Нежность звезды

Я в последний раз взглянула на свою комнату, где провела бОльшую часть моей жизни. Комната просторная, выполнена в бело-розовом стиле, типичном для обычной девчонки. Напротив входа в левом углу находилась гардеробная, куда помещалось бесконечное количество одежды. В правом углу у окна стояла полутораметровая кровать с неимоверным количеством для одного человека подушек. Сразу же справа от входа расположилось зеркало над гримерным столом, где хранилась вся косметика. Напротив кровати у стены стоит комод, а над ним постеры с различными американскими исполнителями, среди которых, явно, преобладал The Weeknd. На самом деле, тоскливо уезжать, я только сейчас это осознала. Здесь все такое родное, и это я совсем не о комнате. Меня зовут Лиса Строганова и мне 25 лет. Родилась в городе Санкт-Петербург. Моя мама, Наталья Строганова владеет своей стоматологической клиникой, а мой папа Виктор Строганов всю жизнь занимался семейным бизнесом, доставшимся ему от моего дедушки, его отца, в области проектирования. Всю жизнь я познаю себя, открываю для себя новые занятия, связанные, в основном, с творчеством. Родители всегда были за любые мои увлечения. Не сказать, что я обделенный ребенок во внимании или других каких-то аспектах, но все-таки я ощутила подобное на себе в 5 лет, когда появилась на свет моя младшая сестренка Серафима. Конечно, родители старались уделять свое свободное время и внимание для нас обеих, но, как это часто бывает в семьях, где есть младшие дети, больше концентрировалось внимание на сестре, и это било по моей самооценке. Разумеется, меня не перестали любить, но спрос стал выше и, соответственно, моя ответственность поднялась. Как любили говорить родители: «Ну, ты же старшая, должна показывать пример сестре». Я старалась быть лучшей во всем. Ходила на множественные занятия и кружки, отлично училась и везде активно участвовала. Я чувствовала, что обязана доказать родителям (как и самой себе), что я достойна любви и внимания в равной степени с сестрой. Родители же принимали это как должное и говорили, что я и должна быть лучше всех, как будто иной исход событий они бы не приняли. В школьные годы я активно занималась танцами, вокалом и театральным искусством. Мне всегда нравилась сцена и деятельность, связанная с ней. Мне нравилось быть в центре внимания и притягивать взгляды. Однажды я даже участвовала в конкурсе красоты от школы по городу и заняла первое место, тогда мне сказали, что я отлично смотрюсь на сцене. Но после школы мне пришлось поступить на юридический факультет, ведь, по мнению родителей, это гораздо серьезнее и перспективнее театрального или хореографического. Конечно, я понимала, что мне это дело не по душе, но после окончания универа, я переехала в Москву, и пошла работать в прокуратуру, засунув свои хотелки куда подальше. Даже сейчас, будучи взрослой, я вынуждена идти на поводу у родителей и делать то, что они считают нужным, дабы добиться их похвалы. Какая тупость. Несмотря на это, я тайно занималась любимыми делами. Вела свой блог, который успел набрать большую аудиторию в 1,2 миллиона. Занималась в студии танцев и выступала, но все это в свободное время от основной работы, которую я ненавидела всем сердцем. Благодаря блогерской тусовке, мне посчастливилось познакомиться с очень крутыми людьми. Меня приглашали на различные мероприятия, где часто появлялись и разные знаменитые люди из мира шоу-бизнеса и кино. Конечно я старалась не упускать ни единого шанса, поэтому ночью я была «королевой бала», а к восьми утра я прямо оттуда ехала на работу в прокуратуру. Моя жизнь напоминала сериал Ханна Монтана, который я смотрела в детстве. Однажды на одном из таких мероприятий я познакомилась с актером Александром Петровым, с которым мы продолжительное время встречались. Не могу назвать эти отношения здоровыми. Он часто ревновал меня к друзьям, устраивал скандалы и истерики без повода. Саша довольно вспыльчивый человек и иногда, в порыве гнева мог толкнуть или ударить. Я пыталась закончить эти отношения после каждых его истерик. Один раз даже уже собрала вещи, чтобы уехать, но он вернулся раньше, чем я думала, и избил меня до синяков. Лицо он намеренно не трогал, и бил в места, которые мог видеть только он. Почему же я продолжала терпеть? Я была безумно влюблена в него, первое время. Потом просто боялась, что он меня везде сможет найти и не оставит в покое, ведь у него везде есть связи и «свои» люди. Он мне всегда говорил: «Либо ты моя, либо ничья». Наши отношения были тайной по обоюдному согласию. Конечно, в наших кругах и тусовках люди знали о «нас», но для общественности и моей семьи это было неизвестно. Я не хотела лишнего внимания и стереотипов, что меня кто-то «пропихнул» в высшее общество. А родители в принципе были бы против такого союза, обосновав это тем, что он мне не пара. Моему папе вообще никто никогда из моих парней не нравился. Он всегда говорил, что мужчина должен быть серьезным и строить планы в первую очередь. Конечно, я с ним согласна, но ведь сердцу не прикажешь. Очередные новости от «хороших знакомых» об изменах парня толкнули меня на разрыв этих отношений. Расставание получилось болезненным для нас обоих, и ввиду определенных событий я решила сбежать. На удивление, он не доставал меня после моего ухода, не искал встречи, и даже завел новые публичные отношения. Конечно, меня это немного задевало, так как наши отношения для всех были тайной, даже спустя год, а новая пассия стала всеобщим достоянием спустя два дня их знакомства. Смотреть противно. Ощущение пустоты после расставания поглощало меня. Я жила с чувством, что нахожусь не в своей тарелке, что упускаю свое драгоценное время и не реализуюсь по-настоящему. Я знаю прекрасно, что могу добиться большего, но не понимаю, с чего начать. К счастью, судьба сама подкинула мне шанс начать все с самого начала, оставалось лишь решиться на серьезный шаг в неизвестность. На одном из мероприятий, где я выступала в роли модели, мне посчастливилось познакомиться с одним известным продюсером. Я знала, что благодаря этому человеку многие ребята из моего окружения смогли успешно устроиться в различных топовых местах и сейчас имели ошеломительный успех и карьеру по всему миру. Он посоветовал подать заявку в модельное агентство Wilhelmina в Лос-Анджелесе. Со своей стороны он пообещал лишь помочь агентству увидеть мою заявку как можно раньше, но решение они будут принимать самостоятельно, брать меня или нет. Такой расклад меня очень устраивал, так как я хотела заниматься любимым делом без помощи кого-либо, добиваться успехов своим трудом и талантом. Ответ на мою заявку не заставил себя долго ждать, и вот, я уже стояла дома, в Питере, в своей комнате, куда вернулась после разрыва болезненных отношений, с собранными чемоданами и ноющим сердцем от тоски. Я определенно буду скучать по этому месту. Дверь в комнату открылась, и я увидела лицо мамы: — Дочка, ты скоро? Мы ждем тебя внизу. — Да, мама, я просто пытаюсь вспомнить, что я могла забыть, — я опустила глаза вниз, стараясь сглотнуть ком в горле. — Обнять маму и сказать, что тебя беспокоит на самом деле, — она расставила руки в приглашающем жесте для объятий. — Ох, мама, я так буду скучать. А если у меня вообще ничего не получится? Может мне, стоит остаться? — я сразу же прижалась к ней и заплакала. — Девочка моя, — сказала мама уже дрожащим голосом, — я так люблю тебя. Нам с папой трудно далось это решение, но впервые в жизни мы действительно услышали, чего ты хочешь в этой жизни. Хоть папа и не показывает этого, но он действительно рад за тебя. Наконец-то ты сможешь жить так, как хочется тебе. Прости нас, милая, что так долго направляли по чужой для тебя дороге. Я верю, что у тебя все получится, ты же всегда была во всём лучше всех. Мы ещё какое-то время стояли в обнимку и ревели. В комнату зашла сестра и без слов поняла, в чём дело. Сима (так мы её называли дома) прилипла к нам и начала плакать вместе с нами. — Две взрослые женщины и распустили нюни, — сквозь слёзы говорит младшая, — и меня спровоцировали! Папа там уже себе места не находит, пойдемте вниз, в аэропорту еще наплачемся и наобнимаемся. Мы засмеялись и пошли вместе вниз, с красными глазами и улыбками на лице. Папа с помощниками загрузили все мои чемоданы в минивэн (я думала, вообще придется отдельную машину для них заказывать), мы все уселись и выехали в аэропорт. Август в Питере выдался дождливым и пасмурным, мы ехали по дороге, и я старалась запомнить этот город таким. Сырым и прохладным, таким же переменчивым, как и я. Вот сейчас крапает дождь, но через пятнадцать минут выглянет снова ласковое солнышко и окутает своим теплом всё вокруг. Мне будет не хватать пасмурной погоды в солнечном Лос-Анджелесе. Люблю теплые и мягкие вещи, горячий чай и дождь за окном. Ощущение, что дождь придаёт мне больше сил и вдохновения, будто даже дышится легче озоном после хорошего дождика. Я не знала, как долго еще не смогу вернуться сюда, поэтому не сводила глаз с быстро меняющейся картинки за окном, стараясь запомнить каждую мелочь. Прибыли мы вовремя, я старалась как можно дольше насладиться оставшимися драгоценными минутами с родными, пока они провожали меня до стойки с багажом. — Ну, всё, я пойду на регистрацию, — с грустью сказала я, — мне еще нужно связаться с дядей Борей и тётей Соней перед вылетом. — Давай, родная, мы будем очень скучать, звони и пиши нам как можно чаще, — мама подошла, и, не скрывая слёз, прижала меня к себе. Такой родной и приятный запах мяты и её привычного парфюма DOLCE&GABBANA light blue. Она пользуется им уже более 10 лет неизменно. Для меня этот аромат стал ассоциацией с мамой и родным домом. Далее подошел папа. Было видно, что он так же тосковал, но старался не подавать виду и отшучивался, что в его стиле. Это, своего рода, защитная реакция на стресс. — Давай там покори свой Голливуд и забирай нас к себе, будем сидеть на шее у богатой дочки, — пытался держаться папа, и обнял меня, зажимая в медвежьих объятиях. В его руках так спокойно и хорошо, будто весь мир не мог тебе навредить, так сильно он защищал меня. Очень часто мне не хватало в детстве этого единства и понимания с семьёй. Сейчас мы уже взрослые и у нас отличные отношения, но обиды детства остались, хоть я упорно работаю над ними, но темные призраки прошлого иногда напоминали о себе, пытаясь уколоть больнее. Следом подошла Сима, с которой отношения в подростковом возрасте сильно были испорчены ввиду переходного возраста и ревности из-за родительского внимания, но сейчас для меня это один из самых близких людей. — Выйдешь замуж за своего Викенда, поищи какого-нибудь знаменитого мужа и для меня, — с улыбкой проговорила сестра. Мы засмеялись и обнялись покрепче. — Ну, всё, семейка, — так в шутку я называла свою семью, иногда сравнивая нас с «Семейкой Аддамс», с которой у нас не было почти ничего общего, кроме моей издёвки из-за самого названия, — доберусь — созвонимся, люблю вас. Я развернулась и ушла на регистрацию, оставляя маму и сестру плакать. Наконец я смогла себя отпустить и меня прорвало. Я шла и рыдала. Не только из-за родных, конечно. Здесь оставалась моя прежняя жизнь, любимые люди и любимые увлечения. То, что было так дорого моему сердцу. Но впереди такой интересный и неизведанный путь. Я готова к этому и очень жду встречи.