Нежность звезды

Сквозь занавески пробивался свет утреннего солнца, мягко касаясь моего лица. Я знала, что уже пора вставать, но отчего-то не могла заставить себя пошевелиться. Мысли вязли в полусне, словно кто-то держал меня в этом зыбком состоянии между явью и грёзами. Сегодня у меня был первый сеанс с психологом, и внутри всё сжималось от тревоги. Я привыкла справляться сама. Годы научили меня прятать боль глубоко внутри, натягивать спокойное выражение лица и идти дальше, делая вид, что ничего не произошло. Это был мой щит. Щит, который я таскала за собой так долго, что даже не помнила, каково это — быть без него. Я не доверяла людям, даже тем, кто хотел помочь. И уж точно не доверяла самой себе — своему разуму, чувствам, интуиции. Они уже подводили меня прежде. Я выдохнула, села на кровати и потянулась. В голове крутились мысли о том, стоило ли вообще идти. Иногда мне казалось, что разговоры действительно могли мне помочь, но как чаще всего это бывало, они только вскрывали старые раны, оставляя меня наедине с болью. Однако я знала — игнорировать это было нельзя. Травмы не исчезнут, если притвориться, что их нет. Психолог… Что я ей скажу? Что моя жизнь — это лабиринт из страха, боли и сомнений, из которого я не могу выбраться? Что я живу в постоянном ожидании удара? Что даже сейчас, когда всё начало налаживаться, я не могла избавиться от ощущения, что это временно, что впереди новая катастрофа? Возможно, это и было самой страшной частью. Я не боялась одиночества — я его знала, оно было для меня привычно. Я не боялась боли — я с ней жила. Но я боялась счастья. Боялась, что если позволю себе поверить в него, оно разобьётся, и я окажусь ещё глубже в той пропасти, из которой так долго выбиралась. Несмотря на внутренний конфликт, через полчаса я уже сидела в такси, глядя на проносящиеся за окном улицы Лос-Анджелеса. Вспомнились первые недели здесь — тогда я верила, что смогу начать с чистого листа. Но прошлое не отпускало. Особенно то, что было связано с Эйбелем. Его голос, его прикосновения, его искусная ложь. Как легко он заставил меня поверить, что я ему была нужна, что он заботился. А потом… Потом начался кошмар. Эти ощущения до сих пор не стирались из моей памяти: липкий страх, беспомощность, холод в груди, когда ты осознал, что тебя обманули самым худшим образом. Я сумела вырваться, но он не отпускал меня так просто. Его тень преследовала меня ещё где-то в отголосках подсознания. Но даже теперь, когда опасности больше не было, я не чувствовала себя в безопасности. Как будто он оставил во мне нечто, что продолжало разъедать меня изнутри. Крис помог мне, и я безумно благодарна ему за это. Но… Я накрыла лицо ладонями и провела пальцами по вискам. С ним всё было иначе. Но не потому, что он говорил правильные слова или обещал защитить меня. Просто рядом с ним я чувствовала себя живой. Не мертвой внутри, не сломанной, а живой. Это пугало больше всего. Потому что если я снова позволю себе любить и потеряю его — что тогда? Как собирать себя по кусочкам, если их уже не осталось? Такси медленно двигалось по утренним улицам. Я смотрела в окно, наблюдая, как город просыпался. Люди пили кофе на террасах кафе, спешили на работу, смеялись, разговаривали. У них, наверное, тоже были свои страхи, свои проблемы. Но они продолжали жить. Может, и мне пора? Кабинет психолога оказался светлым и уютным, здесь пахло кофе и ванилью. Я сидела в мягком кресле, скрестив ноги и сжав пальцы в замок. — Как вы себя чувствуете? — спросила женщина напротив, и я невольно усмехнулась. — Если честно? Как человек, который шагнул в неизвестность и не знает, есть ли там земля под ногами. Она улыбнулась и сделала пометку в блокноте. — Давайте попробуем разобраться, что вас беспокоит больше всего. Я посмотрела в окно. Слова застревали в горле. — Что беспокоит больше всего? Всё. Но сильнее всего — страх. Страх, что я никогда не избавлюсь от прошлого. Страх, что оно всегда будет преследовать меня, как привидение, тянущее холодными пальцами за плечо. Страх, что даже если я научусь снова чувствовать, любить, доверять, это не спасёт меня. — А если в этот раз всё действительно будет иначе? — спросила она, когда я наконец закончила. Я не знала ответа.

***

Этот вопрос не давал мне покоя всю дорогу обратно. Может, и правда, пора позволить себе жить без страха? По дороге домой я молчала, глядя в окно. В голове крутились слова психолога, её спокойный голос, мягкие, но точные вопросы. «А если в этот раз всё действительно будет иначе?» Слишком простой вопрос. Слишком сложный ответ. Я пыталась представить, каково это — по-настоящему отпустить прошлое. Разжать пальцы и дать боли уйти. Доверять. Верить. Не оглядываться через плечо, не ждать подвоха, не бояться, что в любой момент земля уйдёт из-под ног. Но пока это казалось чем-то далёким. — Мы на месте, — раздался голос водителя. Я вышла из машины и направилась к зданию агентства. Рабочий день проходил в суете и подготовке к показу. Костюмеры носились туда-сюда с одеждой, стилисты обсуждали образы, модели репетировали выходы. Я старалась сосредоточиться на деле, но в голове всё ещё звучали отголоски утреннего сеанса. Когда я только начинала в этом бизнесе, мне казалось, что сцена — это моё спасение. Свет софитов, вспышки камер, чёткий ритм шагов по подиуму. В эти моменты мне не нужно было ничего чувствовать, думать, вспоминать. Только идти вперёд. Но теперь я понимала, что просто пряталась. — Лис, ты слышала? — голос Тины вывел меня из размышлений. — Прости, задумалась. Что ты сказала? — Твой выход перенесли, у тебя немного больше времени на подготовку. Я кивнула. Хорошо. Это значило, что можно на несколько минут спрятаться за кулисами и просто прийти в себя. Я отошла в сторону и прислонилась к стене, закрыв глаза. Что мне делать с этим? С собой. С Крисом. С тем, что я чувствовала. С тем, чего боялась. Он… Он был слишком важен. Настолько, что меня это пугало. Мне не хотелось снова зависеть от кого-то. Снова оказаться в чьей-то власти. Но Крис никогда не пытался меня контролировать. Он просто был рядом. Принимал меня такой, какая я есть. Вечером мы должны были увидеться. Я знала, что он хотел узнать, как прошёл мой день, как я себя чувствовала. Смогу ли я сказать ему правду? Или снова скроюсь за привычным: «всё нормально»? Я не знала. Но одно было точно — к вечеру я должна была найти ответ. Я вернулась домой уже затемно. Вечерний город жил своей привычной жизнью — шум машин, огни витрин, разговоры прохожих. В моём районе было тише, уютнее. Я поднялась в квартиру, закрыла за собой дверь и на мгновение прислонилась к ней спиной, прикрыв глаза. День вымотал меня. Не только физически, но и морально. Разговор с психологом, показ, мысли, которые никак не оставляли меня в покое. Я хотела просто лечь, закрыться ото всех и остаться наедине с тишиной. Телефон вибрировал в кармане. Крис: Ты дома? Я вздохнула и, не задумываясь, ответила: Лиса: Да, только зашла. Сообщение пришло почти сразу. Крис: Готова к приключениям? Я посмотрела на экран. Как просто. Как легко. Он никогда не давил, не заставлял. Просто давал мне выбор. И, что бы я ни выбрала, он бы это принял. Лиса: Чего ты задумал? — написала в ответ, пытаясь не выдать своего любопытства. Не прошло и минуты, как он ответил: Крис: Ты скоро всё поймёшь. Я подъеду через полчаса. Я буду в костюме. Я положила телефон на стол и прошла в ванную, пытаясь успокоиться и подготовиться к встрече. Мне понравилось, что он не указал, что именно мне надеть, а лишь уточнил, в чём будет он. Я могла бы надеть что-то простое, но думаю, что что-то более изысканное подойдёт лучше. Я выбрала чёрное платье выше колена, которое подчёркивало талию и длину ног. Волосы слегка закрутила волнами. Тонкая цепочка на руке, нежные золотые серьги — всё просто, но с элементом элегантности. Минут через сорок я была готова и спустилась на парковку, почувствовав, как сердце начало биться быстрее. Крис стоял у машины в тёмном костюме, открыв дверцу пассажирского сидения. Он взглянул на меня, и я заметила, как его взгляд остановился на моём лице, а затем медленно скользнул по фигуре. — Ты выглядишь потрясающе, — сказал он, слегка улыбаясь. — Спасибо, — я смутилась и опустила глаза вниз. Мы сели в автомобиль. Крис включил двигатель, и мы поехали по вечерним калифорнийским улицам. Повсюду было не так много людей, и лишь изредка встречались другие автомобили, освещая тёмные улочки городскими огнями. Я не могла не заметить, как мягко катилась машина по асфальту, а в салоне звучала лёгкая музыка, создавая атмосферу уюта и спокойствия. — Ты любишь Лос-Анджелес ночью? — спросил Крис, взглянув на меня, когда мы проезжали мимо сверкающих зданий и прощальных лучей солнца, исчезающих за горизонтом. Я обернулась к нему, слегка улыбнувшись. Город выглядел как живое существо, его огни переливались, как звёзды на земле, а воздух наполнялся лёгким туманом вечерней прохлады. — Да, я всегда чувствовала, что именно этот город ночью — это место, где всё возможно, где даже твои самые смелые мечты становятся реальностью, — я вздохнула, думая о своих собственных изменениях, — как ты? Привык к ночной жизни? Крис рассмеялся, слегка улыбаясь, и немного повёл машину влево, чтобы избежать другого автомобиля. — Я бы сказал, что ночь в ЛА гораздо приятнее, когда ты не спешишь, не думаешь о делах и просто можешь наслаждаться моментом, — ответил он, продолжая ехать, — и я рад, что могу провести его с тобой. Я почувствовала, как в груди засверкала маленькая искорка тепла, и внутри стало немного легче. Мы вели простой разговор, но каждое его слово приносило мне ощущение защищённости и спокойствия. И вот, когда я уже начала расслабляться, он переключил тему: — Ты знаешь, куда мы едем? — спросил он с лёгкой ухмылкой, глядя на меня из-за руля. — Честно говоря, не совсем, но мне нравится, что ты держишь всё в тайне. Это всегда интригует, — ответила я, поджав губы в улыбке. Он снова рассмеялся, но я заметила, как его взгляд стал немного более серьёзным. Машина всё время двигалась всё дальше от городского центра, и мы оказались на дороге, которая вела к прибрежной части города. Пейзаж за окном изменился: вместо зданий теперь была видна линия горизонта с тёмными водами океана. С каждым метром дорога становилась всё более уединённой, а улицы — тише. Это мне напомнило наше первое свидание и тот трепет, который я испытывала тогда. Когда мы подъехали к причалу, я увидела, как огни на воде отражались в спокойных водах, а яхта, стоящая у пирса, слегка покачивалась на волнах. От этого вида внутри что-то дрогнуло от предвкушения. Крис плавно остановил машину и открыл для меня дверцу. — Мы здесь, — сказал он, вынимая ключи и встав в сторону. Я не могла скрыть улыбку. Это было красиво. Я почувствовала, как его присутствие и это место заставляли меня забыться и жить только этим моментом. Крис помог мне выйти из машины, и я вдохнула свежий морской воздух. Лёгкий бриз играл с моими волосами, а вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь плеском волн. Ночь окутала океан, оставляя на его поверхности отблески лунного света, а перед нами, слегка покачиваясь, стояла элегантная яхта. — Ты серьезно? — я улыбнулась, удивлённо глядя на него. Крис усмехнулся и пожал плечами. — Ты сказала, что любишь, когда всё возможно. Так почему бы не позволить себе немного роскоши? Яхта выглядела безупречно: белоснежный корпус, тёплые огни на палубе, приглашая нас внутрь, и элегантный интерьер, который можно было разглядеть через большие панорамные окна. Как только мы оказались на борту, я прошла по деревянной палубе, наслаждаясь лёгким качанием судна и звуками моря. Всё выглядело так, словно это сцена из фильма: мягкий свет, уединённая атмосфера, свежий воздух и ощущение, что весь мир остался где-то далеко за горизонтом. Яхта мягко тронулась с места, унося нас далеко от берега куда-то к горизонту. Мы плыли около получаса, стоя рядом и наслаждаясь прохладным ночным воздухом. По телу пошли мурашки, и я слегка поежилась. Крис это заметил и накрыл меня своим пиджаком. Мягкая ткань всё ещё хранила его тепло и аромат, от чего мне ударило в голову и свело низ живота. — Это место невероятное, — тихо сказала я, оборачиваясь к Крису. — Я рад, что тебе нравится, — ответил он, наблюдая за моей реакцией. Он сделал жест в сторону накрытого столика на верхней палубе. Всё было продумано: бутылка вина, лёгкие закуски, свечи, создающие романтический полумрак. Вдали слышался приглушённый шум волн, словно океан шептал нам свои истории. Крис прошел вперед и откуда-то сбоку взял большой букет нежно-розовых пионов. Он был просто прекрасен. И это я не только про букет. — Это тебе, — он передал мне цветы, и я вдохнула их аромат полной грудью. — Ты действительно постарался, — я посмотрела на него с лёгким восторгом в глазах. — Разве ты не стоишь того? — Крис приблизился ко мне, и в его голосе было что-то особенное. Он провёл ладонью по моей спине, и этот мимолётный жест вызвал во мне приятное волнение. Мы сели за стол, и он налил нам вина, поставив букет в заранее подготовленную вазу. — За что будем пить? — спросил он, подняв бокал. Я задумалась на секунду, а затем, улыбнувшись, ответила: — За моменты, которые остаются в памяти навсегда. Наши бокалы тихо звякнули, и я сделала глоток. Вино было прохладным, с лёгкими ягодными нотками, и его вкус идеально сочетался с ночным воздухом. — Ты давно увлекаешься яхтами? — спросила я, наблюдая, как Крис спокойно откинулся на спинку стула, глядя на меня. — Не то чтобы увлекаюсь, — он усмехнулся, покрутив бокал в руке, — но мне нравится ощущение свободы. Когда ты в море, когда вокруг только вода и небо — кажется, будто ты можешь оставить всё позади. Я понимающе кивнула. — Тебе тоже хотелось бы оставить что-то позади? Он посмотрел на меня долгим взглядом. — У каждого есть свои призраки прошлого, Лис. Думаю, у нас с тобой больше общего, чем ты думаешь. Я опустила глаза, играя пальцами с краем бокала. Он был прав. Иногда казалось, что прошлое — это якорь, который не давал двигаться вперёд. — Но знаешь, что помогает? — продолжил Крис, подаваясь вперёд. Я подняла на него взгляд. — Делиться этим с теми, кто понимает. В его голосе было столько мягкости и уверенности, что у меня перехватило дыхание. Он не давил, не требовал, просто давал понять: он был здесь. Мы долго говорили — о жизни, о страхах, о мечтах. Я не заметила, как время пролетело, и когда мы встали из-за стола, ночь была в самом разгаре. Крис предложил пройти на нос яхты, где мягкие подушки и пледы создавали уютный уголок. Я села, наслаждаясь прохладным воздухом и видом на бесконечную гладь воды. Он сел рядом, молча наблюдая за моим лицом. — О чём думаешь? — тихо спросил он. — О том, как давно я не чувствовала себя так… спокойно, — призналась я. Он посмотрел на меня с теплотой, а затем мягко провёл пальцами по моим волосам, убирая прядь за ухо. — Я рад, что смог подарить тебе этот момент. Крис осторожно сунул руку в карман и достал оттуда длинную бархатную коробочку. Я смотрела за его движениями, как завороженная. — Мне хотелось подарить тебе что-то такое, что напоминало бы обо мне, когда я не рядом. В коробочке была тонкая золотая цепочка из красивого якорного плетения, а в центре — подвеска плоское сердце. К нему снизу прикреплён небольшой бриллиант, придавая украшению особый шарм и изысканность. Крис достал цепочку и без слов помог мне надеть её и застегнул. — Тебе очень идёт, поговорил он, как только отдалился и посмотрел на украшение на моей шее. Я не успела ответить — он наклонился ближе, и наши губы встретились. Сначала осторожно, словно спрашивая разрешения, но когда я ответила на поцелуй, Крис сжал мою талию, притягивая ближе. Я немного отстранилась и увидела в его глазах непонимание. — Здесь же экипаж, они увидят, — я смущенно улыбнулась, положив ладони ему на плечи. — Это место не просматривается ни с одной точки яхты, это слепая зона, — он игриво улыбнулся и снова прильнул к моим губам. Морской воздух, лёгкое покачивание яхты, тёплый ночной ветер — всё вокруг словно исчезло, оставив только нас двоих.