Последняя Икарус-Тян

      В предыдущих сериях:       Маруся сквозь очищающий огонь датфила выжгла в себе последние крохи автобусности. Паз-тян и Лиаз-тян лихо потусовались на дискотеке (но за кадром). Всем интересно, что по пэйрингам Мику/Шурик и Славя/Электроник??? Скоро выясним! Одно мы знаем точно — Мета-Творец вернулся!       ***       Утро добрым не бывает, особенно после алкогольной вечеринки. Маруся проспала всю ночь, как убитая, и наутро еле-еле встала. Товарищи с родного отряда выглядели не лучше, хоть и не пили (точнее, не спалились).       Первым делом, Икарус допросила Мику: болтушка уклончиво прощебетала, что план сработал, но насколько хорошо — сука, не пояснила. Шурик сделал вид, мол, не при делах, однако выдавил наглую рожу, будто поевший котик, что сняло прочие вопросы. Автобус тормознула Славянку — барышня держалась куда холоднее и отчаянно пыталась не глядеть на стыдливо жмущегося к краю площади Электроника (тоже без подробностей). Разговор с остальными долбоёбами преподнёс новость о загадочной пионерке-брюнетке, что завалилась вчера на танцпол, лихо отплясала, а потом резко исчезла.       — Полина, блять, — прошипела Маруся. — Ну, я тебя выебу…       Сонная вожатая пришла на линейку с опозданием, ещё раз посмотрела на Ленина, довольно хмыкнула и попёрла бубнеть свою вожатскую хуйню. Кончив страдания, пионеры двинули в столовку, ибо жрать хотелось неимоверно. За кружечкой чая авто-пиздаболка чуток разговорила Ясеневу и ахнула:       — Маруся, пожалуйста, я не хочу это вспоминать, — тихо расплакалась синеглазка. — Мы пришли… Я, пьяная, тоже молодец, начала стягивать штаны… А у него висюлька болтается.       — Уф-ф-ф…       — Ну, я такая — может переволновался… Взяла пососать… Сосу, сосу… Не встаёт!       — А он чего?       — Убрал в итоге, говорит, мол, прости, Славянушка, не возбуждает.       — Сука, говнюк! — разгневалась Икарус. — Правду говорили, что он по мужикам.       — А мне сейчас как, представляешь??? — блондиночка уткнулась ей в плечо. — Ради этого ублюдка впервые на миньет решилась, а он… Он…       Творец не преминул подушнить:       — Ёб_твою_мать! Вычёркивай_гомогея_из_оргии.       — Кто ж останется? — шикнула Маруся. — Не ты ли его таким и сделал?       — Проделки_Шамиля, — оправдался грызунчик. — Я_ни_при_чём!       — Тише, тише, Славя, — Икарус подбодрила нюню. — Мы на Электроника донос напишем, его в дурку положат. У адекватного и абсолютно разумного человека хуй не может не встать на Ясеневу!       — П-п-правда? — в голубых глазах вспыхнуло пламя.       — Правда, родная. Но сперва нужно выручить наших «подрывниц». Сходи отлежись чуток, а я ключи возьму и Шурику со склада принесу всё необходимое. Благо, хоть он не гомосек…       ***       Трофимов выдал рыжухе и без того знакомый ей список для производства взрывчатки (советские пионеры даже атомную бомбу могли выточить), и отправил с богом. К счастью, проблему решила одна стелс-ходка на склад, после чего работа закипела. Крысич мог сделать всё быстрее и лучше, но это спалило бы Икарус в глазах и без того подозрительной Слави. Очкарик разговорился:       — План у вас — атас. Ты ведь и на меня бочки перед вожатой гнала, Икарусова, — он недовольно поцокал языком. — Помогаю чисто по доброте душевной, Ясеневой не откажешь.       — Пизди больше, — не растерялась автобусиха. — Я что думаю, то и говорю. Бывает, меня несёт. А насчёт доброты душевной: как там Мику?       — Всё знаешь, да? — уязвлённо вздохнул Трофимов. — Славя проболталась…       — Скажи спасибо, что проболталась, — Икарус упёрла руки в бока. — Чисто по моей наводке японку подтянули… И кстати, как прошло свидание?       Шурик загадочно улыбнулся:       — Мужчины о таком не распыляются.       — Да? Где ты видишь тут мужчин? — резанула Маруся. — Ладно, шучу я. Цмокнуть в щёчку хоть дала?       — Угум-с, — многозначительно промычал Александр. — А может, и не в щёчку.       — А может, и не цмокнуть? Хы-ы-ы-ы, — водка с винцом уже выветрились, но дурашливость никуда не делась. — Слышь, а чё по Сыроежкину?       Автобусинка решила прояснить детали инцидента со всех сторон. Трофимов подоплёки не ощутил:       — Он, вроде, купаться пошёл, скоро будет.       — Серёга вчера уходил в обнимку с нашей любимой блондинкой. Не знаешь, чем кончилось?       — Вот чего он так поздно пришёл! — рассмеялся очкарик, что аж очки слетели. — Ну, надеюсь, даром время не потерял. Спрошу как-нибудь.       Допрос зашёл в тупик. Спустя полчасика Шурик-таки с горем пополам накрафтил приличное количество архи-опасной субстанции:       — Ерунду вы замыслили, конечно. Если будете чего подрывать — умоляю, выбирайте объекты без художественной ценности. Мы и голову-то еле-еле восстановили!       — Замётано, ботаник. И спасибо! Намекну Хатсуновой, чтобы долго сиськи не мяла в плане сэкса.       Александр покраснел:       — Благодарю…       ***       От греха подальше Икарус унесла бомбы в бункер, а заодно решила провернуть один опасный трюк. Контролировать буйную Полину не представлялось возможным, но, раз не можешь победить — возглавь!       — Ага, Полинка, допрыгалась, козочка? — Маруся начала быковать с порога.       — Что такое, мяу? — подскочила взволнованная кошечка. — Полина ни в чём не виновата!!!       — Про неё все пионеры трындят, — с укором посмотрела Икарус. — Мисс «Незаметность», блять.       Паз-тян укатилась под стол:       — Га-га-га! Завидовать нехорошо.       Маруся фальшиво рассмеялась:       — Хе-хе, тогда придётся выйти на люди ещё разок.       — Ого!       — Слушай сюда, маленькая пиздлявая маршрутка, — улыбка резко сошла с лица Икаруса. — Слухи о левой пионерке скоро дойдут до вожатой, и она явно возбудится от этой новости. Так наш план по вызволению рыжих пройдёт ещё более грандиозно.       — Чё? — Задова почесала зад.       Не слишком высокий интеллект — признак всех совёнковских автобусов.       — От тебя потребуется ещё чуток помаячить в толпе, чтобы Дмитроевна окончательно вдуплила, что ты американский диверсант. И когда мы устроим второй бабах, — Маруся выложила на стол боекомплект, — вот тогда паззл и сложится, а бандитки выйдут на свободу как несправедливо осуждённые.       — Или Бульба просто решит, что ещё не всех соучастниц пой-мяу-ла, — ехидно промурчала Юля.       — Тихо, господа либералы, — парировала Икарус. — Я направлю Панамку в нужное русло, не сомневайтесь. Ну, Полина, что думаешь?       — Ху из Полина? — радостно подскочила Паз. — Май нейм из Ханна Монтана, сикрет эйджент фром Ю-Эс-Эй. Май гоал из дестроинг Совьиет Юнион тхроат деморализейшн пионьер кэмпс. Андерстенд?       — Ой бля-я-ять, поручи дураку молиться… Ладно! — смирилась Маруся. — Пиздуй вносить сумятицу в маня-мирок Бульбы… И прошу — не попадись!!!       — Эсс ви кэн.       ***       Остаток дня прошёл весело, но фрагментарно. Полина ответственно подошла к своей задаче и несколько раз покрутилась возле Ольги Дмитриевны, беспрекословно завладев её вниманием, ведь невозможно знать каждого пионера в своём лагере. Вожатая напрягла первую помощницу, но Славя ей честно ответила, мол, не знает, хто это, блять, такая. Растерянная Панамка обратилась к Икарусовой (зам. по воспитательной работе как-никак), и это стало финальной ошибкой. Маруся клятвенно пообещала разнюхать положняк, а затем сообщила, что брюнеточка весьма подозрительно трётся у склада и ключевых узлов электропередач, при этом говорит с не менее подозрительным акцентом.       Фанатка сахара проглотила наживку — требовалась немедленная подсечка. Вопрос стоял лишь в жертвенном объекте. Славя с тяжёлым сердцем выступала за относительно бесполезный спортзал (лето, нахуя им крытая площадка?), но Икарус возражала — слишком мелко. Вот брандвахта — другое дело. Без неё лагерь тем более проживёт, зато каков психологический эффект! На том и сошлись.       Среди ночи Маруся осторожно перенесла динамит в синий домик на воде, а Ясенева подготовила «удалённую» систему зажигания — очень длинный фитиль из пропитанных маслом ниток. В отдельном порядке агенту Ханне Монтане была дана команда беспалевно проследить, чтобы всё прошло как надо, ведь после активации верёвочки у преступниц будет лишь несколько минут на отступление.       ***       И вот момент настал, а хуй не встал. Вожатая на линейке уныло зачитывала стандартную организационную поебень, а пионеры скучали. Дмитриевна хотела прилюдно разобраться с таинственной пионеркой, но в стройных рядах её не было видать. Это напрягало прямо-таки неимоверно, и Бульба твёрдо вознамерилась словить беженку после завтрака, но оглушительный хлопок со стороны пляжа разрушил планы.       Брандвахта рванула куда сильнее, чем предполагалось, потому что Паз-тян (в тайне ото всех) донесла из бункера ещё целый мешок гранат и мин. Это был пиздец, ведь на месте ушатанного домика-лодки образовался нихуёвый кратер, моментально заполнившись водой. Но на сим ёбнутая Полинка не остановилась! С собой она притащила целый АК-47, выбежала на площадь и от бедра дала очередь в растерянных пионеров:       — Ха-ха, факинг рашнс! Мейк эмерика грейт эгейн!!!       К счастью, никого беспорядочной стрельбой не задело, но одна пуля угодила в фанерную голову Ленина и превратила её в щепки. После такого перформанса агент Ханна Монтана кинула дымовуху и убежала в лес.       Все пребывали в жесточайшем ахуе. Лишь Маруся яростно кипела, вынужденная носом уткнуться в бетон, чтобы не сдохнуть от френдлифаера. Вожатая, не сильно погодя, тоже перешла в берсерк-режим:       — Пионеры, по домикам!!! Ясенева — организуй команду пожарных! Трофимов, Сыроежкин, Персунов — за мной: догнать и обезвредить эту сволочь!       Маруся под шумок съебала в гараж, а оттуда погнала в старый лагерь, на ходу обдумывая ситуацию:       — Какого хуя она творит???       — Вот_поэтому_сломанных_карликов_нужно_утилизировать_без_промедлений, — напомнил Творец. — Она_поставила_под_угрозу_весь_наш_план!       — Зачем… Зачем она это сделала?       Крысич не мог знать наверняка, но предположил:       — Карлики — они_как_дети. Быстро_учатся, но_многого_не_понимают.       Икарус залетела в бункер:       — Сука, я тебя прикончу!!! — и набросилась на уже сидевшую там Полину. — Придушу к хуям собачьим.       Улыбка Паза сменилась на жадный пиздинг воздуха ртом, но за подружку вступилась Юля:       — Мяу!!! Полина всё объяснит!       — Да ну???       — Кх-х-х-х-ха…       — Что, Задова? Я не слышу! Ты кряхтишь, как бабка! — не отпускала брюнетку Маруся. — ВНЯТНЕЙ ГОВОРИ, СУКА ЁБАНАЯ!!!       Видя, что Паз сейчас откинется, ЮВАО вцепилась в руку Икаруса, и это помогло:       — Ах ты, пушистая блядь, чего кусаешься???       — Дай Полине шанс оправдаться, — прорычала кошка. — Я не знала о её са-мяу-деятельности, и тоже разочарована. Однако, пусть она скажет за себя, прошу…       — Ладно, — отступила Маруся. — Нахуя ты сделала… То, сука, что сделала?       — Я… я… — Полина чуток отдышалась и поняла — шутки кончились. — Я подумала, моё представление ещё больше убедит вожатую в невиновности Алисы и Ульянки…       — Тебе думать ещё рано! — заистерила автобус. — А если бы кто-то погиб??? Мы и так сегодня потеряли бойца.       — Кого??? — испугалась Юля.       — Сыроежкина… Пидором оказался, — бессильно рухнула на стул Маруся.       Вспышка ярости прошла, но рыжая автобусиха тяжело дышала:       — Ладно… Чтобы больше такой хуйни не было.       Напуганная Паз молча кивнула. Девочка-животное мяукнула:       — Делать нечего, зови Генду…       — Нет!       — Икарус, почему ты до сих пор на него злишься? Мяу…       Маруся склонила голову:       — Блять… Ну, просто я очень сильно расстроилась, когда он не захотел со мной встречаться.       — Мяу, ты сама его нехило подставила…       — Подставила? — яростно гыркнула автобус. — Да он сам хотел ебаться. Вина поровну, только я потом не зассала.       — Мяу, ведь ты знаешь, что лагерь не-мяу-стоящий, а он — нет. Прости робкого грузина…       — Как будто есть выбор, — без энтузиазма отрезала Икарус. — Крысич, что думаешь?       — Любой_хуй_на_вес_золота.       — А есть ли способ поднять число хуёв? — робко предложила Полина. — Ну… Чисто гипотетически?       Творцу было лень ждать, пока Маруся передаст его речь, поэтому он взялся за старые добрые «отрыжковые» локоны, чтобы вещать напрямую:       — Можно, но это опасно. Теоретически, я могу сделать гендер-бендер какой-нибудь пионерке инструментами Мета-Памяти, но, во-первых — они не для того предназначены, и это будет забивание гвоздей микроскопом, а во-вторых, долгосрочный эффект неизвестен. Был бы у нас чемоданчик Мета-Похоти…       Все опасливо покосились на оранжевую коробочку Эмиля, что Икарус в начале смены притащила в бункер. Никто не решался ни согласиться, ни возразить. Тогда Маруся хлопнула по столу:       — Думайте, карлики. А я пошла с грибами на поклон Ясеневой. Будем надеяться, патч заработает.       ***       На поверхности кипели страсти. Разумеется, диверсантку никто не поймал, и Бульба в ярости ходила по домикам, тщетно выискивая следы Ханны Монтаны. Пожаротушение на сей раз не потребовалось — скорее громкий, чем мощный взрыв случился на голом берегу, далеко от центра. К вечеру бензин вожатой иссяк, и она подуспокоилась, насколько это было возможно. Икарус пошла с челобитной:       — Ольга Дмитриевна! Понимаю, что вам сейчас не до того, но, мне кажется, предположение о виновности Двачевской и Советовой оказалось… Не совсем… Ну… Вы понимаете…       Вожатая, тяжело дыша, сидела на кровати. Но она вняла голосу разума:       — Ты права. Я и предположить не могла, что янки опустятся до прямых нападений… На пионеров, блять! Прости за мат, Икарусова, тут уже никак… Я схожу и лично извинюсь перед девочками.       Икарус натянула скорбное лицо. Бульба это заметила:       — Ты не виновата… Кто угодно бы подумал на рыжих хулиганок и безо всей этой шпионской истории…       — Мы поймаем её! — воспряла автобусинка, дабы подбодрить вожатую.       — Поздно, — махнула та рукой. — Она сто раз успела покинуть Совёнок. Небось, летит к следующему лагерю… Эх… Куда же катится страна?              ***       — Славянка, хорошие новости! — залетела Икарус. — План сработал безупречно.             — «Безупречно»? — чуть ли не закричала Ясенева. — Что это была за баба с автоматом???       — Видимо, я оказалась не так уж и неправа насчёт диверсанта, — постаралась не заржать Маруся. — Просто ошиблась с исполнителями.       — Ты понимаешь, насколько было опасно??? — взвинченная Косичка ходила туда-сюда. — За каким-то хером американская… Кто она там? Проникла в лагерь! Не на военную базу, не на завод, не в Кремль — в Совёнок! Зачем??? Зачем она подорвала Ленина? Зачем стреляла в нас?       — Тише-тише, Славянушка, — обняла её автобус. — Я согласна — это полная дичь. Но всё, вроде бы, кончилось. Бульба уже позвонила куда надо, шпионку найдут и осудят по всей строгости закона. А памятник… Да бог с ним, ещё построят…       В тёплых объятиях Славя притихла.       — Я чё зашла-то… Хочешь пробздеться малёха?       — Ну… Давай, — поразмыслив, согласилась Косичка.       Девки вышли на улицу и побрели вдоль главной аллеи:       — Мы своими руками помогли врагу родины! — не унималась помощница вожатой. — Пусть не специально, но всё же…       — Тише! Если не будешь кричать направо и налево, никто не узнает, — шикнула Икарус. — У нас есть козёл отпущения, вот и всё. Самое главное — я убедила Ольгу реабилитировать рыжих.       — Уф… Это хорошие новости, — сквозь слёзы улыбнулась девушка. — Спасибо за помощь.       — «Спасибо» в сделку не входило, — намекнула Маруся.       — Да-да, помню…       — Ничего такого, — рассмеялась автобусинка. — Но вопрос деликатный. Уверена, ты поможешь.       — Слушаю, — напряглась белобрысик.       — Есть один… Скажем так, мужчина… Парень… Короче. Мне он очень нравится. Я подумала… А вот бы его это… Того… Приворожить. Чтобы желание дикое возникло.       — Приворожить? — воспитанная в идеалах материалистического коммунизма, Славя скептически посмотрела на собеседницу.       — Да. Я слышала, в глухих деревнях с царских времён ещё остались бабки-чародейки, что могут из трав и грибочков намутить эдакое.       Славя необычно напряглась:       — Допустим…       — Ты же с деревни, говоришь, — подвела к главной мысли Икарусиха. — А вдруг знаешь таких ворожей? Или сама умеешь колдовать.       Ясенева призадумалась:       — С тех пор, как я вступила в пионеры, ничем таким не занималась. Но в детстве бабка-повитуха из соседнего хутора желала сделать меня преемницей. Учила основам…       — Ого!       — Вот тебе «ого»… В деревне и не такое бывает.       — Так это значит, я обратилась по адресу, — широко заулыбалась автобус.       — Маруся, ты же понимаешь, что все эти обряды просто-напросто не работают? — Славя покачала головой.       — Обряды — нет, а вот зелья — да! — возразила Икарус. — Нет ничего материалистичнее грибного отвара.       — Может и так… Ладно, я попробую, — вздохнула светлоликая красавица. — Ничего не обещаю, но… Пойдём, напишу ингредиенты.       ***       Список вышел коротким, но ни один пункт ничего не говорил бедной глупой Маруське, и даже Крысич лишь пожал крысиными плечами. Славя тем более развела руками, мол, только рецепт примерно помню. Рыжая направилась к Виолетте Церновне — человеку с медицинским образованием:       — Тётя медсестра, здравствуйте.       — Кто будешь? — врачиха лениво подняла взгляд, миллиардный раз перечитывая пиздоебучий журнал мод.       — Икарусова, первый отряд, — как по бумажке выдала автобусиха. — Мы тут с девочками организовали кружок натуралистов и планируем создать лагерный гербарий. В библиотеке взяли книжку по растениям, но там без картинок.       — Вот вам делать нехуй, — зевнула Церновна. — Лучше бы с парнями еблись.       — Так вот, — продолжила Маруся, тихо хихикнув. — В нашей полосе, оказывается, растут кое-какие редкие экземпляры, списочек, вот, принесла. Может знаете, как они выглядят? Хотим найти и засушить…       Медсестра вырвала бумажку и пробежалась глазами:       — Угу… М-м-м… О-о-о…       — Ну, что там?       — А кто в вашем клубе, говоришь? — недоверчиво спросила Виола.       — Я, Женя, Славя, — от пизды ляпнула Икарус.       — Ясенева… Хм… Ладно… А то я бы так подумала, что вы хотите изготовить психотропный наркотик… Но, раз с вами помощница вожатой… Всё, наверное, хорошо.       Врачунья ручкой грубо накарябала эскизы заявленных объектов и отпустила 410-ую с миром. Выйдя из медпункта, Маруся тихо спросила:       — Как думаешь, она разгадала наш план?       — Конечно, — без тени сомнения ответил Мета-Творец. — Виола — отдельная_тема. Не_забивай_голову.       ***       Драгоценный клочок папируса был торжественно вручён Юле с Полиной:       — Пиздуйте искать, — Икарус ляпнула по столу и ушла. — Чтобы к утру всё было.