Золотая клетка. Первая Ласточка

Праздничный шик понемногу утихает, сменяясь лишь бесконечным белоснежным покрывалом. Я сижу в комнате, приводя себя в порядок, пока Луна играется с краем моего шелкового пояса. — Поли, я хочу с тобой поговорить… — Вито начинает осторожно, облокачиваясь о край моего туалетного столика. — Конечно, милый, — я недоверчиво поглядываю на мужчину. — О чём? — О работе, — он колеблется. — О работе? — я растерянно откладываю расческу. — Что-то случилось или я плохо выполняю её? — Нет-нет. Всё очень хорошо, милая! — выпрямляется Вито. Видно, что он нервничает, — просто, знаешь… В последнее время, всё так напряжено, что я стал очень сильно за тебя переживать. Я пытаюсь понять к чему он клонит и не перебиваю. — Я подумал и принял решение, что… Я бы хотел отстранить тебя от работы. — Что?! —Я вскакиваю со стула, окончательно позволяя украсть мой пояс. — Что значит отстранить?! — То и значит. Я не хочу, чтобы ты продолжала работу моей ассистентки. Сейчас любая встреча имеет большие риски. Очень большие шансы нападений… В голове пробегают самые ужасные мысли, но я старательно отгоняю их и выпрямляюсь, скрестив руки на груди. — Ну и кто эта сука? — фыркаю я. Вито усмехается. — Так я и думал, что это будет первый твой вопрос. Милая, твоё место займёт мой хороший юный друг. — Вито, боже мой, вслушайся в свои слова… — я вздыхаю. — Ты меняешь меня на парня… Мне стоит начать переживать? — Поли, — он улыбается, аккуратно приобнимая меня за плечи. — Не говори ерунды. Я просто хочу отстранить тебя от опасности. Вот и всё. — Чтобы я сидела дома и переживала за тебя, пока ты будешь где-то там? — я хмурюсь. — Почему ты не мог поговорить со мной? Посоветоваться… — Потому что это было долгое решение, и я ещё колебался. — Ах, значит ты ещё и давно это решил?! Как давно? — Два месяца назад. Парень давно уже был у меня на примете и хорошем счету. — Два месяца?! — вспыхиваю я и скидываю его руки со своих плеч, — Так давно… Мерзавец! — Поли, ну зачем ты так? — он растерянно пытается удержать меня, но я ускользаю в гардеробную и наспех одеваюсь. — Уму непостижимо, — ворчу я. — Ты настолько мне не доверяешь, что даже таким поделиться не можешь?! Это ведь и меня тоже касается! — Не принимай всё так близко к сердцу. Я же рассказал! — Хмурится он, а я кидаю в мужчину топ от пижамы. — Ты не рассказал, а поставил меня перед фактом ведь принял уже решение! — я поправляю свитер. — Когда ушла Джун ты искал ей замену два месяца, а тут ты два месяца думал заменить или нет! — Милая, это не сравнимые вещи! — Очень даже сравнимые! Признавайся, ты уже нашел ещё одну девушку мне на замену? В постели ведь тоже могут напасть! Зачем подвергать меня опасности?! — Не перегибай, лисёнок! Я просто хочу уберечь тебя! — И что теперь?! Запрешь меня в доме или лучше в комнате? Поставь мне еще решетки на окна и дверь. Корми, как заключенных через мелкое окошко! Он молчит, наверное обдумывает, что это хорошее предложение. — Ты ведешь себя, как мой отец, — с обидой шепчу я. — Знал бы ты, как я это ненавижу… Я наспех закручиваю волосы в пучок. — Поли… Куда ты собралась? — Подальше! К опасностям! — фыркаю я и, схватив телефон и сумочку, выбегаю из комнаты. — Не глупи! Ты ведешь себя, как ребенок. — Это ты ведешь себя, как ребенок, который совершил пакость и молчит до конца! Если ты думаешь, что время всё смягчит, то ты глубоко ошибаешься! — Мисс… — Альфред, видимо услышавший нашу ругню на втором этаже, уже любезно протягивает мне шубу. — Спасибо, — я быстро накидываю её на плечи. — Я никуда тебя не отпущу. — Передай мне это через своего нового секретаря! — Отмахиваюсь я и выбегаю на крыльцо дома. — Тайлер!

***

— Он даже не спросил меня! — Я сижу на мягком диване в маленькой гостиной, а Крис заботливо подливает мне ароматный чай. — Его, конечно, можно понять в принятом решении, но ты права. Я тоже ненавижу, когда Том не советуется со мной. — Мой отец делает также. Сам всё решает за меня и сам всё делает… — Девушки часто выбирают мужчин похожих на отцов, — улыбается Крис. Я вздыхаю, облокачиваясь о мягкие подушки. — Пойду проверю пирог, — брюнетка удаляется, а я рассматриваю гостиную. Крис и Том живут в одном из старинных районов Лондона в таунхаусе. Дом не особо большой, но очень уютный и теплый, хотя видно, что хозяева дома бывают редко. На камине я замечаю рамки с семейными фотографиями. Есть и со свадьбы. Такие счастливые и беззаботные. Среди них, замечаю фотокарточку, сделанную на день рождения Вито. Может, я зря вспылила? К выходкам отца я уже привыкла, но не ожидала, что Вито поступит также. — Вот, Поли, угощайся, — Кристин ставит вишнёвый пирог на кофейный столик. — Красота… Слышу, как входная дверь открывается, впуская мороз в дом. — Чувствую запах моего любимого пирога! — через минуту в гостиной появляется Том. — Поли, солнце, я не знал, что ты у нас в гостях. Он удивлённо смотрит на жену. — Я пригласила Поли на чай, — Крис целует мужа в щеку. — Ты будешь чай или подождёшь обеда? — Ты же заешь, твой пирог никогда не перебивает мне аппетит. Поли, как дела? — Нормально, — я принимаю блюдце с пирогом из рук Кристин. — Мне отвезти тебя сегодня в Найтсбридж или вы не настолько сильно поругались? Крис толкает мужа в плечо. — Ты тоже считаешь, что я зря вспылила? — Не сказал бы… Честно, я удивлён, что Вито решил тебя заменить. Да еще кем… Роджерсом! Парнишка слишком туго соображает! — Почему тогда именно он? — хмурюсь я. — Чувствует за него ответственность. Парню только недавно девятнадцать стукнуло, а он уже ставит его ассистентом! — Переживает, — вздыхает Крис — Что это значит? — недоумеваю я — Этот парнишка внук старого друга Вито. Арден старший занимался финансами, был очень опытен в этом вопросе, но все мы не вечны… Роджерс сам внука воспитывал, а после его смерти мальчишка остался круглой сиротой. — Ему, вроде, тринадцать было, — припоминает Крис. — Да… Вито парня забрать не мог. Отправил его к родной сестре нашей дорогой баронессы. Она воспитала двух сыновей. Они сейчас сидят на хороших креслах. Пазо посчитал, что это отличная идея, а теперь появилась возможность его устроить ближе к себе, чтобы позаботиться. — Ну вот сложно ему было всё мне объяснить?! — хмурюсь я. — Может быть и не вспылила… Но всё же обидно. — Арден тоже может быть одной из ниточек, за которую Вито могут дёргать, — Крис вздыхает. — Вот поэтому он собирает нас всех ближе к себе. Волнуется. Я вздыхаю. Наш разговор прерывает звонок в дверь. — Не дом, а проходной двор, — посмеивается Том, поднимаясь с кресла. — Я открою. Я замечаю, как он напрягается хоть вида и не подаёт. В доме ведь больше никого не ждут. Через пару минут Том приводит к нам нового гостя. Вито приглаживает волосы, слега намокшие от снега. — Прошу прощения, что без приглашения, — он виновато улыбается, смотря на Крис. — Не говори ерунды. Наши двери всегда открыты, — та подхватывает мужа под локоть. — Пойдём, поможешь мне на кухне. — Я? — Он не успевает и шикнуть дальше, как девушка утягивает его прочь . Я молчу, отвернувшись к окну. Снег мелкими снежинками продолжает кружить. — Поли, — тихо зовёт Вито, подойдя ко мне со спины. — Поехали домой? — Я не допила чай. — Фыркаю я. — Лисёнок, — Вито шепчет, сев рядом со мной, — прости меня. Ты права, я не должен был всё решать без тебя. — Крис и Том рассказали мне про Ардена, — я хмурюсь. — Ты мне не доверяешь? — С чего ты это взяла? — Почему ты сам мне это не рассказал? Почему я узнаю всё это от других людей?! Вито вздыхает. — Поли, я… Я идиот. Просто думал, что это не так важно. Мысль о том, что я хочу всех уберечь совсем отключила мне голову. Я не хотел тебя обидеть. Я вижу, как он виновато заламывает пальцы. — Пообещай мне, что впредь такого не будет, — прошу я тихо. — Обещаю, — в его глазах появляется воодушевленный огонек. Я улыбаюсь и аккуратно целую его.

Утро следующего дня выдаётся довольно мрачным. Я поправляю плечи шёлкового халата, спускаясь в столовую. На лестнице сталкиваюсь с парнем. Высокий, жилистый. Пышная черная шевелюра наспех уложена, видимо после улицы. Через большие прямоугольные очки, тёмные глаза прибавились в размере. Он нервно поправляет оправу, которая съехала на нос. — Извините, — он отходит к периллам. — Доброе утро… Точнее, Здравствуйте! Да… Извините, лучше здравствуйте. Парень нервно выдыхает. — Доброе утро, — я с интересом его разглядываю. Он довольно симпатичный молодой человек. Широкая вязаная жилетка поверх белоснежной рубашки, воротник которой подвернулся, и бежевые брюки. На руке у него виднеются скромненькие часы, стекло которых было прилично поцарапано. — Арден Роджерс, верно? Я тянусь к нему, от чего, мне кажется, он сильно бледнеет, и кончиками пальцев поправляю воротник его рубашки. — Да… — Он кивает. — А Вы, миссис Пазо, верно? Я изумлённо моргаю. — Миссис Пазо? О, нет… Я мисс Берман. Поли Берман. — Да, мне так и сказали. Точнее, мне сказали, что вы Поли Пазо… Ой, наверное, я перепутал или перепутали, когда мне говорили. — А кто тебе сказал? — Смотрю, вы уже познакомились! — с первого этажа нам улыбается Вито. — Арден, дружище. Ты чего такой бледный? Замёрз? — Я… — видно, как парень неуверен в каждом своём действии. Он выпрямляется при виде своего крестного отца. — Всё в порядке, сэр. — Рад это слышать, — Вито поднимается к нам и, похлопав парня по плечу, приобнимает меня за талию. — Как доехал? Без происшествий? — Дорога была отличной, — кивает парень, вновь поправив очки. — Замечательно. Ты голоден? Завтрак только накрывают. — Нет, спасибо, сэр. Я не голоден. Выпил кофе. Я могу уже приступить к работе… — Арден, не торопись. Витторио сказал, что ты будешь жить здесь, — я тепло улыбаюсь, стараясь немного разрядить обстановку. Заметив на втором этаже Софи я жестом подзываю её ближе. — Проводи молодого человека в его комнату. Вы же с Сарой всё подготовили? — Конечно, — кивает мне девушка. — Отлично. Арден, располагайся пока. Если что, то спускайся в столовую. — А… — Поли зайдёт к тебе перед началом рабочего дня, — Вито аккуратно уводит меня на первый этаж. Оказавшись в столовой, я смотрю на Вито. — Ты представил меня Ардену, как свою жену? — О чём ты? — Вито с улыбкой встречает вбегающую за нами следом Луну. — Он назвал меня… — я неловко отвожу взгляд. — Миссис Пазо. — Вот как. Бедняга видимо переволновался, — мужчина кладёт в миску щенку свежих овощей. — И как тебе? — Неожиданно. Почему ты спрашиваешь? — Мне, кажется, звучит очень даже неплохо. Ты так не думаешь? — Поли Пазо, — я задумываюсь, сев за стол. — Звучит необычно. Вито наливает мне кофе. — Ты же поможешь парню с работой? — О, конечно, у меня ведь теперь куча свободного времени после увольнения, — фыркаю я. — Я бы назвал это повышение, — Вито посмеивается. — Ах, даже так? Если я увижу Ардена в нашей постели, милый, то точно уволюсь. Я так понимаю, карьерный рост на этой должности после меня никуда не пропадает? Он лишь посмеивается, подвигая ко мне тарелку с едой. — Приятного аппетита, любимая. После завтрак я захожу за Арденом и отвожу его в кабинет. — У меня тут всё систематизированно. Довольно просто… — я объясняю парню всё, как устроено в теперь уже бывшем кабинете, — в субботу ему особо ничего не ставь. Только что-то очень важное, что нельзя перенести, но только до обеда. После даже никаких звонков. Воскресенье абсолютно свободный день. В будни тоже старайся распределить нагрузку. Он и так задерживается допоздна. — Хорошо, мисс Берман, я Вас понял, — кивает парень, сев за стол. — Если тебе что-то понадобится, то зови или звони. Кстати, там в верхнем ящичке записная книжка с важными номерами. — Хорошо, — Арден оглядывает стол и выдыхает. — Миледи, вы злитесь на меня? — С чего ты это взял? — удивляюсь я, его словам и непривычному обращению ко мне. — Я… Занял ваше место. Я слышал, что Вы были недовольны, что мистер Пазо отстранил вас от работы. — Это наши личные отношения с мистером Пазо. Тебя они не касаются. Всё в порядке, — успокаиваю я Ардена. — Да и я подумала, что мне и впрямь лучше побыть подальше от всего этого. В последнее время работник из меня никакой. Первый абсолютно свободный и тихий будничный день. Я не знаю чем себя занять. Брожу по дому, стараюсь засидеться в библиотеке, но строки из книг разбегаются. Разобрав свой гардероб и поиграв с Луной, я смотрю на часы — ещё два часа до обеда. Как же мучительно время! Выйдя из комнаты в коридор, я оглядываюсь. Зима уже довольно успокоилась после праздников и теперь радовала спокойным порханием снежинок и отступлением колких морозов, но Дубовая Роща всё ещё оставалась под толстым снеговым одеялом. Пройдясь вдаль коридора, я замечаю узкую и крутую лестницу. Точно! Тут ведь есть чердак. Уже собираюсь подняться, но меня останавливает жалостливое скуление. — Ты со мной? — я с улыбкой поднимаю щенка на руки и несу наверх. Дверь на чердак не заперта. Она противно скрипит когда я открываю её. Здесь темно, лишь тусклый дневной свет пробирается через маленькие окна. Оглядев пространство, я замечаю коробки. — Так-так… — сделав шаг, под ногами поднимается пыль, от которой и я, и собака чихаем. Опустив Луну у коробок, я присаживаюсь на пол. — Аккуратно, дорогая… Открыв одну из коробок, я замечаю старые пожелтевшие тарелки. Они завёрнуты в газеты десятилетней давности. Потом ещё коробка и ещё. Там нет ничего интересного. Старая посуда, сколотые фарфоровые статуэтки, запас свечей и лампочек, которые уже явно не работают. Я вздрагиваю, услышав шелест, но с улыбкой выдыхаю. Это Луна копается в столовых салфетках, настойчиво рыча, когда одна цепляется за половицу. Отодвинув свою находку, в которой лежит один хлам, я замечаю сундучок. Небольшой из красного бархата. Позолоченная фурнитура на нём потёрлась. Дёрнув крышку, я понимаю, что он заперт, но ключа я тут не наблюдаю. — Поли, милая, вот ты где! — Витто аккуратно поднимается ко мне. — Я ищу тебя. Скоро обед. Ты чем тут занимаешься? — Ты знаешь, что здесь? — я улыбаюсь, указывая на сундучок. — Нет, лисёнок, — Вито вытягивает щенка из пыльной коробки. — Здесь все вещи из квартиры в городе. — Интересно? — хитро тяну я. — Теперь да, — поддавшись мне, Вито садится рядом со мной и оглядывает замок, — думаю, сможем открыть и без ключа. Выудив из-под пыльных газет ржавый столовый нож, мужчина старается открыть замок. Минута, две и наконец-то заветный щелчок. — Класс! — радуюсь я. — Ну что там? — Ничего… Просто бумаги, — он фыркает, оставляя сундук. — А столько сил было потрачено. Пойдём лучше пообедаем? Неужели в таком месте лежат какие-то бесполезные бумаги? Не верю… — Милый, а можно я его заберу? — Всё, что душе твоей угодно. После обеда я вымываю Луну от слоя пыли, в которой она хорошенько извозилась, оставив на коврах в коридорах грязные лапки. Когда собака была вымыта до блеска и отправлена сушиться, я принимаюсь за сундук. В нём действительно бумаги и все на одно имя — Эллиота Милнера. Кто это? Замечаю договор о купли-продаже двадцатилетней давности. Получается, что квартира Вито принадлежала этому парню? Заметив на дне запечатанный конверт, я достаю его и аккуратно вскрываю. Там лежат два паспорта. Раскрыв самый верхний, я замечаю уже знакомое имя — Эллиот Милнер. С фотографии на меня смотрит серьёзный мужчина. Светловолосый, высокий лоб и небольшие серо-голубые глаза под широкими бровями. Крупный с небольшой горбинкой нос, а уголки тонких губ опущены. Он был неплох собой, но что-то меня от него бросало в холод. Наверное, взгляд. Словно у хищной птицы, готовой вот-вот наброситься на свою жертву. Взяв второй паспорт, я удивлённо вздыхаю… Джун! Я узнаю эту девчонку из тысячи. Что здесь делает её паспорт?! Схватив с собой всё, я спешу в кабинет Вито. — У себя? — спрашиваю на ходу я, а Арден растерянно кивает. — Вито! — Да? — оторвавшись от записи, Пазо заинтересованно смотрит на меня. — Что-то случилось? — Кто это? — я кладу паспорт перед ним. — Ого, какой клад! — он усмехается. — Это Эллиот Милнер. Мой предшественник. — Предшественник? А где он сейчас? — Мёртв, — пожимает плечами мужчина. — Хотела познакомиться? — Не особо. Он меня пугает, — я сажусь на кресло перед столом, — а это тогда, что значит? Они лежали в одном конверте вместе, и он был запечатан. Я кладу паспорт Джун. Витто внимательно его оглядывает, а потом смотрит на меня. — Дай угадаю, ждёшь занимательную историю? — Хотелось бы. — Я не так долго нахожусь за рулём всего этого, — Вито обводит кабинет быстрым жестом. — Всего четыре года. Когда я впервые попал в Лондон мне было восемнадцать и я учился в колледже, где меня затянули в компанию Флоренов. — Ты работал на Флоренов?! — удивляюсь я. — Да, можно и так назвать. Не буду вдаваться в подробности. На тот момент, как и сейчас были две лидирующие позиции в Англии — Флорены и Милнеры. Я нажил себе врагов и среди одних, и среди других. Я ушел от Флоренов после смерти Роуз. Знал, что эта была подстроенная авария и убить явно хотели меня, но так сложились обстоятельства. Флорены не хотели мне помогать, поэтому и ушел. Потом выяснилось, что Милнеры стоят за этим покушением, и я подумал, а чем я хуже всех их? Я решил разделить влияние на три и у меня получилось. У меня был авторитет. Когда мой авторитет стал выше, а поддержка соседей больше, я решил, что Милнер должен понести наказание за содеянное. Я убил его и всю его сеть. Тогда с ним работала Джун. Она рассказала мне, что он ужасный тиран, издевался над ней. Она сразу же передала мне всего его дела, а её саму я пожалел. Сирота без дома в чужой стране. Дал ей работу и дом. Она была мне благодарна. — Правда, что она не дала тебе покончить с собой? — тихо спрашиваю я. Вито молчит. Он откидывается на спинку кресла и слегка покачивается на нём. — Когда достигаешь поставленной цели, а идти дальше некуда… Мысли сжигают, милая. Да, она действительно не дала мне умереть. Я вздыхаю, опустив глаза. Подумать только — Джун ведь столько пережила. Ей, наверное, было безумно тяжело. Столько потрясений в жизни. Представляю, как Вито радовался, когда Кондо обрела счастливую семью. — Не грузись, милая, — Вито поглаживает меня по голове. — Всё давно в прошлом. У меня есть цели и мой огненный смысл жизни. Я улыбаюсь, закрыв сундучок. — Поли, я сегодня освобожусь пораньше. После ужина я хочу сделать тебя маленький подарок. — Подарок? Какой? — Если я скажу, то это будет не подарок, — он ухмыляется. — Ну хоть намекни! — Мне сегодня передали бутылку итальянского вина и коллекционную пластинку. Маленький презент за мои добрые дела. Хочу распить её с тобой под хорошую музыку. — Ох, романтический вечер! Обожаю, когда ты мне их устраиваешь! — я преклоняюсь через стол и целую Пазо. — Я пошла готовиться! Единственное, что могло действительно занять меня это сборы куда-то. Даже если это куда-то заканчивалось гостиной. На вечер я выбрала себе черное приталенное шелковое платье с короткими рукавами, длинной до щиколотки. Уложила волосы легкой волной и застегнула лодочки. В гостиной пахнет воском. Свечи в канделябрах уже немного подтаяли, наверное, я зажгла их слишком рано. На небольшом круглом столе уже стоят закуски и одинокие бокалы. — Заждалась, красавица? — Вито входит в гостиную. В руках он держит бутылку вина и пластинку. Сам он отдалился от рабочей суеты. Свободные черные брюки и футболка поло красного цвета. Волосы растрепаны, видимо пытался освежиться после тяжелого рабочего дня. — Ты же знаешь, что я очень любопытная. Он посмеивается и целует меня подойдя ближе, а я чувствую, как его парфюм смешался с недавно выкуренной сигаретой. — Не особо люблю красное вино, но мне обещали, что после этого я передумаю, — Вито ставит бутылку на стол, а сам пытается найти в буфете штопор. Я разглядываю бутылку и узнаю её. Темно-фиолетовое, кислая вишня, кедр… Такая бутылочка стоит около шестисот долларов. Это вино делают и впрямь в Италии, в Пьемонте. Мой отец владеет там виноградниками. От этой мысли я вздрагиваю. Интересно, а Вито знает? — Задумалась? Пила уже такое? — он улыбается, аккуратно открывая бутылку. Этим вином заставлена половина стены в нашем винном погребе. Мама любит пить его на праздники, а я больше предпочитаю отечественные вина. — Как-то раз, но вкус не помню, — обманщица. Этот вкус въелся на всю жизнь, когда в четырнадцать с Моникой уговорили всю бутылку. Как же нам тогда досталось от Сэма и Дидье. Они ведь присматривали за нами. Вито разливает вино по бокалам и после тихо звона хрусталя, я делаю небольшой глоток, от которого невольно морщусь. Ни то от кислоты, ни то от воспоминаний. — А что за пластинка? — Классика, — он ухмыляется, оставив бокал. — Любишь классику? — я поднимаюсь с следом, и мы оба нависаем над проигрывателем. Витто аккуратно укладывает пластинку и опускает иголку. Мгновение и я узнаю мелодию. — Movimiento — вздыхаю с восхищением я и невольно кружусь. — Потанцуем? — улыбается мужчина и протягивает мне руку. — А ты умеешь? — ухмыляюсь я, но приглашение принимаю — Не обижай меня, — он резко притягивает меня к себе, и я чувствую, как вторая его рука скользит вниз по моей талии. Нам каждому хватило глотка этой дорогущей кислятины, чтобы вспомнить друг о друге. Я позволяю ему вести, позволяю перевести нашу вспухающую страсть в танец. Туфли я скидываю, поэтому скольжу по гладкому дубовому полу босыми ногами. Мне не хотелось больше ни о чём думать. Единственное желание — окунуться с головой в буйство наших чувств. Я вижу в его глазах искру. Я знаю — он желает того же. Мы словно два огонька вспыхиваем ярким пламенем, кружась по комнате, поддаваясь такту музыки. Наклон и притяжение. Его пальцы скользят по гладкой ткани моей юбки, а когда притягивает еще ближе, то я касаюсь губами его шеи. Ещё один шаг и поворот. Упираясь спиной в его грудь, а его ладони скользя по моему телу. Я перехватываю их и снова разворачиваюсь к нему. Придержав меня за талию, он наклоняет меня к самому полу, а я невольно посмеиваюсь, когда его губы касаются моих ключиц, от легкой щекотки. Музыка уже утихает. Он аккуратно кружит меня и усаживает на стул, чтобы я не упала от того, что мир ходит ходуном. — Безумно, — я тяжело дышу и залпом добиваю остатки вина в бокале, — потанцуем ещё? Он молчит, но улыбается. Подливает мне еще вина, а сам достаёт из буфета уже отпитую бутылку бренди и подходящий стакан. Наливает почти полный и залпом выпивает. — Поли… — голос его першит от крепкого алкоголя. — Тебе так сильно не понравилось вино? — я делаю еще пару больших глотков. Вито либо пытается быстрее повысить градус, чтобы не было стыдно перед домочадцами за непристойные звуки из гостинной, либо собирается мне что-то сказать. Что же такое в его голове, чтобы запить вино бренди? — Поли, я хочу тебе кое что сказать… Ну вот. Я так боюсь этих слов. — Что? — Это серьёзный разговор, милая. Вино лезет назад. Только не это. — Конечно, — я нехотя поднимаюсь со стула и, поправив юбку, подхожу к нему. — Поли… Я понимаю, что мы знакомы с тобой год, а вместе и то пару месяцев, но… Этого времени, как ты поняла, мне хватило, чтобы понять свои чувства к тебе. Я люблю тебя Поли, очень сильно люблю, — он растерянно смотрит на меня и говорить ему тяжело. — Я тоже тебя очень сильно люблю, милый. — Я тепло улыбаюсь и поправляю воротник его поло. — Поли, ты согласна стать моей женой? Мир замирает… Женой?! Боже, он делает мне предложение! Он действительно так сильно меня любит? Я… Я тоже его люблю. Я засыпала с мыслями об этих словах. Словно девочка мечтала об этом дне и вот это случилось. Чувствую, как во мне кипит радость. Я уже не в силах сдерживаться, что бы закричать «Да!», но всё же чашу весов перешивает вся суть сложившейся проблемы… — Боже, Вито… Я, ведь, так и не познакомила тебя с родителями. — Я готов с ними познакомиться, — он улыбается. — Я готов даже просить их благословения. Нет-нет! Это ужасно! В какую ловушку ты загнала себя, По! Ты не можешь рассказать Вито о семье и семье о Вито… Это конец! Глупая! Чувствую, как от отчаяния скатываются одинокие слезинки по щекам. — Девочка моя, в чем дело? — Вито, прости, — эти слова даются мне с трудом. — Мне… нужно подумать. — Конечно, — он не показывает, но я слышу нотки огорчения в его голосе, — могу я узнать причину? — Дело не в тебе, милый. Я очень сильно люблю тебя, — я аккуратно целую мужчину, — правда, очень сильно, но это всё так неожиданно. — Я тебя понял, — Вито задумчиво кивает. — Милый… — Мне оставить тебя? Я киваю, опуская взгляд. Он успокаивающе целует меня в макушку и утирает слезы, а после уходит, оставив одну. Тяжело вздохнув, я падаю на диван и наливаю еще вина. Что теперь? Я вышла на опасную развилку. Я ведь и впрямь не могу скрывать от Вито, что я дочка Старка. Это ведь всплывёт. Отсчет пошел уже на часы и дни. От семьи я тоже не могу скрывать, что живу в Лондоне с Пазо. Я могу сейчас позвонить родителям и всё рассказать. Будет много криков и слезы, а потом они прилетят сюда и заберут меня навсегда. Могу рассказать Вито. Вновь крики, слезы… А что если нет? Что если он всё поймёт? Он ведь говорил, что всегда будет рядом. Да, я обманывала его, но это ведь маленькое зло. Я не шпионила за ним, не мешала ему… А что если не говорить и пустить всё на самотёк? А если столкнуть Вито и папу? Нет… Я не могу ими так играть! Я во всём виновата сама, и я должна сама за всё ответить. Больно и слёзно, но что поделать? Отпив половину бокала, я кладу голову на спинку дивана и закрываю глаза. А могу ли я вообще стать женой? Пригодна ли я для этого? Вито явно мечтает о правильной семье. Патриархат и налаженный быт. Муж, жена и дети… Я не могу стать матерью. У меня ведь совсем не может быть детей… Я никому об этом никогда не говорила. Это был маленький секрет. Мой, мамы и папы. Никто больше и не догадывался, что за красивой обложкой девочки, которую половина Франции желает взять в жены и наплодить Старкам внуков, стоит такая напасть… Мысли совсем поглощают меня, но я всё же выпутываюсь и возвращаюсь в комнату. Время уже заполночь. В комнате тускло горит настольная лампа. Вито уже спит, так и не раздевшись, видимо пытался дождаться меня. В отличии от хозяина у Луны это получилось. Заметив меня она заходится радостным тяфканьем. — Тише, — шикаю я, — пробудишь, милая… — Поли? Я вздрагиваю и смотрю на мужчину. Он сонно приподнимается с подушки. — Прости, я не хотела тебя будить… Вито смотрит на часы. — Ждала пока я засну? — он улыбается. — Я… — Луна виснет на подоле платья, и я всё же поднимаю её на руки, присев на кровать, — думала. Он заинтересованно смотрит на меня. Давай, скажи ему всё. Возьми себя в руки, По и… — Вито, у нас не будет детей! — выпаливаю я. Дура. Мужчина пораженно приподнимает брови. Нужно теперь всё объяснить. — Это… С рождения такое. Может забеременеть смогу, но это так маловероятно, а если и смогу, то ничего не получится… — я тараторю, а он успокаивающе сжимает мою ладонь. — Ты из-за этого так долго думала? Я киваю. Ну вот, я сказала ему не ту правду. Хотя признаться честно, меня и этот вопрос очень сильно волнует. Обессиленная злостью на себя, я всхлипываю. — Лисёнок, ну ты чего… — он притягивает меня к себе и крепко обнимает.— Я ведь женюсь на тебя не из-за того, что жду детей от тебя. Я люблю тебя и главное, что ты есть в моей жизни. А дети… Столько сейчас возможностей. Не стоит переживать из-за этого. — Правда? — Правда, — он ласково целует меня, — а если тебе сейчас хочется кого-то воспитывать… Поймав щенка, он кладёт мне её на колени. — Вот, пожалуйста. Еще с нами на этаже живёт один очень скованный молодой человек. Я посмеиваюсь. — Вито, я согласна. Он улыбается. — Правда? — Правда, — я укладываю голову ему на грудь. Чувствую, как он аккуратно тянется куда-то, а после я замечаю бархатную коробочку в его руках. — Милый… Он поднимает крышечку и даже в тусклом свете я вижу блеск крупного рубина на белом золоте, а вокруг россыпь мелких бриллиантов. — Надеюсь, я не прогадал с размером, — он надевает кольцо мне на пальчик, а после утягивает в нежный поцелуй.

***

Я кружусь у стола не в силах найти себе места. Посмотрев на Луну, которая мирно спала всё это время у камина, я поняла, что завидую ей. Вот кто ни о чем не волнуется. Подойдя к зеркалу я ещё раз поправляю складки на юбке. Я выбрала платье рубинового цвета. Верхняя часть его походила на жакет с широкими лацками, а длинные узкие рукава на запястьях расходились воланами. Задняя часть симметричной юбки касалась лодыжек. Нервно постукивая каблучком, я поправляю и волосы, часть которых собрала на затылке золотой заколкой. Краем глаза замечаю блеск на пальце и в очередной раз разглядываю кольцо, пытаясь убедить себя в том, что это не сон. Рубин послушно блестит в солнечном свете. — Ты как? — Вошедший в столовую Вито явно переживает не меньше меня, но держится, видимо, чтобы я не нервничала ещё больше. — Мы, кажется, забыли десерт… Да, точно! Мы его забыли! — Поли, тише. Это просто обед, — Вито успокаивающее сжимает мои ладони. — Обычный обед с нашими близкими, на котором мы сообщим о нашей свадьбе. — О свадьбе, — я тяжело вздыхаю и чувствую, как хватка Вито стала крепче. — Кажется, тебе нельзя так волноваться, — он усаживает меня на стул, — выдохни. — Мистер Пазо, — в столовую входит Арден, а я вскакиваю с места. — Арден, мы не забыли десерты?! Парень поражено замирает. Он смотрит сначала на меня, а потом на Пазо. Мужчина многозначительно выгибает бровь и кивает в сторону кухни. — Да, Арден. Не забыли ли мы десерты? — повторяет мой вопрос Вито. — Я спрошу у Мэри, но, кажется, у нее во всю пахнет лимонами. — Вито, а что они скажут? А если… — Так! — он хмурится, но не пугает меня. — Ты чего так распереживалась? Они были рады, когда узнали о наших отношениях. Думаю свадьба окончательно добьёт их своей радостной вестью. Вито прав, мне совсем не за чем переживать за ребят здесь. Они будут на седьмом небе от счастья, узнав о нашей свадьбе. Наверное, я переживаю за семью, которой даже здесь не будет. Я ведь им так ничего и не сказала… у меня не хватает смелости. Не хватает духу. Я поступаю ужасно и это меня коробит. — Я пойду позвоню. Хорошо? — Конечно, милая, — он отпускает меня лишь после поцелуя. В комнате я судорожно звоню Монике. — Алло? — Привет, что случилось? — С чего ты взяла, что что-то случилось, Ники? — У тебя голос дрожит. Ты плачешь? Боишься? — подруга с беспокойством расспрашивает меня. — Ники, я волнуюсь. — Из-за чего, милая? Ты написала родителям, что начала отношения с Пазо? Признаться честно я до сих пор не могу в это поверить. — Моника, сядь… — По? — Я выхожу замуж за Пазо, — я говорю это так каменно, не в состоянии понять кричать мне от радости или плакать от всей этой ситуации. В трубке тишина. Я не слышу грохота, значит подруга в обморок не упала. Радует. — По, ты покойница! Дядя узнает об этом и нам с тобой несдобровать. Тебе по всем понятным причинам и мне за то, что я тебя отправила туда! — Моника, я люблю его… — Я понимаю, — девушка вздыхает. — Ты рассказала Пазо? — Нет… — Я поражаюсь Вам Мата-Хари. Вы близко к провалу! — Я на краю. Что мне делать? Я слышу возню на другом конце трубки. — В чем дело? — Тетя пришла… — Дай ей трубку, пожалуйста, — тихо прошу я. — Тетя Мэй, Вас По к телефону! Мгновение и такой родной голос в трубке. — Доченька? — Мамуль, привет. Как у вас дела? — У нас всё хорошо. Как ты? Как твоё самочувствие? — У меня всё замечательно. Мама, я хочу спросить тебя… — Конечно, дорогая. — Мам, я люблю… Это плохо? Мама посмеивается. — Да, это ужасно. Когда люди любят они почти перестают думать головой. — А чем они думают? — Сердцем, милая. — Это плохо? — Для влюблённых нет, а остальных это касаться не должно. — Мам, я очень сильно люблю, — шепчу я, — но я очень много думаю и совсем не слышу сердце. — Успокойся. Закрой глазки, доченька, и глубоко выдохни. Я послушала её совета. Мгновение тишины дались тяжело. Рой мыслей в голове так и гудит. — А теперь слушай шепот среди гула. Я прислушиваясь. Сердце бешеного стучит в груди. Оно почти выпрыгнет. В голове мысли… Столько людей, столько глаз и ушей. А если ошибка? Рука соскользнёт. Не те клавиши. Забудет ноты? — Мам, я не пойду! — девочка уже собирается уйти, но Мэй останавливает её. — Ты куда? Принцесса, ты так долго мечтала выйти на сцену, а сейчас уходишь? — Мама, у меня не получится. — Кто тебе это сказал? Полин молчит. Она садится на деревянный ящик и прикрывает голову руками. Ужасные мысли… — Так, давай-ка мама научит тебя. В голове всегда куча мыслей, которые нас тормозят. От них не денешься. Они будут гудеть и мешать, — мамина ладонь касается макушки, а потом медленно скользит к груди, — но нужно прислушаться чуть ниже… Что там? Девочка прикрывает глаза и слушает. Биение сердца отдаётся даже в виски. Глубокий вдох… Выдох… Сердце постепенно успокаивается. Спокойные ритмичные биения, заставляю расслабиться. — Ты молодец, — шепчет мама, — ты всё делаешь правильно… — Мам? — Покори их, доченька… — Мам, я всё делаю правильно, — говорю я, открыв глаза. — Вот и умница. Не забудь и маму с папой познакомить со своим молодым человеком. — А вы его примите? — я посмеиваясь. — Я приму любой твой выбор, доченька. — А папа? — А у него нет выбора. Я улыбаюсь. Попрощавшись с родными, я поправляю помаду и спускаюсь вниз. В столовой меня уже ждут все. — Всё хорошо? — Тихо спрашивает Вито, когда я сажусь за стол, поздоровавшись со всеми. — Да, — я улыбаюсь. — А в честь чего общий обед? — Марк, оглядывает стол. — Да ещё такой роскошный. Какой-то праздник и я опять вовремя приехал? — Ну, судя по наряду Поли мы действительно что-то упустили, — кивает Крис, пытаясь раскинуть в голове календарь, — Новый год точно прошел, до дня всех влюбленных рано ещё. Чей-то день рождения? У Витторио был, у Поли подавно. Мой будет, Том… Арден, сидевший рядом со мной, глаз ни на кого не поднимает. Боится проболтать. — Что-то случилось? — с волнением спрашивает Лиза. — Что-то хорошее, если вы оба в приподнятом настроении духа? — выпытывает Том. — Ну хорошо, я так понимаю есть никто не будет пока мы не утолим другой голод. Вся компания внимательно смотрит на нас. Я напрягаясь. Это правда не сон? Чувствую, как Вито сжимает мою ладонь. Нет, не сон. — Мы с Поли, хоти сообщить вам одну важную новость… — осторожно начинает мужчина, а я совсем не выдерживаю. — Вито сделал мне предложение! — радостно верещу я, показав руку с роскошным кольцом. Девчачий радостный визг делает всех обителей Дубовой Рощи глухими. — Какое счастье! — выпаливает Лиза. — Дружище, это же просто замечательная новость! — расплывается в улыбке Марк. — Ты знал и молчал? — подтрунивает Ардена Том. Крис, подлетевшая ко моему стулу, крепко обнимает меня, чиркнув в щеку. — Я так за вас счастлива! Люди, наблюдавшие, как мы оба убивались из-за потери близких, искреннее счастливы, что мы, два страдальца, обрели свою любовь. Они до самого вечера одаривали нас поздравлениями, радовались вместе с нами и даже принимались планировать свадьбу. Да, я счастлива. Несмотря на то, что вокруг творится полный хаос, я понимаю, что обрела свой оазис.

***

— Итак, что у нас есть? — Том отпивает крепкий кофе. Вито, Том и Арден собрались в небольшой гостиной. Я сижу на диване и стараюсь не издавать лишнего шороха, чтобы меня не отправили подальше от рабочих дел. — Теодор, который привез нашим ребятам того бандита и является покупателем платка Оливии. Сейчас его уже нет. Он либо мёртв, либо где-то притаился. Он был замечен с Гонагом. Что ещё? — Вито смотрит на Ардена, присев рядом со мной. — Мисс Хоран сообщила, что у её брата был конфликт с Гонагом. Больше ей ничего не известно. После этого, Донаг не выходит на связь, — отчеканивает Арден. — Значит, нужно ловить Гонага, — хмурится Вито. — Оливия пытается, но он словно сквозь землю провалился, — пожимает плечами Том, — я уже отправил наших ребят прочесывать нашу часть. Флорены и Рид тоже заняты этим. — Арден, позвони им. Узнай, как дела. — Хорошо, — парень удаляется. — Слишком он натренированный, — усмехается Том. — Парень слишком зажат. Воспитание в него вложили сильное, — Вито смотрит на меня, — милая, я же доверил парня тебе. — Поли? — удивляется Том, — тогда меня очень сильно поражает, что он такой. С тобой, он должен был начать огрызаться уже через пару дней, а прошел уже почти месяц! Вито посмеивается. — Я не могу к нему подступить. Он меня боится. — Он боится твоего статуса, солнце. — Думает, что я буду ревновать? — ухмыляется Вито. — А почему нет? — Том оставляет чашку с кофе, — молодой и перспективный, с хорошими связями. Поли, я слышал, что у него еще не было девушки. Посмотри, какой алмаз без должной огранки! Ухватив небольшую подушку, Вито кидает её в друга и мы все посмеиваемся, но сам парень прерывает наше веселье. — Мистер Пазо, — В комнату влетает Арден. — Мне только что звонила некая мисс Кондо. Просила передать о своём прилёте…