы на Настеньке больше не было черного пальто, крупной вязки черной шапки, а после и похожих черных мартинсов. Л: Что случилось? мозг девочки проснулся уже на теплой кухне Лизы, когда под нос попал приятный запах бергамотового чая с лимоном. Руки, которые недавно ощущали себя так, будто их медленно отрезают, всаживая в каждый из них цыганские иглы, больше не болели и были теплыми, щеки не были розовыми от холода, а глаза не болели из-за рыданий на холоде. Лишь горло слегка саднило, но это прошло как только обжигающая жидкость попала в горло. Все таки прийти к Лизе была хорошей идеей. Н: Мы занялись с Максом любовью «Настя» в душе не давала сказать обычное и простое слово «секс» Н: И не услышали, как пришла его бывшая жена Лиза поперхнулась своим чаем, смотря на Настю огромными глазами и открывая широко рот в удивлении. Л: Ты думаешь… не дав договорить Лизе её слова, Настенька перебила ее Н: Там полиция. Анна Романовна вызвала полицию, сказав им, что Максим Сергеевич, педофил сказала Настя, проглатывая комок, образовавшийся в горле. Горячие слезы полились по щекам, скапливаясь в уголках губ. Она не увидит больше Макса. Она не почувствует вкус его ментоловых губ. Ещё восемь лет. Раздался громкий оглушающий звонок, на котором стояла песня шарлотта. Все таки Настенька успела взять телефон, когда в истерике убегала, правда, об этом она совершенно забыла. Она достала телефон, смотря на надпись на экране мобильного: «Мамочка❤» Н: Алло осипшим голосом от слез произнесла Настенька, а после, за все пятнадцать лет, услышала мат со стороны матери, который летел как ракета при запуске — быстро и громко. Последними словами матери было: С: Немедленно приходи домой, шлюха». 'вернемся в настоящее время' И вот, она уже месяц сидит в своей комнате, смотря на опустошенный дом Максима Сергеевича. Почти. Дом продали. Там поселилась семья — четырнадцатилетний мальчик Саша, его двенадцатилетняя сестра Лера, их мать Ева и глава семейства Михаил. Однажды они пришли в гости к Настеньке, Кириллу и Светлане с прекрасным яблочным пирогом. Настенька решила отомстить отцу и матери за домашний арест и столь отвратительное отношение к своей пока что единственной дочери, поэтому весь вечер флиртовала с Михаилом, то и дело оголяя свою задницу, аккуратно и медленно поднимая и так короткую юбку. После этого вечера отец избил Настеньку, оставив на теле отвратительные гематомы в виде огромных синяков на ребрах и в области таза. Через неделю, когда синяки даже еще не прошли, Настенька закрылась на замок в своей комнате, а после раздевшись, улеглась на кровать, расставив ноги и вставляя в себя резиновый фаллоимитатор, который ей однажды в школе подсунула Лиза, в шутку, чтобы Л: думала что фаллос живой и Максима Сергеевича. Михаил рассказал все Кириллу, а после Настя пролежала избитая и лысая весь день, аккуратно трогая свои раны, которые кровоточили. Девушка все так-же ходила в школу, где все уже знали о том, что та спала с учителем физики и химии. Над ней шутили, ее оскорбляли, называли шлюхой, учителя опускали грязные слова в ее адрес, а Леша, назвав ее самыми последними отвратительными словами, перестал с ней общаться, присоединившись в команду тех, кто ее избивал и оскорблял. Только Лиза сидела рядом с ней в кабинке туалета, вытирая слезы и говоря, что она красивая. Только Таня, бугай за 185 сантиметров ростом, давала сдачу за Настю тем, кто хоть руку поднимал на слабую девочку. Только Женя дарила Настеньке свои парики, чтобы та чувствовала себя уверенней и лучше, улыбаясь и целуя ее в лоб, шепча, что она и лысая идеальна. Только Настька договаривалась с Богом снов, чтобы тот поставил Настеньке сон, где та новогодняя ночь закончилась хорошо, а еще лучше — чтобы тот поставил ей сон, где они уже пять лет женаты, у них есть две прекрасные девочки — Лиза и Таня, и один такой-же прекрасный мальчик — Женя, а Настенька и Максим лежат на одной кровати в объятьях, целуясь. Все в интернете, в этих «ВПШ», «Сэлфи» и других новостных пабликах, только и говорили про суд бывшего видеоблогера TheBrianMaps, который спал с дочерью мэра. Даже по новостям об этом говорили, а как кишили этой информацией новостные радио и газеты. Настенька не могла справляться с этим. С всеобщей критикой, с всеобщим нагрузом, с давлением общества, который только и говорил о том, что Настенька — шаболда. Недавно она узнала, что ее панорамные окна открываются. И она уже знала что делать. Мать девочки была на восьмом месяце беременности, но в эту ночь еще не родившуюся дочь Котовых это не волновало, что стало сразу-же понятно, когда Светлана оглушительным писком просила Кирилла отвезти ее в больницу. Они быстро выбежали из дома с нужными вещами, а после их машина быстро уехала. Девушка села за стол, доставая из тумбочки ручку и листок бумаги, параллельно включая настольную лампу. «Здравствуйте. Надеюсь, мою предсмертную записку запостят в каких-то новостных пабликах и покажут по телевизору. Я хочу чтобы это знали все. Я всегда любила Максима Сергеевича, сколько бы лет не было мне и сколько бы лет не было ему. А мои родители меня не поняли. Для них я неблагодарная шлюха. Для них я груша для битья. На моем теле сотни гематом, которые поставил мне мой любимый отец, а моя мать до сих пор живет с ним только ради дорогой одежды и крыши над головой. Кажется, даже Катя не от моего отца. Они друг другу изменяют, правда, не замечают этого. Я считаю, что мой выбор — единственный правильный в моей жизни. Было неправильно то, что я родилась, было неправильно то, что я влюбилась, было неправильно просто все. Если меня не будет — это будет намного лучше» Девушка достала новую бумажку, сложив ее пополам, написав «Для Максима Сергеевича». Через пару минут две записки лежали на столе, а девушка распахнула окна, в последний раз смотря вниз, а после ступив в пустоту. А теперь настала настоящая пустота. Стало обычное ничего. Просто тело, слетевшее с тридцатого этажа, лежало на асфальте, все лицо стерлось в обычную кровавую кашу, на что было похоже и тело, находящиеся в одном нижнем белье. В том, которое Макс так любил.