Forbidden Flames *sunwonki*
22 января 2024 г., 12:00
Примечания:
ПБ включена ♥
Чонвон и Сону, сыновья богатого генерального директора, привыкли всегда добиваться своего. Они известны своей безжалостностью как в бизнесе, так и в личной жизни. Когда в их класс перевелся новый ученик — Ники, они сразу же были очарованы его невинной внешностью и робким поведением.
С первого взгляда на него они стали одержимы идеей сделать его своим и не могли устоять перед его застенчивой улыбкой и тем, как он краснел, поймав их взгляд. Они решили сделать его своим, чего бы им это не стоило.
Сону и Чонвон начали преследовать Ники, используя свою власть и влияние, чтобы приблизиться к нему. Они осыпали его подарками, предлагали особые привилегии и даже запугивали всех, кто осмеливался встать у них на пути. Ники, будучи наивным и впечатлительным, сам привлекал их внимание, не подозревая об истинных намерениях.
В один из дней Ники находится в библиотеке, листая страницы книги у полки, но от этого его отвлекает звук приближающихся шагов. Он отрывается от книги и видит, что в его сторону идут Чонвон и Сону с хищными улыбками на лицах. Сердце бешено стучит в груди, и он инстинктивно отступает назад.
Чонвон крепко хватает его за запястье, притягивая ближе, а Сону сокращает расстояние между ними, прижимая его к книжным полкам. Дыхание Ники учащается от жара их тел так близко к своему собственному.
— Что ты делаешь здесь один, Ники? — спрашивает Чонвон, низким соблазнительным голосом. — Ты же знаешь, что не сможешь сопротивляться нам вечно.
Ники пытается вырваться, но хватка Чонвона вокруг его запястья слишком сильная. Он смотрит в глаза Сону, замечая в них голод, от которого по позвоночнику бегут мурашки. И как его угораздило так сильно вляпаться в неприятности?
Сону наклоняется и касается губами его уха.
— Ты так прекрасен, когда боишься, Ники, — шепчет он, дыхание обжигает кожу. — Мы можем дать тебя почувствовать то, что ты никогда не испытывал раньше.
Сердце пропускает удар, и он разрывается между страхом и желанием. Ники знает, что должен сопротивляться, но их прикосновения разжигают в нем огонь, который он не в силах погасить. Пальцы Чонвона проходятся по руке, вызывая мурашки по позвоночнику.
— Ты наш, Ники, — говорит он с лукавой ухмылкой. — И мы всегда получаем то, что хотим.
Ники чувствует себя в ловушке, как физически, так и эмоционально. Он не знает, как вырваться из их хватки, и в какой-то степени он хочет подчиниться им, их доминированию и запретным касаниям. Губы Сону оказываются на чувствительной шее, вызывая тихий стон.
— Скажи, что ты наш, Ники, — шепчет он, его голос хриплый от желания. — Скажи это, и мы сделаем так, что тебе будет очень хорошо.
Ники закрывает глаза, разрываясь между стремлением к свободе и растущим возуждением. Тело предает его, откликаясь на их прикосновения, несмотря на внутреннее смятение. Чонвон крепче сжимает его запястье, наклоняясь ближе и касаясь губ Ники.
— Ты наш, Ники, — произносит он низким, властным голосом. — Скажи это, и мы заставим тебя кричать от удовольствия.
В голове вихрь противоречивых эмоций, но прежде чем он успевает ответить, губы Сону впиваются в его в жадном поцелуе. Сопротивление сходит на нет, и он поддается страсти и интенсивности их объятий. Их языки сплетаются, руки свободно блуждают по его телу, и Ники отдается их желаниям.
Библиотека становится местом их запретного свидания, пока Чонвон и Сону делают его своим. У него перехватывает дыхание, тело сковывает смесь удовольствия и растерянности, когда они наконец отстраняются, оставляя его ошеломленным и потрясенным.
— Мы ещё увидимся с тобой, Ники, — с ухмылкой говорит Чонвон, и они уходят, оставляя его одного в библиотеке с тяжелым сердцем.
Ники остается стоять на месте, тело всё ещё покалывает от их прикосновений. Он понимает, что попал в темную и опасную паутину желаний этих двоих, но должен найти способ убежать, хотя уверен сделать это будет нелегко. Он ещё не знает, что его путь будет полон неожиданных поворотов и мрачных открытий, испытывающих на прочность его сердце и душу.
Ники идет по школьному коридору, не в силах избавиться от ощущений, вызванных встречей с Чонвоном и Сону в библиотеке. Он разрывается между желанием и страхом перед их собственнической натурой, старается избегать их, но у судьбы другие планы. Подойдя к своему шкафчику, он замечает, что они уже ждут его с ухмылками на губах. Снова становится страшно, и он разворачивается, чтобы уйти, но Чонвон преграждает ему путь, а Сону подходит сзади.
— Ники, куда это ты собрался? — говорит он, в его голосе слышны нотки угрозы.
Дыхание Ники учащается, и он чувствует себя зажатым между ними. Он пытается набраться смелости, чтобы противостоять им, но их подавляющее присутствие лишает его дара речи. Сону наклоняется к нему ближе, дыхание обжигает шею.
— Ты не можешь вечно убегать от нас, Ники, — шепчет он, в его голосе сквозит желание. — Мы поймаем тебя, куда бы ты не пошел.
Стук сердца отдается в ушах, и он отталкивает Чонвона, пытаясь вырваться. Ему удается проскользнуть мимо, но старший хватает его за руку, крепко сжимая. Инстинкты срабатывают на ура, и он врывается, убегая по коридору, а Сону и Чонвон бегут за ним по пятам. Он слышит их шаги, эхом отдающиеся позади, пока мчится, отчаянно пытаясь оторваться от них. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, но он заставляет себя бежать быстрее, страх подстегивает адреналин. Он поворачивает за угол, продирается сквозь толпы учеников и наконец добирается до черного хода.
Он выскакивает на свежий воздух, но всё ещё слышит позади приближающиеся шаги. Дыхание сбивается, ноги словно желе, но он не сдается, а бежит по направлению к ближайшему лесу. Ники слышит за спиной голоса Чонвона и Сону, угрожающие и уговаривающие остановиться. Но он не смеет оглянуться назад, зная, как они опасны и непредсказуемы.
Ники бросается в густой лес, тратя все силы на то, чтобы продолжать бежать. Он перепрыгивает через бревна, уворачивается от веток, продирается сквозь заросли, слыша стук собственного сердца в ушах.
Как только он думает, что ему удалось от них ускользнуть, чья-то рука хватает его за плечо, и, обернувшись, он видит стоящего перед ним Чонвона с хищной улыбкой на лице. Он тяжело дышит и пытается отступить назад, но хватка старшего становится ещё крепче.
Из-за дерева появляется Сону, его глаза блестят от вожделения.
— От нас не убежишь, Ники, — говорит он с мрачной усмешкой. — Мы тебя не отпустим.
Страх усиливается, и он вырывается из рук Чонвона, попятившись назад. Он должен бежать дальше, найти способ вырваться из их лап. Ники бежит по лесу, легкие горят, а ветки царапают кожу. Он слышит их шаги прямо за спиной и заставляет себя бежать всё быстрее, перед глазами всё плывет от паники и отчаяния.
Но как только в его голове зарождается мысль, что он больше не может бежать, он натыкается на узкую тропинку, ведущую к обрыву над рекой. Не раздумывая, Ники спрыгивает вниз и падает в ледяную воду. Сердце колотится в груди, когда он, спотыкаясь, выбирается из реки, мокрая одежда неприятно липнет к телу. Ники жадно хватает ртом воздух, легкие горят от напряжения, вызванного плаванием через реку. Он надеется скрыться от Чонвона и Сону, но они уже идут по его следу.
Не успевает он сделать и шага, как они появляются из-за деревьев, преградив ему путь. В их глазах читается решимость, и Ники понимает, что убежать не получится. Он делает шаг назад, но тут же врезается спиной в ствол дерева.
— Так-так, что у нас тут? — с ухмылкой говорит Чонвон, в его голосе слышится вызов. — Пытаешься убежать от нас, Ники?
— Ты не можешь убежать от нас, Ники. Ты принадлежишь нам, — глаза Сону хищно блестят, приближаясь к нему так, что теперь он возвышается над ним.
Грудь Ники вздымается, а глаза мечутся между ними. Ему страшно, что он не может противостоять им и окажется в их власти. Он злится и чувствует себя беспомощным, понимая, что его судьба теперь в их руках. Чонвон протягивает руку и хватает его за запястье, хватка крепкая и непреклонная.
— От нас не получится сбежать, Ники, — произнес он низким голосом. — Мы наблюдали за тобой с того момента, как ты переступил порог нашей школы, и решили, что ты принадлежишь нам.
— Ты будешь нашим, Ники. Ты подчинишься нам, вольно или невольно, — шепчет Сону, придвигаясь ближе и касаясь губами его за мочку уха.
Сердце бешено стучит в груди, он пытается выпутаться из хватки Чонвона, но всё тщетно. Они оба сильнее, и он не может сравниться с их общей силой. Ники понимает, что у него нет другого выхода, кроме как подчиниться, по крайней мере, на данный момент.
Они тащат его к шкафчикам, всё ещё крепко удерживая. В голове проносятся сотни мыслей, тело дрожит от страха и возбуждения. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного, и интенсивность их власти над ним просто ошеломляющая. Подойдя к шкафчикам, Чонвон и Сону прижимают его к холодному металлу. У него перехватывает дыхание, ощущая руку Сону на своей талии, пальцы впиваются в нежную кожу.
— Думаю, тебе пора узнать своё место, Ники, — говорит Чонвон, его голос низкий и властный. — Ты будешь подчиняться нам, и тебе это понравится.
Глаза Ники расширяются, когда Сону наклоняется и захватывает его губы в поцелуе. Его губы требовательные, а язык пытается проникнуть сквозь плотно сжатые губы. Тело Ники, несмотря на страх, откликается: губы Сону прильнули к его в жарком порыве.
Рука Чонвона скользит по телу, пальцы проходятся по коже, оставляя после себя горячий след. Тело предает его, отвечая на прикосновения, несмотря на внутреннее смятение. Он чувствует смесь удовольствия и вины, не в силах отрицать возбуждение, проникающее в каждую клеточку.
Сону с ухмылкой отстраняется, его губы красные и распухшие.
— Ты наш, Ники, — говорит он с хищным блеском в глазах. — И мы позаботимся о том, чтобы ты это знал.
У Ники перехватывало дыхание, смотря на них, внутри бурлит страх, желание и смятение. Он не понимает, почему оказался в такой ситуации, но сопротивляться невозможно.
Чонвон и Сону не теряют времени даром и берут ситуацию под свой контроль. Руки Сону блуждают по телу Ники, дразня и исследуя его, а губы Чонвона впиваются в шею, покусывая и посасывая чувствительную кожу.
В голове пустота. Он хочет бороться, сопротивляться их ласкам, но в тоже время не может отрицать ощущений, пронизывающих тело. Кожа покалывает от прикосновений, а дышать становится всё труднее с каждым мгновением.
Рука Чонвона скользит под рубашку, прочерчивая дорожку по его груди, а пальцы Сону опускаются ниже, игриво оттягивая пояс брюк. Тело Ники непроизвольно откликается на прикосновение, бедра подаются вперед, хотя разум кричит от противоречивых эмоций.
Губы Чонвона перемещаются к уху, его дыхание обдает кожу жаром.
— Ты не можешь сопротивляться нам, Ники, — хрипло шепчет он. — Тебя тянет к нам с того самого момента, как ты на нас взглянул.
Пальцы Сону скользят за пояс, дразняще поглаживая его растущее возбуждение. Глаза закрываются, дыхание сбивается. Он не в силах побороть сильного влечения к ним, несмотря на страх и смятение, овладевшие его сознанием. Чонвон снова пылко целует его, его язык хозяйничает во рту младшего. Рука Сону крепко обхватывает его возбуждение, взывая с губ тихий стон. Тело Ники выгибается навстречу их прикосновениям, его сопротивление сходит на нет под натиском наслаждения.
— Мы сделаем тебя нашим, Ники, — шепчет Сону на ухо, его голос пронизан желанием. — Ты не сможешь от нас убежать, да и не захочешь.
В голове нет никаких здравых мыслей, а тело пылает от желания. Все грани запретов стираются и он поддается манящему притяжению. Безысходность ситуации одновременно пугает и возбуждает, и Ники не отрицает растущего желания, испытываемого им по отношению к братьям. Чонвон и Сону продолжают настойчиво атаковать его, их руки и губы оставляют за собой следы, означающие, что он принадлежит им. Сопротивление нет, и он отдается на волю наслаждения, теряя себя в пылу момента.
Через несколько часов Ники обнаруживает себя лежащим на холодном полу раздевалки, тело измождено, а в голове царит хаос. Чонвона и Сону нигде нет, и он охвачен противоречивыми эмоциями. Ники стыдно за то, что он поддался на их ухаживания, но в тоже время его неумолимо влечет к ним.
Медленно поднимаясь на ноги, он понимает, что жизнь изменилась безвозвратно. Теперь он вовлечен в мрачный роман с братьями, и не знает, что ждет его в будущем. Но одно знает точно — он уже не тот человеком, каким был до встречи с ними. Его мир перевернулся с ног на голову, и теперь он связан с ними такими узами, которые не в силах до конца понять.
***
После жарких событий в раздевалке Чонвон и Сону поглощены неутолимой тоской по Ники. Они не могут устоять перед притяжением и полны решимости сделать его своим. Выходя из раздевалки уже одетый, Ники не замечает, что его преследуют. Они наблюдают за ним издалека, их глаза горят от желания и решимости. — Посмотри на него, Сону, — шепчет Чонвон, в его голосе слышно вожделение. — Он такой соблазнительный. Я не могу устоять перед ним. — Я понимаю, о чем ты, Чонвон. Он опьяняет. Мы должны его заполучить, — глаза Сону так же наполняются похотью и желанием. Ники, погрузившись в свои мысли и эмоции, не замечает, как они приближаются к нему, пока он идет по пустому коридору. Сердце колотится в груди, и он не может избавиться от воспоминаний об их прикосновениях, поцелуях, всепоглощающей страсти. Как только он сворачивает за угол, братья преграждают ему путь, зажав между собой. У Ники перехватывает дыхание, встречаясь с ними взглядом, и, несмотря на внутреннее смятение, его тело реагирует на их близость. — Мы искали тебя, Ники, — говорит Чонвон, его голос низкий и соблазнительный. Глаза Сону останавливаются на нем, его губы кривятся в хищной улыбке. Сердце вот-вот выскочит из груди, он пытается отступить, но они приближаются к нему, тянутся, чтобы прикоснуться. Он разрывается между своими желаниями и страхами, внутри бушует буря противоречивых эмоций. — Я… я не могу, — заикаясь, говорит Ники, едва слышно. — Это неправильно… мы не можем… — Неправильно? Но это так правильно, Ники. Ты не можешь отрицать, что между нами есть химия, — Чонвон крепче вцепляется в его руку, глаза темные от решимости. — Мы знаем, что ты хочешь нас, Ники. Не сопротивляйся, — рука Сону оглаживает щеку, от его прикосновения по позвоночнику бегут мурашки. Решимость Ники ослабевает по мере того, как он ощущает их прикосновения, ласки, горячее дыхание на своей коже. Он разрывается между своими желаниями и страхами, но притяжение слишком сильное, чтобы сопротивляться. Не успевает он опомниться, как снова поддается: тело отвечает на прикосновения, разум затуманен страстью. Чонвон и Сону хватают его, их губы и руки исследуют каждый сантиметр его тела, разжигая в нем огонь, который он не может потушить. Предаваясь своим запретным желаниям, Ники поглощен вихрем ощущений, дымкой удовольствия и тоски. Он знает о риске и последствиях таких отношений, но не может больше сопротивляться притяжению.***
По мере развития бурных отношений Ники, Чонвон и Сону оказываются окутаны паутиной страсти и опасности. Они не могут устоять перед притяжением к друг другу, и их запретный роман разгорается всё сильнее с каждым днем. Несмотря на риск и последствия, они не могут отказаться от своих чувств друг к другу. Они встречаются тайно, украдкой, в минуты страсти и желания, и с каждой встречей их связь становится всё крепче. Они поглощены своей любовью, не в силах противостоять магнетическому притяжению. Однако в конце концов их запретная связь становится достоянием общественности. Родители Ники, узнав правду о его отношениях с Чонвоном и Сону, приходят в ярость и требуют немедленно прекратить их и оборвать все связи. Трио сталкивается с общественным резонансом, а отец Чонвона и Сону, богатый генеральный директор, грозится лишить их наследства, если они не порвут с Ники. Младший с разбитым сердцем, несмотря на протесты и признания в любви, принимает мучительное решение разорвать отношения с Чонвоном и Сону. Это тяжелое расставание, наполненное слезами и болью, но они понимают, что так нужно. Они обязаны защитить друг друга. Проходят месяцы, Ники, Чонвон и Сону пытаются жить дальше, но пустота в сердцах никуда не уходит. Они не могут забыть ту сильную связь между ними, и все мысли заняты воспоминаниями о том времени, проведенном вместе. В судьбоносный день Ники неожиданно навещают Чонвон и Сону. Представ перед ним, в их лицах смешивается отчаяние и тоска, а младшего разрывают противоречивые чувства. Чонвон прерывает тишину первым, его голос полон чувств. — Ники, прости нас, пожалуйста. Мы поступили глупо, отпустив тебя. Мы не можем жить без тебя, мы так тебя любим. — Мы осознали свои ошибки, Ники. Мы не можем позволить общественным нормам диктовать кого нам любить. Мы хотим быть с тобой, несмотря ни на что, — Сону добавляет, умоляюще глядя на него. Ники смотрит в их глаза, и сердце его разрывается от противоречивых эмоций. Он очень скучал по ним, но в тоже время знает, с какими трудностями им придется столкнуться. Однако их искренность наполняет сердце теплом, и он не может противиться их просьбе. — Я… я всё ещё люблю вас обоих, — шепчет он, а в глазах блестят непролитые слезы. — Но это будет нелегко. Нам на пути встретится немало препятствий. — Я готов преодолеть всё это вместе с тобой. Мы будем бороться за нашу любовь, чего бы это не стоило, — Чонвон протягивает свою руку и осторожно берет его за руку. — Я тоже, Ники. Я не могу отпустить и потерять тебя вновь. Пожалуйста, дай нам ещё один шанс, — Сону кивает с энтузиазмом. — Хорошо. Я прощаю вас обоих и хочу попробовать ещё раз, — со смесью колебаний и надежды Ники наконец соглашается. Они бросаются в объятия друг друга, пламя страсти разгорается с новой силой, ярче, чем когда-либо прежде. Они знают, что путь впереди будет нелегким, но готовы пройти его вместе, рука об руку. Троица стоит во весь рост, бросая вызов ожиданиям окружающих, и не стесняется своей любви. Их путь нелегок, но они полны решимости пройти его вместе и до конца, готовые принять любые испытания, лишь бы быть вместе. Так и начинается новая глава их истории любви, не поддаваясь условностям и следуя зову сердца. Они строят совместное будущее, наполненное любовью, страстью и глубокой связью, которую невозможно разорвать. В конце концов их любовь восторжествовала, и они обрели своё счастье, купаясь в пламени запретной любви, яростной, сильной и неподдельной.
