Хочешь, я подарю тебе свой зонт?

— Ким, а ты отлично притворился неудачником. — Гымсок стоял, привалившись к стене перед дверью, из которой вышел Тэхён. — Я ведь даже поверил, но слишком уж это было хорошо, чтобы быть правдой. — Как ты нашел меня? — Тэхён оглянулся вокруг. Ну да, как обычно, поблизости никого. — Я отправил кое-кого проследить за тобой. Сперва выяснилось, что ты живешь в одном из самых дорогих районов, в Каннамгу. Затем ты обедал с каким-то айдолом. А сегодня приехал в эту галерею, в которой выставили твои работы. Я был так поражен, что приехал лично убедиться в этом. И что я увидел? — Парень отодвинулся от стены и стал медленно приближаться к Тэхёну. — Как тебя целует какой-то парень! Всё встало на свои места. Вот и причина твоей новой жизни, — хмыкнул Гымсок. — А мне сказал, что у тебя никого нет. Кто он?! Наследничек какой-то вшивой фирмы? — Это не твое дело. Зачем ты здесь? Неужели тебе нечем заняться, кроме как следить за бывшим одноклассником? — возмутился Тэхён. — Оу, но ты же для меня не просто одноклассник. Ты был моей игрушкой. — Гымсок сократил расстояние между ними и прижал его к стенке, схватив за ворот. — А я не перестаю играть со своей игрушкой, пока не сломаю ее. — Ты хочешь сломать меня? — усмехнулся Тэхён. — Что смешного? — озлобленно спросил Гымсок. — Прости, но ты опоздал. Я уже был сломлен, полностью разрушен, — с горечью в голосе промолвил Тэхён. — Я чувствовал, будто от меня осталась одна оболочка, а внутри лишь пустота. Я потерял себя, и то малое, что мне удалось сохранить, оказалось недостаточным, чтобы хотеть продолжать жить. Я был на грани, был готов пересечь черту и не вернуться. — Тэхён оттолкнул от себя Кана. — Через какую боль ты бы ни хотел меня провести, я её уже испытал. — О чём ты вообще говоришь? — Не делай вид, что не понимаешь. Я знаю, как выглядит отчаяние. Я видел его в своих глазах, а теперь вижу и в твоих. Настолько всё плохо, что зацепился за единственного человека, который всё ещё помнит тебя? Решил вернуться к чему-то знакомому? Опять как трус загнал меня в темный переулок? Ты всегда бил только слабых, ведь знал, что тебе не смогут дать отпор. Но ты разве не видишь, как это делает тебя слабее всех тех, над кем ты издевался? — не скрывая своего презрения, сказал Тэхён. — Я покажу тебе, какой я слабый! — свирепо крикнул Гымсок и замахнулся для удара, но в тот же момент ему в челюсть прилетел чужой кулак. — Чонгук? — Тэхён в неверии распахнул глаза. — Какого черта здесь происходит? Кто он такой? — спросил внезапно появившийся Чонгук, осматривая упавшего на землю от его удара парня. — Помнишь того одноклассника, чье имя я отказался тебе говорить? Это он. — Тот, который тебя бил?! — Чонгук пришёл в ярость. — Так вы обо мне часто болтаете? — с издевкой кинул Гымсок, поднявшись на ноги. — Иди сюда, урод! — Стой, Чонгук, — остановил его Тэхён. — Он… его отец генеральный прокурор города. Если ты его снова ударишь, то… — Да мне все равно, будь он хоть сыном президента! — Лучше прислушайся к нему, Чонгук, — ехидно выделил его имя Кан. — Может теперь и мою фамилию узнаешь? Ты слышал про Чон групп? — Что? Ты тот самый Чон Чонгук? Сын Чон Воныля?! — Именно, и, скажу по секрету, у нас есть очень хорошие знакомые в министерстве внутренних дел. Если ты хочешь сохранить работу своего отца, не смей больше приближаться к Тэхёну. — Хорошо устроился, Ким, так уж и быть я не трону тебя. Ты не стоишь того, — едко бросил Кан. Но прежде чем оставить их, он в последний раз взглянул на Тэхёна и, улыбнувшись, добавил: — Только вот когда он от тебя устанет и ему будет уже плевать, я тебя обязательно подберу. — Не волнуйся, Тэ, я с ним не закончил, он ещё ответит за всё. Ты как? — Гуки, — Тэхён обнял Чонгука за шею. — Спасибо, что помог. Но как ты здесь оказался? — отстранившись, спросил он. — Ты долго не возвращался из уборной, а когда я тебя там не обнаружил, то поспрашивал работников, одна официантка сказала, что видела, как ты в спешке направлялся к служебному выходу. Что вообще здесь было? — Он написал мне, чтобы я вышел сюда один, иначе испортит мероприятие. Там были и твои родители… поэтому я сделал, как он сказал. Да, это было глупо, но я растерялся, ведь не ожидал, что он сюда явится. Я надеялся, что после той встречи он не станет возвращаться. Кто же знал, что он стал еще более маниакальным?! Мне так жаль, что тебе пришлось с ним пересечься. Я не хотел тебя втягивать во все это, — начал тараторить Тэхён. — Подожди, — в недоумении перебил его Чонгук. — После какой встречи? — Прости меня, я не сказал тебе. Несколько дней назад он нашел меня, и мы поговорили. Я надеялся, что это будет наша первая и последняя встреча. — Почему ты мне не сказал?! Что было бы, если бы я не остановил его вовремя? Я бы нашел тебя здесь в синяках и ушибах? Как ты мог утаить от меня такое ? О чем ты думал? — Чонгук на эмоциях не заметил, как повысил голос. — Я… Я пытался избежать конфликта, защитить тебя. Твоему статусу я и так не на пользу. Это лишь моя проблема. Гымсоку я при той встрече сказал, что у меня никого нет, ни друзей, ни любимого человека, чтобы он не доставил вам каких-либо неприятностей, желая задеть этим меня. Я хотел как лучше. — Ну и что, получилось? Когда ты уже поймешь, Тэхён, что ты можешь мне довериться. То, что мы вместе, значит, что нет твоих или моих проблем, есть наши. Я не знаю, что я должен сделать, чтобы ты начал относиться к нам серьёзно! — Я серьёзен… — глаза Тэхёна вмиг стали влажными. — Я этого не вижу. Ты все стремишься сохранить между нами какую-то стену. А на каждое мое «навсегда» отвечаешь сомнениями. Ты не разрешаешь мне рассказать о нас моим родителям и всё еще не перевез все свои вещи из старой квартиры, даже продолжаешь платить за нее аренду. Ты там не был многие месяцы, но все еще не отпустишь ее. Я не знаю, что и думать. Ты держишь её как запасной вариант, если мы вдруг расстанемся? Мы ведь так и не продолжили наш разговор с того вечера. Ты так и будешь бояться захотеть остаться со мной? Или это когда-нибудь изменится? — Я не знаю… — Тэхён смахнул с глаз капли слёз и опустил взгляд. Чонгук ничего больше не сказал. Он измотан. У него нет сейчас сил утешать Тэхёна и пытаться убедить его в чем-то. Разве в этом есть смысл? Кажется, он продолжает стучаться в закрытую дверь. Больнее всего то, что им вместе хорошо, даже лучше, чем хорошо. Они любят друг друга так, как не смогут полюбить никого другого. А может, Чонгук просто глупец? Решил, что Тэхён настолько же без ума от него, как и он сам от Тэхёна. Бывает же, что в некоторых отношениях один человек любит, а другой позволяет себя любить. Может, это их случай? Чонгук уже ни в чем не уверен. Хотя в голову приходит столько воспоминаний — слов, взглядов, прикосновений. Тэхён его точно любит. Но, кажется, этого недостаточно, чтобы он смог довериться ему. В тишине улицы раздался звонок. Чонгуку позвонил Юнги, сказал, что отец его ищет. Им пришлось вернуться в зал. Вскоре друзья начали разъезжаться. Родители Чонгука с господином Такаяма также покинули выставку. Последними ушли Тэхён с Чонгуком. Они не желали так быстро снова остаться наедине, ведь уже нельзя было игнорировать то, что между ними происходит.

***

Когда они зашли к ним в квартиру, Чонгук прошел на кухню налить себе воды, даже не включив свет. Благо комнату освещал свет уличных фонарей. Тэхён же последовал за ним. — Ты злишься на меня? — Нет, — голос Чонгука звучал устало, а на лице не было никаких эмоций. — Отец сказал, чтобы я сопроводил господина Такаяма и удостоверился, что все документы оформлены как было установлено, и заодно представил нас на конференции. — Ты летишь в Токио? Когда? — Завтра утром. Не знаю точно, на сколько дней. Может, шесть-семь. — Ясно. — Эта поездка пойдет нам на пользу. — Что ты имеешь в виду? — У тебя будет время подумать о том, чего ты хочешь от наших отношений. Может, тебе они и вовсе не нужны. — Чонгук, это не так! — А как, Тэхён? Я не могу больше делать вид, что меня это не задевает. Тогда, в тот день на мосту, около года назад, когда я признался тебе в любви, ты сказал, что теперь у тебя есть я. Только вот я до сих пор не чувствую, что у меня есть ты. — Чонгук… — Если я с тобой, значит, я с тобой навсегда. Мне бы хотелось того же от тебя. Ты должен принять решение. — Какое решение? — Стою ли я того, чтобы ты смог преодолеть свой страх, — Чонгук вышел из кухни, поставив тем самым точку в разговоре. Утром Тэхён проснулся в квартире один. Чонгук уехал в аэропорт, даже не попрощавшись. На его подушке лежала записка: Надеюсь, когда я вернусь, ты дашь мне ответ. Люблю тебя. Тэхён сразу же взял телефон и набрал Чонгука, но обнаружил оставленный им телефон на кофейном столике в гостиной. Наверное, он имел в виду это, когда сказал, что даст ему время подумать. Но оборвать связь — это же слишком радикально. Как он мог? Они даже не смогут общаться эту неделю? Складывается такое ощущение, что Чонгук его бросил. Но разве не этого Тэхён ожидал? Рано или поздно ведь их пути разошлись бы.

***

Тэхён не знал, с кем ему поговорить. Хосок был сильно занят на работе. Сокджин на несколько дней уехал к родителям. А с Юнги или Намджуном он такие темы обычно не обсуждал. Вот и подумал о Чимине. Они знакомы не так давно, но, кажется, неплохо друг друга понимают. Тэхён, как и обещал, показал ему свои работы, что висели в галерее, после чего они зашли в кафе. Чимин сразу понял, что его что-то гложет, и внимательно выслушал его рассказ. — То есть сейчас у вас что-то вроде перерыва? — спросил Чимин. — Да, перерыв в отношениях, хотя, может, и их конец, — вздохнул Тэхён. — Ну и с чего ты это решил? — Чонгуку надоело ждать меня. Настолько, что он улетел от меня в другую страну. — Не по-своему же желанию и не навсегда. Скорее всего, Чонгук готов ждать сколько угодно, просто ему хочется знать, что он не ждет впустую. Ты ведь до сих пор не мог ему дать даже надежду на то, что изменишь свое мнение. — Да, должно быть, ему больно ощущать себя единственным, кто верит в нас. — А это так? Ты не веришь? — Я не уверен. — Если ты не уверен, тогда попробуй пожить так, как жил бы без него. Когда побудешь немного один, наедине со своими мыслями, думаю, тебе придет ответ. Ох уж этот ответ, которого от него ждут. — Говорят же, — продолжил Чимин. — Чтобы уметь любить кого-то, нужно в первую очередь любить себя. Пока ты не обретешь уверенность в себе, ты никогда не будешь уверен в ваших отношениях. Ты работаешь над собой, как я тебе советовал? — Ты про комплименты? — Да, — кивнул Чимин. — Прости, как-то не было времени между разборками с бывшим одноклассником и вытекающей из этого ссоры с Чонгуком, — саркастично пробурчал Тэхён. — А сейчас тогда что мешает? — Настроения нет. — Вот мы это и исправим, — хитро поиграл бровями Чимин. — Как? — Назови какую-нибудь черту характера, которая тебе в себе нравится. — Может, сначала ты? — Ладно, например, мне нравится, что я дружелюбный. Теперь твой черед. — Мне нравится, что я… умею сострадать? — несмело произнес Тэхён. — Хорошо, давай еще, — подбадривающе сказал Чимин. — Мне нравятся мои песни. — А мне… мои картины. — Я всегда искренен. — Я ценю своих друзей и готов ради них на все, — более уверенно сказал Тэхён. — Я тоже, — улыбнулся Чимин. — Спасибо, — в ответной улыбке признался Тэхён. — Мне и правда стало лучше. — Рад помочь. Наверное, Чимин прав. Стоит провести это время в одиночестве. Может, он поймет, что ему дальше делать и что сказать Чонгуку, когда тот вернется. В первую очередь, Тэхён решил провести время за работой, нужно было выполнить заказ на картину семейного портрета. Он планировал, что к сегодняшнему дню он уже будет закончен, но, когда у него хоть что-то шло по плану? Зато, поглощенный процессом, Тэхён не грустил по поводу их с Чонгуком размолвки. Однако пасмурная погода за окном всё же навевала мрачности. Тэхён всегда рисовал в гостевой комнате. Чонгук выделил ее специально для него и переоборудовал ее в мастерскую. Он сделал ему этот сюрприз почти сразу, как они стали жить вместе. Ещё Чонгук купил ему новый мольберт, холсты, краски и кисти. Такой заботливый... М-да. Недолго Тэхёну удавалось избегать мыслей о Чонгуке. Хотя на что он надеялся, находясь буквально в его доме? Чонгук бы, наверное, на это возмутился, что это и его дом тоже. Но у Тэхёна язык не повернется сказать такую наглость. Прорисовывая более мелкие детали портрета, Тэхён обнаружил, что имеющиеся кисти для этого не подходят. Потому он начал рыскать по своим полкам и коробкам с принадлежностями для работы. Он же помнит, что где-то лежал его набор тонких кисточек. Вроде они были в большой коробке. Точно. В той самой коробке, которая находится в его старой квартире. Черт. Тэхён страдальчески простонал. Придется за ними ехать. Быстро собравшись, он решил выглянуть в окно, чтобы проверить погоду. Ну вот почему именно сегодня идет дождь?! Тэхён возмущенно потопал в прихожую, надел плащ и без задней мысли схватил свой зонт. Только когда он ехал в лифте, он вспомнил о том, что это зонт Чонгука, который тот ему подарил. — С тебя всё и началось, — грустно улыбнулся Тэхён. Сойдя с автобуса на остановке неподалеку от своей квартиры, Тэхён шёл по давно знакомой дороге, которую успел выучить за все те разы, что по утрам направлялся в университет, а вечерами возвращался с работы. Дождь всё не прекращался, но был довольно тихим. Проходя через мост, Тэхён, поддавшись ностальгии, остановился на его середине и подошёл к перилам. Раньше Тэхён вспоминал об этом месте с горечью, сожалением и жалостью к себе. Даже не верилось, через что ему пришлось пройти. Сколько раз он ложился спать, не зная, зачем ему вставать следующим утром. Как сильно ненавидел свою жизнь. Итогом этого стал тот роковой вечер. Однако позже он думал об этом месте как об отправной точке его нового пути. В его жизни ведь многое изменилось, но сейчас Тэхён понял, что, кажется, сам он остался прежним.

***

Вот и его практически пустая квартира. Последний раз он был тут несколько месяцев назад. От нее веет тоской и безжизненностью. Когда он перевозил свои вещи к Чонгуку, по своей невнимательности он забыл одну коробку. Тогда ему не хотелось за ней возвращаться, ведь там не было чего-то жизненно важного. Но когда он приехал за ней в следующий раз, то увидел, что его следы в этой квартире так легко стереть. Будто он здесь и не жил. По сути, такое происходит постоянно. Люди забываются. Остаются позади, словно и не было ничего. То, что казалось тебе таким привычным, вдруг становится совершенно незнакомым. Испугавшись познать такую же участь, Тэхён решил сохранить для себя это место как что-то неизменное, куда он сможет вернуться в случае чего. Но сейчас он видит, что это место стало каким-то другим. Оно чувствуется... чужим. Найдя нужные кисти, Тэхён поспешил покинуть квартиру.

***

На следующий день, отдав картину, Тэхён посвятил свое свободное время любимому занятию — самобичеванию. Телефон Чонгука вибрировал от звонков, наверное, это по работе. Тэхён не осмелился их поднимать, да и зарядка телефона вскоре закончилась, потому устройство попросту выключилось. Тэхён не мог понять, когда наступил момент, после которого Чонгук стал несчастен с ним? Хотя нет, «несчастен» звучит слишком неутешительно. Да и дело, как уже известно, не в нем. Проблема в Тэхёне, точнее, его сомнениях и страхах. Ну сколько можно давать им такую власть над собой?! С Тэхёна хватит. Он решительно встал с дивана, на котором уже успел пролежать приличное количество времени, и отправился туда, где сможет перебороть себя.

***

В бассейне одного из ближайших спортивных комплексов, как назло, не было никаких инструкторов или спасателей на случай провальной попытки Тэхёна научиться плавать. Хотя так будет лучше. Никто не посмеётся над ним, ведь стыдно в двадцать три года бояться воды. Тэхён стоял у бассейна в одних плавках и не знал, с чего и начать. Начинают обычно с малого, поэтому он присел на бортик и опустил ноги в воду. Дно было глубоко, очень даже глубоко. Кажется, Тэхён перепутал, с какой стороны бассейна ему нужно было подойти. Ему бы на ту сторону, где вода только по пояс. Только пришел, а уже успел совершить такую оплошность. Зря он это затеял. Он с Чонгуком-то боялся пробовать плавать, а один уж точно не сможет. Забросив эту идею, Тэхён поднялся на ноги и, не успев сделать и пары шагов, поскользнулся и полетел в воду. До борта было не достать, потому Тэхён начал паниковать. Он пытался двигать руками и ногами как мог, и, на удивление, это помогало не уйти под воду окончательно, однако это не сможет работать долго, срочно нужно было что-то придумать. Дышать становилось все сложнее, а голова совсем не соображала. Тэхёну вдруг вспомнилось как Чонгук говорил ему, что…самое главное — это делать глубокие спокойные вдохи. Так, а что еще? Делай широкие и неспешные движения руками… Тэхён постарался привести дыхание в порядок и прекратил свои хаотичные движения… и помогай себе ногами… вроде у него получается! Оказалось, до бортика было совсем немного. Тэхён доплыл до него за пару секунд и схватился так крепко, как мог. Не прекращая держаться за него, он переместился до лестницы и, наконец, выбрался из бассейна. Тэхёна слегка потряхивало. Он обмотался полотенцем и не мог уложить у себя в голове, что, черт возьми, только что произошло? Только с ним могла случиться такая нелепость. С другой стороны, у него получилось поплыть! Хоть и ненадолго, но получилось же! И пусть он чуть было не утонул здесь, и ему надо будет не раз сюда вернуться, чтобы все-таки нормально научиться этому, в прямом смысле, навыку выживания, по крайней мере, он знает, что смог совладать со своим страхом.

***

После очередного одинокого пробуждения в тишине пустого дома, когда просыпаешься от яркого солнца, что бьет в глаза, а не от того, что тебя ласково будит любимый человек, на Тэхёна напала хандра. Всего несколько дней без Чонгука, и он уже с грустью листает их фото на ноутбуке на грани отчаяния. Как же Тэхён скучает по нему. На одной из фотографий они обнимают друг друга на фоне Фонтана Радуги. Они, как обычно, устроили романтический ужин в виде пикника. Это было летом, после светового шоу они еще долго там пробыли, наблюдая за звёздами и обсуждая всё на свете. Жаль, с тех пор они туда ещё не возвращались. Пролистав дальше, он увидел снимки себя. Он помнит, как Чонгук тогда никак не хотел перестать его фотографировать.

***

— Хватит, Чонгук, — неловко посмеиваясь, Тэхён пытался спрятаться от камеры. Он всего-то хотел поесть мороженое, но случайно испачкал нос, а Чонгук вместо того, чтобы дать ему салфетку, устроил чуть ли не фотосессию. — Ну, пожалуйста, Тэ, ты сейчас такой милый, мне хочется это запечатлеть, — уговаривал его Чонгук. — Никакой я не милый! И мы сегодня уже сделали несколько снимков. Этого мало? — Конечно, мало. Нельзя, чтобы данная сцена исчезла из истории, — с долей умиления произнес Чонгук, но, встретившись с грозным взглядом Тэхёна, всё же сдался. — Ну ладно, вот. — Чонгук убрал салфеткой остатки мороженого с его лица и отложил камеру. — Спасибо, — насупился Тэхён. — Почему ты так не любишь фотографироваться? — Разве это не очевидно? Я не хочу потом смотреть на свои фото, я себе в них не нравлюсь. — Тэ, как бы я хотел, чтобы ты смог посмотреть на себя другими глазами. Хоть раз, пока ещё не поздно. Потом ты будешь оглядываться назад и жалеть, что был так жесток к себе. — Я не жесток к себе, всего лишь говорю то, что вижу, — правду. — Сильно искаженную правду. — Ты слишком углубляешься в это. Мы можем поговорить о чём-нибудь другом? И вообще, зачем нужны фото? Все самые важные моменты и так отпечатываются в нашей памяти. — Но все же приятно видеть эти моменты со стороны. Вспоминая о чём-то хорошем, ты подумаешь о том, какие чувства испытывал тогда, но представь, насколько чудесно иметь возможность увидеть те самые чувства, выражающиеся на твоем лице — как горят твои глаза, насколько искренна улыбка, и то, на кого она направлена. В такие моменты человек по-настоящему красив, а потому заслуживает это знать. Я каждый день любуюсь тобой, восхищаюсь твоей внешностью. Несправедливо, что ты сам не можешь оценить её по достоинству.

***

Тэхён пролистал дальше и наткнулся на папку, где были лишь его фотографии. У Чонгука такая есть? Мило. Тэхён не сдержал своего любопытства и открыл её. На каждом из снимков он выглядел по-разному — то радостным, то удивленным, где-то спокойным, а где-то увлеченным, но было среди них одно сходство — везде он выглядел счастливым, ведь за камерой был Чонгук. Тэхён тяжело вздохнул и, закрыв ноутбук, отложил его на кофейный столик. У него тоже есть папка, наполненная Чонгуком, называется «скетчбук», состоящий исключительно из его портретов. Тэхён всегда поражался, как Чонгук мог нахваливать его внешность, когда сам был настолько великолепным, что можно было подумать, тот был слеплен искусными скульпторами. Тэхён зашел в свою мастерскую и среди старых холстов с его работами вытащил ту самую картину, которую впервые отправил на выставку. На ней был Чонгук. Такой завораживающий. Этой работой Тэхён гордится в особенности. Ему удалось передать Чонгука именно таким, какой он есть на самом деле. В своем творчестве Тэхён всегда стремился изображать всё приближенным к реальности. Многие вещи прекрасны сами по себе, ему не хотелось что-то добавлять или менять. Каждая его работа — это отражение мира в его глазах. … Тэ, как бы я хотел, чтобы ты смог посмотреть на себя другими глазами.… Невольно в голове всплыли слова Чонгука. Вот оно! Что, если он напишет свой собственный портрет? Он посмотрит на себя со стороны, не как на того, кого видит каждый день в зеркале, а как на обычного парня, которого случайно увидел и решил нарисовать. В таком случае, он же найдет ту красоту, которую умеет находить вокруг? Тэхён принес ноутбук из гостиной, установил его рядом с новым холстом, подготовив кисти и краски, с готовностью выдохнул и открыл папку со своими фото. Посмотрим, что это за парень на них.

***

Пятый день жизни Тэхёна в одиночестве начался не самым лучшим образом. Ему приснился плохой сон. Это был их с Чонгуком разговор в машине, когда они возвращались домой после ужина с родителями. Тэхёну с того вечера не дают покоя слова Чонгука о том, что он не будет за них бороться, если их отношениям будет грозить конец. Это сейчас с ними и происходит. Сможет ли Тэхён побороться, пока ещё не слишком поздно? Вспоминая их историю, Тэхён понял, что из них двоих Чонгук всегда был тем, кто делал первые шаги. Первое признание в чувствах, первое свидание, первый поцелуй, предложение жить вместе — это всё был Чонгук. Очень нечестно по отношению к нему. Тот ведь не просит многого взамен. Всего лишь принимать его любовь и любить его в ответ. Чонгук не ждёт, что Тэхён сдвинет ради него горы, хотя этого Чонгук и заслуживает — настоящих действий и поступков. Пришло время Тэхёна делать шаги навстречу.

***

— Миссис Юн, еще раз спасибо за всё, — Тэхён отдал пожилой женщине свой ключ. Они стояли на лестничной площадке. Хозяйка его квартиры жила на том же этаже за дверью напротив. — Тебе спасибо, сынок, ты был примерным квартирантом, вечеринок не устраивал, не шумел, ничего не ломал. Жаль, что съезжаешь, — досадно вздохнула Миссис Юн. — Хотя ты давно здесь и не появляешься. Уже перебрался куда-то? — Да, — уголки его губ невольно поднялись. — А чего такой довольный? Не один что ли теперь живешь? — по-доброму усмехнулась женщина, на что Тэхён кивнул. — С тем своим другом, наверное. — Каким другом? — Ну, такой красивый темноволосый паренек. Помню, как-то мы с ним обмолвились парой слов. Он приходил тебя искать, тревожился за тебя. Но ты тогда был не дома. — Кажется, я знаю, о каком случае вы говорите, — понимающе кивнул Тэхён. Тот раз, когда он не брал трубку весь день из-за того, что не выиграл в студенческом конкурсе. Чонгук тогда его обыскался. В итоге нашёл его на том самом мосту, где и признался Тэхёну в любви. — Хорошо, что у тебя есть кто-то, кто так за тебя переживает. Таких людей нужно держать рядом. — Вы правы, Миссис Юн, — улыбнулся Тэхён. Держать рядом и не отпускать. Попрощавшись с прежней жизнью, Тэхён отправился в место, которое отныне не будет бояться называть своим домом.

***

Тэхён даже не знал наверняка, когда вернётся Чонгук, но ожидал его вечером в пятницу, так как это был уже шестой день в поездке. Примерно столько она должна была продлиться. Он приготовил ужин, убрал весь беспорядок, который успел навести в особенно унылые дни этой недели, вылез из своих растянутых пижам, поменяв их на более опрятную одежду. Ну, чтобы Чонгук, увидев, в каком раздрае пребывал Тэхён, не сбежал обратно в Японию. Но всё-таки Тэхён неправильно предположил день приезда Чонгука. Он прождал его до поздней ночи и заснул на диване за просмотром телевизора. Утром следующего дня он проснулся от какого-то звука. Тэхён открыл глаза и потратил с минуту, чтобы понять, где он. Он не рассчитывал, что уснёт на диване. Послышались еще звуки. Они исходили из коридора. Как только до Тэхёна дошло, кто это, он сразу вскочил на ноги и побежал в прихожую. В дверях в пальто и с чемоданом в руках стоял Чонгук! — Гуки! — Тэхён, не стесняясь, бросился ему на шею. Как же он скучал. Он так ждал этого момента, когда почувствует, как Чонгук крепко обнимает его в ответ, как пахнет так по-родному, как шепчет его имя. Сколько же всего хочется ему сказать. — Какой же ты дурак! Ни одного звонка или сообщения! — отстранившись, рассерженно начал Тэхён, а Чонгук глядел на него своим взглядом потерянного оленёнка. — Как ты мог так со мной поступить?! Взял и бросил меня! Ты знаешь, каково было проснуться тут одному? — Прости, Тэ. Я не специально, — поспешил объясниться Чонгук. — Так получилось. Давай я сначала сниму верхнюю одежду, и мы присядем нормально поговорить. — Ладно, — сказал Тэхён и пошел ждать на диван. — Понимаю, что ты обижен, — Чонгук прошел в гостиную и сел рядом с Тэхёном. — Рейс был рано утром. Я еле успел собраться вовремя. Перед уходом я не решился тебя разбудить. — Но когда я проснулся, я не смог с тобой связаться. Ты оставил свой телефон. — Я забыл его. Понял это только в самолёте, когда хотел написать тебе, что вылетел. — Правда? — смягчился Тэхён. — Правда. Потом, когда я был уже в Токио и смог обзавестись новым телефоном, то не смог позвонить тебе по нелепейшей причине. Ты ведь совсем недавно сменил номер телефона, и я его ещё не успел запомнить, — с досадой в голосе признался Чонгук. — Потому я стал звонить на свой номер, но… — Я не поднимал трубку, — осознал свою ошибку Тэхён. Черт. Так вот чьи это были звонки! — И потом номер стал… — Недоступен, да, знаю, — неловко потер шею Тэхён. — Я подумал, что, может, это к лучшему и так было нужно. — О чём ты? — Я много на тебя давил в последнее время. Я не думал о том, как тебе было тяжело от внезапного знакомства с моими родителями. На носу была важная для тебя выставка. Так еще и вернулся человек из прошлого, которого ты хотел забыть. Я могу понять, почему ты не рассказал мне всего. Но мы начали приближаться к важному рубежу, Тэхён. К чему же мы шли? К тому, что ты и дальше не будешь воспринимать наши отношения как что-то значимое? Будешь держать меня на расстоянии, не давая в полной мере рассчитывать на дальнейшее совместное будущее? Что я мог сделать, чтобы изменить это? Ничего. Это не зависело от меня. Я могу хоть всю жизнь быть преданным тебе, но ты до последнего дня будешь ждать, что это может закончиться в любую минуту. Так не должно быть. Я ушёл, не попрощавшись, потому что не знал, что и сказать. Я чувствовал, что без меня тебе будет легче. Все эти мои надежды, намерения, ожидания. Тебе, наверное, не помешало отдохнуть от нас. — Как ты можешь говорить такое? — Хочешь сказать, что то, что ты побыл наедине, не помогло тебе принять решение? — Может, но не называй это отдыхом. Я был так растерян в то утро, злился на тебя и на себя, а твоя записка — я не знал, что и делать. Какой ответ я мог тебе дать? И что бы он значил для нас, не устрой он тебя? Почему ты взвалил на меня такую большую ответственность так внезапно? Я мог не справиться с ней. Но я постарался принять эту ситуацию, мне пришлось, ты ведь не оставил мне выбора. — Как раз наоборот, Тэхён. Я, наконец, прекратил душить тебя своей любовью. Дал возможность пожить без меня, чтобы у тебя был этот выбор. Ведь с первых же дней нашего знакомства я сделал его за нас обоих. Решил, что мы обязательно будем вместе, что смогу развеять все твои сомнения. Но недавно я понял, что так не может продолжаться. Я не должен навязывать тебе то, как вижу наше будущее я. — Мне тебя безумно не хватало, — тоскливо промолвил Тэхён. — Я тоже скучал, очень. Думал бросить все дела и вернуться раньше, но если бы я так сделал, это бы ничего не изменило. Нам нужно было это время. — Немного жестоко было с твоей стороны просто поставить меня перед этим фактом и уехать. — Понимаю, но я больше не мог так, Тэхён. Между нами столько всего было, я был с тобой рядом, поддерживал, как мог, но это не имеет значения, если ты не скажешь, что тебе это нужно. — Прости меня, Чонгук. Прости, что ранил тебя, обижал своей неуверенностью в нас, — виновато прозвучало из уст Тэхёна. — Ты заслуживаешь определенности. Я хочу дать тебе ответ. Чонгук замер в ожидании. — Я все думал, что скоро наши пути разойдутся. Было самонадеянно полагать, что я так легко справлюсь с нашей разлукой. Может, я бы и смог жить без тебя, но я этого не хочу. Да, я не осмеливался раньше вписывать себя в твою жизнь, репутацию, семью. Но ради тебя я готов сделать всё, даже перебороть себя. Теперь я осознал, что готов подпустить тебя к себе так близко, насколько смогу. На самом деле, меня часто мучают кошмары, старые воспоминания до сих пор болезненны, а многие страхи пока не отступили, но я верю, мы найдем способ с ними справиться. Ведь я хочу остаться с тобой навсегда, быть полноценной частью твоей жизни, — искренне признался Тэхён. — Я безмерно люблю тебя и не вижу своего будущего без тебя, — повторил он слова, которые Чонгук ему как-то говорил. — Ты уверен? — глаза Чонгука заблестели от слёз. — Пойдем со мной. — Тэхён потянул Чонгука за руку. — Что это? — Чонгук в ступоре посмотрел на пустую коробку, к которой его привели. — Эта была моя последняя коробка из старой квартиры, — радостно сообщил Тэхён. — Я сдал ключи от нее и оставил ее там, где должен был — в прошлом. Вся моя жизнь, она теперь здесь, с тобой. — Что? — в неверии произнес Чонгук. — Знаю, что запоздал, но я исправлюсь, Чонгук. Я буду более смелым, буду доверять, делиться самым сокровенным. Дай мне шанс, и я стану тем Тэхёном, который сделает тебя счастливым. — Тэ, я уже счастлив. Просто позволь нашей счастливой истории продолжаться. Обещаешь? — с надеждой спросил Чонгук. — Обещаю, Гуки, — улыбнулся Тэхён.

***

— Тэхён, идешь завтракать? — Чонгук зашел в мастерскую Тэхёна, тот стоял у своей новой работы. — Ух ты, выглядит потрясающе. — Спасибо, я только закончил. — И что думаешь? Тэхён ещё раз окинул картину внимательным взглядом. На ней он изобразил себя с их последнего свидания у Фонтана Радуги. Он смущенно улыбается, в глазах чувствуется нежность, легкий ветер ласково треплет его волосы. — А этот парень довольно милый, — заключил Тэхён, не скрывая улыбки. — Я тебе это давно говорю, — приобнял его со спины Чонгук. — Только сейчас заметил? — Кажется, да. — Теперь моему портрету не будет так одиноко, раз к нему присоединится такой очаровательный экземпляр. — Не будет, он об этом позаботится, — усмехнулся Тэхён и, повернувшись к Чонгуку, поцеловал его. — Так что ты говорил насчет завтрака? — Пойдем, мой голодный художник, — Чонгук взял Тэхёна за руку, и они направились есть горячие панкейки. В комнате, наполненной десятками картин, сотнями рисунков и набросков, в самом центре красовалась лучшая работа Тэхёна, ведь она обозначала его главное достижение — принятие себя.