Золотая клетка. Первая Ласточка

Почти весь день мы проспали. Страх и переживания забрали у нас все силы. Оставшись без обеда и ужина, я просыпаюсь на утро жутко голодной, но с постели вставать лень. Лёжа на груди мужа, который ещё спит, я задумчиво смотрю в окно. Солнце поднялось уже достаточно высоко, а его лучи настойчиво пробиваются к нам в комнату и, падая на кровать, приятно согревают. — Спишь? — шепчет Вито, а его ладонь скользит по моей спине. — Нет… Крепче сжимая меня в своих объятиях, он утыкается носом в мою макушку и ласково целует. — Моя девочка, как же я люблю тебя. Признаюсь честно, я жутко испугался прошлой ночью. — Я тоже, — слегка приподнявшись, я смотрю в глаза Вито, поправляя прядки своих рыжих волос, — умереть на второй месяц нашего брака, так себе подарок. Он посмеивается. — Но согласись, довольно оригинально. Я легонько стукаю его по груди. — Давай лучше остановимся на банальных подарках… Цветы, колечки всякие… От этого спокойного разговора становится легче после ночных кошмаров. Я всё же уговариваю встать себя с кровати и сходить в душ. Одежды у меня с собой никакой нет, но Эван любезно одалживает мне вещи своей сестры. Надев чёрное облегающее платье до щиколотки, я собираю волосы в высокий хвост. Косметики у меня с собой нет, поэтому скрыть мешки под глазами возможности у меня нет. Немного пощипав себя за щёчки, чтобы хоть немного внести свежести внешнему виду, я выхожу из комнаты, где сталкиваюсь с Арденом. — Доброе утро, миссис Пазо. — Доброе, как ты себя чувствуешь? — Хорошо. Я проспал почти сутки и чувствую себя довольно бодро. Пойдёмте в столовую. Там уже подготовили завтрак, и мистер Костелло приехал. — Приехал? Почему никто не сказал? — удивляюсь я. — Видимо не хотели вас тревожить. Мистер Пазо уже внизу. Я поспешно спускаюсь на первый этаж, где в дверях сталкиваюсь с крёстным. — Сэм! — я мгновенно попадаю в объятия крёстного. — Слава богу… — еле слышно шепчет он. — Почему ты не предупредил? Я бы встретила… — Я думал, что ты ещё спишь. Не хотел беспокоить, — заботливо погладив меня по плечам, он помогает сесть за стол, — твой отец тоже хотел приехать, но Мэй его отговорила. — Думаю, что это правильно. Такое скопление столь желанных жертв в одном месте просто недопустимо, — Вито садится рядом со мной, а я замечаю с каким интересом Сэм разглядывает его. Пытается понять его состояние. Он всегда так смотрит на папу, когда то зарабатывается. — Поэтому следует как можно скорее это место покинуть — Когда вы планируете улетать, Сэм? — Мы полетим вечером. Наш самолёт уже подготавливают. — Боже мой, еще и самолёт… А чего нет у семьи Старков? — улыбается Эван, явно пытаясь поднять настроение за столом. — Обычно чувства самосохранения, — поддаётся улыбке парня дядя Сэм. — А можно уточнить ваше «мы», мистер Костелло? — Вито с благодарностью кивает, когда я наливаю ему чай. — Мы, значит все мы, — спокойно отвечает крестный. Легкая застольная суета утихает. — Меня и Вито у Вас тоже в планах забрать? — недоумевает Марк. — Я не могу. Мне нужно вернуться в Лондон… — Это не обсуждается. Вы уезжаете все до единого. — Мы не можем всё так бросить, — хмурится Марк. — Иногда отступить — это хороший тактический ход, — Сэм стоит на своём, — Оливия уже уехала под защиту Кубы, и я считаю это здравым решением. Вы остались вдвоём, но будем честными даже если вы будете стоять плечом к плечу у вас всё равно ничего не выйдет. Мучать себя и людей бессмысленным кровопролитием… Хоран младший слишком хорошо потрудился над тем, чтобы у вас не осталось возможности действовать свободно. А насчет бросать… Бросать уже нечего. Мистер Рид, ваша семья уже под защитой Испании. Мы можем отправить вас с Эваном к ним, либо вы можете остаться под защитой Франции. Старк позаботиться о безопасности каждого из вас. Пора уже признать, что вы оба исчерпали себя. Быть защищенными в такой ситуации не слабость. Я уверена, что последнее он предназначил моему мужу. Марк задумчиво откидывается на спинку стула, а Вито крепко сжимает мою ладонь. Эван и Арден в решение старших не лезу. Тихо опустошают тарелку с завтраком. — Вито, — тихо зову я, — дядя прав. Вы оба выжаты словно лимоны. Поедем в Ниццу… Здесь сейчас нигде не безопасно. Он не отвечает. Замечаю, как он переглядывается с Марком и их еле заметный одобрительный кивок. — Хорошо. Вечером, так вечером… Вито явно заподозрил, что я приложила руку к нашему отъезду, но вида не подавал. Перед самым отъездом я замечаю его курящего у окна. — О чем задумался? — О Луне, — он грустно улыбается, — малышка. Осталась совсем одна… — Да, она не переносит когда мы в душ уходим. Так скулит жалостно, а тут… Но, я уверена, что Софи и Сара за ней присмотрят. — Я звонил домой. Там всё тихо и спокойно. Видимо, действительно проблема только в нас. Положив голову мужу на плечо, я поглаживаю его по груди. — Всё будет хорошо. Знаешь, у меня сейчас появилось такое чувство, что всё скоро закончится. Осталось немного… Три часа полёта прошли незаметно. Вито, словно всё ещё боясь повторения прошедшей ночи, не выпускал меня из своих объятий. Подлетая к Ницце, я выглядываю в иллюминатор. Погода хоть где-то может порадовать. Ясное голубое небо и яркое солнце уже полностью захватили город. Мы садимся на небольшой аэродром за городом, где нас уже ждут. — Встречают словно президентов. — Продолжает подтрунивать меня Эван, после того как я сказала, что у моих родителей два частных самолёта, — боюсь уже ехать к вам домой. — Не бойся. Там никто не кусается, — смеюсь я. — Рад, что вы все хоть немного повеселели, — к нам оборачивается Сэм. В Ницце начинается туристический сезон. От чего город становится куда более оживленным, чем хотелось, и дорога от аэропорта до дома занимает больше времени. Ален задумчиво цокает, когда мой родной дом появляется за горизонтом. — Мне, кажется, поместье баронессы было меньше. — Папа любит жить с размахом, — улыбаюсь я. — Думаю, «размах» — слишком мягкое слово, чтобы всё описать, — усмехается Марк. — Раньше дом был меньше, — отзывается Сэм, — но семья растёт, а значит и место нужно больше. Подъезжая к ажурным воротам, я уже вижу на пороге дома отца. Он как всегда светел в теплых лучах солнца. Белоснежная рубашка и бежевые брюки, а рыжие волосы, не поддающиеся седине, горят янтарем. — Я уже думал ехать за вами! — папа тепло улыбается, когда я выхожу из машины, — почему так долго? — На основной трассе ремонт и туристы… Пришлось ехать в объезд, — отчитывается Сэм. — Полин, моя дорогая! Ты как? — отец обнимает меня, поцеловав в макушку. — Всё в порядке… — По! — от маминого голоса я невольно вздрагиваю. Как бы она не пыталась скрыть своё волнение, у неё это плохо получается. — Привет, мамуль, — я улыбаюсь. — Доченька, боже мой! — я моментально попадаю в её крепкие объятия. Она привычно пахнет карамельным духами. Вернувшееся тепло вновь позволяет ей достать её любимое алое платье с воланами. — Твой отец как обычно не может ничего нормально сказать! Ты цела? Не ранена? Как ты вообще себя чувствуешь? — Я в полном порядке, мамочка. — Слава богу, — кинув на отца мимолетный взгляд, она нарочито становится тише, — а как Витторио? Всё же услышав тихий вопрос любимой, отец театрально закатывает глаза и, недовольно цокнув, отвечает. — Что с ним будет-то… Мама бросает на папу хмурый взгляд. — Он твой зять… — Ни дать, ни взять, — буркает отец и всё спускается к прибывшим гостям. — Не обращай на него внимания, доченька. Он на самом деле волнуется. — Я ничего другого от папы и не жду. Вито в порядке. Устал и бровь рассекли, но ничего серьезного. — Добрый день, миссис Старк, — к нам с мамой поднимаются Арден и Эван. — Добрый, юноши, — мама мило улыбается. — Эван Рид и Арден Роджерс, — представляю я парней. — Очень приятно. Наконец-то я вас увидела. Раньше только слышала. — Мы тоже, — Эван кивает, — теперь мне наконец-то стало ясно в кого Поли такая красавица. — Уймись, ловелас, — поднявшийся к нам Марк усмехается, — рад знакомству, мадам. — Взаимно, мистер Рид, — мама легко пожимает ладонь мужчины, — мне звонила ваша сестра. Она безумно волнуется и ждёт вашего звонка. — Конечно, пойдём Эван. Маму явно порадует твой голос. Последними к нам поднимаются отец с Вито и Сэмом, которые всё это время о чём-то переговаривались. — Миссис Старк, здравствуйте, — муж тепло улыбается. — Здравствуй, Витторио. Выглядишь совсем неважно, — честно признаётся мама, с сожалением оглядывая зятя. — Плохо переношу перелёты. К вечеру буду бодрячком. Уверяю вас. Мама ободряюще похлопывает Вито по плечу. — Пойдёмте. Стол уже накрыли к обеду в саду. Морской воздух приятно заполняет легкие. Встреча с ребятами немного оживила Вито, который наконец-то убедился, что все в полном порядке. За обедом отец, Вито и Марк обсуждали всю имеющуся информацию. Как и предполагалось Джун успешно прячется в Японии и не желает поддерживать никакого контакта. На территории Англии она руководит руками Донага и его бывшей супруги и дочери, которые имеют большой круг связей и влияния. — Я договорился с пограничными службами. Проверяют всех возможных подозрительных личностей, — отец задумчиво покручивает вилку, — но если Джун пошла в своих родителей, то девчонка явно очень изворотлива. Да и к тому же у неё есть сильный покровитель. Одна бы она не смогла ничего. — Прятаться от неё уже нет смысла. Кондо не желает решать ничего мирно и это ясно. Уже пора идти лоб в лоб, — Марк тяжело вздыхает. — Без бойни не обойдёмся? — мама негодует, — наверняка есть возможность… — Джун желает кровной мести. Откупиться от неё у нас не получится, — Вито качает головой и бросает на меня обеспокоенный взгляд. — Нам мстит ребенок потерявший своих родителей… — Кровь за кровь… — Моника вздрагивает от мыслей, — какой ужас. Мне жаль её от того, что она всё это видела будучи маленькой, но её родители понесли наказание за содеянное зло. Они не думали о благополучии дочери… — Они вообще ни о чем не думали, — фыркает Сэм, — они не уехали в Берлин потому что знали, что их там убьют. Немцы педантичны. Они получили нужную информацию и просто избавились бы от лишних информаторов. У них не было в планах их обезопасить. Маэдо сами загнали себя в ловушку. Жаль, что Джун видимо не осознаёт этого. — Но что она точно хочет? — Лиза нервно елозит на стуле, — убить всех или кого-то одного? Все молчат какое-то время, погрузившись в свои мысли и лишь шум волн нарушает тяжелую тишину. Я знаю, кто её цель. Знаю, что она желает моей крови, ведь убив меня, она отомстит моему отцу и дяде за смерть родителей. Отомстит Вито за то, что тот нарушил все её планы, за то что не думал помогать. Кроме меня цели у неё больше нет. Джун отомстила Штатам убив Миллеров, которые поддерживали моего отца. Она уже отомстила Англии за то, что те не желали ей помогать полостью уничтожив Флоренов и, наверняка, еще даёт поддержку Донагу разобраться со старшими братом и сестрой. — Кто бы не был её целью, вас в этот момент рядом быть не должно, — неожиданно отчеканивает папа. Большая часть стола моментально понимает о каких «вас» говорит он. — Энтони, даже не думай… Ты уже раз погеройствовал, — зло фыркает мама, — мы не можем так рисковать. Это бессмысленно. Лить кровь из-за какой-то обиженной на жизнь девчонки, которая нашла себе бредовую цель. Она даже не осознаёт всей сути прошлой проблемы. — Энтони прав, — кивает Сэм. — Что? — удивленно ахает мама, видимо надеясь, что хотя бы друг поддержит её. — Эту девчонку пора уже хорошенько выпороть за неподобающее поведение. Будет лучше если вас в этот момент рядом не будет. Если якудзе не в состоянии приструнить ту, которая нарушает все договоренности, то это сделаем мы сами. И сделаем мы это жестко и без капли сожаления. — Не хорошее у меня предчувствие, — мама качает головой, — плохо это обернётся… После обеда я забрала девочек и предложила немного прогуляться по берегу. — Знаешь, смотря на вас с Вито я наконец-то в действительно убедилась в том, что муж и жена одна Сатана… — Крис посмеивается, придерживая Лизу под руку. — Это из-за того, что мы отправили вас в Ниццу, а сами не приехали? — Наде же было нас так обмануть, а мы еще и повелись, — фыркает Лиза обиженно. — Простите, — искренне отзываюсь я, — Вито так переживал за вас. Вы бы знали, как долго он упрашивал и меня поехать с вами, но я настояла. Не могу его оставить… — Мы не злимся, — Крис успокаивающе улыбается, — наверное, будь я на вашем месте, то поступила бы также. Но новости о обстреле дома нас всех напугали. Том вместе с мистером Старком уже хотели рвануть в Лондон. Нам сообщили, что вы живы почти перед самым их вылетом. Твоя мама уговорила их остаться, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Жаль, что убедить их не совершать глупостей у неё сегодня не получилось, — Моника вздыхает, кинув камушек в море, — наши отцы в ярости. Как бы они лишнего не натворили. — Том тоже их поддерживает, — кивает Крис. — Хорошо, что хоть Вито и Марк ещё не влезли со своими гениальными планами, — улыбается Элизабет. — Они еще не оправились после случившегося, — я вздыхаю, — но уверена, дай им немного отдыха и эти четверо разнесут здесь всё. — Девочки! — нас окликает мама, которая поспешно спускается по лестнице. — Тётя, вы не выглядите радостной, — замечает Моника. — Будешь тут радостной, — мама тяжело вздыхает, — они совсем сошли с ума. Отправляют сегодня меня с младшими в горы. — Сегодня? — удивляюсь я. — Да, твой отец настаивает. Говорит, что сегодня в ночь я поеду с Норманом и Мариэль. Завтра рано утром, они решили отправить Кристин и Элизабет. А ближе к вечеру отправить и тебя с Моникой. — Разделили на три дороги? — недоумевает Моника. — Да, — мама кивает, — я пыталась с ними поговорить, но Энтони не преступен. Даже слушать меня не стал. Прогнал меня из кабинета, будто не знает, что ему это еще аукнется. — Не накручивай себя, мамуль, — я приобнимаю её, — возможно, они и правы. Не думаю, что сейчас стоит вносить раздор. — Да, ты права, доченька. Лишних ссор сейчас не нужно, — мама устало вздыхает, — соберите вещи, мои дорогие. В горах будет ещё прохладно. Мама с младшими уехала после полуночи. Я слышала как напоследок мама всё же поцапалась с отцом, но у него, как всегда, получилось её успокоить. Уснуть в родной комнате я так и не смогла. Сидя на диванчике на балконе, я вновь курю, достав сигареты из маленького тайника. — Убила режим? — посмеивается подошедший ко мне муж. — Вы только закончили? О чём можно было так долго говорить? Вито берёт мою зажигалку и закуривает следом. — Твой отец нашёл хорошее время, чтобы прочитать мне нотацию о правильности семейной жизни. Я улыбаюсь. — Надеюсь, что ты успел всё записать. А то проведёт ещё экзамен, а конспекта нет. Муж тихо смеётся, выдыхая табачный дым — Вито… — М? — Я не хочу уезжать без тебя, — тушу сигарету и тяжело вздыхаю, — не хочу… — Иногда нужно придерживаться «надо», а не «хочу», родная, — Вито тушит сигарету следом и крепко обнимает меня. — Всё будет хорошо, Поли. Мы совсем справимся. Ты главное верь. — Я верю… Ближе к пяти утра уезжает Кристина и Элизабет. Едут они уже другой дорогой нежели мама. Нас с Моникой увозят не одних. Видимо после долгих дискуссий Ардена и Эван отправляют с нами. — Просто шик, — бубнит Эван, — толку оставался с ним? Не в Мадрид, так в горы отправил! — Не возмущайся, дорогуша, — Моника явно кокетничает, — там всё не так уж и плохо. Рассматривай всё это с другой стороны. — Какой? — недоумевает младший Рид. — Рассматривай это не как каторгу, а как возможность доказать дяде, что ты безумно ответственный. — Думай о том, что защищаешь нас, — киваю я. — С такой стороны не так уж и плохо, — Эван усмехается, — особенно если осознавать каких прекрасных дам нужно оберегать. — Мадемуазель, — мурлыкая поправляет Моника, — хотя наша Полин уже мадам. Подумать только… Мадам… Мы ведь клялись, что сыграем свадьбу вместе! Она наигранно обиженно дуется. — Моника, год ещё не закончился. К тому же я привела тебе ещё два варианта, — я лукаво указываю на Ардена и Эвана. Те неловко переглядываются, а нас с подругой смешит их смущение. — Арден, всё в порядке? — замечаю я, — на тебя лица нет. — Да что-то мне не по себе, — парень веселья нашего не поддерживает, — нам долго ещё ехать? — Вообще не особо, — Моника выглядывает в окно. — Но почему-то виднеется город хотя ещё рано. Опустив перегородку между нами и водителем, я спрашиваю: — Прошу прощения, мы сменили маршрут? — Именно так. На запланированном раннем маршруте появились проблемы. — Да? — недоуменно тянет Моника, — почему никто не сказал? — Видимо забыли, мадемуазель. Подруга хмурится. — Позвоню папе и спрошу, — достав телефон, она недовольна цокает, — связи нет. — Что-то здесь не так, — шепчет Эван. — Давайте остановимся, — распоряжаюсь я. — Мы не можем. Время уже рассчитано. — Что за бред? Пять минут погрешности допустимо, — фыркает Арден. Вместо ответа нам передают громоздкий кнопочный телефон. — Это спутниковый. С него дозвониться сможете, — холодно чеканит водитель и перегородка щёлкает. — Грубиян! — громко высказывается Моника. — Скажу дяде и его уволят. — Да, странное поведение, — соглашаюсь я, — будешь звонить? — Не могли они сменить маршрут, не сказав нам, — Моника поспешно набирает номер, но казалось телефон даже не отреагировал, — нагрелся странно. Подруга недоуменно смотрит на нас. — Дай-ка, — Рид забирает телефон, задумчиво покрутив, — наверное, что-то с батареей. — Уважаемый, — Арден злится и стучит по заслонке, — остановите машину. Нам не отвечают, а затворка не открывается. — Чёрт! — Роджерс начинает дёргать ручку двери, — заблокировано! — А от этого ретро и должен идти такой пар? — Моника нервно выдыхает. Попытка Эвана разобраться с телефоном привела активации какой-то бомбы. Поднявшись, я пытаюсь открыть люк крыши, но не получается. — Задержите дыхание! — командует Эван, — это какой-то газ! Я вновь падаю на сиденье пока Арден и Эван пытаются разбить стекло. Пуленепробиваемые окна… Мы в ловушке! Как бы мы ни старались, но газ брал над нами верх. Я чувствую, как разум начинает покрываться дымкой, а силы поспешно покидают меня утаскивая в темноту и пустоту.

***

Ото сна я избавляюсь резко. Сердце бешено стучит, а в ушах шум. Всё тело охватывает боль, руки висящие над головой свело, а любое движение ими причиняет боль. Наручники уже сильно растерли мне кожу. Я сижу в неизвестной мне комнате. Она явно заброшена. Толстый слой пыли, вещи накрытые тканью, а окна заколочены досками. — Проснулась, дорогуша? — из-за огромной кучи мебели ко мне выходит темная фигура. — Джун… — Как спалось? — она неторопливо щелкает зажигалкой и зажигает свечи в канделябре. — Где все? Где мои родные?! — хмурюсь я. — Родные? Твои? — она фыркает, — как же вы Старки любите всё присваивать себе. Там из твоих родных только Моника и то не особо… — Тебя не должно волновать то, кого я считают своими близкими людьми. Семья- это не только кровь! — Побереги нервы, крошка. — Тебе ведь я нужна, да? — я смотрю на Джун, которая медленно расхаживает по захламленной комнате. — Сначала нет… Мне нужны были вы все. Ты, твоя мать, твой брат… — её явно забавляет то, как страх овладевает мной, — но, я их уже упустила. Удалось поймать только тебя. Поэтому, я остановлюсь пока только на тебе. Думаю это тоже будет феерично. Может после, я смогу добраться и до остальных запланированных целей. — Какая же ты дура, Джун… У тебя всё есть. Ты замужем за сыном главы якудзе. Власть, деньги… — Приятный бонус к моей основной мечте. Всю свою жизнь я мечтала отомстить твоему папе и его другу за смерть своих родителей. А потом еще и Вито, который разрушил уже почти готовый планы, убив моего первого мужа. Столько лет мне — маленькой девочке, снилось как над её семьёй совершают расправу. Наверное, если бы твой папаша нашел и меня в тот день, то и меня в тот день убил. — Мой отец не монстр! — рявкаю я, — твои родители сами виноваты! Они совершили ошибку перейдя на сторону других. Но только новая власть им не помогла, а старая наказала за содеянное. Мой отец тоже защищал свою семью! — Твой отец трусливый пёс, который вечно пытается спрятать свою задницу за беспомощных людей! Прикрывается невинными спинами. — Ты просто не хочешь принять то, что твои родители не мученики! Передавая информацию, они не особо то и думали, что будет с тобой от их действий. Хотя прекрасно знали, что мой отец предательства не прощает! Подлетевшая ко мне, Джун мгновенно отвешивает мне болезненную пощечину. Бриллиантовое кольцо на её пальце, оставляет жгучую царапину на моей щеке. — Заткнись рыжая тварь! — Убив меня и моих близких, ты не сломаешь моего отца. Ты разбудишь такой ураган, которые не пожалеет никого, — шепчу я, чувствуя, как на губы капает кровь с щеки. — Я сама буря, и я снесу к чертовой матери всё! Разве ты не видела, что я могу? — Ты? — я усмехаюсь, — что-то мне не верится, что узкоглазая подстилка могла что-то сделать. Если бы могла, то без всех мужей до меня добралась бы. Кондо негодует. Она силой ухватывает меня за волосы и поднимает мою голову к своему лицу. — Твоя смерть будет мучительна, Полин. Я разрежу тебя на кусочки и каждый этот кусочек буду постепенно отправлять твоему отцу, который сам… Своими руками будет собирать тело любимой дочурки в гробу. А твоего горячо любимого мужа я истязаю так, что он сам будет молить меня закопать его к тебе следом. — Мечтай, Маэдо… Это не вредно. Кондо отпускает меня и брезгливо оттряхивает руки. — Отдохни, Полин, смирись со своей участью, а я пока поговорю с твоими родными. — Если ты им хоть что-то сделаешь, то я даже из адского котла тебя достану и утяну следом вариться, — зло шепчу я. Кондо лишь усмехается и уже собирается уйти, но я всё же останавливаю её своим вопросом, который давно мучает меня. — Это ты убила Алекса? — Да, — она стоит в приоткрытой двери. — Зачем? Он ведь был не виноват… — Он почти сорвал весь мой план. Твой отъезд в Сидней был бы для меня сильной помехой… — Тварь, — шепчу я, — как ты всё смогла это провернуть? — Мужчины… Такие покладистые марионетки, крошка. Даже людишки твоего отца довольно подкупные. Жаль, что не все, а лишь новенькие… — Ты за всё заплатишь, — клянусь я. Джун не отвечает. Усмехнувшись, она уходит, оставляя меня в сырости и пыли.