На скорости

Читаем под все самые грязные песни группы Щенки!: Никогда Who`s Your Daddy? Грязь

Америка. Девяностые годы двадцатого века, расцвет криминальной культуры штатов. Его жизнь - словно несущаяся по автостраде спортивная машина. Поворот руля вправо, или влево означал неминуемую аварию на огромной скорости, он слишком сильно разогнался, чтобы останавливаться, педаль тормоза отсутствует, и он заказал себе билет в одну сторону, но кто сказал, что Би Хан не получает от всего этого мракобесия чистого вида удовольствие? Знойный августовский вечер. Солнце только катится за горизонт, лениво расплываясь по нему, плавясь словно масло на разгоряченной сковороде. Прошедший день испепелял своей тридцати семи градусной температурой “законопослушных” граждан штата Техаса, известного в преступных кругах города Хьюстона, где в основном “Латиносы” как их презрительно называл Би Хан, проворачивали свои грязные делишки, связанные с внутренними органами во всех смыслах, травой и первоклассными Португальскими шалавами с симпатичными смуглыми личиками. Но заинтересован был грандмастер только во втором. Потому что, органы вырезанные в притоне у первого попавшегося под тупой скальпель героинового наркомана его не интересовали, да и доверять Мексиканским барыгам - себе дороже. Они за лишний грош, или настоящий, неподдельный паспорт гражданина штатов готовы мать родную продать, которые уверяли, что все чисто и доноры, словно Японские коровки для премиум стейков - содержались чуть ли не в Эдемском саду, где ангелы натирали им стопы и мяли пузико перед резней. А вот, что касается молодых Португалочек, то все до банального просто - отношения, половые или романтические мешают, и стопорят работу Китайской мафии под главенством носителя много говорящего титула "Саб-Зиро". Он не готов был привязываться к бляди, а потом, со временем смягчаться. Его холодная рука обязана сжимать горло всем граничащим картелям, держать словно бешеных шавок на цепи. Время от времени как голодных псов из преисподней спускал на своих конкурентов. А раньше ведь, группировка величавшая себя “Лин Куэй” базировалась в Китайском районе Ганконга, в стремительно скребущимися вверх небоскребами, но так же имела Американские предпосылки из за смешанного брака предыдущего главы - чистого Китайца и его первой жены- Американки. Сейчас в дань матери Би Хан перенес место раскрытия группировки в штаты, к тому же жирным плюсом является бурно развивающаяся экономика, а также множество выгодных связей в стране всего мира, куда стекались все умы, люди и деньги. Сын первого брака, который в итоге получил главенствование клана через пот, боль и вечное неудовлетворение отца, который пытался убрать первенца с “шахматной доски” его игры. Слишком пылкий, неуправляемый и безбашенный пацан крушил каждого, кто стоял на пути к его идеальному видению Лин Куэй, а когда отец женился второй раз, нарушив традиционные принципы одноженства и вдовцов прочно закрепленном при Китайском дворе, в почтении памяти первой жены он потерял всякое уважение к кровному отцу. Вторая же женщина была в два раза младше уже зрелого мужчины на закате, родила ему второго сына, на четыре года моложе первого, выставив его кандидатуру на роль преемника грандмастера, но хоть здесь сохранилась справедливость и в юношестве Би Хан отстоял свое право на “престол”, которое в принципе еще более молодой Куаль и не хотел забирать. Тяготы главы не для него, он более изнеженный, мягкий. Саб-Зиро ненавидело все отцовское и материнское древо, никто не мог его терпеть, и он смиренно ненавидел их в ответ, клялся, что придет день, и он всех перебьет к чертовой матери, и даже не стесняясь прямолинейно и честно признавался в этом всем. Увы он не исполнил своих клятв. Отец скончался из за осложнений астмы, которую передал по генам сыну, добавляя еще одну причину ненависти к старику. А мачеха молода, здорова и после смерти мужа осталась в Гонконге под защитой Китайских ассасинов. Перед смертью грандмастер начал играть роль “хорошего папочки”, чтобы на том свете, Будда переродил его в богатенького чинушу, чтобы жизнь была сладка как майский мед. Хоть и Би Хан был уверенным буддистом, он куда вернее вере, чем покойный отец, и был уверен, что тот стал грязным червем на обочине следующей жизни. Он всегда хотел казаться лучше чем есть, всегда был хитрым, но на удивление искренне любил своего второго сына и вторую жену. Первая “любовь” была как страшный сон, по обязательству перед Американскими гангстерами, у которых он брал кругленькую сумму в долг, а та была красива словно ангел: Американка с молочно-белой кожей вызывала черную зависть у партнеров грандмастера, все строили ей глазки, и грандмастер гордился своей “куколкой”, но Американка имела жаркий пыл, строгий и привередливый характер. Она была холодна и неприступна, и порой казалось, что именно она - главный стальной штык клана, своими трезвыми мыслями и расчетами. Тогда понятие “феминизм” было еще не так широко раскрыто, но эта женщина была оплотом всех здравых идей этого движения, по настоящему независимая представительница самого свободного государства света. Внутри клана ходили слушки, что женщина всего раз легла под главу клана, принципиально только для того, чтобы зачать ребенка, и ни разу больше. Би Хан души в матери не чаял, и это было взаимно. Двадцатишестилетний мужчина выглядит слишком хорош для своих и так молодых годов, взял от матери идеальный покров кожи, молочную, мягкую и нежную, но взамен позаимствовал ломкие локоны и усыпанное родинками лицо. Он был слишком обворожителен для устрашающего главы мафии, но решал он вопросы не мордашкой, а словами и оружием, так что предвзятое отношение из за своей внешности он пресекал на корню, комментарии к ней расценивая как личное оскорбление вне зависимости от их характера и посыла. Слишком трепетно относится к наследству матери внутри себя, на генетическом уровне неся ее знамя за собой. От доминантных генов отца нахватался азиатской внешности, с небольшой американской примесью в виде характерной, крайне лучезарной улыбкой и ямочек на щеках при ней, но об этом никогда никогда не скажет, потому что грандмастер никогда не улыбается. Хоть его тело пропиталось запахом крови, пота и адреналина, он всегда пользовался дорогими туалетными водами итальянских парфюмеров. Французские попросту не признавал, как и не признавал Париж - как столицу моды. Чушь и бред собачий, он был по деловым вопросом в “столице моды”, и даже вспоминать не желает, насколько там грязно, насколько много мигрантов слезно молящих милостыню от которых ему еще противнее, как там отвратительно пахнет канализацией словно в дремучее средневековье. Он не белоручка, но он сноб. Он не побрезгует копаться в органах, разбирать еще живое человеческое тело по частям, как хирург идеально выбивая каждую косточку из суставчика, выворачивая хрящики под истошные крики, пробуждая в нем садисткие нотки, с упоением слушая мольбы, но убеждение буддизму заставляло его лишать жизни…Более “гуманным” способом, он всегда замаливал всех умерших, записывал имена всех погибших от лично своей руки в толстенький блокнотик, с красной, кожаной обложкой который всегда носил во внутреннем кармане кожанки, и проявление такого “покаяния” не было жалкой попыткой искупить вину, он знал, что является самым настоящим ребенком Сатаны, но следовать за религией ему то не мешало. После его работы никогда не оставалось следов - не любил грязь и лишние языки. Дети, женщины, старики или мужчины - роли не имело. Он не имел авторитета ни перед кем во время своей грязненькой работенки, которая обеспечивала в первую очередь собственную безопасность, и безопасность братьев, не родных: сводного и приемного, но обоих любил, маниакально делая все, чтобы оба не повторили участь старшего. Тяжелую, скоротечную жизнь завещая им умереть в кругу семьи. Но его всегда раздражало, когда Куай Лян и Томаш называли его “братом”. Ни брат он им и никогда не будет, он им: друг, семья, но не родная. Он всегда игнорировал обращение к себе как к “брату”, особенно от Тамаша, потому что тот точно не кровный, их связывает только принадлежность Томаша к клану и привязанность сформированная со временем. А вот Куайю, изредка допускал обращение “брат”, когда рядом не было Варбадры, чтобы тому не было обидно еще сильнее от такой несправедливости. Кто бы знал, что так трепетно любящий старший брат сейчас гонит на заниженном, белом Ниссане по встречке, чтобы догнать классический Американский пикапчик, невзрачный, красный стремительно приближающийся к границе с Мексикой, чтобы распластать мозги любимого братца по капоту с помощью коповского глока. Би Хан совершенно не замечал красные светофоры, пешеходов, словно король дороги гнал так быстро, как позволял мотор Японской кобылки под аккомпанемент рок-н-рольной радио-станции, которую ловила самая современная магнитола на девяностые года. Он огромный ценитель музыки, так что не простил бы себе второсортные колонки в салоне, которые были бы неспособны перебить шумные мысли в голове, не дающие покоя, словно белый шум, их невозможно разобрать, но они нагружают кипящие мозги. Агрессивная музыка била по перепонкам пока он мастерски крутил кожаный руль между длинных пальцев, выкручивая его на резких поворотах гоня под двести километров в час на почти безжизненной трассе. Би Хан водил то ли как господь, толи как умалишенный. Чаще всего в шутку склонялся ко второму, оправдывая то,что все еще жив тем, что его сохраняет господь, или, что вероятнее всего - маленькая фотография матери в бардачке, которая следит за родной кровинкой с неба, не дай боже, чтобы с ее любимым сыночком хоть что то произойдет- эта женщина превратиться из грациозной кошки в адскую гончую. Открытые окна позволяли ветру буквально шлепать своими потоками грандмастера по лицу, заставляли дергаться в припадке вонючку на лобовом стекле с ароматом вишни и мяты и его выбивающиеся локоны на лице, которые он в спешке затолкал в неаккуратный пучок, все время маячивших перед глазами. Времени, чтобы убрать их нет - уберет руки с руля, точно слетит с трассы и разобьется, и он будто бы не против этой участи, но в начале он должен убить прежде чем быть убитым - негласная ксива. Еще не поздно пополнить “клуб двадцать семь” своей незаурядной персоной. А по какой же причине он в такой мании хочет убить того, кого всем сердцем любит, так, как любил только усопшую мать? Все просто: птички напели, что брат собирается в Мексику, поездка в которую всегда была строжайшим табу для родни Саб-Зиро. Он никогда не позволял Томашу и Куайю без личного сопровождения посещать “таколенд”, потому что там, засадить пулю в голову им было проще простого, и Куай на пару с Ханом это знали лучше других. Если в Америке ношение оружия было законным, то там было незаконно не носить с собой даже самый задроченный годами ствол деда состоящего при жизни в разведке второй мировой. Хоть и грубо, но по своему так он выражал свою обеспокоенность, запретами, но во первых как глава клана право имел, как минимум для Томаша, которому было всего пятнадцать, который в целом то его и не ослушивается, испытывал крайнюю степень уважение к “старшему брату”, романтизировал его жизнь, как бы не хотел разбивать его очки-сердечки Би Хан, Куай строго настрого запрещал ему это делать, наказывая оставить Томашу детство, и он сглотнув ком в горле, который сиюсекундно появлялся, когда брат включал “командирский” режим и повиновался, делая страдальческий вид. Но часто сам назло делал что то Скорпиону, чтобы он опять скомандовал грандмастером, как безмозглой марионеткой. Порой Би Хану просто жизненно необходимо было кому то повиноваться, за кем то идти, и кого то возжелать, и кандидатура младшего брата всецело подходила. Порой он размышлял, под кого из мужчин своего клана мог бы лечь, и в голову всегда приходил сводный брат, он был крупнее, выше...Но не сильнее, все таки Би Хан в легкую мог заломить его руки за спину и опрокинуть на пол, но это различие в комплектации его дико возбуждало, будоражило разум. За каждым успешным правителем, стоит успешный секретарь - любовник, и этим любовником был Куаль - чертовски горячий, манящий и обжигающий, только его. Так почему Би Хан так ненавидит Мексику, и в особенности мексиканские картели? Все до банального просто. Люди которые там состоят просто дьяволы во плоти, никакой чести, репутации. Они как грязные грифоны-падальщики, делают всю грязную работу за гроши, не брезгуют ничем. Родственные связи, честь и все остальное - пустой звук для множества гангстеров там. Если Лин Куэй работали много лет на честь и репутацию, чем гордился Саб-Зиро, который всегда жизнью ручался за качество любого поставляемого ими товара, который в основном состоял из первоклассных киллеров, чистого кокаина и премиумных наркотиков. Раньше, всего с десяток лет назад в каталоге клана числились только киллеры, но веские изменения в направлении развития “бизнеса” внес новый грандмастер, поднимая клан из поднебесной. Ему много раз предъявляли за “отравление” Американской молодежи, но Би Хан каверзно отвечал, что :” не собирается быть мамочкой, которая будет подтирать слюнки студентишкам, которые не могут уследить за собственной жизнь и лезут к веществам”. Он понимал, что наркотики - яд, поэтому внутри клана действовало жесткое табу на все психотропные вещества, включая алкоголь, который Би Хан считал похлеще наркотиков, потому что именно спиртосодержащие напитки - настоящий яд, и пусть сухой закон некогда ограничивал его потребление, люди утопали в алкоголизме, превращаясь в падших отбросов. Но он спускал в рук редкие праздники И все таки как говориться, лучше распивать спиртное дома, чем в грязной подворотне , где позволял подчиненным пить, а брату…Брату тот не укажет, хоть и чисто технически Куай в клане, имел строгое воспитание, навыки ассасина и спец.подготовку находясь под прямым влиянием и надзором Би Хана, но имел право ослушаться старшего, но делал это в исключительной необходимости, тесно симбиозируя со старшим. И это обернулось молодому грандмастеру боком. Двадцатипятилетний Би Хан поплатился за свою ошибку много лет назад - не бдительность, шрамом на глазу брата, который тот получил гуляя по Мексиканским фавелам, когда старший решал вопросы, взяв напросившегося пацана с собой, уже не имея сил терпеть его нытье. Он все еще чувствует вину, все еще каждый раз вымаливает прощения у уже давно простившего его брата, чувствуя тяготу ответственности. Запах жженой резины, которая катала по нагретой трассе, стирая новенькие, летние шины об разбитую, сельскую дорогу, где видимо покрытие и разметки не обновлялись с того момента, когда они проложили ее бил в нос Би Хану. Было сразу видно, что трасса безжизненная, потому, что она вся засыпана пылью и песком. За закрытыми, до невозможного затонированными окнами мелькали семейные ранчо, животные без страха паслись прямо у обочины и…Би Хан прищурился, его и так херовое зрение и черные окна делали его буквально суецидником на дороге, потому что он даже очертания еле видел, но вдали была заметна темная фигура. Человек? Неважно, останавливаться он не собирается, лишь чуть сбросив скорость он выкрутил руль влево, проезжаясь боковыми колесами по обочине, но объект все таки объехал, сегодня на одну жертву меньше. Уже отъехав от места возможного ДТП он открыл окно, выглянул из него и заметил, что никем иным как собакой, оказался тот темный элемент, которая продолжила в недоумении стоять с языком наперевес и идиотски махать пушистым хвостом. Би Хан страдальчески простонал, вжимаясь в кресло и вдавливая газ в пол. На периферии зрения, поодаль к горизонту он заметил машину, к которой с скоростью приближался. Сомнений не было, этот пикап именно такой, который он выслеживал. Белый Ниссан прибавил скорости, обгоняя за доли секунды авто недавно колесящее спереди, бешено резко подрезая машину, отъехал и затормозил, развернувшись горизонтально по направлению вертикальной трассе. -Вот же сукин сын- На выдохе сказал Хан, сильнее сжимая обивку руля в потных ладошках. Он выключил радио, дрожащие от волнения и стресса ладони потянулись к волосам, которые он аккуратно поправил, заправляя надоедливые пряди за уши, приглядываясь в зеркало заднего вида, есть ли движение по встречке, но не заметив такового он рвано выдохнул. Достав пачку сигар из портмоне, вытащив одну толстую, Кубинскую и поджег ее зажигалкой. Дымок с вишневым флером сразу пошел по всему салону, так что Би Хан торопливо вышел из автомобиля, чтобы не провонять такой любимый салон. Ему не хотелось этого делать, но он должен был. А что же делал Скорпион, пока любимый братец в истерике искал его по всему Техасу за те несколько часов его пропажи с радаров? -Приехали…- Злостно прошипел Лян, заприметив на стекле заднего вида, как к пикапу сзади приближается словно знакомый заниженный Ниссан, но что то в нем не так...Номеров не было. Ударяя руль ладонью, со всей силы давил ногами на газ, но старая рухлядь выше сотни не разгонялась, счетчик застрял на девяноста семи километрах в час. Девушка сидящая на втором переднем сидении вжалась в кресло, вскинув бровь непонимающе смотрела на водителя. -Что значит “приехали”- Непонимающе, с толикой претензии просила азиатской внешности брюнетка. Пока не заметив белое авто догоняющее их. А когда водитель ясно дал понять, что дальше дорога закрыта перегородив путь, то Куай покорно остановил пикап, собирался выйти из машины, но девушка схватила его за запястье, когда он отстегнул ремень безопасности. Неодобрительно покачала головой, и строго наказала ему оставаться в авто. Пока Ниссан стоял, и из автомобиля никто не выходил, Куайю казалось, что проходили часы, но нет, на деле пара секунд и…Из машины вышел высокий, складный и крепкий по силуэту мужчина, Лян сразу понял, кто это. Его карие глаза в удивлении раскрылись, рот застыл так, словно он что то хотел сказать, крайне возмущенный ситуацией. -Твою мать…-Безнадежно выругался младший, откидываясь на кресле. Би Хан мерно потягивал сигарету, крутя ее меж пальцев, глядя через лобовое на пассажиров, зрительно оценивая ситуацию прежде чем действовать пару раз оглянулся по сторонам, зажимая сигарету в руках он отдернул темно-коричневую кожанку итальянского модного дома и из внутреннего кармана вальяжно вытащил пистолет, крутя его на пальцах, демонстративно, давал понять что тут их остановочка. Два точных выстрела пробили передние колеса красного пикапа, теперь точно. Мужчина медленно, словно пантера которая возжелала сыграть с жертвой подкрадывался к пикапу. Встав вплотную к нему сборку, провел длинными пальцами по капоту, постукивая ноготками по красному, местами ржавому металлу, не разрывая зрительный контакт с братом, требовательно и надменно смотрел прямо в глаза тому, слегка вскинув острые, тонкие брови кверху в легком разочаровании кривил губы. Не переставал вызывающе крутить пистолет на пальце у курка. Играл на нервах сидящих как на иголках в салоне людей. Наконец закончив зрительную пытку он прошел к водительской дверце, подергав ручку недовольно скривил губы и хмуро глянул на водителя, пока еще предупредительно. Постучав дулом по стеклу, дребезжание которого раздалось внутри и снаружи авто. Куай знал, что если человек с оружием велит что то сделать, то ты должен делать не колебаясь, выучил как мантру. Щелчок замка, дверь распахнулась. Би Хан отошел, не сводя наставленного дула пистолета с лица брата, держал на мушке - на коротком поводке звучно сглотнул, когда брат подняв руки, медленно вышел из авто под буквально, ахуевший взгляд азиатки, которая провожала его глазами. -Зачем ты приехал - Осторожно спросил Куай, поравнявшись с чуть более низким братом, ногой прикрывая дверь, чтобы попутчица не слышала их грядущего диалога. -А то ты не знаешь - Бархатно усмехнувшись сказал Хан, с полуулыбкой на лице, ехидничал скотина. От чего у Куайя внутри все вывернулось, перевернулось и ноги предательски подкосились. Холодный ствол вжимался в затылок, это не казалось ребяческой игрой, казалось, что вот он, прямо сейчас спустит курок и мозги Куайя расползуться по всей машине, сливаясь с оттенком, а потом он увезет в дремучие Техасские леса и закопает под сосной. Парни немного отошли от машины, в молчании подходили к Ниссану без номеров, как тут, неожиданно для обоих вновь раздался щелчок замка, невысокая девушка выскочил из машины, и стремительно направилась в сторону парней, очень опрометчивый поступок. Потому что ствол Би Хан своевременно направил прямо на нее, совершенно не поколебавшись, уже зажимая палец на курке, с секунды на секунду выстрелит. -Кто ты черт подери такой! Убери руки от Куайя! - - Грозно заглаголила девушка, не отойдя ни на дюйм назад, сверлила невозмутимого Саб-Зиро глазами. Мужчину удивила такая стойкость девушки, он ожидал, что та сбежит, завопит, но точно не пойдет на человека со стволом практически впритык…И все таки, она - не жилец, заказала себе билет в один конец, так нагло выступая перед гангстером. -А ты вообще кто такая?- Ответил на вопрос вопросом Би Хан, изогнув бровь, возмущенно приподнимая голову. Куай времени не терял. Мужчина устало вздохнул, расслабил плечи и протер глаза, словно он, будучи занятым и взрослым человеком играл с безмозглыми детьми. -В общем, честно, мне максимально насрать. Либо я тебя сейчас пристрелю здесь, либо ты садишься в машину и не тявкаешь, понятно? - - Девушка возмущенно открыла рот, сделал еще пару шагов навстречу, но глянув на Куайя, который активно кивал ей, подавая сигналы того, что дальше ей идти не стоит сказал: -Харуми, зайди в салон…Все под контролем, он мой партнер, не повредит- Своим спокойным, мягким и вкрадчивым голосом сказал Скорпион, настороженно поглядывая на напряженного мужчину рядом. Терпение Би Хана кончалось, он не собирался долго торчать тут. Он резко поднял ствол вверх, и выстрелил в небо, отчего по всей округе раздался оглушительный хлопок. Девушка съежилась, делая механически пару шагов назад, упираясь в пикап, и в смятении глянула на действительно опасного человека. Куай видимо вздрогнул, что заметил грандмастер, у которого ни мышцы не вздрогнуло. Звон стволов сопровождал его с младенчества, он спокойно мог уснуть при желании в разгаре перестрелки, данные звуки его никогда не напрягали. -Это был предупредительный, если кто то не понял, следующую пулю я пускаю на поражение - Заявил Би Хан, глазами провожая девушку, которая осторожно залезла в салон. Куай достал ключи и заблокировал автомобиль, на всякий случай. Старший брат повел его в салон своей белой ласточки, там было тесно. Молочная обивка кресел, и вставки из красного, лакированного дерева делали внутренности авто достаточно дорогими, симпатичными и навевали чем то премиумным. Салон Би Хан содержал в чистоте всегда. Парни сели в машину, старший на водительское, а младший на переднее рядом. Куай кажется забыл как дышать, молчал, пытаясь вздыхать как можно тише, но получалось с точностью наоборот, из за стресса он в припадке хватал воздух ноздрями, пока не послышался глубокий вздох старшего рядом, периферийным взглядом он заметил, как мужчина слегка подтянулся к нему и приставил ствол к виску, повернув голову в его сторону и оценивающе оглядывая азиата в красной ветровке. -Я прострелю твои ебаные мозги, даже не моргнув глазом, и хер я положу на то, что мы с тобой братья, я ясно выразился?- Задав риторический вопрос, спокойно отозвался Би Хан, не спуская взгляда с брата. В голове у старшего был полный хаос, он не понимал, почему младший брат так с ним поступил, почему вынуждает его на такие крайние меры, вынуждает проявлять свою жесткую натуру на самом родном и близком человеке, оставшимся на этом свете живым, пока. Он скоро это исправит. -Я просто не понимаю, ты что…Серьезно решил меня наебать?- Продолжил свой монолог Би Хан, сильнее вжимая ствол в голову тому, от накапливающейся, распирающей изнутри ярости, непонимания и банального нежелания разбираться в ситуации, нужно было выпустить пар, здесь и сейчас. Физиономией Би Хана можно было напугать детей, беременных женщин , нестабильно физических людей, верующих и неверующих, каждого жителя внешнего мира и земного царства, да даже самого господа бога! -Ты все неправильно понял! Мне нужно было помочь близкой подруге..!- Приоткрыв рот на выдохе возразил Куай Лян, нахмурив брови, хотел повернуть голову в сторону старшего, но это будет роковой ошибкой увенчающейся дыркой в голове. -Серьезно? - Усмехнувшись в саркастичном тоне спросил Би Хан, приподнимая уголки губ в задорной ухмылке. -Может ты еще Мэрри Поппинс решил помочь, а?- Небрежно выплюнул старший, скривив тонкие губы в недовольстве. Крутя стволом у виска Скорпиона, гулял по тонких струнках нервов брата. С интересом наблюдая как страх нарастает на лице Куай Ляна, как он содрогается при каждом резком движении старшего. Как он зависит от Би Хана. Резко убрав давление с виска Скорпиона, от чего тот спокойно выдохнул, но спокойствие продлилось доли секунды. Потому, что резкая боль пронзила носовую перегородку Скорпиона, тупой удар прошелся по ней и из ноздрей хлынула кровь, пачкая лицо младшего, и частично салон автомобиля своими алыми брызгами контрастируя с белой обивкой внутренностенностей авто, от чего Саб- Зиро фыркнул, отоложив пистолет на переднюю панель, довольно наблюдал за съежившимся братом, который буквально вжался в кресло, в непонимании косился на старшего брата словно зверь забитый в углу, смотрящий на пожар приближающийся к его укрытию, неминуемо сжигающие все на своем пути. Становилось пиздецки душно, грудь Скорпиона видимо тяжело вздымалась вверх, пульс подскочил, а складка в паховой зоне джинс неприятно натирала постепенно нагревающийся член. Больно потираясь о ткань боксеров. Стыдливо прикусив губу он запрокинул голову наверх, щенячьими глазами смотрел на старшего брата, который словно на пойманном полу взгляде сразу догадался. -С этого дня ты не отойдешь от меня ни на метр! Я посажу тебя на хуеву цепь и буду водить на поводке…- Саб-Зиро протянулся через свое место к соседнему, ставя одно колено на водительское кресло. Опираясь рукой о дверцу авто, а второй сбоку кресла Скорпиона. Быстрым движением он защелкивает дверь изнутри ловкими пальцами, перекладывая ладонь на скулу Скорпиона, стирая большим пальцем кровь со щеки, размазывая ее по линии челюсти. Он замечает, как Скорпион приоткрыл пухлые губы, хотел было что то сказать, как Би Хан опередил его и тихо, губы в губы прошептал -А теперь ничего не говори, и целуй меня наконец…- Он прикрыл густыми ресницами карие глаза и подтянулся ближе, соприкасаясь губами с теплыми устами Скорпиона, трепетно и желанно сминая. Удивительно как такой жесткий и холодный человек, как Би Хан может с таким вожделением и искренним желанием целовать кого то, как стеснительная целка закрывая глаза, жмурясь словно целовался впервые, и так мастерски с первого раза. Талант - он талант во всем. Куай стремительно быстро включился в процесс, складывая руки на талии спрятанной за объемной рубашкой Саб-Зиро, сжимая бока между пальцев, чувствуя как старший кривится в поцелуе от сдавливающей боли, но не возражает, не отстраняется, крутясь в сильным руках брата. Хотя будь Би Хан в слегка другом настроении, он бы уничтожил Куай Ляна, испепелил и стер бы его с лица земли за то. Потому что видимо у младшего брата развился аутизм, ведь его руки полезли под рубашку заправленную в широкие брюки, ведь нарушать личное пространство старшего приравнивается к самоубийству. Хан спустя около минуты отстранился от Куайя, и они бы продолжили, если бы их не ограничивал объем легких, которые болезненно покалывали после тридцатой секунды ненасытного поедания друг друга устами, ненастные словно хищные звери. Би Хан чрезмерно терпеливый, но когда дела заходят в интимное русло, то он требовательный, быстрый и грубый. Скорпион ровно такой же как брат, пылко рвется вперед, прелюдия их похожи на борьбу без правил. Даже в таком любовном деле Би Хан - принципиальный сукин сын, находит повод для сражений даже там, где их и в помине не должно быть. Укусы, засосы и синяки усыпляют тела обоих мужчин цветущей на глазах красно-фиолетовой россыпью. Ни слова они не проронили, влажно целовались и лапали друг друга за все открытые части тела. Лян без какого либо зазрения совести буквально сорвал пуговки бархатной рубашки старшего, на что тот недовольно шипел, жаловался на то, насколько она ему нравилась, но резвому брату он прощал. Куай нравился ему куда больше честно признаться. Теплые руки Скорпиона скользнули по обнаженной ключице, оглаживая пальцами ключевые косточки, что так сексуально выпирали, выбивая из Би Хана томные вздохи в губы тому, бесстыдные и заводящие. Старший опустил взгляд на ширинку джинс Куайя, заметив как там нарастает давление, как за буквально минуты на относительно плоском месте вырос объемный бугор. -Тебя правда возбудил пистолет у виска?- Ехидно усмехнулся Би Хан, когда руки младшего опустились на его бедра, настойчиво усаживая брата на свои колени. Но старший отчаянно не поддавался, на зло сопротивлялся упираясь руками в плечи Скорпиона, глядя прямо в потемневшие омуты младшего, ища в них ответы на трепещущие вопросы, пытаясь предугадать его следующие выходки. И Би Хан готов был поклясться всем богам мира, что в этих глазах он видел что то настолько дикое и неудержимое, смертоносное ранее неизведанное человечеством, в этих глазах он видел чистейшую ненависть, злость с адской помесью с искренним вожделением, похотью и адреналином. Скорпион уткнулся лицом в упругие груди Би Хана, проводя языком по ложбинке между мышц, спускаясь ниже и ниже, что вызывало невесомую дрожь у старшего, который сильнее вжался в бедра снизу, потираясь промежностью в рефлекторном жесте, скулил. Скорпион поднял глаза, останавливая взгляд вновь на груди, цепляясь им за шрам справа. Он был очевидно не опрометчивым ранением, а намеренным нанесением рисунка на часть тела, остриём, и в узоре легко угадывалась эмблема клана Лин Куэй. Парень поднял слегка встревоженный взгляд в полные похоти глаза брата. Он прекрасно догадывался, откуда этот шрам но рушить атмосферу не решился, но спросит потом, точно. Махнув головой, скидывая все ненужные мысли, опустошая голову, чтобы ее заняла лишь одна персона - Би Хан. Хан вальяжно потянулся вперёд, вновь заключая губы младшего в влажный поцелуй. Но Куай не хотел останавливаться на классической его версии. Поглаживающими движениями переходя на округлые ягодицы, требовательно сжимая их между пальцев, чувствуя как мягкая кожа проминается под его нажимом. Старший недовольно замычал в губы тому, и этим шансом воспользовался Скорпион, проникая языком в открытый рот, что крайне удивило Хана, который совершенно не ожидал такой дерзости, злостно прикусив язык Куайя. Зато младший нетерпеливо шлепнул одну из ягодиц, сжимая их в ладонях ещё интенсивней, с огромным желанием пооттягивать упругую кожу, но не позволяла пока ткань брюк, которая может порваться, и это уже ему не простит грандмастер. Скорпион прервал поцелуй, поморщился и скривил губы в тонкую линию, хмуро глядел на явно раззадорившегося брата. Куай вытащил язык, который мгновениями ранее нагло укушен. Глядя на то, Би Хан лишь хрипло усмехнулся и ловким движением прокрутил ручку сбоку кресла, и толкнул Скорпиона назад, и из-за того, что кресло теперь раздвигалось полностью горизонтально Куай улегся на него. Би Хан придавил бедрами ноги Скорпиона, усаживаясь удобнее на них и руками уперся на грудь младшего. -Машина моя и правила мои - Промурлыкал старший, водя ладонями по серой, уже изрядно намокшей от пота майке. Резким движением руки оголяя крепкий пресс Куайя. Довольствуясь своей работой над его телом, личными тренировками, пальцами выводя узоры на выделяющихся кубиках, пошкребывая короткими ноготками от чего кожа в местах краснела. Девственно чистое от чернильных рисунков тело ему нравилось. Смуглая кожа контрастировала со своей, сравнительно призрачно-белой казалось вот вот и можно будет разглядеть все линии вен на его руке просвечивающиеся через тонкую кожу, которые к слову крайне набухли от напряжения итак выделяясь. Саб-Зиро выпрямил осанку, величественно восседая на коленях Скорпиона, который смотрел на него, словно на богему, на то, на чем держиться собственный мир, словно на трех титанических слонах но здесь картина чуть другая - его мир держался на широких плечах брата, которые он сейчас так сексуально оголяя, призрачно водил пальцами по татуированным мышцам шеи и плеч. Его рубашка словно ночь, темная и облачная, скрывающая за собой прекрасную звездную картину. Би Хану нравилось наблюдать, с каким аппетитом на него смотрит младший, он всегда ловил на себе взгляды зевак за свою красивую талию, за мужественные плечи и аристократические манеры не характерные мафиози. Но ему было плевать на все эти взгляды, ведь отвечал взаимностью только одним карим омутам. -Ты только одним своим взглядом меня раздеваешь - Расстегнув рубашку, но не сняв ее сказал старший, оставляя бархатную ткань прикрывать спину и просто висеть на сильных руках. -Я просто даже не верил, что такую красоту буду трахать - Приподнимая голову сказал Скорпион, довольно улыбаясь, расширенными до нельзя зрачками смотря на своего “бога”. -Будешь? - Наигранно возмущенно переспросил старший, приподнимая в удивлении тонкие брови, скрывая свой легкий смешок ладонью. Руки Саб-Зиро потянулись к поясу брюк, уверенными движениями он вытащил кожаную полосу из петельки и скинул элемент на водительское сиденье. Мучительно медленно приспуская брюки большими пальцами, смотря желающему брату прямо в глаза, впитывая его эмоции наслаждался. Кажется только когда они трахались, Саб-Зиро так много улыбался. Приподнявшись с бедер того он стянул брюки до колен. Скорпион в нетерпении прикусил губу, играя жевалками жалобно смотрел на брата, который видимо не насытился сладостной пыткой младшего. Спустив черные боксеры которые скрывали за собой аккуратный член, лобок мастерски выбрит и даже будто там волос не росло. Постепенно подбухавший, еще не полностью вставший ствол выглядел настолько аппетитно для Скорпиона, что он неосознанно облизаться, сглотнув образовавшийся ком в горле. Би Хан быстро справился с ширинкой и боксерами Куайя и взялся за оба члена своей ладонью, в которую оба еле помещались. Он играл прохладной ладонь со стволами, с усилием массируя их, уделяя внимание каждой проступающей венке, потирая члены друг об друга. Старший томно вздохнул, рот его открыт, а глаза слабо прикрыты. Это выражение лица заставляло Скорпиона довольно простонать в сомкнутыми губами, вжаться в кресло и удовлетворенно запрокинуть голову назад и просто наслаждаться таким моментом, который так редко и с таким потом и кровью достается младшему. Кажется, если бы Би Хан сейчас остановился, то Скорпион словно неадекватный насильно его принудил довести себя до оргазма прямо на собственных глазах, смотреть как он кончает, кривит лицо в блаженстве и закатывает глаза истерично глотая воздух. Что то под ребрами слишком сильно подает о себе знать, слишком сильно выбивается из грудной клетке, в ушах кровь не стучит, скорее барабанит. Би Хан активно надрачивает член Скорпиона, мастерски, словно занимался этим всю жизнь, хотя является как считал очень долго и в принципе продолжает так считать себя асексуальным, но эта асексуальность удивительно быстро перерастает в компании с Куай Ляном в пидора, причем во всех смыслах. Удивительно, как этот проницательный эгоист способен оставить свою “скромную” персону без стимуляции хоть на минуту, так увлеченно повторяя движения вверх вниз с чужим пенисом. Скорпион изнеможенно постанывал в такт движениям, прогибался в спине и тихо просил большего, шептал пошлости под нос, что дико заводило Би Хана, только ради этого его сильные ладони натирали чужую плоть. Он улыбался, смотря исключительно на налитый кровью член, изголодавшийся по родным ледяным рукам, которые вызывали странные ощущения, но от этих ощущений легкого покалывания у него развилась зависимость на ментальном и физическом уровне, он просто не воспринимал тепло других рук на своем члене. -Ну же…Давай блять…Просто сделай это - Шептал в бреду Скорпион, громко выстанывая имя старшего, оглушая весь салон машины своим теплым, искренним изнывающим голосом. Ладони сжимали оголенные ягодицы Хана, как он давно мечтал, видел во снах оттягивал податливые половинки в сторону, мял словно тесто, чувствуя как пальцы проваливаются в мягкие мышцы. Он сам начал активно вилять тазом, скользя членом по потным ладоням, нетерпеливо требуя заслуженный оргазм. Яйца скорпион ощущал скорее как надутые орехи со скорлупой, они трещали по швам и болезненно давали о себе знать. Би Хан играл с крепкими яичками словно с шариками, крутил между пальцев и оттягивал, порой так сильно, что они норовились оторваться, а Скорпион болезненно скулил поднимая оленьи глазки в глаза того, в которых сверкали садистские, пугающие нотки. -Твое тело прелестно чувствительно, и я уверен что ты готов сделать все чтобы насладиться оргазмом. Это отвратительно, удивительно и вместе с тем очаровательно.- Сделал вывод из представленной перед собой картиной Би Хан. -Ну же, тише… Ты ведь не хочешь, чтобы твоя подружка догадалась почему ты уже минут пятнадцать не выходишь из машины, я ведь прав?- Провокационно спросил мужчина после очередного звериного рыка младшего. -И ты ведь тоже меня любишь, сука, до дрожи. При чем за что? Такого мудака…- Сказал тот в вопросительном тоне, но ответа явно не ожидая от содрогающегося под собой тела. Он слегка придавил ладонью головку, потирая ее в круговой манере, от чего у Скорпиона буквально глаза заискрились, реснички видимо дрогнули и он открыл рот, в немом стоне. Оргазм накрыл с головой, он приподнялся на дрожащих локтях, усаживаясь на кресло уткнулся потным лбом в взмокшую грудь напротив, тяжело дыша в послевкусии бурных нескольких секунд, ради которых чуть не оказался убитым пулей пистолета. Опаляя груди тяжелым дыханием, чувствуя как руки Саб-Зиро еще ласкали извергающийся семенем член. -Учись пока я жив- Вздохнув, самодовольно хмыкнул Би Хан, выпрямив величественную осанку. Господи, как Скорпион любил это в характере старшего, как ему нравилась эта контрастность кровавого гангстера, и воспитанного аристократа. Как он манерно держал свою ровную спину, будоражило его мозги. -Ты испачкал мои брюки - Ласково прошептал Би Хан, от чего у Скорпиона словно вновь силы прилили, и он поднял голову ,смотря снизу вверх на брата, который уже переключился на себя. Лаская собственный член Саб-Зиро прикусил губу, чтобы лишний раз не издать звука, запрокинул голову назад, сдувая с лица лезущие локоны, видимо дрожал ерзая на чужих коленях. Младший от такого вида почувствовал как собственный член снова наливается теплом, ему чертовски мало. Он припадает к груди пухлыми губами, водит по черным драконам переходящим от предплечий к торсу, вылизывая каждый сантиметр. Водил носом по коже, нервно вбирая запах брата и выдыхая через рот, потом пробовал на вкус розовые горошины сосков. Покусывал, а потом бережно зализывал ощущая собственным телом, как тело напротив удовлетворенно подрагивает от его действий. Он аккуратно заламывает руки брата назад, запечатывая его запястья в своих ладонях, и опять положил свою голову на грудь того, слушая неровное сердцебиение так так до абсурдного нежно все делал, для такой откровенно грязной ситуации, словно в голове переключился рубильник на внимательного партнера со страстного любовника, что естественно не понял старший, вопросительно вскинул бровь такому неожиданному приливу любвеобильности брата, которая увы была не редкостью для нелюдимого старшего, которому оставалось лишь страдальчески вздохнуть, расслабиться и несколько секунд требовательно, но без укора смотреть на младшего брата, который с интересом, своими оленьими глазками рассматривал шрамированное тело Би Хана, и даже упомянутому стало неловко, от такого детального осмотра его груди. Их молчание ощущалось скорее как само собой разумеющееся, нежели что то неловкое, они часто молчали находясь друг с другом, просто наслаждаясь компанией. А время от времени обоих мужчин Хотя скорее Скорпиона прорывало, и они высказывали все, что случилось за неделю в мельчайших подробностях, и с таким же упоением слушали даже самые скучные истории друг друга. Потому что именно это можно назвать любой на химическом уровне, когда клетки дофамина и эндорфина тесно симбиозируют доставляя удовольствие серому веществу от самых мелочей для себя. -Мне не кажется, или твоя грудь стала больше?- После минутного молчания выдал Скорпион, чем нехило так смутил старшего, который лишь недовольно вздохнул и скривился, глянув в окно. Покраснел. Аж противно от самого себя, что ему слишком приятно слушать размеренный, теплый голос брата. Особенно в одобрительном тоне. Скорпион встряхнул бедрами, словно будя Саб-Зиро из своеобразного транса, глядящего в окно и он перевел свой взгляд на младшего, который пылко улыбался, не успел Би Хан вновь что то гадкое плюнуть в сторону раззадорившегося брата, как его нагло подхватывают под бедра и раскладывают на передней панели спиной к ней. Брат вжимается стояком в промежность старшего, на что тот удивленно ахает, ухватывается за плечи Куайя и возмущенно хмурит брови. - Уже выдохся, а?- Ехидно спрашивает Куай, потирая членом о набухшую дырочку, оттягивая ягодицы в стороны, отчего Би Хан щурится и шипит, по собачьи оголяя розовые десна, оскалившись. Куай держал одной рукой Саб-Зиро под ягодицы, и тот прекрасно понимал - если отпустит шею Скорпиона - точно упадет, так что в его же интересах было висеть на бедрах младшего, обвивая их собственными ногами. И это больше всего бесило, бесило зависеть от кого то, не является центром. Пальцем Куай провел по анусу, от чего он сжался внутрь. Еще несколько секунд подразнив сфинктер он открыл бардачок авто, в слепую порыскав рукой там он нащупал мягкий тюбик и пачку чего то, предположительно презервативов. Достав набранное из за спины брата он оглядел находки: тюбик крема для рук, идеально, а второе…Пачка сигарет, ничего нового он на самом деле этого и ожидал. Подняв проницательный, корящий взгляд на брата, который повел глазами в мученском недовольствие очередного упрека брата в сторону собственного пристрастия к курению. В который раз. Скорпион вновь опустил руку в бардачок, раскидывая все что там было в хаотичном образе, что прекрасно слышал Би Хан, и раздраженно подал голос.- Прекрати копаться там, я только недавно убирался в бардачке! - Я думаю, после этого дня ты устанешь отдраивать свою машинку, потому что я планирую тебя либо убить, либо обкончать с ног до головы- Усмехнулся Куай, доставая уже пачку презервативов, крутя коробочку фиолетового цвета между пальцев. -Закрой пасть блять- Злобно шикнул Саб- Зиро глядя на упаковку. -И часто ты трахаешься в машине? - Провокационно спросил парень. Скорпион уже влился в атмосферу, переходя на более тихий, интимный тон, положив пачку на панель и взял в руки тюбик крема, надавливая на него, выдавливая содержимое на два пальца. Би Хан пристально за этим всем наблюдал, не отводя глаза в предвкушении облизывая сухие губы. Би хан раздраженно закатил глаза и громко вздохнул, устало цедя рык через плотно сомкнутые губы. Пальцы скользнули по сжатому колечку, настойчиво проталкиваясь внутрь, водя кончиками по стенкам. Желания и времени играться не было. Он постепенно погружал фаланги пальцев в теплое нутро, тугое и невероятно узкое. С момента их последнего секса прошло не меньше недели, грандмастер слишком занят для таких плотских утех. Би Хан нервно сжал волосы на затылке младшего, оттягивая неуклюжую гульку на голове назад, расплетая шикарные, пышные кудри, отчаянно хватаясь за них. Откинул голову на лобовое стекло и поджал ноги закрепленные на талии младшего, таким образом заставляя его сильнее притираться к себе. Растяжка проходила медленно, от того не так комфортно как хотелось бы, но Би Хан мужественно, если последнее качество можно представить в такой ситуации терпел. Куай честно признаться не особо умел делать растяжку, он обычно приходил на готовенькое, брат всегда подготавливался заранее, так что мороки с этим не было как минимум у младшего, хотя, на самом деле всегда было интересно какого это. Пристально смотря на лицо старшего, которое он так старался спрятать сильнее запрокидывая голову назад, отчего ярко выраженный кадык выбивался ещё сильнее, что сподвигнуло Куайя слегка подкинуть брата в руках и поудобнее ухватиться, прижался впритык. Наклоняясь к Хану он оставил влажную дорожку поцелуев на татуированной шее мафиози. Особенное внимание уделяя кадыку, посасывал его и игрался, чувствуя как он вибрирует при довольном мычании старшего. На самом деле Куай хотел закончить буквально через пять минут растяжки, почувствовав свободное пространство когда разводил пальцы в манере ножниц внутри, но Би Хан, своим классическим приказным тоном запретил ему заканчивать растяжку, говоря мол:”-Раз начал - доводи до конца”. И после этих слов Куай завелся еще сильнее, шаткие винтики в голове словно вылетели из его мозгов и он начал нетерпеливо вставлять пальцы по самые костяшки, буквально вырывая стон за стоном из глотки старшего. -Считай это своим скидочным купоном в рай- Тихо прохрипел Би Хан, когда влажные пальцы с громким чавканьем вышли из ануса, а к расширенному колечку мышц подставили разбухшую головку. Надавливая членом в нутро, дразнил входя на пол мошонки в узкую дырочку. Под унисонный стон обоих Куай протолкался вперед, обеими руками держа крепкие бедра, покачивая их вперед назад, словно на качелях насаживая на свой член. Постепенно наращивая темп под аккомпанемент громкого хлопанья кожи о кожу. Куай звонко стонал на выдохе, хрипел и запрокидывал голову когда в очередной раз входил на половину в гостеприимную задницу, выходил, вновь и вновь повторяя свои действия словно на автомате, как робот для выполнения поставленной задачи, а вознаграждением были хриплые постанывание брата, который на физическом уровне уже не мог выдерживать постыдные звуки из глотки, весь красный с открытым ртом просто принимал свою участь быть оттраханным в собственной машине, хотя даже и не предполагал, что этот день закончится именно таким образом. Он упустил нить, когда спустил братца с поводка и тот обнаглел в концы. -Трахать тебя, словно ебать картину Ван Гога, если у “Звездной ночи” была задница- Воодушевленно сравнил с произведением искусства брата Куай. -Все, все прекращай… Заканчивай, блять- Истошно простонал грандмастер чувствуя как бабочки в его животе просто уничтожены активным вдалбливание в нутро, он чувствует как разгоряченный член буквально проживает его изнутри, будоражит и заставляет плавиться на себе. Куай не игнорирует эти мольбы, но делает по своему, он прижимается к брату всем телом, вдавливая его в пластиковую панель. Би Хан поджал губы, набрал воздуха в легкие и терпения в голову. Быстро, оборвано дыша чувствуя, как брат буквально втирается в него всем телом, видимо желая слиться в одно целое, стать симбиозом. Выходит из анала под благодарственный выдох старшего. -Тебя ведь возбуждает тот факт, что на нас сейчас смотрят, да?- Би Хан не успел сообразить, когда брат оказался так близко к его уху, опаляя своим разгоряченным дыханием, и хриплым баритоном. Куайю не нужен был ответ, этим послужил сладкий стон прозвучавший из уст брата. Он вновь пронзил обмякшее тело, входя в него до конца, чувствуя как яйца бьются о бедра, как вокруг него ласково сжимается колечко мышц. А на живот плещет вязкая жидкость под мычание Би Хана. Он проводит пальцами по его животу, из за чего у Би Хана уже рефлекторно подкашиваются ноги, сжимая пальцы на них. -Довел меня сукин сын…- Устало сказал Хан, на что Куай лишь усмехнулся. -Я еще не закончил- Схватив брата под задницу промурлыкал Куай, игриво смотря на недоумевающего Хана, которому такой расклад явно не нравится. Он бережно кладет старшего животом вниз на разложенное кресло и сжимается в него сзади, водя членом по ложбинке между ягодицами и поясницей. Оперативно стянув презерватив он открыл окно и выбросил его на обочину, не заботясь о дальнейшей участи гандона. Потянулся к пачке и с досадой Нет, скорее с счастьем обнаружил ее совершенно пустой. Улыбаясь словно придурок своей удаче, ведь признаться честно он ненавидел ощущение резины на члене, как она перетиралась с чувствительной плотью, не давая полного спектра ощущений от партнера. Заламывая руки брата вперед, над головой того он крепко прижал запястья ремнем, застегивая на самый тугую удавку, слыша недовольные маты под собой и активное копошение тела, которое рефлекторно пытается выбраться словно жертва из под заводного хищника, который перед трапезой желает поиграть с ужином, нагулять аппетит. Водя пальцами по шрамированной спине, где красовались татуированные иероглифы. Как примерно понимал Куай, это был древнекитайский, который он не знал от слова совсем, пользуясь классической вариацией родного языка, а вот Би Хан с детства изучал оба варианта, так что неудивительно, что рисунки на его теле были на менее известном диалекте. Да и вы любом случае, будем честны, спину его может видеть только сам Би Хан и Куай, потому что свой затылок он может доверить только брату и себе любимому. Младший провел ладонью по вспотевшему телу, очерчивая выпирающий позвоночник, с интересом ощупывая каждый выпирающий. Оглаживал крепкие плечи и сжимал в ладонях лопатки, которые величественно выдвинуты вперед из за поворота руки над головой. -Что бы я еще раз позволил тебе- Прокряхтел Би Хан, потирая ладонью об ладонью. Прекрасная зная, что позволит и далеко не раз и не два и даже не три. Куай еще немного потолкался головкой в расслабленное, уже раздолбанное и ласковое для его члена колечко и нетерпеливо вошел, выбивая из старшего взволнованный вздох, и видимое подергивание тела. Куай ухватился за волосы Би Ханя, оттягивая на себя, слегка приподнимая тело, которое по инерции двигалось за рукой младшего, который доставлял дискомфорт. Второй рукой схватил Хана за бок, сжимая кожу в руках, точно зная что через несколько часов там расцветут лиловые отметины их бурно проведенного времени. И так было всегда, трахались они как бешеные, ненасытные звери. Редко, но метко и по самые яйца, до косящих ног и мольб о большем. Так и произошло, Куай нетерпеливо вдалбливать податливое тело в кресло, рычал и стонал от того, насколько ахуенен брат, только для него, такой раскрытый и манящий, гостеприимный готовый всегда принять его венозный член в объятия своего нутра. И любит же сука, любит до дрожи все, и ахуенно огромный член брата, и его внешнее спокойствие, все остальное, от ног до пят готов боготворить, но не покажет, потому что статус и сучий характер не позволит. Но Куай то знает, как приструнить брата, пригвоздить к любой поверхности и показать, как надо, а как не надо с ним обращаться. Хаотичные, резкие толчки выбивали гортанный, уже не сдерживаемый никакими рамками приличия стоны у старшего, который зарылся тонкими, дрожащими пальцами в голову болезненно оттягивая волосы. Довольно закатывая глаза с открытым ртом истерично вдыхая так нужный ему разгоряченный кислород. Чувствуя как по щекам протекают горячие слезы от того, насколько хорошо, насколько ахуенно распирает его изнутри, как он стенками чувствует каждую напряженную венку и только только понимает, что брат так божественно имеет его в задницу без презерватива, от понимания чего он опускает голову вниз, и сжимаясь весь внутренне и внешне с протяжным стоном кончает. Куай чувствует как его член непристойно сильнее сжимают разгоряченные стенки ануса, как он сокращается понимая, что старшего накрыл оргазм, значит и ему пора закругляться с делами. Наращивая темп, бешено трахая сокращаюее тело, дико чувствительное после разрядки, кричащее о том, как ему ахуенно, и Куай верит, потому что сам чувствует, будто имеет ангельский зад. Сжимая руками бока брата изливается внутрь. Ложась на Хана сверху, тяжело отдышавшись выцеловывал его шею, отодвигая волнистые, черные локоны с затылка. Повернув голову брата он замечает на удовлетворенном, и дико усталом лице черные подтеки туши, размытые пятна на глазах и собранные капельки сбоку черного пигмента. Ему невозможно нравится такой Би Хан: податливый и такой до невозможного уязвимый, потому таковым его можно увидеть редко. Он требовательно впивается в губы, сжимая подбородок того между пальцев, переминая их губы между собой, чувствуя металлический привкус в устах от губ старшего. -Всегда знал, что ты красишь глаза…Тебе чертовски идет, особенно так- Тихо шепнул Куйа, разрывая поцелуй, протягивая ниточку слюны между ними, слизывая ее. Парни еще минут десять просто сидели рядом и говорили совершенно на отвлеченные темы, словно бурного секса пару минут назад как и не было, или такой экзотический опыт у них каждый день, уже являясь рутиной. Но нет, придя домой они долго будут рассказывать друг другу о собственных впечатлениях, возможно, пойдут на третий заход после заводящих разговор уже только дома, на бархатной, огромной кровати в четырех стенах будучи полностью уверенными в своей конфиденциальности и том факте, что им никуда не надо.

***

Заправляя брюки, Куай пытался застегнуть никак не поддающуюся собачку, дергал вниз-вверх, наровясь и вовсе сорвать ее конкретно раздражаясь. Би Хан смотрел на это с умилением, и добро усмехнувшись потянулся помочь брату, что конечно вышло у него с первого глаза. Застежка буквально сразу поддалась, ровно как и девяносто десять процентов вещей, которые делал Хан, ему поддавалось буквально все. Он приподнялся, секундно устанавливая зрительный контакт с Куайем и быстро чмокнул его в щеку, как то по детски постеснявшись быстро уселся на водительское и отвернулся в окно, украдкой поглядывая на красный пикапчик. -Жду дома с Беатрисой в семь вечера, и не позже.- Требовательно поставил время возврата домой Би Хан, как строгий родитель с гиперопекой, которому возражать себе дороже, так что Куай лишь кратко согласился и вышел из машины, поправляя потную майку на теле, поглядывая в тонированное лобовое стекло, тщетно пытаясь выглядеть физиономию брата, который пристально наблюдал за ним через плечо, и Би Хан правда провожал погрусневшим взглядом Куайя, словно провожает его в последний раз. Он никогда себе не признается, насколько любит брата, насколько тяжело ему приходятся расставания с ним из за опасных командировок, и рабочих дел, в которые не хочет вплетать брата. Живя лишь с мыслями о том, что умерев в какой то мрачной дыре оставит Куайя, заставит его грустить. Лишь тяжело вздохнув он облокотился на кресло, прикрывая глаза ощущая как машина постепенно становиться такой же прохладной, как он и привык… -Прости за каверзный вопрос- Неловко начала Харуми, украдкой как бы невзначай глядя на крайне довольного водителя, оглядывая его растрепанные волосы и покрасневшую шею, с явными фиолетовыми отметинами и розовыми слепками зубов слегка скривилась, обрабатывая данную ей глазами информацию. -Почему вы так долго? -Ну…Нужно было решить семейные дела- Усмехнулся Куай, не отрываясь от дороги расплываясь в теплой улыбке от воспоминаний прошедшей ночи.

***

Валяясь в обнимку на диване, а где сбоку сидела пушистая кошка породы Мейн Кун в ногах хозяев, смотря какой то второсортный фильмец спустя полчаса молчания и раздумий Куай подал голос. -Слушай, будь у меня возможность я бы не прочь тебя трахнуть прямо на капоте машины -Совершенно спокойно, без толики стеснения выдал Скорпион, вгоняя возмущенного Би Хана не в краску, а в настоящий огонь, полыхая как проклятый. -Куай, твою мать!