Ты мой герой, Джонни

Зайдя на кухню, я обнаружила Эмму, колдующую над чем-то у плиты. — Помочь? — спросила я. — Обойдусь, — она даже не повернулась в мою сторону. — Не похоже, чтобы ты умела готовить. — Я способная и быстро всему учусь. Я же не могу позволить Джонни голодать. Я смогу утолить любой его голод и на кухне и в спальне, если ты понимаешь, о чём я. Эмма выронила лопатку, которой переворачивала бекон, но, быстро взяв себя в руки, подняла лопатку и, вытерев её о бумажное полотенце, продолжила готовку, стараясь не смотреть в мою сторону. — Странно, что ты решила за него, кому он позволит утолять свой голод. — Странно, что ты решила, что я уже этого не делаю. Девушка багровела на глазах. Может, Джонни и убьёт меня за это, но, Боже мой, оно того стоит. Я заставлю эту ядовитую змею захлебнуться собственным ядом. Эмма повернулась, она из последних сил пыталась удержать беззаботную улыбку на своём, перекошенном от злости, лице. Надеюсь, она быстро поймёт, что я ей не по зубам и не стоит со мной бодаться, ведь в стервозности я дам фору любой такой вот «Эмме». И сейчас я вышла с ней на тропу войны. — Ах ты… — зашипела Эмма, зло прищурив глаза. Джонни сидел на диване в неловкой позе, выставив вперёд больную ногу и лихорадочно соображая, как справиться со сложившейся ситуацией. Его не беспокоил напряжённый разговор с Эммой — с ней он объяснится потом, но вот вероятность того, что здесь их могут найти, была совершенно не нулевой. Было очевидно, что в этот раз, как и при попытке похищения, работали дилетанты, но что будет, когда за дело возьмутся профессионалы? А что-то ему подсказывало, что вскоре так и случится. Ещё в машине Джонни скинул на автоответчик Прайсу сообщение и вот теперь раздался телефонный звонок. — Джонни, всё в порядке? — спросил взволнованный Прайс. — Возникли небольшие проблемы с моим заданием. — Что с девушкой? Она жива? — Живее всех живых. Похоже, что её смогут убить только серебряные пули и осиновый кол, или... чем ещё там убивают ведьм. — Тем, что ты перечислил, убивают вампиров. — Тоже подойдёт, потому что она уже попила мне достаточно крови. Прайс усмехнулся в трубку. — Наше убежище нашли, — продолжил Джонни. — Мы сейчас в месте, о котором, пока, никто не знает, но то, когда нас найдут, лишь вопрос времени. — Я понял. Я поговорю с её отцом и мы подумаем, как решить эту проблему. — Буду ждать звонка, — Джонни сбросил вызов. Зайдя на кухню, он посмотрел на девушек, молча буравящих друг друга взглядами. Пытаясь разрядить обстановку, он сказал: — Вкусно пахнет. — Угощайтесь! — выпалила Эмма и пулей вылетела с кухни. Джонни посмотрел на Еву, беззаботно накладывающую себе в тарелку яичницу с беконом. — Что здесь произошло? — Ничего. — Ты в этом уверена? — Слушай, я не виновата, что твоя «знакомая» не выдерживает даже малейшей конкуренции. — Ева, что ты ей сказала? — Я? Совершенно ничего особенного. Я всего лишь предложила ей свою помощь, а она распсиховалась. Нервная какая-то. — Хватит испытывать моё терпение, я предупреждаю в последний раз. — Почему ты мне не веришь? — Потому что ты не заслуживаешь абсолютно никакого доверия. В прихожей послышались шаги. Джонни вышел из кухни и я пошла следом. Эмма стояла возле входной двери, роясь в сумочке в поиске ключей. — Ты куда? — спросил Джонни. — В дом престарелых. Сегодня день посещения. — Передавай привет Шарлотте. — Если хочешь, можешь пойти со мной. — Я не могу оставить Еву здесь одну. — Тогда бери её с собой. Судя по твоему рассказу, она фартовая. Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы эта идиотка не сбежала в клуб. — Эй! Сама ты… — Хватит! — рявкнул Джонни. — Может, ты и права. Пройдёмся немного, заодно осмотримся. Вряд ли те ребята действовали наугад. Эмма, найдётся одежда, бейсболка и тёмные очки? Эмма хмыкнула, но повела меня за собой. Надев всё, что она мне дала, мы спустились вниз. Она не была в восторге от того, что я была с ними, но старалась сильно не подавать виду. Мило улыбаясь Джонни, она взяла его под руку. Закатив глаза, я молча следовала за ними. Мы подошли к витому металлическому забору, за которым расподилась аккуратная лужайка. Пройдя по узкой дорожке, мы зашли в здание и оказались внутри просторного холла. Стены там были выкрашены в ослепительно белый цвет, от чего я невольно прищурилась. На диванах, стоявших в холле, сидели люди, тихо беседуя друг с другом. Посетителей было не очень много, поэтому мы без труда нашли свободный диванчик. Джонни и Эмма сели на него, ожидая, когда медсестра пригласит нужную постоялицу, а я подошла к окну, не желая им мешать. От нахождения в пансионате даже непродолжительное количество времени, у меня начанала болеть голова. Здесь так сильно пахло нафталином, что казалось, сами старики выделяют его, чтобы их случайно не съела моль. Я поморщилась и приложила к носу рукав от рубашки. Если я когда-нибудь доживу до столь преклонных лет, то предпочту, чтобы мне сделали эфтоназию, чем заживо гнить, прозибая в одном из подобных мест. Наконец, к Джонни и Эмме подошла пожилая женщина с румяным лицом и забавными кудряшками. Тепло улыбнувшись, она взяла их за руки. Странно было видеть её здесь, ведь женщина просто сочилась здоровьем и жизненной энергией, не смотря на неторопливые, даже немного пассивные движения. Списав это на возраст, я продолжила наблюдать за этой семейной идиллией. Женщина села между Эммой и Джонни, продолжая держать их за руки. Говорила она тихо и спокойно, что мешало мне расслышать суть их разговора. Она выглядела такой умиротворённой, пока в один момент не начала озадаченно озираться по сторонам. Эмма нежно погладила её по плечу и подозвала медсестру. Подошедшая медсестра взяла женщину под руку, помогая встать с дивана и уводя её за двойные двери мерзкого мышиного цвета. Уже дома я спросила у Джонни, что у них там произошло. — У Шарлотты проблемы с памятью, — ответил он. — Альцгеймер. — Бедняжка. Надеюсь, с ней всё будет в порядке. — Не делай вид, что тебе не всё равно. — Ладно, мне абсолютно всё равно. Так лучше? — Так хотя бы честнее. — Отлично, с этим разобрались, — я подошла ближе. — Итак. — Что? — Ты поцелуешь меня, наконец, или нет? — Ева, зачем ты опять… — Потому что я этого хочу. — Тебе не кажется, что сейчас у нас есть дела поважнее? — Дела подождут, а я нет, — я попыталась стянуть его футболку. — Не забывай, в чьём доме ты находишься, — послышался голос сзади. — Ведёшь себя как шлюха. — А ты что, полиция нравов? — я недовольно обернулась. — Слушай, ты… — Так, всё. Всё! — Джонни встал, поправляя футболку. — Джонни, почему ты позволяешь ей подобное? — взвизгнула Эмма. — Господи, — он устало потёр переносицу. — Лучше бы меня пристрелили, честное слово. Наступившую тишину нарушил звонок мобильного. Джонни торопливо нажал кнопку. — Слушаю! — почти крикнул он, пока мы с Эммой сверлили друг друга уничижительными взглядами. — Да. Отлично, — вздохнул он, садясь на диван. — Скоро будем там, — сбросив вызов он повернулся ко мне. — Собирайся, Прайс прислал за нами вертолёт. — Кто такой Прайс? — Все вопросы потом. Эмма, довезёшь нас до аэродрома?