Бесконечно?

      Манджиро долго всматривался в лицо Ямы, позже махнул рукой и улыбнулся. Такемичи весь трясся внутри, но на вид был очень даже спокоен. Верно, тот хрупкий и пугливый мальчишка остался внутри. Он не больше, чем тревожное воспоминание. Сейчас парень был жесток и крайне скрытен, но даже через эту маску Майки понимал, кто таится за всем этим пафосом.       — И всё-таки, можно ли мне как-то поинтересоваться, почему ты стал таким? — прямо спросил Майки.       — Каким «таким»?! — у Мичи перехватило дыхание от мысли, что его раскрыли.       — Ой, да ладно тебе… Ханагаки Такемичи. Я ведь давно уже понял, кто ты на самом деле, — Майки уже ждал очевидных оправданий в ответ.       — О чём ты?! Кто такой Ханагаки Такемичи?! — смог ответить Мичи.       — Черт, Манджиро, что ты, блять, творишь?! — но при этом мысленно орал Яма.       — Как я и думал… Сними с себя эту дебильную маску. Я давно уже понял, что это ты. Твои линзы никогда не скроют настоящий цвет глаз. Тех глаз, которые для меня роднее неба. Эскиза татуировки Доракена нет ни на одном сайте, я проверял. Зачем этот цирк?       — Майки… Скажи честно, где я прокололся?!..Ты ведь не мог узнать обо мне до моего переезда в Канто? — сдался Такемичи.       — Я узнал тебя ещё тогда, когда ты проходил мимо меня у одного из твоих любимых кафе. Меня привлек твой кулон, который тут же увидел на Хинате. Я думал, это галлюцинации, ведь они у меня уже шесть месяцев. Постоянные ночные кошмары, которые заставляли верить в твою смерть и винить себя в этом. Я не переставал верить в то, что это ты, а тут так вышло… Что ты теперь живёшь у меня за стенкой.       — А как же твой черный импульс? Уже забыл, во что превратил моё лицо?! — ядовито выплюнул Такемичи, осознанно давя на больное.       — Не забыл. Твоя «смерть» и похороны помогли мне избавиться от него. Я осознал, что сделал, когда было уже поздно. Сначала мы похоронили Доракена, а потом и тебя через несколько месяцев. Ну, а дальше ты знаешь. Думаю, Яма тебе рассказал.       — Перестань язвить, я ушел от всех для вашего же блага. У меня тоже появился черный импульс, но, в отличии от тебя, я мог его контролировать до поры до времени… Я боялся, что в один прекрасный момент не смогу сдержать его и наврежу вам. В мафии на это всем поебать, там я босс и могу делать всё что захочу, а тут нет.       Майки прокрутил этот диалог в голове несколько раз, чтобы собраться с мыслями, а после поднял глаза на парня.       — Пхах. Всё ещё не могу отойти от той мысли, что мог тебя трахнуть, а ты бы и не узнал о том, что я знал, кого ебал.       — Юморист… Мог бы не начинать эти глупые расспросы, а давно бы занялся делом. Ну, а вот что кота назвал «Мичи», спасибо. Очень приятно.       — И что?.. Что потом? Ты снова сбежишь и всё? — с горечью в голосе спросил Майки.       — Не знаю. Для всех я давно уже мертв. Ты сам сказал, что искал меня только ты и Чифую, Хина сдалась. Я все эти полгода защищал вас всех, находясь в тени. Все преступники знали о том, что с ними может случиться, упади с ваших голов хоть одна волосинка, — нехотя признался Такемичи.       — Серьезно?!..       — А ты думаешь, я просто так в мафию метил? У обычного преступника мало преимуществ и власти, я решил решить вопрос о вашей безопасности раз и навсегда. За всеми вами везде следили люди мафии, которые докладывали мне о вашем состоянии, но о том, что ты сдохнуть захотел, я не знал…       — Получается, за нами всё время следили?! — Майки был поражен.       — Да. Люди были вооружены и, в случае чего, уничтожили бы любого, кто посмел бы вас коснуться. Хина не забыла меня, она просто нашла себе девушку. Любить парня у неё не получилось, так как она всё ещё страдает по мне. Решила переключиться на девушку, чтобы не искать мне замену.       — Если ты снова сбежишь… Я точно умру и уж точно не так, как ты, — серьезно сказал Майки.       — Да куда я от тебя денусь? Прилип, как банный лист. Я и без тебя понимаю, что может произойти, если я исчезну.       Ханагаки притянул к себе на кровать Майки и обнял его.       — А ты нехерово так вымахал за эти полгода…       — Я упорно тренировался. Для того, чтобы стать главой мафии, мне понадобилось немало сил, — констатировал очевидное Такемичи.       — Любишь меня? — осмелел Манджиро, пытаясь поверить в происходящее.       — Сказал бы, что нет, да ты ведь сдохнешь, падла… Опять в прошлое возвращаться, спасать тебя.       — Инуи больше всех орал, что тебя больше нет, какая же будет у него рожа, когда я расскажу ему о том…       — Он знает, — перебил Ханагаки.       — Что?! — попытался вскочить Майки.       — Они с Коко работают в мафии. Эти двое мне верны, так же как и Санзу тебе. Вот только я их не ебу, — не смог удержаться от ехидства парень.       — Они знали… Видели, как я убивался, и молчали?!..Тва… — разум Майки начал затуманивать гнев.       — Не говори так. У них был приказ, они не могли его ослушаться. Кстати, это те самые люди, которые следили за вами. Я не доверил чужим наблюдение за вами… Я, правда, боюсь сорваться и…убить всех своими руками, — запустил руку в волосы своего соседа Такемичи.       — Кто-нибудь ещё знает об этом?!       — Изана… Он ушел за мной в…       — Он жив?! — это был уже второй удар за последние пару минут для Манджиро.       — Ах, да… Он тоже притворился дохлым, не хотел жить на две работы. Он ушел за мной в мафию. Это, кстати, была его идея, на счёт моей смерти. Он даже помог похожего жмурика подобрать, — спокойно рассказывал такое Мичи.       — Ненавижу… Мало того, что он знал о том, что собирается сделать Кисаки, так он ещё и не остановил его…       — Он не знал об этом… Кисаки выставил всё так, словно Изана разрешил убить Эмму. Кстати, вы как двойняшки сейчас… Только у него глаза фиолетовые.       Майки лег на грудь Такемичи и, обняв его, закрыл глаза. Вдыхая запах чужой кожи, он с каждым вздохом всё шире начинал улыбаться.       — Я скучал по тебе… Такемичи.       — Я тоже скучал по тебе…       Ханагаки обнял Майки и понял, что ему в бедро упирается что-то довольно твердое.       — А тебе так и не терпится меня выебать…       — Я мечтал об этом с того дня, как понял, что люблю тебя, а, учитывая недавние события, я об этом только и думал, — признался ничуть не смущенный Майки.       — А как же Санзу?       — Я ничего не чувствую к нему… Мы просто помогали друг другу.       — Понятно. А ты, случайно, не хочешь побыть пассивом? — попробовал закинуть удочку Такемичи.       — Нет, не хочу. Так что, раздевайся и вставай раком.       — Смотри, не кончи, пока я раздеваюсь.       — Не мечтай даже. Я дождусь такого прекрасного момента, когда ты будешь выкрикивать моё имя сквозь боль и стоны удовольствия.       — Ну, я посмотрю, кто ещё выкрикивать будет.       Ханагаки раздевался недолго, ему нужно было всего лишь снять боксеры, из которых уже давно рвался его стояк. Майки был уже полностью готов. Поставив Ханагаки в нужной позе, он засунул ему в рот несколько пальцев. Тот обильно смочил их слюной и закатил глаза. Манджиро был аккуратен и крайне нежен, ведь это был его самый любимый человек. Он не позволил бы себе больше причинять ему боль. Вводя первый палец, он заметил, как Ханагаки сжал в руке простынь.       — Это скоро пройдет, просто терпи, — попытался быть внимательным Майки.       — Никогда не думал, что окажусь под тобой…       — Всегда мечтал об этом прекрасном виде.       Манджиро аккуратно ввел второй палец, из-за чего услышал обрывистый стон. Через пару минут он начал разрабатывать Ханагаки в манере ножниц. За этим пошел и третий палец. Сейчас стон получился во много раз громче, чем было до этого, от чего глаза Майки загорелись.       — Ты поплачь, вспомни «молодость».       — Да пошел ты, — сквозь зубы нашел в себе силы огрызнуться Такемичи.       — Из нас двоих уже пошел ты. Я, к счастью, исключительно актив.       Майки начал двигаться, после чего вытащил пальцы и приставил головку к уже готовому колечку мышц.       — Ты смазку просто так сюда притащил, меня подразнить?       — Нет, просто я не знал, что так получится и решил наказать тебя за твою идиотскую выходку.       — Черт…       — Стоит тебе только напиться и ты окажешься на моём месте, гаденыш, — уже вынашивал планы мести Ханагаки.       — Готов?       — Аг…       Не успел он договорить, как в него вошли на всю длину. От неожиданности и боли Ханагаки закричал. Это был то ли крик, то ли стон, никто из них так и не понял. Майки довольно много времени дал парню, чтобы тот привык, и, после короткого кивка, Манджиро начал двигаться.       — Предпочтения имеются?       — В данном случае нет, делай пока всё, как знаешь…       — Если будет больно, то говори, а не кричи. И если темп нужно будет помедленнее сделать, скажи. Не хочу, чтобы ты чувствовал только боль, — Майки очень хотелось оставить приятные воспоминания партнеру от их секса.       — Аг.а.       Манджиро хоть и набирал темп, но делал это осторожно. До простаты он пока не хотел докасаться, для этого нужно было намного больше времени, чтобы Ханагаки привык.       — Черт… Ты старше меня, но учу всему тебя я… Даже как-то стыдно.       — Я девственником был раньше, пока с вами всеми не познакомился…       — Так тебе же 26 было! — поразился Майки.       — В том-то и дело… Стоило мне познакомиться с вами и я испортился. Зато узнал, что могу перемещаться во времени и спасти больше людей, чем убить…       — Убить?       — А.аага…я всегда винил себя в их смертях, не знаю почему, но винил. Ты много раз умирал у меня на руках. Я много раз был на грани смерти… Не появись я в прошлом, умерли бы многие, но Эмма и Кисаки были бы живы…       — Хватит об этом, я, вообще-то, хочу оргазм получить, а не грусть.       Майки начал ускоряться, от чего Такемичи стонал, как последняя сука, что очень даже нравилось Майки. Ханагаки уже не было больно, больше приятно, ведь Манджиро задевал простату.       Пошлые шлепки кожи об кожу заполняли пространство комнаты, а громкие и очень даже сладкие стоны Ханагаки заставляли буквально дуреть от всего этого. Они ласкали и одновременно резали слух, кожа Ханагаки уже давно была покрыта дорожкой засосов, которые стояли на самых видных местах: от поясницы, до шеи. Белоснежная кожа выглядела прекрасно, её украшали как маленькие, так и огромные багровые пятна, а поцелуи в мочку уха, заставляли его пылать алым пламенем.       Майки перевернул Ханагаки и положил его на спину, закинув его ноги к себе на плечи. Он наклонился и затянул парня в долгий поцелуй, в котором и прокусил ему нижнюю губу, тем самым заставив Такемичи всё время её закусывать, дабы высосать всю кровь. Эта картина возбуждала Майки ещё больше.       Темп снова сменился, сейчас Мичи буквально вдалбливали в кровать, от чего стоны были рваными, а имя «Манджиро» делилось на миллионы слогов. С лица Майки ещё долго не сползала улыбка, ведь он ждал этого момента слишком долго. Резко остановившись, он кончил прямо в Такемичи, парень же всё ещё ждал продолжения.       — Тебе этого мало?!       — А тебе, как я вижу, много.       Ханагаки попытался встать, но ему не дали. Майки спустился ниже и взял довольно большой член в рот, от чего стало непривычно, ведь обычно брали в рот только у него.       Через силу и боль он начал двигаться и надрачивать парню, от чего получал по белоснежному заду, на котором оставались довольно большие и красные следы ладони. Из-за каждого удара Майки постанывал от неожиданности, но двигаться не прекращал, хоть и хотелось ответить таким же ударом. Как только Ханагаки кончил, лицо Майки притянули и вовлекли в поцелуй.       Между ними пролетело дохера искр, эта вселенная, наконец, смогла свести этих садистов вместе. Как говорится, «каждой твари по паре». Разорвав поцелуй, между ними повисла слюна перемешанная со спермой. Рты горели у обоих, ведь они прокусили друг другу губы.       Ханагаки взяв всё в свои руки, начал метить белоснежную кожу Манджиро. В засосах было всё. Его ключицы были похожы на холст, на который случайно пролили багровых красок. Шея, ключицы и пресс были покрыты багровыми метками, так же как и спина. Такая же картина ждала и Такемичи, как он явится в офис - он не знал. Так же это не знал и Манджиро, ведь у него совсем скоро будет собрание, на котором все заметят это безумие.       — Оставайся сегодня у меня?..Я слишком боюсь снова потерять тебя, — непривычно робко попросил Майки.       — Хорошо…       Они лежали в обнимку и водили друг другу ногтями по спинам, из-за чего вызывали у друг друга мурашки. Одеваться и вставать совсем не хотелось, но если бы не внезапный звонок в дверь, они бы и не стали этого делать. Майки оделся довольно быстро, Такемичи медлил.       — А разделся ты всего за пару секунд.       — Ой, да иди ты… Мне просто лень одеваться…       — Я пойду и открою, сиди тут и не высовывайся. Если это Санзу… Я не знаю, что с ним сделаю…       Открыв дверь, он увидел на пороге радостных Коко и Инуи. Те были уже пьяные, из-за чего лишней пары обуви не заметили.       — Вот вы-то мне и нужны… Садитесь, — голос Майки предвещал мало хорошего.       — Майки, а ты что, наконец, нашел себе кого-то?! У тебя всё тело в засосах, — не чуял беды Коко.       — Или ты разрешил Санзу всё же пометить себя?! — Инуи тоже не включил инстинкт самосохранения.       Из комнаты вышел Такемичи, из-за чего лица Сейшу и Хаджиме тут же изменились.       — Ой, — икнул Коко.       — Здравствуйте… Мы знакомы? — всё же сориентировался Инуи.       — Сейчас вы познакомитесь с волшебными подзатыльниками за то, что нажрались в середине рабочего дня, — фыркнул Такемичи.       — Я знаю, кто это и всё ещё не могу поверить, что вы оба молчали… — Майки снова начал злиться.       — Коко. Знаешь, вот если мы умрем… Я убью тебя! — пьяный Инуи был довольно безбашенным типом, однако.       — Аг.ан.аналогично! — выикал согласие Коко.       — ИдИоТы, блять…Проспитесь, идите… — продолжать злиться на это у Майки не получалось.        — Чтобы больше я вас в таком состоянии не видел, а иначе отправлю кое-куда… — Такемичи наоборот посуровел.       — Кое-куда? — решил уточнить Майки.       — В подвалы мафии, где держат людей для пыток, — серьезно ответил этот босс мафии.       — Миленько… — дернул плечом Майки.       — Босс… А вы, что, переспали? — догадался первым Инуи.       — Вы, наконец-то, вместе? — дошло и до Коко.       — Ключевое слово «наконец-то». Если бы рассказали о том, что он жив, это «наконец-то» наступило бы раньше! — навис над парнями Манджиро.       — А ты опять решаешь за двоих… Мне это даже нравится, давно мной никто не командовал. Ну, раз уж ты сказал, значит с этого момента мы официально пара, — и Такемичи сам решил все за двоих.       — ОоО! За это нужно выпить! — попытался встать с дивана Коко.       — Поддерживаю! Майки, а у тебя есть что-нибудь спиртное?! — повалился на бок Инуи.       — Вот мы и выпьем, а вы поспите, — еле удержался от улыбки из-за этой картины Такемичи.       — Вам сегодня уже хватит алкоголя, — отошел к своему парню Майки, довольно улыбаясь.       — Поспим?! — спросил Коко у сотоварища.       — Переспим?! — прищурился Инуи.       — А.Апо.Определенно! — Коко решил, что это просто отличное предложение.       — Надеюсь, не заблудитесь… — продолжал улыбаться Майки.       После того, как Коко и Инуи ушли в комнату, Майки и Такемичи сели на диван. Манджиро облокотился на Ханагаки и поцеловал его.       — Пить мы сегодня не будем, пойдем лучше покурим, — предложил Сано.       — Пойдем, только я сигареты дома забыл… Я ведь не думал, что надолго к тебе зайду.       — Мне не жалко.       Ханагаки и Манджиро ушли на балкон, пока по всей квартире доносились громкие стоны Инуи и выкрикивания «папочка».       Майки, даже когда курил, обнимал Такемичи. Сейчас он по-настоящему боялся потерять его. Он ведь только нашел своего Мичи и так не может быть, что он снова пропадет, а Майки опять отпустит. Парни обменялись номерами и долго ещё разговаривали о своём, а после ушли спать.