Когда уйдём со школьного двора.

10 класс Дверь в подъезд оказывается открытой, Саша уже поднимается по лестнице, стараясь восстановить в памяти этаж с нужной квартирой. В руках шелестят несколько распечатанных листов, хрустит обложка чужой тетрадки. Что могло случиться такого, чтобы Московский вторые сутки в школе не появился, — никто не представляет. Его посещаемости позавидовали бы или посочувствовали, в зависимости от положения, множество студентов и школьников. Миша мог заболеть минимум раз в год, максимум — три. Вот и учителя посчитали, что случились эти самые счастливые дни. Но не выдать Московскому задание, которое отчего-то просто необходимо было срочно сделать до конца недели, не могли. Так что староста сейчас глазами бегает по тёмным одинаковым квартирным дверям, ища на них нужную цифру. Немного не понимает такую необходимость и срочность, поэтому слегка хмурится из-за потраченного времени и пыхтит, поднимаясь по лестнице, однако поручение выполняет. И вот уже по лестничной клетке эхом разносится тройной несильный стук. Саша выдыхает и закрывает глаза, ожидая ответа от металлической двери. А пока в голове подсчитывает минуты на обратный путь отсюда. Сегодня он находился в необычном по своей силе ранее сонном состоянии, что даже не приносит привычного раздражение, скорее заставляет жаждать скорейшей встречи с кроватью. Неожиданно щёлкает дверной замок, спешно открывается дверь. И Саша мог увидеть много чего, в конце-концов любая картина перед собой сейчас его бы не увидела. Но только не эта. Сон тут же куда-то улетает, заставляя вылупиться и смотреть на такое же пучеглазое выражение напротив. В своё время Саша переболел ветрянкой, и было это так давно, что подробностей он уже и не помнит. Помнит только, что устроил славную истерику из-за своего состояния. Что за лягушонок стоит перед ним сейчас, Романов не знает. Это неизвестное большое 16-летнее недовольное чудо (судя по смешно сморщенному носу в момент открывания двери) в зелёную точечку сейчас во всю силу раскрыло свои синие очи и не двигается. Честно сказать, Миша ожидал увидеть на пороге Митю, которого отправили за дополнительным ящиком зелëнки. Поэтому перед взором Романова предстаёт уже пустой коридор чужой квартиры. Зелёное чудо уркнуло куда-то вправо. Саша и не знает, как реагировать ему сейчас. Удивление не сходит, на лицо начинает медленно натягиваться глупая улыбка. — Ой, Саша, привет! — взамен чуда появляется Николай, но только в отличие от своего младшего брата в приятно удивлённом порыве затаскивает Романова в квартиру. — Чай, кофе, что будешь? Миша, к тебе гости! Ты проходи, проходи! — уже доносится откуда-то с кухни, куда убежал Коля. Саша пару секунд ещё стоит на пороге, перед собой в руках сжимая листы с заданиями. Чувствует ещё чьё-то присутствие. Саша опускает голову и обнаруживает белый пушистый комочек около своих ног, чей аккуратный розовый носик сейчас осторожно обнюхивает своего гостя. Статус «одобрено» Саша получает неожиданно быстро, и вот кошка уже трётся об его ногу, высоко задирая хвост. Миша говорил, что она очень любвеобильная. М-да, Нева учует чужой запах — ревновать будет. Ну и поделом ему, нечего мимо лотка ходить. Коля не забывает убедиться в том, что Саше эта болезнь уже не грозит, подавая чай сидящему с кошкой на руках Романову. Что-то Саше торопиться домой уже не хочется. Коля суетится, бегает по квартире и постоянно поглядывает на часы, что-то причитая себе под нос. — У нас вон ЧП какое, а у меня пары через полчаса… Ставит на тумбочку бутылëк зелëнки. — Так, это нашему лягушонку… Отнесëшь ему в комнату? Коля благодарно Саше улыбается, ведь Романов кивает, перехватывает поудобнее Москву, берёт баночку и покидает кухню. Куда же это чудо убежало. Саша догадывается, куда ему нужно, судя по мелькавшему силуэту в полуоткрытой двери. — Не чеши. — слышит Миша и оборачивается. Саша стоит в дверях на руках с разомлевшей Москвой и ставшей почти родной за эти сутки баночкой. Смотрит так странно, не то пытается не улыбаться, оглядывая Мишу, не то до сих пор чему-то удивляется. Тёмно-зелёные точки красуются и под глазом, и на носу, на подбородке, лбу, щеках. Этот чудик в крапенку отчего-то особенно сердитый. Может потому, что его снова, как беспризорного котёнка, ловят и останавливают запретную борьбу с зудом. Миша подходит в Романову, берёт бутылëк из рук и тут же отходит. — Это ты… как? Саша скоро покраснеет от того, что пытается не смеяться. Миша ещё не дай бог подумает, что Романов над ним насмехается. Вон какой дëрганный ходит. А Саше просто забавно. По-доброму, неожиданно для себя даже несколько умилительно забавно. Неужели Московский стесняется? Какая прелесть. — Воздушно-капельным. Тебе объяснять, как ветрянкой заболевают? Саша сейчас даже пропустит эту колкость. — Ты чего пришёл-то? — вдруг спрашивает Миша. — Очень вежливо, Московский. Тебе задание передали. Сказали обязательно до среды сделать. Кошка на руках изгибается, и Саша выпускает её из своих объятий. Миша тихо усмехается: — Тебя она быстрее полюбила, чем меня. — Может потому, что не надо было её за хвост в детстве таскать? Вот сейчас Саша точно прыскает. Миша бросает на него поражённый взгляд, недовольно хмуря светлые брови. Как бы их зелёнка не заела, иначе потом будет тяжело отмывать. И Саше он станет напоминать Гринча, особенно когда хмурится. Но сейчас это конкретная ящерка. Или щенок, который случайно мордой плюхнулся в краску. — Коля уже всю мою биографию успел тебе рассказать? Романов смелеет и проходит в комнату, садясь на небольшой диван. Ещё раз перебирает листы с заданиями в руках, убеждаясь, что всё забрал из коридора. Краем глаза замечает какое-то движение. Миша, тяжело вздохнув, в одно движение стягивает с себя футболку, открывая вид на россыпь зелёных и красных точек. Саша тут же сильнее утыкается взглядом в листы, зачем-то перечитывая ненужные строчки. Делает это больше по-привычке, учтиво. — Да ладно, — усмехается Миша, оглядывая себя в зеркале, — Ты меня в раздевалке и без футболки, и без штанов уже видел. Манерный ты мой. Уже на это Саша привычно цокает. Миша прижигает зелёной палочкой мелкие красные точки на своих плечах, открывая себе обзор на них через зеркало. — Мог бы хоть предупредить, что придёшь. — Я тебе писал. Миша на секунду задумывается, но дальше Саша в ответе уже и не нуждается. Романов сокрушительно вздыхает, качая головой. Не потрудился проверить сегодня чаты, а умничает тут. Миша через зеркало замечает чужое приближение. Поворачивает голову и видит всё того же глупо улыбающегося Романова с протянутой рукой. У Саши щеки покраснели, в глазах искорки пляшут. Миша давно приметил, сколько его знает, когда тот улыбается или смеётся. Сначала отчего-то мнётся, после медленно протягивает атрибуты Саше, принимая его немое предложение помощи. Зелëнка в баночке уже ощутимо заканчивается, конечно, попробуй тут намажь такого лялю. Саша берёт новую ватную палочку, макает в жидкость и с особой осторожностью обрабатывает вредную сыпь где-то на лопатке, куда Миша не дотянется. Через зеркало замечает, как при касании зелёнки в некоторых местах Миша морщится. — Ага, с Сашей, значит, ты терпишь, а с нами ныл целый час. Чуть ли не под кровать прятался. Оба одновременно поворачиваются на низкий голос. Митя ставит новые баночки на тумбу, по-доброму ехидно усмехается и как быстро возник, так быстро и покидает комнату. Вот теперь Саша не отказывает себе в смехе, глядя на то, как очаровательно надувается Миша, провожая брата сердитым взглядом. Московский вовсе от всех отворачивается. Чувствует, как оголённую кожу щекочут Сашины кудряшки. — Чего ржëшь? — тихо бурчит Миша. Саша в зеркале трясётся. — Всё-всё, молчу. — Романов спешно возвращается к своему занятию. Всë-таки решает пожалеть бедняжку, и при следующем лёгком шипении легонько дует на место окрашивания кожи в зелёный. Миша вздрагивает, не ожидая успокаивающего ветерка на своей спине, но морщится перестаёт. — Я в среду зайду, заберу задание. Делай. — не отрывая взгляда от спины напротив, ставит условие Саша. Не может не заметить, как с каждой секундой чужие плечи всё больше расслабляются.

***

— Миша, а помнишь, как в 10 классе ты ветрянкой заболел? После трудного учебного дня и общих курсов по подготовке к ЕГЭ сил не остаётся ни на что, кроме как распластаться бок о бок на кровати. Миша плечом чувствует, как, хихикая, подрагивает Саша. — Нет.