Единственный

Открыв глаза, Дан тут же жмурится от яркого света слепящего глаза. С трудом перевернувшись на бок, он с изумлением смотрит на Дже Гёна, который расположился в кресле и дремал. Поджав губы, омега начинает тихонько вставать, чтобы не разбудить альфу и желает тихо покинуть его номер. После вчерашнего у него нет никакого желания оставаться хотя бы несколько секунд наедине с мужчиной. Да, альфа ему сразу сказал, что не обязан хранить верность, но глупому сердцу, которое обливалось кровью от боли, не объяснишь, что они никто друг другу. Может, Дан ему вообще скоро надоест? Почему-то от одной этой мысли омега передёрнулся и тихо прошёл мимо альфы, надеясь, что тот спит. Зря надеялся. Стоило почувствовать запах своей омеги, который собрался сбежать, альфа хватает его за руку и резко разворачивает, заглядывая в испуганные глаза. — Ну и куда ты собрался? — ведя большим пальцем по нежной коже щеки омеги, тихо спрашивает Дже Гён. Замерев на месте от удивления, Дан даже не может пошевелиться. — Пожалуйста, господин, не стоит, — тихо, почти шёпотом, произносит док и аккуратно отстраняется. — Не понял, — вздёрнув бровь, мужчина заглядывает в карие глаза и видит там столько боли, будто он собственными руками убил их ребёнка. «Хах, приятно, оказывается знать, что у тебя скоро будет ребёнок, которого ты с самого начала не хотел.» Думает альфа и аккуратно сажает дока к себе на колени, накрывая пока ещё плоский живот своей большой ладонью. Нежно поглаживая живот, он смотрит в глаза омеги надеясь там увидеть ответы на его вопросы. Но омега опять закрывается. Интересно, когда же он успел так научиться делать? Покачав головой, альфа проводит рукой по тонкой шеи парня и так проникновенно на него смотрит, что Дан думает, что высказал бы ему всё, если бы не был так зависим. И дело даже не в долгах. Дан любит своего ребёнка и их отца. Хоть отец и бегает повсюду, как кошак бездомный. — Господин, вы что-то хотели? — поджав губы, тихо спрашивает Дан и даже не смотрит на него. — Почему ты был в туалете? — Живот заболел, — коротко отвечает Дан, что не нравится альфе. — Почему ты пошёл не в номер, а в какой-то обшарпанный туалет? «Потому что не хотел плакать при всех.» Промелькнуло в мыслях у парня и он ещё больше поджимает губы. — Господин, вы хотите заняться со мной сексом? — внезапно спрашивает он и Дже Гён вскидывает брови. — Пока нет. — Тогда я пойду, — начинает вставать с чужих коленей омега, но чувствует как рука сжимается на талии. — Куда это ты собрался, я разве отпускал? — Господин, напомню, что нас ничего не связывает, кроме секса. Мне сейчас дурно, поэтому я хотел бы пойти прилечь. — Ляг… — начинает мужчина, но Дан перебивает его, даже не думая о последствиях. — Вы говорили, что этот ребёнок и я вам не нужны. Оно и понятно. У нас с вами договор на секс, если в вас проснулось желание за кем-то поухаживать, то спуститесь вниз и подойдите на ресепшен. Думаю, тот омега будет только рад. — Какой омега? — С которым вы мило болтали. — С кем я мило болтаю тебя не касается. Решил устроить тут сцену ревности, как ревнивый муж, который нашёл на футболке чей-то волосок? Смотря круглыми глазами на альфу, Дан медленно сглотнул и казалось даже не дышал от шока. — Я тебе с самого начала сказал, что не обязан хранить верность. Остановись, Дже Гён. Вам обоим потом хуже будет. — Но нет. Ты начинаешь психовать из-за милой сцены и милого омеги? «Психовать? Я даже не психовал. Мне просто было больно.» С болью думает Дан и даже не шелохнёться. — От своей истерики ты чуть не потерял ребёнка. Безусловно, это было бы хор… Молчи. Просто замолчи. — На одну ношу было бы меньше. Так ты ныл чуть ли не каждый день, а это ещё ребёнок бы рыдал. Я был бы рад иметь на ещё одну головную боль мень… Заткнись, пожалуйста, заткнись. — Хорошо, — резко прерывает его охрипшим голосом Дан, — У вас будет на одну головную боль меньше. Я, пожалуй, пойду. Смотря как омега тихо прикрывает за собой дверь, Дже Гён откидывает голову назад. Дану бы сейчас громко хлопнуть дверью и уйти, но нет. Он поступил как нормальный человек. Выслушал всю эту грязь, чуть не расплакался и даже в морду ему не прописал. Теперь у альфы чувство, будто ему кошки в душу насрали, а сверху нассали, как подливка. Теперь ты понял, что надо было заткнуться ещё на первой секунде.

***

— Док, вы в порядке? — обеспокоенно спрашивает парни, когда омега заходит в их номер. — А? Да. Я просто устал. — А где вы были? Дже Гён хён искал вас. — Меня? — глупо хлопая глазами спрашивает парень. — Ну не нас же. И вид у него был какой-то… Обеспокоенный что ли? — Да, странно это всё. Может волнуется из-за завтрашнего взвешивания? — задумчиво спрашивает Картоха. — Да нее. Чтобы он и о таком беспокоился. Это явно не про Дже Гёна. В нём уверенности, сколько нет во всех нас вместе взятых. Вот так под разговоры ребят Дан успел переодеться и нырнул под одеяло, незаметно поглаживая свой живот. Да, альфа изначально был против этого ребёнка, но потом передумал. Так почему сейчас он так сказал? Потом ребята предложили поесть рамёна и омега просто не мог отказаться. Ну, ему ведь сейчас за двоих кушать надо. Так он не думал, что они будут так громко смеяться. что даже господин сюда придёт. В тот момент Дан совсем позабыл, что у альфы бессонница, очень чувствительный сон и хороший слух. Пытаясь защитить ребят, он сам получил. «Почему он такой злой? Всё из-за того, что мы его разбудили?» Чуть ли не плача от такой несправедливости, омега кутается в одеяло и прижимает руку к низу живота, сразу же засыпая.