Золотая клетка. Первая Ласточка

Жизнь в Дубовой Роще была совсем другой. Более мирная и спокойная. В родительском доме всегда был переполох. Повара, горничные, садовники, охрана, водители… Огромный штат персонала. Здесь же всё было иначе. Пару ребят из охраны, которых толком не было видно, один садовник, который во время зимы занимается небольшой оранжереей. Из домоуправленцев — Альфред и Мэри, которой на помощь в поместье Вито приставил двух горничных — Софи и Сару. Близняшки из Канады - мои ровесницы. Забавные девчонки. Всегда говорят быстро, перебивают либо дополняют друг друга. Тишина, спокойствие и умиротворение. Кухней занимается лишь Мэри, которая изредка и несуетливо вышагивает по этажам, смахивая пыль, если на кухне совсем уж наскучит. Утро застаёт меня в объятиях любимого. Я нехотя выглядываю из-под тёплого одеяла, смотря на время. Без пяти восемь… Сев на край кровати, я лениво потягиваюсь и присматриваюсь к дате. Двадцать второе декабря… Боже! — Какой ужас! —пораженно подскакиваю я с постели. — Что такое?! — Вито, вздрогнув, просыпается. — Что случилось? — Мы опаздываем! — хмурюсь я, накинув шелковый халат на плечи. — Опаздываем? — мужчина недоумевает. Взяв с тумбочки свои наручные часы, он смотрит на время, а потом задумчиво хмурится. — Поли, милая, сегодня суббота… Выходной… Отложив часы, он вновь падает на подушку. — Сочельник через два дня! — настаиваю я. Вито посмеивается. — Ты так на работу не просыпаешься, как на праздничную закупку. — Не паясничай, — дуюсь я, сев на край кровати, — у нас ничего не готово! Дом не украшен, подарки не куплены… Сейчас даже в самых элитных бутиках будут толпы! А ёлку мы когда будем ставить? У нас вообще есть ёлка? А игрушки на неё? — Лисёнок, — Вито улыбается и, придержав меня за локоть, тянет к себе, укладывая на подушку, — выдохни. Давай так, поручи мне украсить дом, а сама бери девчонок и сходите по магазинам. — А ты точно справишься? — я говорю серьёзно. — Это очень ответственное занятие. — Мисс Берман, — Вито кладёт ладонь на сердце, — клянусь, я сделаю всё, что в моих силах. Обещаю, что не подведу Вас. — Чур ёлку без меня не украшать! — Обещаю, — мужчина улыбается и дарит мне мимолётный поцелуй. — Пойду позвоню девочкам. Предпраздничная суматоха возбудила весь город. Толпы людей, шуршание пакетов и упаковочной бумаги, звон колокольчиков, сияние гирлянд. Я расхаживаю по мужскому магазину, где Кристин задумчиво разглядывает шерстяной костюм тройку. — О чём задумалась? — девушка прикладывает один из галстуков к выбранному костюму. — Да так… У Витторио завтра день рождения… А у меня ничего не готово. Нет, я, конечно, испеку торт, накрою праздничный ужин, но… Подарок. Вот ты, как поняла, что Тому нужно дарить костюм? Он намекал? Кристин посмеивается. — Как поняла? Намекал? — девушка откладывает понравившийся галстук. — Милая, мы в браке шесть лет. У него всё есть. Костюм — это базовый подарок. — Неужели у Тома не осталось каких-то пожеланий? — недоумеваю я. — Конечно остались. Он хочет ребенка, — Крис вздыхает, — и Bugatti Divo, но побойся бога, Поли… Эта машина стоит четыре миллиона фунтов, а я в год получаю пятьдесят тысяч. — А ребёнок? — я подаю ей ещё один галстук. — А ребёнок… — девушка растерянно смотрит на меня. — Каждый раз «не время». Сейчас особенно. — Да, ты правда. Извини… Вот этот, думаю, Тому очень подойдёт. — Я тоже так думаю, — Крис улыбается мне. — И эти два галстука. Сэр! Выйдя из магазина, мы отыскиваем Лизу, которая вытаскивает из антикварного магазинчика шахматы из оникса и мрамора для отца. — Он давно такие хотел… Я подумала, что раз неплохо заработала в этом году, то могу и позволить ему такой подарок. Я с завистью смотрю на подруг, которые нашли заветные подарки для близких, а что я? Семье, в особенности отца, которых я с трудом убедила, что мир не схлопнется, если я проведу Рождество не с ними, подарки я нашла быстро. Сделала заказы и попросила Монику побыть Пэр Ноэлем. Остался Вито… Мало того, что у него день рождения, так ещё и Рождество… Я с одним подарком не могу разобраться, а тут два праздника. Проходя мимо яркой витрины, я на мгновение замираю. — Вот оно… — Я расплываюсь в улыбке. — Поли, ты уверена? — Ахает Элизабет. — Хорошо подумала? — Недоумевает Кристин. — Определённо… Домой я возвращаюсь уставшая. Поставив пакеты на пол, я поражённо оглядываю украшенный холл. Еловые гирлянды, шарики, звёздочки, снежинки, ленты и банты. — Боже правый… — Нравится? — Вито спускается ко мне со второго этажа. — Потрясно, — улыбаюсь я, — просто чудо! А ёлка? — В большой гостевой комнате украшена, а наша ждёт в маленькой гостиной, — Вито улыбается, но радость тут же сменяется удивлением, когда Тайлер заносит ещё две дюжины пакетов. — Вроде, всё, мисс… — Спасибо, — улыбаюсь я, но заметив недоумение своего мужчины, объясняю, — я подумала, что если ребята празднуют Рождество не с нами это ещё не повод не дарить подарки! Преподнесём их на новый год. — Отличная идея, милая, — Вито целует мои красные от мороза щеки, — пойдём. Совсем продрогла. С ёлкой мы заканчиваем ближе к ночи. Пышная зелёная красавица становится нашим личным достоянием. Вито, старательно распутывающий гирлянду и вспомнивший все грязные ругательства, наконец-то включает огоньки. В гостиной пахнет хвоей и цитрусами, тихо потрескивают дрова в камине. Мы сидим на диване, а на экране крутятся уже заученные наизусть рождественские фильмы. — Метель началась, — Вито покрепче обнимает меня и укрывает ножки пледом. Я лишь улыбаюсь. Тишина, покой, любовь… Следующий день встречает нас ясной погодой. Морозец нарисовал роскошные узоры на окнах, которые поблёскивают в утренних лучах. Я аккуратно вылезаю из объятий спящего Вито и тихонько выхожу из комнаты. Спустившись на кухню, я сталкиваюсь с Мэри. — Ну что? Уже всё готово? — Да, моя дорогая, — женщина протягивает мне большую коробку с пышным бантом. — Ох, красота какая, — я забираю тяжёлый подарок из рук горничной и неспешно поднимаюсь на второй этаж. Вито всё ещё спит, тихонько посапывая в подушку. — Милый…— я бедром толкаю дверь комнаты, — пора вставать. — Правда? — нехотя сонно протягивает мужчина, но всё ещё не поднимается. — Угу, сегодня ведь такой день, — я тихо смеюсь и ставлю коробку на кровать. Вито хитро приоткрывает один глаз, оглядывая меня и подарок. — Боже мой, лисёнок. Ты меня балуешь, — улыбается он, приподнимаясь на локтях, — не стоило. Правда. — Ты столько всего сделал для меня. Неужели я не могу тебя побаловать? — наклонившись я чмокаю мужчину в губы. — Открывай скорее. Только не тряси! Это хрупкий подарок! — Вот как, — ухмыльнувшись, он садится на кровать и поспешно развязывает атласный бант, — скажи честно, там бомба? Я смеюсь, с нетерпением смотря на Вито. Он с трепетом открывает крышку коробки и замирает. — Поли… Боже…— мужчина пораженно вздыхает смотря то на меня, то на коробку, — это… Лиса, какая же ты лиса, моя дорогая. Я впервые вижу, как дрожат руки мужчины. Он аккуратно и бережно достаёт из коробки ещё сонного щенка. Маленький белоснежный кокер-спаниель. — Это девочка, — я смущённо улыбаюсь, наблюдаю за тем, как мужчина бережно рассматривает малышку, — она осталась одна и так смотрела на меня, что я не могла не взять… Он улыбается, смотря на меня. — Лисёнок, это лучший подарок, — мужчина целует меня, пока в его руках тихонько фырчит щенок, — какая она красавица. А как зовут? Я пожимаю плечами. Вновь оглядев щенка, мужчина заключает: — Добро пожаловать домой… Луна. Не зря же у тебя такой брелок на ошейнике, — Вито улыбается и ставит малышку на постель, — вот и рассказывай тебе секреты, Поли. — Это твоя мечта. Мечты должны сбываться, — я глажу шелковистую шёрстку Луны. — Ты рад? — Конечно, теперь у меня в доме две любимые девочки будут. Щенок по-хозяйски принимается оглядывать новые владения. Луна лазает по подушкам, путается в одеялах, а мы лежим вместе с ней. Я впервые вижу Вито таким воодушевлённым. Он с трепетом поглаживает Луну, которая игриво кусает его за пальцы, играет с ней и дразнит кисточкой от подушки. Я вижу в нём ребёнка. Мальчика, которому подарили то, о чём он так долго мечтал. — Вито… — Да? — он чешет животик щенку. — А в детстве ты праздновал день рождения? Он молчит какое-то время, наблюдая за тем, как Луна тянет его за рукав пижамы. — Нет. Не до этого было. Но, мама с сестрой делали торт. Небольшой из печенья и сливок. Это было для меня огромным подарком, — он улыбается, когда Луна сильнее цепляется зубками за рукав, — маленькая непоседа. Между нами, такая большая разница. Я вспоминаю свои дни рождения. Множество гостей, горы подарков, огромный торт… Мне, казалось это обыденностью, а сейчас я понимаю, что для других — это несбыточная роскошь. — Вечером тебя ждёт ещё один подарок, — я улыбаюсь. — Правда? Какой? — Не скажу, — я целую мужчину и поднимаюсь с кровати. — Давайте, лежебоки, вставайте. Завтрак пропустим. Я завязываю корсет поверх нежно-розового шелкового платья. Луна, наигравшаяся за целый день, мирно спит на танкетке рядом, поверх моей пижамы. — Мы точно никуда не едем? — Вито выходит из гардероба, застегивая запонки на рукавах, — просто ужин дома? — Сегодня праздник, — я улыбаюсь, крася губы блеском, — твой день рождения. Думаю, не будет ничего страшного, если мы оденемся для праздничного домашнего ужина красиво. — Милая, я готов делать всё, что ты пожелаешь. Просто ты выглядишь очень роскошно для семейного ужина, — Вито поднимает на руки щенка, которая моментально оживляется, услышав голос хозяина. — А обычно я выгляжу не роскошно? —я наигранно дую губки, которые мужчина целует. — Всегда роскошно, — шепчет он. На туалетном столике гудит мой мобильник. — Ну вот, пора спускаться, — воодушевляюсь я. — Это запечённая утка прислала тебе сообщение? — недоверчиво хмурится Вито. Я смеюсь и утягиваю его прочь из комнаты. — Ты что-то скрываешь от меня, лиса, — Вито идёт следом. — Слишком хитрая у тебя улыбка. — Ничего я не скрываю, дорогой, — мы останавливаемся у закрытых дверей столовой, — мы идём на семейный ужин… Будь добр, улыбнись. Ты ведь обещал, что выполнишь каждую мою просьбу. Витторио посмеивается, а я распахиваю двери столовой, слегка отходя в сторону, чтобы не попасть в кадр. — Боже мой… — вздыхает он. — С днём рождения, дружище! — Марк приподнимает фужер шампанского, а стоявшая рядом с ним Лиза, торопливо помахивает фотокарточкой. — Думаю кадр вышел отличный! — улыбается она — Отличный, а это ушастое чудо явно вышло лучше всех, — посмеивается Крис. — Ребята, — Вито растерянно оглядывает всех, — я… Думал, что вы уже уехали к родным. — Отчасти не обманули, — Том приобнимает жену за плечи, — мы сегодня тоже у родных. Вечер проходит в шумных беседах и задорном смехе. Я не свожу взгляд с Вито. Вижу, как он радостно задувает свечи на торте, как с улыбкой принимает подарки и хвастает малышкой Луной, которая весь вечер проводит на его руках. Он действительно счастлив, искренно и безмятежно. Переведя взгляд на остальных, я подмечаю, какая всё же красивая пара из Крис и Тома. Девушка, хоть и кажется строгой и холодной, но с таким трепетом относится к любимому мужу. Том же не упускает возможности позаботиться о ней. Каждый их взгляд пропитан любовью. Лиза сидит смущенно. Она старается совсем не смотреть на Марка, сидящего рядом. Пробует новую камеру, то и дело выкладывая на стол свежие фотокарточки, а Марк… По нему ведь всё видно. Сколько нежности в его взгляде на Элизабет, но в тоже время и страха. Им нужно просто поговорить… Просто понять друг друга. За столом и Альфред с Мэри. Старые друзья, прожившие бок о бок столько лет. У них свои семьи и увлечения, но они всегда найдут чем бы позабавить друг друга. Когда шум праздника утих, я помогаю Мэри собрать посуду со стола. — Милая, — Вито приобнимает меня со спины за талию, проводив последних гостей — Марка и Лизу. — Ты не устала? Он хорошенько набрал, но на ногах стоит уверенно. — А ты? — Оставь посуду… Девочки всё уберут завтра, — я чувствую, как он утыкается носом в мою макушку, вдыхая полной грудью запах мои духов. — Пойдём наверх? — Вито, дорогой, совсем немного осталось, — я не могу устоять его силе и позволяю оторвать себя от стола. — Ну пусть-пусть… — он посмеивается, и я чувствую, как его губы касаются моей шеи, — ничего не случится, если мы оставим маленький бардак. — И я слышу это от тебя? —я посмеиваюсь. — Я соскучился по тебе, — шепчет Вито, прижимая сильнее к себе, — я хочу тебя. — Ну хорошо, — я улыбаюсь, повернувшись к Вито, — давай так… Ты сейчас идёшь в комнату и ждёшь меня там? А я… Приду к тебе… Как ещё один подарок. Согласен? — Звучит заманчиво, — с ухмылкой тянет Вито, а я расстёгиваю верхние пуговицы его рубашки, — но не долго, лисёнок. — Дай мне фору в пять минут, — я подмигиваю уходящему мужчине. Отнеся на кухню блюдо с грязными тарелками, я поднимаюсь в комнату, попутно снимая туфли и развязывая корсет. Тихо войдя в комнату, я с улыбкой останавливаюсь в дверях. Вито сопит на подушке, а на банкетке у ног кровати подобно ему спит Луна. Неразлучная парочка… — Я так и думала… Переодевшись в пижаму, я укладываюсь спать, не забыв поцеловать Вито. — Спокойной ночи, милый, — шепчу я, поглаживая его по волосам, — я очень сильно тебя люблю… Утром, я сильнее укутываюсь в одеяло, чувствую морозный холод в комнате. Приоткрыв глаза, я вижу Вито, который курит у открытого окна. — Может, лучше водички? — сонно усмехаюсь я. — Прости, я заморозил тебя? — Всё в порядке, — я приподнимаюсь. — Как самочувствие? — Сносно… Давно я так не сидел, — потушив сигарету, Вито закрывает окно и садится рядом со мной, — спасибо за праздник. Получив утреннюю порцию нежности, я всё же вылезаю из постели. День проходит лениво и неторопливо. Мы проводили Мэри и Альфреда на выходные, а сами уделили время себе. Вито старательно занимается Луной, которая нехотя и очень даже неуклюже учится командам, конечно, не за просто так. — Ты её больше балуешь, чем учишь, — посмеиваюсь я, наблюдая за тем, как Вито кормит щенка со стола, держа на руках. — Мясо очень полезно растущему организму. — Она привыкнет и потом не будет есть из миски. — Праздники, лисёнок. Можно и побаловать девочку, — он тепло улыбается, когда Луна ластится к нему. Наш покой нарушает звон моего мобильного. Я смотрю на маленький экран. Папа… — Привет, папуль, — осторожно отвечаю я. — Привет, доченька. Как дела? — я слышу заговорщицкие нотки в его радостном голосе. — Если ты звонишь, чтобы вновь позвать на праздник, то нет… Пап, мы ведь уже это всё обсуждали. — Знаю-знаю! — отец вздыхает. — Но всё же, принцесса. Рождество — это семейный праздник! — Пап, я ведь говорила, что хочу провести это Рождество со своим мужчиной, — я смотрю на Вито, которого тоже заинтересовал мой телефонный разговор, — мы вдвоём… — Милая, ну поедем в горы же! Я вам отдам всю западную часть дома… Считай, как отдельно будете. Боже, пошли мне терпения и выдержки… Что с моими любимыми мужчинами? Кто диктует им эти гениальные мысли? — Папа, нет. Даже если я вдруг и передумала… Уже сочельник! Билетов нет! — Я пошлю за вами самолёт! — Пап! —я невольно подскакиваю с кресла, — давай не будем ругаться в Рождество? — А как же пряник? А твои конфеты… Доченька, я купил целые ящики. — Папа мне двадцать четыре… Какие пряники? — Медовые, мамины… — растерянно тянет он. — Она столько напекла. Я слышу, как тихо посмеивается Вито. — Папуль, — я вздыхаю, — послушай. Мы ведь, говорили с тобой. Я хочу одно единственное Рождеством для себя… Пожалуйста, папуль. Ты ведь обещал мне, что сделаешь для меня любой подарок. Мне больше ничего не надо. Если я останусь с любимым в это Рождество, то это станет лучшем подарком для меня. Папа молчит. Я чувствую, как ему тяжело даётся эта мысль. — А если я куплю тебе новую машину, как подарок. Ты приедешь домой? — осторожно спрашивает он. На душе появляется грусть. Так всегда… Стоит мне сделать хоть какой-то выбор самой он не отстанет, пока не переубедит меня в свою пользу. А ведь ещё и обидится на меня… Чувствую, как глаза наполняются слезами от обиды, что родной человек не желает принять мой выбор. — Тони, с кем ты говоришь? — слышится в трубке голос мамы. — Пап, дай маме телефон, — настаиваю я, стараясь сдержать слёзы. — Хорошо… — папа вздыхает, явно оставшись в негодовании, — я понял. Рад, что смог угодить тебе с подарком в этом году, доченька. — Я вас люблю. Поцелуй маму и обними брата за меня. Я скучаю по вам. — Мы тоже… Коротки гудки заставляют меня всхлипнуть. — Девочка моя, — Вито обнимает меня, крепко прижимая к себе, — сегодня Сочельник. Не стоит плакать. — Вито, он не понимает… Не понимает, что я не ребёнок! А сейчас ещё и обиделся, — я чувствую, как слёзы текут по щекам. — Так, дорогая… — Вито утирает мои слёзы, — выдохни. Твоего отца тоже можно понять. Его первое Рождество без дорогой и любимой дочки. Что поделать если ты всегда под его крылом, а тут вдруг ты находишь другого мужчину, который забирает тебя теперь уже под своё крыло? Я шмыгаю носом. — Думаешь, он просто ревнует? — Конечно. Он обиделся не на тебя, а наверняка на меня, — мужчина улыбается, целуя меня в лоб, — что какой-то… Дай угадаю, какой-то слизняк посмел отнять драгоценную дочурку. — Что же, — я задумчиво киваю, — это довольно в его стиле. — К тому же это было твоё желание остаться. Ему это придётся когда-нибудь принять. — Да, ты прав. Такое ведь случается. Это ведь нормально, что дети покидают отчий дом. Витторио кивает. — Давай лучше начнём готовиться к празднику? Рождественский ужин совсем не за горами. Иголка проигрывателя осторожно касается пластинки. Знакомая с детства, рождественская мелодия наполняет всю маленькую гостиную. Я зажигаю свечи на круглом праздничном столе. Луна играет с бантами на подарках, изредка старательно выпрашивая у меня угощение. — Нет, дорогуша, — я улыбаюсь, — я тебе не папочка. Баловать не буду. Щенок игриво путается у ног, пока я расставляю бокалы. — Настойчивая маленькая вредина, — усмехаюсь я, — думаешь я поведусь? Наклонившись к Луне, я заглядываю в её большие глазки-пуговки. Маленькое, жалостно скулящее создание. — Ох, теперь я понимаю Вито, — я мило улыбаюсь, подняв щенка на руки, — ты такая прелестная. Ну как тебе можно что-то запрещать? Я беру со стола ломтик свежей моркови и отдаю Луне. — И этот человек говорит мне не кормить собаку со стола? — Ну хорошо, я признаю, что перед ней нельзя устоять, — посадив Луну на кресло, я подхожу к небольшому зеркалу, поправить прическу. На рождественский вечер я выбрала себе темно-синее платье с завязками на шее, которое открывало мои руки и спину. Волосы я собрала в пышный пучок, а на ушах красовались бриллиантовые серьги из серебра. — Какая же ты у меня красавица, — Вито улыбается. Сегодня он сменил свой строгий стиль на более свободный для него. Белоснежные брюки с черными ремнём и темно-синяя рубашка поло. Я с улыбкой поправляю воротник его рубашки. — Поли, теперь моя очередь дарить тебе подарок. Признаюсь честно, я даже не знал, что тебе подарить… У тебя есть всё. Я заинтересованно поглядываю на мужчину. — В общем, мне помогали все, и я надеюсь, что угадал, — достав из-под ёлки небольшую коробочку, он растерянно протягивает её мне. Развязав нежно-розовый бантик, я поднимаю крышечку и улыбка невольно скользит по моим губам. Флакончик Miss Dior. Легкие цветочные и такие нежные. Они закончились у меня через два месяца, как я прилетела в Лондон. Почему-то здесь я не нашла именно их, а заказывать из Франции не стала. Да и на Рождество совсем забегалась и забыла зайти в бутик. Год перебивалась похожими, но все они были так далеко от них. — Когда я их услышал, то сразу подумал о тебе, — Вито улыбается. — Мои любимые духи, — шепчу я, смотря на него. — Правда? — он удивляется, — Вот как… Я не видел их у тебя. — Я пользовалась ими когда только прилетела, а потом не могла найти. Спасибо! — я обнимаю мужчину и крепко целую в щеку, — самый лучший подарок! — Правда? Ты не расстроена? — Почему я должна быть расстроена? Ты подарил мне мои любимые духи. Это шикарный подарок. — Я хотел подарить тебе что-нибудь из украшений, но в ювелирном как-то растерялся ещё больше, чем в парфюмерии, — он посмеивается. — У меня полно украшений, а духов, как бы странно это не звучало, совсем нет. Деньги в кошельке заканчиваются быстрее, чем я дохожу до парфюмерного отдела. — Я так рад, что смог тебя порадовать, — Вито нежно целует меня, приобнимая за талию, — счастливого Рождества, лисёнок. Я очень тебя люблю. — Счастливого Рождества, милый, — шепчу я. — Я так счастлива, что мы есть друг у друга.