Bring Him to His Knees

На кладбище за пределами магического округа Бетс-Ин-Рос был найден обнаженный труп: мертвая женщина лежала на спине с распростертыми руками и взлохмаченными рыжими волосами. Яркое мерцание защитного купола на месте преступления придавало ее коже желтоватый оттенок. Криминалисты, суетившиеся вокруг, отступили: Драко Малфой, взмахнув рукой, приоткрыл купол, сразу же закрывая его за собой, и направился прямо к телу. Быстрым движением он подтянул брюки вверх и присел рядом с трупом. Кончиком палочки Драко поднял запястье жертвы и, склонив голову, начал осмотр. Практически все тело женщины было усеяно отметинами, будто от веревок, следы от которых глубоко впечатались в ее плоть. Одни отметины тянулись от бедер до плеч сложным узором из ажурных нитей. Другие, более узкие, обвивались вокруг ее предплечий и запястий. Еще один очень тонкий ряд следов виднелся на шее, чуть выше серебряной цепочки с кулоном в форме розы, с длинным колючим стеблем. Драко опустил руку жертвы: — Когда ее нашли? — спросил он, оглядываясь через плечо. — Сегодня утром, — ответил Гарри, выглядывая из-за парящего стола без ножек в нескольких футах от него. Он сделал пометку в бланке и почесал нос кончиком ручки. — Было около четырех. Продавец пекарни заметил ее, когда шел на работу. — У нее оно есть? — спросил Драко, не двигаясь. Гарри стиснул зубы и сосредоточился на документе, неторопливо и усердно заполняя его. — Поттер. Драко снова посмотрел на тело. Он слишком хорошо знал, что Гарри редко нервничает, если только не пытается о чем-то умолчать. Учитывая то, что Глава Аврората, Гарри Джеймс Поттер, терпеть не мог работу с бумажками, сейчас его пристальное внимание к бланкам было явным признаком того, что ему ужасно хочется увильнуть от ответа. — У нее оно есть? Гарри кивнул, медленно и глубоко вдыхая. — На внутренней части правого бедра. Драко быстро наколдовал себе черные перчатки, убрал палочку и осторожно, обеими руками, взялся за колено женщины. Разведя ее ноги, он пальцами скользнул вверх по внутренней стороне бедра, взглядом сканируя кожу жертвы. Ближе к паху, в очертании небольшого синяка, четко виднелись три линии. В них легко угадывалась римская цифра три — III. — Три. — Да, — сказал Гарри. Зашелестев длинной мантией, он подошел к телу, поравнявшись с Драко. — Нам нужно, чтобы ты подтвердил, что это… тот же почерк. Драко выругался себе под нос. — Так нелепо каждый раз проходить через все это. У нас и так достаточно доказательств. Такие же ссадины на руках и шее, идентичные синяки и порезы на внутренней стороне бедра, одинаковые цепочки с кулоном. — Но если… — замешкался Гарри, — когда мы поймаем этого ублюдка, я хочу избежать даже малейшей вероятности, что он найдет адвоката, который сможет заявить, что мы не все учли, были недостаточно тщательны в сборе доказательств и что-то упустили. Я хочу получить подтверждение по каждой детали его почерка. Сделай это, Малфой. Драко поднялся на ноги и склонился над женщиной, одной рукой для равновесия, упираясь в грязную землю рядом с телом. Он глубоко вдохнул через нос, задерживая воздух в легких, закрыл глаза и сосредоточился. Деревья в лесу за мэнором, дождь намочил здешние вечнозеленые растения, опавшие шишки хрустят под его сапогами, серо-зеленые иголки впиваются в волосы. Мокрой щекой он касается черной грубой коры, вдалеке — печальный крик ночной птицы. Толстые книги сложены на полках, корешки потрескались за столетия использования. Длинный кожаный диван обит кнопками-пуговицами. Он остановился перед письменным столом с отполированной поверхностью, по центру которого располагался зеленый журнал для эскизов. Он не сводил глаз с этого предмета. Суровый голос отца. Долг. Обязанность. Ответственность. Предназначение. У него сжалось сердце. Чернильные пятна на пальцах. Планы — созданные, отвергнутые, пересмотренные. Быстрый набросок исчезательного шкафа. И единственное слово, несколько раз обведенное неровными, повторяющимися линиями. Сестры. Глаза сухие, ни намека на слезы. Он уставился на пламя, наблюдая, как горят пергаменты. Драко резко выдохнул, зажав пальцами ноздри, и кивнул. — Кедр, кожа и пепел. Подтверждаю. Это наш человек. Тот, кого мы ищем. Драко опустил ноги женщины, сводя их снова. Он выпрямился, стянул перчатки и, комкая их в ладонях, заклинанием заставил раствориться в дыму. — Ты прекрасно знаешь, что это значит, Поттер. Гарри прошипел себе под нос. — Официально мы имеем дело с серийным убийцей. Драко жестом дал понять криминалистам, что можно вернуться и продолжить работу. Он еще раз осмотрел тело, затем подавил вздох и подошел к парящему столу вместе с Гарри. Малфой распаковал водонепроницаемый конверт и достал оттуда форму для собственных пометок. Гарри протянул ему обычную маггловскую ручку. Она была липкой: синие чернила вытекли и испачкали корпус и кнопку. Драко скорчил гримасу и осторожно взял ручку. — Даже не начинай, — сказал Гарри, не отрывая взгляда от своих записей. — Ты же знаешь, сколько чернильниц было опрокинуто прямо во время работы на месте преступлений. Мы обязаны были найти альтернативу. Только за последние полгода, благодаря этой замене, мы сэкономили тысячу галлеонов! Забини, наверное, плакался тебе на этот счет. — Да дело вовсе не в ручке как таковой, — ответил Драко. — Я обеспокоен ее состоянием. С ней произошел несчастный случай? Мне доложить об этом инциденте в местную полицию? Или, может, стоит сообщить ее ближайшим родственникам о столь печальной кончине? Гарри фыркнул. — В следующий раз прихвати свою, если тебя это так волнует. О, я в курсе о дюжине «Монбланов», которые имеются у тебя в офисе. — Обязательно прихвачу. Их я точно не потеряю на месте преступления, не надейся. Даже я думаю, что они дорогие. — Потому что ты покупаешь самые дорогие. Сусальное золото, Малфой, серьезно? Знаешь, есть и более дешевые варианты ручек. Для людей, которые знают, что значит бюджет. — Никогда не слышал такого слова, — усмехнулся Драко. Он разгладил пергамент, поморщился от неприятного ощущения едва высохших чернил на корпусе ручки, которая теперь липла к пальцам. Драко начал записывать свои наблюдения, стараясь выводить достаточно мелкие буквы так, чтобы они поместились в небольшие клеточки бланка. Приходилось держать ручку в неудобном положении, чтобы не наделать клякс и еще больше не испачкать руки. Они с Гарри молча работали еще несколько минут, пока криминалисты собирали последние улики и завершали заполнение протоколов. — Мы здесь закончили, аврор Поттер, — сказал один из них. — Мы доставим тело в морг. Что-то еще от нас потребуется? Гарри перевел взгляд на Драко, тот отрицательно махнул головой. — Спасибо, Новак, — ответил Гарри. — Можете идти. Увидимся в офисе. Криминалисты отлевитировали тело на носилки, накрыв его белой простыней. Вместе они взялись за металлические ручки, одновременно взмахнули палочками и исчезли во вспышке белого света. Драко сосчитал до трех, а затем ударил кулаком по столу так, что тот опустился на несколько дюймов. — К черту все это, Поттер, — прорычал он и щелкнул пальцами, возвращая стол на прежнее место. — Это уже третья жертва за год. Три женщины погибли. И если бы только вот в этом случае местное отделение Йоркшира выполнило свою работу вовремя и позвало нас, мы бы сами провели расследование. Уже сейчас он был бы у нас в руках. И тот факт, что маньяк достиг статуса серийного убийцы, я воспринимаю как личное оскорбление. Гарри взъерошил челку. — Я знаю. Но мы же не можем заставить местные отделения вызывать нас по каждому преступлению. Иначе нам бы пришлось расследовать исчезновение померанских шпицев или других домашних питомцев и разбираться в прочей бытовухе. Мы должны позволить им самим определять, насколько тяжким является преступление и нужно ли сиюминутно вызывать Главный офис Аврората. — В таком случае они плохо справляются, принимая неправильные решения. Отправь их на дообучение! — Ну да. Непременно добавлю это к списку из сотни других вещей, которые обязан сделать. Мне придется ночевать в офисе. Я уже и без того на три недели отстаю в бумажной волоките, и не только потому, что продолжаю ее избегать. Драко оставил на своем бланке размашистую подпись: буква «y» по кругу очертила его имя, чтобы символически вонзиться в букву «D». — Вот что ты получил, становясь Главой Отдела магического правопорядка, Избранный. Ненормированный график и кучу работы допоздна. Возьми немного на дом. Гарри рассмеялся. — И как я сам не догадался? Взять работу на дом. Туда, где я живу. С женой, — он снял очки и потер глаза. — Не лучшая твоя идея, Малфой. Драко лишь скорчил гримасу. — Ах, да. Когда она что-то не одобряет, может становиться очень громкой. Мне ли не знать. — Но это еще никогда тебя не останавливало. Ты продолжаешь приходить на ужин и съедать всю мою еду. В притворном ужасе Драко прижал руку к груди и взглянул на него, широко раскрыв глаза. — Ты что же это, хочешь, чтобы я сказал ей: «Нет, благодарю, меня не интересует твоя стряпня»? И ты еще что-то говоришь мне о плохих идеях! Гарри поправил очки на носу кончиком ручки, размазывая чернила по щеке. — Ладно, твоя взяла. Пастуший пирог сегодня вечером. И если вдруг ты хочешь кофе, принеси его сам. У меня нет времени на покупки. Драко буркнул в знак согласия. — Все равно ты покупаешь дешевый кофе. — Значит, аристократу подавай только люксовый кофе? Драко усмехнулся, откладывая заполненный документ. — Так все мне говорят.

________

      Пэнси взмахнула палочкой, отправляя пустые тарелки на кухню, а затем отвесила Гарри ласковый подзатыльник. — За ужином никаких разговоров о работе! Обсуждение трупов, как правило, не помогает пищеварению. Гарри ухмыльнулся и схватил ее за руку, повернув ладошку тыльной стороной, и поцеловал костяшки пальцев. — Прости, ничего не могу с собой поделать. Когда весь день проводишь в окружении подобных вещей, это начинает казаться нормальным. Ну же, поддержи меня, Малфой! Драко приподнял бровь. — Ты думаешь, я буду перечить Пэнси? Однажды я уже совершил подобную оплошность. Мне было двенадцать. С тех пор я не наступаю на те же грабли. — Спасибо, Драко. Ты не просто так всегда был моим любимчиком. Оценив вкусный ужин, Драко с благодарностью облизал вилку, прежде чем Пэнси вырвала ее из его рук и унесла на кухню. Она была изумительным поваром! Всегда особенно следила за сочетаниями вкусов в ее блюдах, когда к ним на ужин наведывался Драко. Мясо ягненка в пастушьем пироге в тот вечер было нежным, лук — сладким, без приторной горечи. Она понимала, как его чувствительный нос может реагировать на что-то слишком резкое. «Вот если бы ей удалось убедить Гермиону перестать пользоваться этими духами», — подумал Драко. Сегодня, когда он впервые вошел в гостиную, ему пришлось на мгновение отступить: от запаха смеси фиалок и лилий у него мгновенно разболелась голова. Какой кошмар! Он с нетерпением ждал встречи с Грейнджер. И к счастью, «парфюмерная атака» помешала Драко сказать что-то поразительно нелицеприятное, когда он увидел платье, выбранное ею на вечер. Он снова включился в разговор. — С другой стороны, Паркс, ему нужно отдать должное. Он выдержал аж до пудинга, прежде чем упомянуть о деле. Честно говоря, я был уверен, что он и до закуски не дотянет. Пэнси опустилась в кресло, кончиками пальцев стиснув виски. — Вы сговорились против нас! Ну же, помоги мне, Грейнджер. Гермиона, которая с отстраненным видом откинулась на спинку кресла, наконец, несколько раз моргнула и сфокусировала взгляд на Пэнси. — Что, прости? — Они опять болтают о телах и крови. Ты же на моей стороне? Давай заставим их прекратить этот треп. Гермиона оживилась и стала поигрывать цепочкой. — Веревочный убийца? Вы что же, нашли еще одну жертву? Гарри проигнорировал драматический вздох Пэнси. — Третью, сегодня утром. Тело в схожих отметинах, таких же, как и на двух предыдущих. Ах да, все ту же смесь запахов Малфой учуял благодаря своей магической силе. Драко закатил глаза, отвлекаясь от того, как Гермиона медленно поглаживала свой кулон на цепочке. — Это навык, Поттер, а не магия. — Ты куришь. Твое обоняние, по идее, не должно быть таким острым. Если ты из всего буйства запахов, которое окружает уже четыре часа как мертвое тело, можешь четко учуять «кедр, кожу и пепел», то это точно магия. — Если бы тебя с детства натаскивали правильно подбирать ноты каждого чертова вина или духов на планете… Лишь бы не поставить отца в неловкое положение, лишь бы он не начал орать, когда ты подобрал что-то не то для его коллег или их жен… — Драко только сейчас понял, что перешел на крик, и продолжил тише: — У тебя бы тоже неплохо получалось. Через всю комнату он швырнул бутылку: от удара о стену осколки стекла разлетелись в разные стороны, темно-красная жидкость, как кровь, стекала по фиолетовым обоям. «Это все, на что ты способен? Мне тяжело представить, как ты сможешь запомнить хотя бы один урок в Хогвартсе. Подбери что-нибудь другое и не смей снова возвращаться с Мерло, мальчишка». Пэнси положила руку на запястье Драко, ее большой палец скользнул по тыльной стороне его ладони. Она молчала, и спустя мгновение Драко резко выдохнул. — Ладно. Знаешь, что было бонусом к прочим его прекрасным качествам — изменам, убийствам? Это может показаться чем-то обыденным: мой отец был искусным алкоголиком. И это, понимаешь ли, оставило свой след. — Таким же был и мой, — сказала Пэнси. — Трагедия в том, что это очень распространенное явление в наших кругах. — Мой отец умер, — невинно добавил Гарри, поглядывая на них широко распахнутыми глазами за стеклами очков. Потянувшись через спину Пэнси, Драко щелкнул двумя пальцами Гарри по спине. — Спасибо. Ты очень помогаешь, Поттер. Очередное напоминание нам о том, что у тебя монополия на трагические истории. — Ну не скажи: думаю, все сидящие за этим столом могут посоревноваться за Кубок первенства. Оба ваших отца, твой и Пэнси, до сих пор в Азкабане. Гермиона кивнула. — Я стерла своим родителям воспоминания обо мне и так и не смогла их вернуть. Они считают себя австралийцами до мозга костей. Каждое Рождество я отправляю им открытку, притворяясь очень дальней родственницей с огромной адресной книгой и еще большим количеством свободного времени. — А обо мне мы знаем все, — начал Гарри. — Моих родителей убил Волде… Драко закрыл глаза, склоняя голову и отворачиваясь так, будто это могло заглушить то самое слово. Мышцы его левой руки напряглись. Воспоминания о боли вырвались из задворок его сознания. Из-под стальных масок слышатся громкие, злобные голоса. Костлявый палец ткнул его в руку, кончик палочки вонзился в плоть. Колени ныли от внезапного падения, красные глаза сверкали в сумраке. Он чувствовал, как жжет кожа, а хриплые крики звучат эхом, доносясь до залитого лунным светом неба. Пронзительный, истошный смех угасает во тьме. Гарри грубо выругался. — Темный Лорд. Прости, Малфой. Драко откашлялся и спустя мгновение открыл глаза. Пэнси провела рукой по тыльной стороне его шеи, кончики ее пальцев впились в затылок. — Все в порядке, — выдохнул он, потянулся и за запястье убрал руку Пэнси, мягко ее сжимая. — Это не так, — сказала она. — Если брать всех нас, у тебя совершенно иной взгляд и реакция на это имя. — Оно все еще является табу? — немного подавшись вперед в своем кресле, спросила Гермиона. Она прикусила нижнюю губу. — Я думала, что после его смерти проклятие падет. — Так и случилось, — Драко медленно перевел дыхание. — Это не табу. Сказал бы, что это слишком личное. И предпочту не объяснять почему. Уверен, вы сами догадываетесь. Рука Гермионы дернулась. Она старалась удержаться, чтобы не потянуться к нему. Драко натянуто ей улыбнулся, плотно сжав губы. — Я ни разу не произносил его имени вслух, ты знала? И по сей день думаю, что он явится прямо за мной, если я это сделаю. — А как вы его называли? — спросила Гермиона, широко раскрыв глаза. — Как-то мне сложно представить всех Пожирателей смерти… Вот сидят они за круглым столом и обращаются к нему «Сам-Знаешь-Кто». Только не в глаза. Сам того не ожидая, Драко рассмеялся. Она выглядела такой заинтересованной, такой… Грейнджер. Ее искреннее любопытство заставило его переступить через свои принципы не отвечать на вопросы о тех годах. — Нет. В основном, приближенные и последователи называли его «Мой Лорд». Я же редко обращался к нему напрямую. Только если он задавал мне вопрос. И даже тогда, обычно, я… не должен был подавать голос. Одним пальцем Драко постучал по губам, Гермиона внимательно наблюдала за ним. — В моей маске Пожирателя были прорези только для глаз — лишнее напоминание о том, что мне следует помалкивать. Эта штуковина чертовски мешала дышать. Но был плюс: плотно запечатанная маска немного притупляла отвратный запах Нагайны. Не то, чтобы я сильно ценил возможность надевать маску, но, по крайней мере, в ней я не чуял зловоние этой змеи. Мне кажется, ковры в мэноре навсегда впитали ее запах, от него так и не удалось избавиться полностью. — Так много о том времени ты еще никогда не рассказывал, — Пэнси удивленно глядела на него во все глаза. — Даже я этого не знала. Ну, насчет твоей маски. Ты ведь и вовсе не признавался мне, что она у тебя была. Малфой принялся изучать рисунок на скатерти. Действительно, Пэнси была права. Драко никогда не вдавался в подробности той части своего прошлого, когда он был Пожирателем смерти. То немногое, что он надиктовывал во время своих допросов, удовлетворило большинство и осталось в протоколах судебных заседаний. Драко до сих пор приходилось отбиваться от регулярных запросов на интервью — «Ежедневный пророк» отчаянно желал заполучить эксклюзивные факты к портрету единственного Пожирателя, который был на воле, а не в тюрьме или в могиле. Он понятия не имел, почему сболтнул так много лишнего сегодня. Может быть, повлияло то, как на него смотрела Гермиона. А может быть, дело было в цвете платья, который выгодно оттенял ее глаза. Гермиона снова в беспокойстве и напряжении прикусила нижнюю губу. Решившись, она протянула к нему руку и осторожно коснулась пальцами тыльной стороны его ладони. — Ты же доверяешь нам, — лишь немного в конце фразы Гермиона повысила голос, но не настолько, чтобы интонация была вопросительной. — Так… мило с твоей стороны. Будто бы мы друзья. Драко чуть было не поддался внезапному искушению развернуть руку так, чтобы переплести ее пальцы со своими. Но… Он лишь отстранился, держа в ладонях кружку с кофе, ее ручка была слишком мала для двух его пальцев. Драко немного отхлебнул, почувствовав, как тепло разливается по телу. — Друзья, — спустя мгновение сказал он. — Подходящее слово, не так ли? — Это про нас, — Гермиона сжала пальцы и убрала руку. — Мы же все друзья. Меня радует, что ты доверяешь нам настолько, чтобы поговорить об этом. — Не знаю, что на меня нашло, — Драко нарочито небрежно пожал плечами, желая отогнать даже легкий намек на разочарование, которое почувствовал, когда Гермиона отвела взгляд. — Наверное, во мне проснулся дух соперничества. Никогда не мог позволить Поттеру взять надо мной верх хоть в чем-либо. О, он желает поговорить о каком-то маньяке, убившем его родителей? А давайте-ка, я расскажу вам о своем боссе. Гарри откинулся на спинку стула, уголок его губ приподнялся в полуулыбке. Он отсалютовал Драко кружкой. — Ладно, я отказываюсь от титула чемпиона по трагическому прошлому. Наш общий псих пытался убить меня, но, во всяком случае, мне не пришлось работать на него.

________

      Пэнси потащила Гермиону на кухню, чтобы последними штрихами сделать трайфл идеальным. Взяв свои напитки, Гарри и Драко удалились в гостиную, ведь оба прекрасно понимали: если Пэнси не разрешила наблюдать за процессом, лучше не возражать, иначе можно легко остаться без десерта. И это в лучшем случае, в худшем — можно было получить заклятьем по деликатному месту. Они и так перегнули палку, обсуждая рабочие моменты за обедом. — И что же ты знаешь о тех цепочках с кулонами, о которых предпочитаешь помалкивать в своих отчетах? — спросил Гарри, как только за Пэнси закрылась дверь. За окном был прохладный вечер. Драко оглянулся и, закуривая, выпустил дым в открытое окно. — Это что, так очевидно? — Ты дотошен до невозможности в своих отчетах, Малфой. Обращаешь внимание на мельчайшие детали. Иногда кажется, что запомнить их все можешь только ты. Но вот же — прокололся в первом отчете. В том, что о трупе в Лидсе. Ты употребил слово «знакомый». Знакомый символ розы на длинном стебле. Драко поморщился. — Я не думал… Не так. Поначалу я не хотел допускать, что это имеет отношение к делу. Ведь все могло быть простым совпадением. Но второй случай заставил меня убедиться в обратном. Сейчас я почти уверен. Он сидел на подоконнике, подогнув одно колено и упираясь ногой в дальний угол рамы. — Это похоже на символ частного клуба «Терновая Роза». Он в Бедфордшире. — Частный клуб… — брови Гарри взметнулись вверх. — Ты же знаешь, как это звучит. Высококлассный, дорогой бордель. — Это не бордель. Просто клуб для людей со… схожими интересами, если ты понимаешь, о чем я. Это огромный загородный дом, в котором можно свободно эти «желания» исследовать. В частном порядке или публично — зависит от предпочтений. — Ну да, конечно. Дай угадаю: ты являешься членом этого клуба лет с тринадцати. Когда папочка впервые приобрел тебе проститутку, чтобы она сделала из тебя мужчину. Драко рассмеялся, головой прислонившись к оконной раме. — Да это же классика! Наверняка поверил услышанной в Хогвартсе сплетне? Ну той, в которой фигурирует шлюха с татуировкой змеи на заднице, а еще с длинным списком слизеринцев, которых она сделала мужчинами? Это мой любимый слушок. Пожав плечами, Гарри плюхнулся на диван, опустив ноги на кофейный столик. — Не увиливай от ответа. — Но ты же не задал ни одного вопроса. — Придурок, — Гарри снял очки и потер глаза. — Так у тебя есть доступ в этот… частный бордель? Ой, прости, клуб. Я уверен, в нем полно кинк-штучек типа развратных оков и плетей? — Естественно, у меня имеется входной билетик. Кушетку для порки назвали моим именем ровно в тот день, когда мне исполнилось семнадцать. Гарри поперхнулся, а его очки упали на пол. Драко резко втянул носом дым, хохотнув. Отменная, сделанная на заказ смесь табака на мгновение застряла в горле. — Твое лицо. Это того стоило. Да ладно тебе, Поттер. Правда считаешь, что членство в этом клубе выдают автоматически? Просто потому, что я… что? Слизеринец? Чистокровный? Чертовски богат? — Что если все вышеперечисленное? Драко пожал плечами. — Согласен. И все же, едва ли это тянет на членство в кинк-клубе. Да, оно у меня есть. И мои предпочтения в плане секса весьма… специфические. Девиантные, если угодно, — тут ты не ошибаешься. И я уже много лет являюсь их клиентом, но все равно предполагать такое грубо. — А я не просто так предполагаю. Несколько месяцев назад Пэнси заявила мне, что вы двое как-то ходили в секс-клуб. Пыталась уговорить и меня приобрести для нас с ней «пропуск» на выходные, правда никогда не упоминала название того места. Так вот я и подумал, что у тебя наверняка есть персональный доступ именно в тот клуб. Но она очень рвалась попробовать что-нибудь новенькое со мной, а я же не хотел ее разочаровывать. Вот почему мы отправились в Африку на сафари — я старался загладить свою вину, даже после того, как напомнил ей, сколько репортеров будут гоняться за нами, если прознают, где мы будем. Драко тихо рассмеялся. — О, все бы были тут как тут. — Скажи? То-то же. Ты только представь первые полосы газет! — Гарри поднял руки вверх и произнес драматическим голосом: — Мальчик, Который Выжил: Верхний или Нижний? — Хм, так и кто же? — В смысле «кто же»? — Говорю: кем ты был? Верхним или нижним? Возможно, и тем, и другим? Я бы сказал, что ты свитч. Мне ведь известно, что Пэнси периодически любит брать все под свой контроль. Она ведь уже вытащила Жан-Пьера из ящика стола? Гарри густо покраснел и, отвернувшись, кашлянул. Драко громко расхохотался, стукнувшись головой об оконную раму. — Бедняга Жан-Пьер! Ему едва ли не пришлось капитулировать, как истинному французу, пока я был в Румынии на обучающей программе. Через полгода Пэнси уже не могла обходиться без него. Прототипом Жан-Пьера был я, знаешь ли. Гарри опустил взгляд чуть ниже пояса Драко и уже через секунду поднял ошеломленное лицо. — Нет. Драко лишь ухмыльнулся и выпустил колечко дыма в окно. — Да. — Давай… Давай-ка, не будем развивать эту тему дальше, чтобы я оставался в здравом уме. Гарри надел очки и повернулся, чтобы растянуться на диване. — Дело. Цепочка. Если в кулоне ты признал символ клуба, то должна быть какая-то связь. Возможно, наш убийца является… кем? Членом клуба? Кем-то из персонала? — Это вряд ли, — сказал Драко. — Они проводят тщательную проверку всех членов клуба и еще более скрупулезно проверяют всех сотрудников. Было бы трудно скрыть в своем прошлом причастность к убийству. — А что, если это вовсе не прошлое? Что, если наш маньяк совсем недавно ввязался во все это? — За серийными убийцами, как правило, тянется длинный шлейф отвратных делишек, которые потом обязательно всплывут при проверке архивов. Маньяки начинают с малого и в очень раннем возрасте. Вот так сразу взять и убить человека — очень трудно. — Тебе ли не знать, да? — съязвил Гарри. Драко сделал глубокую затяжку, затем закрыл глаза, выдыхая густой дым. — Да, — произнес он, наконец, добавив: — Мне ли не знать. Гарри подложил подушку под голову. — Тебя это задевает? — вдруг спросил он. — Когда тебе напоминают обо всем этом. Драко уставился в окно: взглядом он поймал сову, летящую над деревьями. В ее когтях был зажат длинный тонкий сверток. Малфой внимательно наблюдал за птицей, сосредоточившись на каждом взмахе ее крыльев до тех пор, пока она не исчезла из поля зрения. Он отчаянно пытался не дать другому воспоминанию вырваться из его сознания. — Я не могу позволить этому меня как-то задеть. Такое тяжело забывается, Поттер. — Ну да. Еще и я постоянно маячу перед глазами, как живое напоминание. В этом есть смысл, — Гарри поморщился и потер шрам на лбу. — Черт, я же никогда не задумывался об этом. Ведь у большинства людей подобного рода воспоминания со временем исчезают. Или же становятся тусклыми. У меня у самого некоторые стерлись, хоть я и был в самой гуще событий. Даже те месяцы, когда мы скрывались и были в бегах, — практически размыты в сознании. Вот какие-то фрагменты воспоминаний о последней битве остались ясными. Но далеко не все. Даже представить сложно, каково это, когда каждая секунда твоей жизни остается в памяти настолько свежей, будто только что произошла. Драко прижал левую руку к животу — это была привычка, которую он выработал почти сразу же после получении метки. Жалкая, бессознательная попытка ее спрятать. Он взглянул на себя, осознавая, что только что сделал. Затем намеренно ослабил хватку на ребрах и стряхнул пальцы. Малфой выбросил окурок в окно и подошел к огромному креслу, которое для него купила Пэнси. Он вытянул ноги и, скрестив их, уперся каблуком одного ботинка в носок другого. — Все это трудно иногда, — выдохнул Драко. — Я бы многое отдал… Да что там: пожертвовал бы половиной сбережений в хранилищах, лишь бы больше никогда не вспоминать. К примеру, забыть об этом, — он вытянул руку, закатывая рукав джемпера вверх так, чтобы обнажить выцветшую голову змеи на предплечье. — Тот день я определенно желал бы забыть. — Резонно. Драко снова опустил рукав к запястью, поправляя манжету. — Большую часть времени мне даже нравится все помнить. Если бы я решил сделать карьеру, о которой грезила моя мать, это стало бы моим преимуществом. — Дай угадаю. Она хотела, чтобы ты стал адвокатом? Драко рассмеялся, откинув голову на увесистую подушку кресла. — Ради всего святого, нет. Она видела во мне будущего финансового консультанта. Ожидала, что я открою брокерскую фирму и начну восстанавливать состояние Малфоев, делая разумные инвестиции. К ее несчастью, я совершенно не разбираюсь в подобных вещах. Абсолютный профан: еще ни разу не становился на выгодную сторону. Сделай меня ответственным за сбор акций, и я потеряю еще больше денег, чем министерство взяло в качестве репараций. Вместо этого, я предпочитаю платить очень милой женщине, чтобы она сделала все это для нас. — В итоге, ты решил стать копом, только в магическом мире. Это решение уж точно заставило нескольких твоих предков перевернуться в могилах! — В мавзолеях! — О, разумеется. Драко усмехнулся. — В таких больших мавзолеях. Нет, в огромных. Тридцать футов в высоту. — Да ты просто издеваешься надо мной. — Возведенных полностью из мрамора, добытого из частного карьера в Италии. Еще резные статуи ангелов в вечной скорби, золотые таблички с именами, витражи. И охраняют всю эту прелесть павлины, конечно же. Гарри простонал. — Белые, я полагаю? — Конечно, — сказал Драко. — А они что, бывают других цветов? — Вот теперь я уверен: ты издеваешься надо мной. — У мужчины должны быть свои увлечения. Квиддич, вынос твоих мозгов. В общем, стараюсь не терять время. Мне нравится быть занятым. Гарри показал ему средний палец. — Эта болтовня напомнила мне о предстоящем межведомственном матче. Мы будем играть против «Интернэшнл», и я знаю, что они снова попытаются протащить ту австралийку. Так что внимательно следи за списком зарегистрированных. Она жульничает даже больше, чем ты. — Я никогда в жизни не жульничал в квидд… И они вдвоем расхохотались. Драко покачал головой и убрал челку с глаз. — Черт возьми! В один прекрасный день я смогу целиком сказать эту фразу, не запинаясь на одном и том же месте… — Угу. Убеждай себя! — Гарри сел, потирая затылок. — И кстати говоря о прекрасных днях и местах. Точнее, о внедрении в определенное место… Драко закатил глаза. — Ты хочешь, чтобы я провел расследование в «Терновой Розе»? — Попробуй выяснить, действительно ли есть связь. Есть вероятность, что это фантастическое совпадение, но я сильно сомневаюсь. У всех трех наших жертв были одинаковые цепочки с кулонами, отметины на их телах по структуре схожи со следами от веревок, которые вполне можно получить в таком клубе. — Это называется шибари. Гарри зажал уши. — О, обойдемся без подробностей. Мерлин, не нужны мне подробности, — он опустил руки. — Да, я хочу, чтобы ты сходил туда и провел расследование. Присмотрись, возможно, у кого-нибудь есть связь с жертвами. — Ничем не могу помочь. Одиноким мужчинам в клуб вход воспрещен. Слишком велик риск неприятностей. У меня нет партнерши, соответственно, попасть туда не могу. — У тебя нет партнерши. У тебя, Драко Малфоя, сейчас нет девушки. Драко скорчил гримасу. — Не только сейчас, — пробормотал он, — уже некоторое время. — Как долго? Драко, не двигая головой, взглянул наверх, будто подсчитывая в уме, и лишь шевелил губами. Затем опустил глаза и начал постукивать пальцами. — Напомни-ка, когда ты женился на Пэнси? — Больше года назад, до этого мы встречались целых два. Черт, Малфой, ты серьезно? — По всей видимости. Гарри уставился на него. — Как? Как так? Драко пожал плечами и встал с кресла, возвращаясь к окну. — Несмотря на мою репутацию… — Большую часть которой ты создал сам. — Какую-то часть которой я создал сам, спасибо, — Драко зажег сигарету, щелкнул крышкой серебряной зажигалки и сунул ее в карман поглубже. — Люди думают, что я трахну любую женщину, которая просто посмотрит на меня. Но я не поклонник случайных сексуальных связей. Я был с Пэнси практически всю школу, и за это время мы с ней ни разу не занимались сексом в раздевалке, что бы там ни нес Забини. Мы делали это в ванной старост. Я же джентльмен. После расставания с ней у меня был длинный перерыв, по причинам, которые я прямо сейчас не могу вспомнить. Гарри поднял руку. — О-о-о, профессор, я знаю. Потому что ты был в тюрьме. Драко отсалютовал ему двумя пальцами. — Потому что я сидел в тюрьме, да. Так что эти два года прошли для меня в невольном одиночестве. Правда, был там один заключенный, который при каждом удобном случае преследовал меня. Малфой выдохнул через обе ноздри, наблюдая, как две дымки сливаются в одну. — А после… давай-ка посмотрим. Год или около того я вел холостяцкий образ жизни, единичные свидания не в счет. Пару лет мы с Пэнси то сходились, то расходились. Потом несколько раз встречался с Аурелией, затем опять возвращался к Пэнси — и так по кругу. Совершенно случайно познакомил вас двоих во время нашего с Пэнс «перерыва», а с тех пор… — Драко зажал сигарету краем рта и развел руки в стороны, пожимая плечами, — ...с тех пор ничего. Гарри уставился на него. — Совсем ничего? А как же невинный флирт? И ни одной интрижки? Малфой бросил беглый взгляд на дверь за спиной Поттера. — Ни одной, — ответил он тихо, выбрасывая сигарету в окно. — Думал, возможно, есть одна женщина… Мы работаем вместе. Но, очевидно, я во френдзоне. Обеспокоенный взгляд карих глаз возник в его сознании. Но Драко быстро отогнал эти мысли прочь. Он продолжал говорить себе: обеспокоенный дружелюбный взгляд карих глаз. Она более чем достаточно дала это понять. Драко отошел от окна и потер руки. — Думаешь, они закончили на кухне? — Малфой… — Гарри проследил за его пристальным взглядом до двери и обратно. — Если ты говоришь о… Драко резко вскинул руку и покачал головой. — Притормози, не надо. Забудь об этом, — он вымученно улыбнулся. — Пойдем уже, Поттер. Если мы опоздаем к столу, Пэнси не даст нам полакомиться трайфлом.