Первая школьная любовь

Для меня он стал героем из книг. Конечно, не пылал он красотой, да и не был самым добрым человеком на земле. До сих пор не поняла кто он был для меня. Одноклассники знали, что я с ним остаюсь. Они часто обсуждали других людей за спиной, и часто я слышала, что позволяли себе сплетничать даже в полилоге с учителями. Обсуждали все: одноклассников, которые отсутствуют, учителей, которые не смогли проявить в себе черты строгости, неприкосновенности, как те, с которыми сплетничают. Это очень интересный момент. Я будущем хотела бы связать свою жизнь непосредственно с профессией учителя. Стараюсь, наблюдать за всеми и брать у каждого какие-либо черты, формируя единую личность. Одни добры и приветливы- их со временем начали унижать, другие грубы, заносчивы - их ценят, уважают, стараются подлизаться. А мой учитель был чем-то средним. Он не был добряком, но и нельзя было его назвать самым грубым человеком в земле. Тем, кого ценит - никогда не нагрубит. Кого презирает - готов послать. Я очень хотела написать с ним проект. Знала, что для многих он является научным руководителем. Видя еженедельные награждения его учеников, я очень хотела, чтобы и моя работа приносила ему хоть что-то. Хотелось быть полезной, оставаться после уроков по делу. Наше вечное попивание чая, казалось, скоро утратит свое превосходство, я хотела зарекомендовать себя как человека ещё и умненького. По итогу дал он мне тему, дал нужные книги, сказал о том, чтобы летом собрала информацию, со следующего учебного года начнем работу. Как отдал мне книгу - тоже отдельная небанальная история. Сидя на географии, на своей четвертой парте, я скучала. Честно сознаюсь, ненавижу географию - жутко скучный предмет. Вдруг открывается дверь, все содрогаются. Вошел грозный-грозный историк, явно день у него сегодня не задался. Быстрым шагом обходит класс, подходит к моей парте и протягивает нужную мне книгу. Весь класс обратил на нас внимание, даже учитель, с которым историк тогда даже не поздоровался. - это тебе. Прозвучала только лишь эта фраза, больше ничего. Я взяла, немного стушевавшись. Он быстрым движением обернулся и вышел из класса. Ребята тогда ничего не поняли и,смутившись, продолжили учиться, некоторые вернулись к своей работе, даже несколько закатив глаза. Мы с ним стали оставаться после уроков, мы пили чай, кофе, беседуя и рассуждая. Обычно звал он меня сам, либо я приходила по какому-либо вопросу и он подзывал меня посидеть с ним. Обычно приглашение от него звучало та:  — привет, как дела?  — ой, здравствуйте! - чаще всего я сидела на подоконнике в коридоре с книжкой. — все отлично — ну значит приходи после уроков, обсудим, что там отлично у тебя, - после этого на его лице играла обаятельная улыбка. Ну либо, он подходит, видя какую-нибудь ситуацию с классом. Как-то раз сидели на истории, нам раздавали текст. Перед этим на перемене компашка активистов стушевалась, они начали стебать меня. Он пошел в класс, сел на свое место изначально, сделав вид, что все отлично. Потом подошел и тихо спросил:  — тебя кто-то обижает?  — нет. Все хорошо, Илья Владимирович..  — подойдешь после уроков.  — хорошо, - пугливым голосом это прозвучало от меня. Я увидела перед собой лист заданий, который он положил перед моими глазами. Соседка, рядом сидящая, была очень удивлена.  Подходила я к нему после уроков обычно, когда он оставался со своими молодым учительницами в учительской.  Теперь же он оставался со мной, конечно, не на долго, но мне хватало. Он кормил меня не раз: — привет. Подойди после уроков. - он развернулся и ушел, эта фраза стала моей любимой- часто он её произносил. Прийдя к нему в назначенное время, он приказал сбегать за шаурмой. Перевел денег за двоих. Мы ели её очень смешно, помню, он измазался глупо. А я, на удивление, стоя в белой рубашке, не испачкалась. Когда-то он даже принес запеченную картошку с мысом. Это было мило. Я, конечно, стеснялась, но он настаивал на том, чтобы я ела. Учителя, бывало, заходили к нам, от непонимания делали свои глаза квадратными. Был момент, когда в очередной раз, подходя к его кабинету, мне кинула вслед молодая учительская следующую фразу: «ты дежуришь около его кабинета?». Хотелось ей ответить грубо, но я просто промолчала.  На протяжении года я оставляла ему иногда конфетки на рабочем столе. Пару раз он меня палил. Но сложилась такая у нас традиция: я приносила конкретно конфеты почему-то зеленого цвета. Любые конфеты, но в зеленом фантике. Мы сдали все экзамены, на каникулы я пожелала «остаться в школе». Я пошла туда подрабатывать. Тут опять помог Илья Владимирович, он собрал документы. Многие из школы хотели ходить на летние подработки, многие из моего класса подавали заявления ещё в декабре. Я узнала от моего историка о подработке только в апреле, 30 мая он позвонил моей маме, сказав о том, что место одно он для меня нашел. Пока мы собирали нужные документы мои одноклассники возмущались на тему того, что на их заявление тогда пришел отказ. Илья Владимирович тогда подошел к ним и напрямую сказал о том, что была очередь и их не взяли именно из-за поздней подачи. Я тогда немного была в шоке. Проходила половину лета в школу, на зарплату накупила себе книг и одежды, начала одеваться так, как нравится. Мой веселый стиль одежды: рваные джинсы, яркие футболки перестали быть актуальными для меня. Я начала ходить в строгой одежде, купила на осень пальто, красивый шарф, брюки и рубашки. Я начала выглядеть по-иному. Честно скажу, весь учебный год была стеснительной девочкой, плаксой, боялась своих одноклассников. Перешла я в следующий класс другим человеком. Начала более ценить себя и свои хобби, начала больше читать книг, поднялась умственно и духовно. Мой начали интересоваться люди, в особенности люди, которые до этого не смотрели даже в мою сторону. Я начала практиковать свои навыки рисования на холсте, начала играть больше на гитаре и учиться петь. Если говорить насчёт будущей профессии - я все лето занималась данной наукой, в первой четверти следующего класса я получила пятерку. Возникнет справедливый вопрос: « почему такая перемена?». Я отвечу не так коротко как хотелось. Я пережила страшное расставание с человеком. Читать может подумать о том, что это как-то связано с моим учителем, но нет. У меня была лучшая подруга. Я допустила ошибку: я привязалась очень сильно к человеку. Мы были созданы друг для друга. Познакомились мы зимой, сразу нашли общий язык. Девочка эта училась моей школе, была старше меня на год. Мы буквально сразу начали дружить: мы гуляли, ходили друг другу в гости, у нас были схожи интересы. Я до сих пор верна этому человеку, до сих пор ценю прожитое вместе время. Почему все пошло не так? Ответ легкий. Она переехала в другой город. Помню разговоры о том, что «мы будем общаться через интернет», это легко сказать человеку, который, теряя друга и самообладание, умирает. Пошли разговоры о переезде, все пошло на по плану. Пошли переживания с обеих сторон. (Забыла сказать о том, что это был мой первый друг, то, что чувствовала я при взаимодействии с ней, не могла чувствовать ни с кем.) Разговоры начали идти напряженные, сложные и не такие как раньше. Почти каждый разговор по телефону, да и в живую сопровождался слезами. Мы попрощались заранее, это странно. То есть мы встретишь в начале лета, была договоренность, что не на последняя прогулка, но все мной воспринималось как в последний раз. Мы подарили друг другу памятные подарки и прощаясь не могли разойтись. Она уезжала на время в тот город, в который переезжает через месяц. Не отпускали мы друг друга. И верно, верно, что не отпускали. Была эта последняя прогулка с нами странными. Мы начали меняться за время её пребывания в том городе. Странно, только один месяц,а уже проблемы. Мы не встретилась через месяц, и через два не встретились. Мы перестали общаться в так же летом. Одно сообщение, в котором правдиво была описана вся наша ситуация, сообщение, в котором она отказалась от меня. Помню, я тогда почувствовала впервые настоящую боль. Мне больно это вспоминать. Из рук телефон был вынужден упасть, в сердце закололо. Я медленно спустилась по стене вниз. Глаза заполнились слезами, мозг отказалась воспринимать какую-либо информацию. Весь мир у меня рухнул. Больше ничего не существовало. Пить мне было трудно, есть тем более. Я смутно помню как даже нож в руки взяла. Шрам до сих пор со мной. Я поставила отметины на всей левой руке. В комнату вошла мама, на её лице прозвучал ужас. Она всячески меня успокаивала. Я же молилась о том, чтобы меня записали к психологу. Я не могла вернуться к жизни 4 месяца. В том же месяце 3 числа произошла эта ситуация, 5 числа мне купили друга- котенка. Мама боялась, что я могу с собой что-то ещё сделать. Она купила мне кота, и он в правду стал мне другом. Сейчас он огромный, ему почти год, он самый лучший кот на земле. Он способствовал моему скорейшему выздоровлению. Вот так. Вот так мы стали сильнее чем прежде. С тех пор ближе никого у меня не было чем она, да и я никаких друзей уж нет не искала. Если нужно будет, найдемся сами)