Bring Him to His Knees

Драко взмахнул палочкой и прикрепил ряд набросков к верхней части стены улик. Он провел все утро с художником из отдела, давая описания, а затем большую часть дня сравнивал предварительные скетчи со своими воспоминаниями. Он отступил назад и сложил руки, постукивая палочкой по плечу, пока рассматривал семь изображений. Это были мужчины, которых он неоднократно видел в «Терновой розе», и все они подходили под общий профиль убийцы. Драко мысленно прокрутил в голове все те ночи: первый ознакомительный визит с Гермионой, когда она укусила его за шею и оставила свою метку; вечер, когда они смотрели на игру с воском, пока он ласкал ее пальцами, а она потом ему отсосала; ночь Бала Роз, когда они играли вместе, а он дразнил ее, долго не давая кончить, после чего они вернулись в номер, где несколько часов занимались любовью; и, наконец, предыдущая суббота, когда он покрыл Гермиону воском и публично овладел ею, доставив такое сильное удовольствие, что она потеряла сознание. Чтобы не позволить воспоминаниям полностью отвлечь себя от работы, Драко мысленно отбросил их и сосредоточился на эскизах. Четверо из мужчин были завсегдатаями клуба, и он помнил, как они наблюдали за ним с Гермионой. Остальные трое были сотрудниками. — Подозреваемые, сержант? — спросила Чоудхури, подойдя и встав рядом, а Коттерилл последовала за ней. — Мы собираемся вызвать их на допрос? Драко потер челюсть, затем покачал головой. — Не думаю, что нам понадобится допрашивать большинство из них, но не исключаю их полностью, пока нет. Я не хочу видеть даже малейший намек на некачественную следственную работу в том, что касается этого дела. Все они — наши возможные клиенты, пусть даже отдаленно, и поэтому они в списке. Стажеры посмотрели друг на друга, переговариваясь только взглядами и поворотами головы. Коттерилл, казалось, проиграла молчаливый спор и вздохнула. — Сержант. Есть ли вероятность, что убийца — это кто-то, с кем вы… знакомы? Может быть, даже кто-то, с кем вы дружны? Потому что… Драко постучал пальцами по левой руке, приподняв бровь. — Потому что он убивает магглорожденных — главную цель моих бывших знакомых. Коттерилл покраснела и отвела взгляд. — Я должна была спросить. — Верно. И я бы сделал то же самое. Не бойтесь задавать неудобные вопросы. Нельзя позволить личным чувствам мешать нашим обязанностям, — Драко поймал взгляд Гермионы, вошедшей в конференц-зал, и отступил от стены с уликами, открыв обзор на набросок в конце ряда. — Познакомься с моим главным подозреваемым. Когда Гермиона поняла, кто это, на ее лице отразилось что-то между удивлением и ожиданием. — Я же говорила, что он следил за мной на той неделе. Драко кивнул, подошел к длинному столу, жестом приглашая стажеров присоединиться к ним, и пододвинул к каждой из них папки. — Эдвард Джессап, он же Джеффри Баррингтон, Артур Фрит, Томас Коулман. Карманник, в основном, с несколькими другими мелкими преступлениями в послужном списке. В июне девяносто восьмого года его арестовали за нападение на Джона Аллена и Эйву Келли, смешанную пару. Приговорен к году заключения в Азкабане, и именно тогда я впервые познакомился с ним, так что вы правильно сделали, что спросили, Коттерилл. Он был не совсем в моих кругах, но я его знал. Коттерилл побарабанила пальцами по столу. — Нехилый такой прыжок от карманных краж к убийству. Обычно есть что-то, что заставляет их переступить черту. — Последняя страница досье. Убийство из восьмидесятых, которое нашла Гермиона. Ферн Берк была убита бывшим парнем, имя, вероятно, начинается с гласной, — Драко указал на фоторобот. — Моя рабочая теория заключается в том, что Эдвард Джессап — ее бывший, он убил ее из ярости за то, что она бросила его ради магглорожденного. Драко вертел палочку в пальцах, расхаживая вдоль стены с уликами. — Первое из недавних убийств произошло через несколько недель после свадьбы Поттера и Паркинсон. Я считаю, что их свадьба послужила толчком. Очень вероятно, что он интерпретировал это так: чистокровная женщина отвергла свое воспитание и бросила своего чистокровного парня ради полукровки. Это было слишком похоже на его собственные обстоятельства и вызвало у него потребность остановить любые другие смешанные пары, не дать им еще больше запятнать кровные линии. Но он не мог заставить себя убить еще одну чистокровную женщину, уничтожать женщин, которые должны нести кровь в следующее поколение. Поэтому он начал убивать магглорожденных. Драко остановился позади стула Гермионы и положил руку ей на плечо. — После того, как мы с Гермионой начали публично встречаться, время между убийствами сократилось. Он был еще больше возмущен. Я не только… — он прочистил горло и трижды постучал большим пальцем по шее Гермионы. Она потянулась вверх, чтобы погладить его руку, тоже три раза. Драко вздохнул и продолжил вышагивать. — Мало того, что Пэнси отшила меня ради Поттера, я, в свою очередь, вступил в связь Гермионой. Один из самых стойких сторонников чистоты крови в Англии пал. Его послание не доходило до людей. Он должен был убить больше. — Почему ты сделал его своим информатором? — спросила Гермиона. — Если он подозреваемый? Драко на мгновение притворился, что читает свое досье. Он злился на этого человека за то, что тот говорил о Гермионе, за оскорбления и обзывания, и хотел немного отомстить за инцидент с карманными часами. Это не оправданные причины, и Малфой знал это, и будь они обнародованы, он заслуживал бы как минимум отстранения от дела. Но у него имелось несколько оснований, которые он мог указать в отчете, и именно их он использовал бы, если бы его спросили. Клуб был связан с убийцей, и в обязанности Драко как аврора вполне входило выдать одного из его сотрудников. Чего он не сделал. — Он не мой информатор, — признался он. Гермиона наморщила лоб. — Ты же говорил, что да. В кафе. Ты сказал, что он, вероятно, искал тебя, чтобы отчитаться. — Я не оформлял его официально. Я… убедил его согласиться на это, а тебе сказал… Да, я солгал тебе, — Драко заскрипел зубами, когда Гермиона бросила на него взгляд, обещавший неприятный разговор позднее. — Спроси Поттера. Ему ничего об этом неизвестно, и не потому, что он никогда не читает документы. Я хотел, чтобы ты думала, что Джессап — информатор, чтобы ты вела себя естественно рядом с ним, поэтому я соврал. Но заметь, что на самом деле я не получил от него ни одного отчета о работе информатора. Не похоже, что Отделу придется выплачивать ему какую-то компенсацию. Драко посмотрел на своих стажеров. — С точки зрения правил это более чем шатко, так что даже не пробуйте заниматься чем-то подобным. Я хотел, чтобы он знал, что я расследую это дело. В то время он находился недостаточно высоко в моем списке подозреваемых, и я желал, чтобы он поднялся. Мне нужно было, чтобы он почувствовал, что я иду в неправильном направлении, смотрю не в его сторону, хоть это и несло определенные риски. — Он и правда подходит, судя по тому, что мы видели до сих пор. Хорошая теория, — заметила Коттерилл. — Но это всего лишь теория. Это идея, за которой нет ничего определенного. Отдел не может работать по наитию и ощущениям, как бы нам того ни хотелось. Необходимо тщательное расследование, убедительные доказательства. Я верю, что он виновен, но как бы я ни горел желанием сказать, что он точно наш человек, я не могу этого подтвердить. Я оставил свой платок в его квартире, надеясь, что он подбросит его к следующему трупу, чтобы создать видимость, что убийца — я, но ничего не вышло. Ублюдок, — пробормотал он. — Именно сейчас он решил не вешать на меня одно из своих преступлений. Коттерилл и Чоудхури странно посмотрели на него, и Драко покачал головой. — Неважно. Мы с Гермионой собираемся на этой неделе сделать несколько вещей, чтобы привлечь его внимание, и проверить, заглотит ли он наживку. — Вы хотите, чтобы мы затаились в тени, сержант? — глаза Чоудхури засияли. — Проследили за вами, чтобы узнать, следит ли за вами он? — Не думаю, что в этом есть необходимость, — ответила Гермиона. — Ни одна из жертв не была похищена, будучи с кем-то, кого они знали. С коллегами, друзьями, бойфрендами и мужьями. Нет. Он ждал, пока они отделялись от своей группы поддержки. — Согласен, — сказал Драко. — И я не хочу, чтобы что-то его спугнуло. Я хочу, чтобы он следил за нами. Сейчас у меня против него только то, что я видел в его квартире газетную статью о свадьбе Пэнси с выцарапанным лицом Поттера, что он назвал меня и мою девушку несколькими неприятными словами и что он напал на смешанную пару десять лет назад. Этого недостаточно, и я бы послал прочь любого аврора, который принес бы мне такую малость. — Значит, вы собираетесь подстрекать его, — заметила Коттерилл. — На вашем месте я бы вела себя так, будто не хочу выпускать ее из виду. Не могу оторвать от нее руки. Может быть, он попытается отвести ее от вас, поговорить с ней, пока вы не видите. Чоудхури откинулась на стуле и посмотрела на Гермиону. — И если бы я была на вашем месте, то вела бы себя немного недовольно по отношению к сержанту. Как будто он властный, держит вас слишком близко. Заведите с кем-нибудь разговор о том, как вам не терпится провести мини-каникулы без него, и убедитесь, что вас подслушивают. Драко улыбнулся. — План именно таков. Хорошая работа, стажеры. Я вами горжусь.

________

На следующий день в книжном магазине Гермиона поднялась на несколько ступенек по лестнице и, перегнувшись через перила, опустила руки на плечи Драко. В таком положении она была на пару дюймов выше его и могла хорошо видеть весь нижний этаж магазина. — Что-нибудь? — спросил Драко, едва шевеля губами. Она напустила на себя озорной вид, словно шептала ему на ухо всякие непристойности. — Я вижу его, — пробормотала она. — Он в двух проходах от нас и движется ближе. Вернулся к своей обычной прическе вместо того ужасного парика, так что либо ему все равно, узнаю ли я его, либо он рассчитывает на это. Выдохнув, Драко откинул голову назад и тихо произнес: — Подтверждаю. Он наблюдает. Ты знаешь, что делать. Гермиона рассмеялась и провела обеими руками по груди Драко. — Ты знаешь, что тебе не нужно было идти со мной, — судя по тому, как Драко еле слышно шикнул, она заговорила слишком звучно, и Гермиона отрегулировала громкость. — Я прихожу сюда каждый вторник. Я бы не заблудилась. Драко взял ее за руку. — У меня много свободного времени. Я могу проводить его с тобой, — он повернул голову и улыбнулся ей, а затем поцеловал в щеку. — Разве тебе не нравится, что я хочу подольше побыть с тобой? — Конечно, нравится. Но не хотелось бы, чтобы мы стали одной из тех пар, которые не могут находиться порознь, — Гермиона наблюдала, как Джеффри поднял перед лицом большую книгу о суккулентах, обходя край полки, чтобы проскочить в следующий ряд. Ей удалось не закатить глаза, пока она демонстративно выдергивала свою руку из захвата Драко, а другой трижды постукивала по его груди. — Нам позволено иметь отдельные интересы. — Я предпочитаю наши общие интересы, — Драко крепче стиснул ее ладонь, затем медленно разжал пальцы. Он повернулся к ней лицом, уголок его рта слегка изогнулся. — И ты прекрасно понимаешь, какие интересы я имею в виду, не так ли? Они вели себя так же, как и в начале расследования, но это не помешало сердцу Гермионы заколотиться оттого, как Драко улыбнулся ей. Это была его многообещающая, дразнящая улыбка, от которой хотелось упасть на колени и открыть рот. Она подалась вперед, обняв его за плечи, и слегка прикусила зубами мочку его уха. — Я должна пытаться убедить тебя оставить меня в покое на пять минут, — пробормотала она. — А не думать о том, как заставить продавцов отвернуться, пока я утягиваю тебя в кладовую. Голос Драко понизился до рычания. — Справедливости ради, каждый раз, когда я видел тебя в течение последних трех лет, я думал о том, как улизнуть с тобой. Тот темный уголок архива довольно часто фигурировал в моих фантазиях. Гермиона запустила обе руки ему в волосы, откинула его голову назад и поцеловала. Драко издал тот самый горловой звук, сводивший ее с ума. Она углубила поцелуй, скользнув языком между губами, чтобы он сделал это снова. Получилось. Когда она оторвалась от него, лицо Драко покрылось румянцем, глаза потемнели, а руки дрожали на перилах лестницы. — Так вот каково это, когда тебя целует кто-то выше тебя, — пробормотал он. Гермиона с трудом удержалась от смеха, приглаживая его волосы. — Мило, не правда ли? Но я не буду пытаться поднять тебя. Сотрясение мозга сегодня никому из нас не нужно. — Нет. Мы должны держать себя в руках, — Драко улыбнулся ей и медленно поднял одну бровь. Он застегнул самую нижнюю пуговицу на пиджаке своего костюма, и его ухмылка стала лукавой. — Но с тобой это невероятно сложно. Ее смех эхом разнесся по магазину, вызвав злобные взгляды нескольких посетителей. Гермиона закрыла рот рукой и поднялась по ступенькам подальше от Драко, а затем улыбнулась ему. — Ты ужасен. Иди посмотри биографии игроков квиддича или еще что-нибудь. Я отправляюсь в отдел маггловедения, а там нет ничего такого, что ты хотел бы прочитать. Через голову Драко она увидела, как Джеффри посмотрел в их сторону. Драко фыркнул. — В этом ты права, — сказал он, трижды постучав по перилам. Он подмигнул ей, после чего повернулся и направился в глубь магазина. Джеффри снова спрятался за своей книгой, когда Драко прошел мимо него. Гермиона наблюдала из-за колонны наверху лестницы, как Джеффри выждал несколько секунд, а затем бросил книгу о суккулентах на стол. Гермиона двинулась с места, как только убедилась, что Джеффри следует за ней. Она пробиралась вдоль рядов, делая вид, что отвлекается на книги на полках, останавливаясь, чтобы рассмотреть стенды, и каждый раз оглядываясь, чтобы убедиться, что он все еще у нее на хвосте. Ее длинные, распущенные волосы были преимуществом, давая ей возможность скрыть направление взгляда. Она потерла кольцо с грейхаундом, прежде чем шагнуть в проход. Тихо мурлыча себе под нос, Гермиона водила пальцами по полке, рассматривая корешки книг. Большинство оказались теми, что она либо читала раньше, либо просмотрела и отбросила как полные нелепой и устаревшей информации о магглах, но одно название привлекло ее внимание. «Плюсы и минусы маггло-магических отношений». Гермиона взяла том с полки и перевернула, чтобы прочитать цитаты на обороте. Несколько имен она узнала и доверяла им, поэтому открыла оглавление. Через пару минут она прочла почти всю первую главу, полностью увлеченная стилем написания, и уже собиралась купить это издание и все остальное, что написал автор. Она закрыла книгу и повернулась. Джеффри стоял в нескольких дюймах от нее. Гермиона прижала фолиант к груди, ей даже не пришлось симулировать внезапно учащенное сердцебиение или расширенные глаза. — Вы меня напугали! — Прошу прощения, мисс, — произнес Джеффри, улыбаясь достаточно широко, чтобы показать свои зубы. — Мои извинения. Я просто хотел поздороваться. Напомнив себе о роли, которую она должна была играть, Гермиона зажала нижнюю губу зубами и наклонилась чуть ближе. — А вам можно это делать? Взаимодействовать с… — она понизила голос до шепота, — гостями клуба. Вне Чезвэлл-хауса. — У хозяйки нет правил против этого. И не похоже, что вы скрываете свою личность там. Гермиона Грейнджер, знаменитая гр… магглорожденная. Она крепче сцепила пальцы на книге. Он попытался скрыть колебание на этом слове кашлем, но Гермиона услышала то, что он не сказал. Шрам под рукавом покалывал. Она заставила себя улыбнуться. — Что ж. В таком случае, здравствуйте. Джеффри поддел одним пальцем верхнюю часть книги, отодвинув ее от груди Гермионы, чтобы посмотреть на название. — Приходится читать о том, как наладить отношения с мистером Малфоем? Не сказал бы, что это хороший знак, — проворчал он. — Мы вместе уже больше года, — легко ответила Гермиона. До этого она обсудила с Драко их предысторию, заполняя дыры и подкрепляя детали. Она не могла помнить так же хорошо, как он, но была уверена, что знает достаточно, чтобы обмануть большинство людей. — Мы уже прошли этап ссор и притираний. У нас нет никаких проблем. Джеффри сжал зубы. — Вы уверены в этом? — Конечно, — она намеренно придала своим словам едва заметную вопросительную интонацию. — Вот только… Нет. Возможно, мне не стоит говорить. Не мое это дело. Она знала, что должна сделать шаг ближе, побуждая Джеффри наклониться и прошептать ей, но не могла заставить себя сдвинуться с места. Он уже задел ее пальцы, когда трогал книгу, и чуть не коснулся при этом ее груди. Поэтому Гермиона только опустила подбородок и посмотрела на Джеффри сквозь ресницы, копируя одну из своих архивных клерков, как она сделала это с Мопсой в ювелирном магазине. — Продолжайте, — прошептала она с придыханием. — Если вам известно что-то, что я должна знать, скажите мне. Джеффри придвинулся ближе, скользнув рукой вдоль книжной полки. — Есть люди, которым не нравятся такие отношения, — заявил он. — Они могут доставить неприятности. — Оу. Ну да. Мы сталкивались с такими людьми, которые были недовольны нами. Меня обвиняли в том, что я украла его у чистокровных женщин. Запятнала его. Один человек даже назвал его… Я не могу этого произнести. Это слишком ужасное слово. Но я никогда не видела, чтобы Драко так злился. Я даже немного испугалась его, — ее голос дрогнул. Глаза Джеффри вспыхнули, его лицо на мгновение исказилось. — Он заслужил это. — Простите, что? — Человек, на которого рассердился мистер Малфой, — Джеффри натянуто улыбнулся. — Я уверен, что он заслужил это. — Грейнджер, ты еще здесь? — Драко позвал со стороны лестницы. — Рад был повидаться, если позволите, мне пора идти, есть дела, — Джеффри поспешил в противоположную сторону, исчезая в извилистом коридоре книжных полок в задней части верхнего этажа. Гермиона выбежала из прохода. Она бросилась прямо к Драко и уткнулась лицом ему в грудь. Засунув одну руку в пиджак, она вцепилась в ремешок его кобуры для палочки. Драко обнял ее. — Ты в порядке? — Да. Нет. Я не… — Гермиона задрожала и повернула голову, прижимаясь ухом к груди Драко и слушая биение его сердца. — У меня от него мурашки по коже. И зная, что он твой главный подозреваемый… Это все меняет. Драко притянул ее ближе к себе, запустив одну руку под волосы, чтобы погладить по затылку. Медленно, снова и снова, он трижды стучал по ее шее, и Гермиона чувствовала, как успокаивается с каждым новым касанием. Она стояла в его объятиях, пока по коже не перестали ползать мурашки, затем резко выдохнула и ослабила хватку на его ремнях. Отступив назад, она посмотрела на Драко. — Если он не наш убийца, ты можешь все равно его арестовать? Просто за общую мерзость? — Не припомню, чтобы в законах было обвинение в «мерзости», но я посмотрю, что можно сделать. — Один только этот парик должен подойти под нарушение общественного порядка. — О Салазар, согласен, — Драко покачал головой и коснулся книги, которую она держала в руках. — Что у тебя там? Гермиона повернула ее так, чтобы он мог прочитать название. — Хорошая. Я собираюсь купить ее. Драко наклонил голову, рассматривая обложку, затем улыбнулся. — Надеюсь, у нас больше плюсов, чем минусов. Она усмехнулась и взяла его за руку, потянув за собой к лестнице. — Пока что да.

________

В четверг днем Гермиона остановилась на тротуаре у кафе рядом с фруктовой лавкой и, недовольно фыркнув, повернулась лицом к Драко. Он сжал ее руку три раза, подавая их сигнал, и напустил на себя раздраженный вид. Гермиона ответила тем же. — Совсем не обязательно идти со мной, — заявила она. — Я взрослая женщина, Драко Малфой. И вполне способна самостоятельно купить несколько продуктов. — Значит, теперь ты не хочешь, чтобы я был рядом с тобой? Вот в чем проблема? — Тебе не нужно ходить со мной везде. Книжный магазин, бакалея. Обед каждый день на этой неделе. Может, ты собираешься еще и сопровождать меня к гинекологу завтра? Вот уж для чего мне точно не нужен бойфренд, так это для того, чтобы в меня засунули зеркало. Тем более что мне пришлось записаться на прием только потому, что кто-то чрезмерно высокий умудрился поставить мне синяк внутри. Драко отвернулся, на его лице мелькнуло искреннее чувство вины. Накануне вечером они занимались сексом, первый раз за несколько дней, и Драко был с ней очень нежен. Позаботился о прелюдии и ласках, чтобы она достаточно возбудилась и расслабилась. Он касался ее, целовал, кусал и ставил метки с полной страстью, но, когда скользнул внутрь нее, вышел за рамки своего обычного внимания к их разнице в размерах. Драко отказывался входить глубоко, даже усугубил свою старую травму плеча, пытаясь сдержать себя. Она умоляла его о большем, но он все еще был осторожен. Гермиона дотронулась до внутренней стороны его запястья. Три раза по три постукивания. — Я люблю тебя, — прошептала она еле слышно. — Я в порядке. Повысив голос для их спектакля и слегка разочарованная тем, что Скитер со своим фотографом не притаились поблизости для очередного снимка на обложку журнала, Гермиона продолжила. — Если только ты сам не хочешь забраться на кресло, Малфой? Не думаю, что у них найдется одно подходящего тебе размера, но могу попросить доктора Кароши попробовать. Посмотрим, как ты будешь орать на всю Харли-стрит. Драко скривился и достал из кармана серебряный портсигар. Он прикурил, щелкнув пальцами, и выдохнул дым прямо на нее. — Прекрасно. Ты вполне способна справиться сама, ты ясно дала это понять. Тогда я подожду здесь. Гермиона закашлялась, отмахиваясь от дыма. Ей не нужно было изображать раздражение в голосе. — Отличная идея. Возьми кофе. Покури. Оставь меня в покое на десять чертовых минут. Развернувшись нарочито быстро и хлестнув его волосами, Гермиона направилась в лавку. Она взяла корзинку, повесила ее на руку и с ворчанием потопала к фруктовой секции в задней части магазина. Сливы, персики, нектарины, абрикосы. Малина, ежевика. Вишня, виноград. Она копалась в них, выбирая несколько фруктов для завтрака и для выпечки Пэнси. Паркинсон нужно было манго для новой начинки, которую она хотела попробовать, поэтому Гермиона остановилась перед витриной и прищурилась, пытаясь вспомнить, что является признаком спелого манго. Был ли это цвет кожицы или нежность мякоти? Она стояла и осторожно перекатывала один из плодов в руках, размышляя. — Мисс Грейнджер, — услышала Гермиона и сжала манго так сильно, что на кожуре остались вмятины. Вздохнув, она опустила фрукт в корзину. Теперь придется его купить. Она быстро кивнула Джеффри и усмехнулась, словно поддразнивая его. — Мы снова встретились. Я начинаю думать, что вы меня преследуете! Глаза Джеффри сверкнули, но он ничего не ответил. Он склонился над манго, лежащими перед ней, и взял одно с дальнего края витрины. — Вот это, — он взял в руки ее корзину и осторожно положил туда фрукт. — Кажется, что оно еще не созрело, но, если вы оставите его на пару дней, оно будет идеальным. В этих словах не было ничего плохого, но от того, как он их произнес, Гермионе захотелось отпрыгнуть от него подальше. Как бы ей ни было неприятно это признавать, Драко оказался прав, когда солгал ей о фальшивой вербовке Джеффри. Теперь, когда она знала, что этот человек являлся наиболее вероятным подозреваемым, было сложнее относиться к нему как к любому другому знакомому. От осознания того, что она стоит рядом с человеком, который, возможно, убил шесть магглорожденных женщин, ей хотелось впечатать его заклинанием в ближайшую стену. Она внутренне содрогнулась. — Спасибо. Я не знала, какое выбрать. Это для моей подруги. — Не для частного ужина с мистером Малфоем? Гермиона глубоко вздохнула и проворчала: — Для частного ужина без него. На этой неделе он едва ли дал мне пять минут, чтобы отдышаться в одиночестве. Но это… Она обреченно махнула рукой. — Извините. Это уже слишком. Драко курит на улице, если вы его искали. Ну, знаете, для отчета? — добавила она более низким голосом. — Пусть для разнообразия поговорит хоть с кем-нибудь еще. Она направилась к секции с зеленью, ожидая, что Джеффри последует за ней. План состоял в том, чтобы заставить его думать, что она недовольна Драко и планирует уехать одна на выходные, и, судя по тому, как изменилось его лицо, когда она сказала «в одиночестве», он уже был заинтригован. Гермиона рассеянно теребила между пальцами листик кресс-салата, как будто думала только об этом и ни о чем другом. Через минуту Джеффри снова подошел к ней. — Я не хочу показаться грубым, мисс Грейнджер, — протянул он низким и маслянистым голосом, — но должен вам кое-что сказать. Если у вас проблемы с мистером Малфоем, это может повлиять на вашу ситуацию. — То есть помимо того, что он аристократичный мерзавец, который всегда думает, что он прав, а если это не так, то его деньги сделают его правым? Джеффри издал один из самых мерзких смешков, которые Гермиона когда-либо слышала. От него волосы на ее затылке встали дыбом. Она крепче ухватилась за корзину, прижав ее к животу. — Что такое? — спросила она. — Что вам известно? — Дело не в деньгах. Дело в его отношении, — Джеффри придвинулся ближе, касаясь рукой ее плеча. — В прошлые выходные, в клубе. Я столкнулся с ним, когда он выносил вас из игровых комнат. Он был довольно резок. Как будто не хотел, чтобы кто-либо знал, куда он направляется. Он сразу же отверг любую идею о том, чтобы я помог вам добраться до лазарета, и он вел себя очень… собственнически? Боюсь, у него в Чезвэлл-Хаусе репутация человека, который не подпускает никого к своим партнершам. — Ну, это… — Гермиона покачала головой, заправляя волосы за ухо. Она слегка расслабила свою позу, положила пучок кресс-салата в корзину и перешла к следующей секции с красным и зеленым латуком. — Да, он немного собственник, но он говорил мне, что просто следит за тем, чтобы никто не пытался навязать мне больше, чем я хочу, в клубе. Он знает, что я еще новичок. Поэтому и защищает меня. Джеффри не отставал от нее, стоя так близко, что его дыхание шевелило ее волосы. — Или изолирует вас? Мисс, я не хочу вас пугать, но я уже видел такое раньше. Вы сами сказали, что на этой неделе он почти не оставлял вас одну. Гермиона сжала зубы, делая вид, что сосредоточилась на толстых, темно-зеленых листьях кочанного салата, а потом притворно звонко рассмеялась. — Нет-нет, это нелепо. Изолировать меня? Нет, он не такой. Он даже ни капельки не обиделся на то, что я устроила себе мини-отпуск в эти выходные. Джеффри на мгновение замолчал. Гермиона краем глаза наблюдала, как он ухватился за полку витрины. Его пальцы двигались так, словно он выжимал фланелевую ткань. — Берете несколько дней каникул только для себя? — Еду в Йорк! — она положила головку салата в корзину и улыбнулась Джеффри. — Я отправлюсь на поезде с Кингс-Кросса и остановлюсь в отеле, где познакомились мои родители. На съезде дантистов, можете в это поверить? — Похоже, вы собираетесь прекрасно провести время. Надеюсь, ничего не случится, чтобы нарушить ваши планы, — Джеффри издал неприятный смешок, затем отступил назад. — Мне пора идти. Работаю сегодня вечером, и мадам уже дала мне второй шанс, когда нанимала меня. Не думаю, что следует нарываться на третий. Гермиона смотрела, как он отходит к двери. Поставив корзину на пол, она достала из кармана носовой платок и вытерла руки. Джеффри не прикасался к ней, но она чувствовала себя грязной. Он беседовал бесхитростно и навязчиво, но она понимала, как те, кто не были начеку, легко могли предоставить ему слишком много информации. Она донесла покупки до кассы, заплатила и вышла с сумкой на улицу. — Возьми, — она протянула пакет Драко. — У меня получилось! Он оттолкнулся от стены. — Хорошо. Я как раз собирался зайти за тобой. Раздумывал, стоит ли мне закатить скандал, зажимаясь с тобой перед морковью, или лучше пожаловаться на цену винограда. Гермиона фыркнула. — На этой неделе на него скидка. — Тогда я бы жаловался еще больше, — Драко обнял ее за плечи, погладил по шее, три раза постучал по затылку и тихо произнес: — Тебе нужна минутка? В прошлый раз ты изрядно переволновалась. — Нет, я в порядке. Я сосредоточилась на плане, и это помогло. Ну, и тот факт, что ты ждешь меня, тоже добавлял спокойствия, — она улыбнулась ему. — Он знает, что в эти выходные у меня мини-каникулы. А еще он предупредил меня, что ты известен как собственник. — Он не ошибся. Я не делюсь. — Знаю, — Гермиона поднялась на носочки, целуя челюсть Драко, когда он автоматически наклонился к ней. — И мне это нравится. Потому что я тоже не собираюсь ни с кем тебя делить. А теперь пойдем в аптеку. Придерживаемся моего распорядка. — А потом вернемся к тебе на ужин. Пэнси сказала, что у нее какой-то новый рецепт? — он щелкнул пальцами. — Ты взяла манго? — Две штуки, — Гермиона похлопала по сумке, которую Драко повесил на плечо. — Будет из чего выбрать.

________

После работы в пятницу вечером Драко растянулся на новом диване Блейза. — Наконец-то ты приобрел мебель подлиннее. Всего-то десять лет понадобилось, чтобы сделать лучшему другу приятное. — Это взятка, чтобы ты чаще приходил к нам. Ты проводишь много времени с Грейнджер. Я чувствую себя опустошенным и несчастным, — Блейз вцепился в воротник рубашки и откинул голову назад. — Брошенным! — Салазар, не зря я говорил тебе перестать встречаться с театралами. У тебя развиваются ужасные драматические привычки. Пэнси фыркнула и поставила стакан с виски на грудь Драко. Она дала ему целых пять секунд, чтобы взять напиток, после чего спихнула его ноги с дивана и села. — Кто бы говорил об ужасной драматичности, дорогой? О, профессор, у меня повреждена рука, посмотрите на мою повязку, я не в состоянии разрезать эти корни. — Мне было тринадцать. Покажите мне хоть одного третьекурсника, не склонного к излишнему драматизму, и я съем свой аврорский жетон. Пэнси потягивала свой напиток. — Полагаю, мне не следует слишком сильно возмущаться. Ведь это дало мне много возможностей восхищаться тобой и говорить, какой ты замечательный, что так хорошо переносишь такую ужасную травму. Драко бросил на нее подозрительный взгляд, выпрямляясь и устраиваясь на середине дивана. — Ты же и правда это делала! Она ухмыльнулась. — Заставила тебя носить мои книги на занятия в течение следующих двух месяцев даже с раненой рукой. Думаю, я выиграла. Смеясь, он наклонился и поцеловал ее в висок. — Слава Мерлину, сейчас терпеть тебя приходится Поттеру. Пэнси довольно мотнула головой. — И он справляется очень хорошо, между прочим. Лучшие отношения, которые у меня когда-либо были. Драко повернулся к Блейзу. — У меня в спине кинжал? Ну-ка проверь. Пэнси хихикнула, пустив пузырьки в свой напиток. — Дорогой, даже не пытайся. Ты любишь меня, я знаю, как-никак нас связывают почти тридцать лет дружбы, но ты никогда не был влюблен в меня. Не той романтической, всепоглощающей, «умру без тебя» любовью. И я тоже никогда не была в тебя так влюблена, — она погладила его по щеке, улыбаясь. — Мы бы свели друг друга с ума в течение года, если бы поженились, и ты это знаешь. В лучшие времена мы были… Как там Гермиона мне говорила? Друзья с привилегиями, вот и все. — Чертовски хорошие привилегии, согласись. — Да, без сомнений. Но любовь? Нет. Это то, что у меня с Гарри. Я абсолютно влюблена в этого мужчину, и он относится ко мне как к королеве, — она усмехнулась. — И я обладаю некоторыми навыками, чтобы убедить его, если он вдруг начнет колебаться. Блейз плюхнулся на диван с другой стороны Драко. — Кстати, о женщинах, вьющих из мужиков веревки… Как дела с Грейнджер? Драко вытянул ноги, откинул голову назад и улыбнулся в потолок. — Потрясающе. — Ты глянь на него, Паркс. Посмотри на эту ухмылку. Именно так он улыбался, когда вернулся в подземелье после того, как ты в первый раз позволила ему забраться тебе под юбку. — Он выглядит так, как будто ему наконец-то регулярно перепадает, правда? — Ага. Прекрати это, Малфой, — Блейз ударил кулаком по ноге Драко и тут же отпрянул назад, разжимая пальцы. — Ай. Я все время забываю. — Квиддичные бедра, — произнесли все трое сразу. Драко сделал глоток и рассеянно покрутил в руках перстень. — Все хорошо. Даже лучше, чем хорошо. Потрясающе — это, наверное, преуменьшение. Блейз откинулся назад и положил голову на плечо Драко. — Но ты не забудешь о нас, когда женишься на ней и заведешь полдюжины маленьких белокурых дьяволят с обширным словарным запасом, верно? Драко фыркнул и отпихнул Блейза. — Я могу только предположить, что если бы ты действительно думал, что тобой пренебрегают, то после следующего сеанса тату у меня на лице красовался бы красно-золотой лев. — Ты не так далек от правды, — Блейз взял скетчбук с журнального столика. — У меня и в самом деле есть несколько идей, связанных с Грейнджер. Пэнси перепрыгнула через Драко и плюхнулась на колени Блейза. — Дай. — Как грубо, — он протянул ей альбом и обхватил ее руками, когда она открыла книжицу и подняла вверх перед собой, чтобы не дать Драко увидеть. — Ничего такого с Гриффиндором. Я бы не был настолько очевиден. — Говорит человек, который изобразил пламя на моей ноге, — Драко закатил глаза. — Да? Что-то не устраивает? Я всегда могу изменить рисунок так, чтобы там красовалась моя физиономия. — Думаю, останусь с тем, что у меня есть, спасибо. С твоими отвратительными чертами на моем великолепном теле не видать мне больше секса, — Драко увернулся, когда Блейз попытался ударить его по затылку. На мгновение они сцепились, хотя Блейз старался держать Пэнси на коленях и не дать ей упасть на пол. Пэнси не обращала на них внимания, перелистывая страницы. Когда она остановилась и протяжно вздохнула, оба мужчины замерли. Пэнси медленно повернулась на ногах Блейза. Она взяла его за подбородок и заглянула в глаза. — Вот это. Это. Ты делаешь это. Драко взял скетчбук. Трепет, как от книжных страниц на ветру, зелено-голубой фон. Волны темных локонов, созвездие, маленькие золотые искорки. Драко провел рукой по воздуху над акварельным рисунком, боясь коснуться страницы и, возможно, испортить ее. Это было идеальное изображение Гермионы. Он хотел похвалить высочайшее мастерство, но не был в состоянии вымолвить ни слова. Все, что он мог, это с благоговением смотреть на эскиз. Через несколько мгновений лицо Блейза потемнело, на его высоких скулах появился оттенок бордового цвета. — Да ерунда. Пробую новый стиль. Просто экспериментирую. Я знаю, тут есть цвет, а ты не любишь такое в своих тату, но я подумал… Послушай, ты же не хочешь сказать… Ты не обязан… Драко, не глядя, протянул руку и закрыл Блейзу рот. — Паркс. Где лучше набить? — Над твоим сердцем, дорогой. Где же еще? Блейз потянул ладонь Драко вниз, крепко сжав его пальцы. — Тебе нравится? — Это прекрасно. Прямо как она. Я заплачу, сколько захочешь. Блейз взял альбом и аккуратно положил его на низкий столик рядом с диваном. — Приведи ее в студию как-нибудь. Пусть сначала посмотрит, — он ухмыльнулся Драко. — Если дело касается ее, она и должна утвердить, верно? — Это всегда ее выбор, — Драко допил свой виски и поставил стакан на пол, чтобы размяться. — Когда дело будет закрыто и мы примем еще несколько решений относительно наших отношений, тогда и посмотрим. — И ты должен позволить мне немного поработать над драконом. Думаю, я смогу сделать так, чтобы его хвост полностью обхватывал твою талию. Я проверил несколько чар. Со временем хочу заставить его забираться к тебе на плечо и возвращаться на место. — Может быть. Но не в эти выходные. Мы готовим ловушку. — Значит, вы уже совсем близко? — спросила Пэнси, сняв туфли и пошевелив пальцами перед Драко. Он взял ее ноги и начал массажировать ступни знакомыми, неосознанными движениями. — Гермиона будет притворяться, что у нее мини-каникулы. Сядет утром на поезд и поедет в Йорк. Как маггла. Мои стажеры будут следить за ней, а я одолжу пару человек из третьего отряда, чтобы помочь. Я слишком выделяюсь. Блейз фыркнул. — Нет! Люди тебя замечают? Никогда бы не подумал. — Он же совсем заурядный, — протянула Пэнси, закрывая глаза, пока Драко продолжал массировать ее ступни. — Под два метра ростом. Итальянские костюмы. Татуировки. Отлично сливается с толпой. Вот почему он эксгибиционист. Хочет все внимание на себя. Он боится, что иначе на него никто не взглянет. Она приоткрыла один глаз и уставилась на Драко. — И раз уж я упомянула о твоих извращенных сексуальных предпочтениях, вы двое уже устроили представление в клубе? — Не твое дело. — Значит, да, — отозвался Блейз. Пэнси усмехнулась. — Это правда, что у нее нет рвотного рефлекса? Лицо Драко мгновенно окрасилось в ярко-розовый цвет. Блейз застонал. — Это определенно «да». — Ненавижу вас. Пойду заведу себе новых друзей, — Драко подождал, пока Блейз и Пэнси перестанут корчить ему рожи, а затем одарил их широкой и озорной улыбкой. — Да, это правда. Блейз присвистнул. — Впечатляет. Никогда с ней не расставайся. — Я и не намеревался. Не уверен, что за эмоции я испытываю в последнее время, но, возможно, это счастье. Я не хочу его спугнуть. Пэнси вернулась на свободное место на диване. — Это счастье. Ты счастлив. Я счастлива за тебя. Мы счастливы за тебя. У тебя прекрасная жизнь. — Ну, не знаю насчет этого, — начал Драко. Пэнси погладила его по щеке. — Дорогой. Ты влюблен в женщину, о которой мечтал долгие годы. И она любит тебя в ответ. И, как я слышала, у вас потрясающий секс. — Тебя полностью оправдали, — поддержал Блейз. — Ты исключен из списка Темных магов. И тебя повысили, сержант-аврор Малфой. — Но самое главное, у тебя есть мы! — Пэнси жестом показала на себя и Блейза. — Два лучших друга во всем мире. Что еще может определять идеальную жизнь? Драко улыбнулся. Он снова устроился на диване, а Блейз и Пэнси прислонились к нему по бокам, взяли его за руки, затем через него потянулись друг к другу, соединив их троих в круг. Он вспомнил несколько вечеров в общей комнате Слизерина, когда они сидели вот так, глядя на огонь, и их поддержка сохраняла его в здравом уме, пока он пытался выполнить свое задание. У него была свобода. У него были самые верные друзья. И у него наконец-то была Гермиона, его любовница и его возлюбленная. Драко закрыл глаза и кивнул. — Не буду спорить, — тихо сказал он, сжимая их ладони. — Все почти идеально. И как только веревочный убийца окажется в Азкабане, Драко сможет убрать это «почти» из своей жизни.