(Не)детский праздник

— Скорпиус, ты летишь так, как будто твоя метла — большой тряпичный шарф! Обхвати ее покрепче! Так ты сможешь лучше держать равновесие. Драко стоял на мягкой зелёной траве и наблюдал за сыном, тренирующим азы полётов на метле. Скорпиус летал на высоте пяти метров, его руки немного дрожали, а метла казалась не совсем устойчивой. Месяц назад ему исполнилось семь лет, и этот день стал для него по-настоящему особенным.   Когда Скорп впервые увидел свой подарок, его глаза засветились искренним восторгом. Перед ним лежала последняя модель Нимбуса, которая ещё не была доступна для широкой продажи. Драко смог получить эту метлу благодаря личным связям в своём квиддичном бизнесе. Новое изобретение на волшебном рынке имело инновационную систему управления и стабилизации, что делало её идеальным выбором для начинающих.  Юного Малфоя не волновали эти детали. Для него гораздо важнее было то, что теперь у него появилась его первая блестящая, восхитительная метла. Он чувствовал себя таким взрослым.   К первым тренировкам было решено приступить на следующий же день. Драко и Скорпиус вышли на задний двор роскошного поместья в графстве Суррей, облачённые в квиддичную форму. Погода в конце сентября стояла чудесная. Чистое и ясное небо словно было создано для полётов.    Скорпиус в нетерпении произнёс: «Вверх!», и Нимбус тут же подчинился ему — глянцевая рукоятка метлы медленно начала подниматься в воздух. В глазах отца моментально сверкнула гордость. Драко, в своих грубых, кожаных перчатках для квиддича, с восхищением похлопал в ладоши. Подбородок Скорпиуса взмыл вверх. Ещё один гордый Малфой.   За этот месяц сын уже освоил несколько приёмов, и мог вполне стабильно держаться на безопасной, для своего возраста, высоте. Было естественным, что ему недоставало уверенности, и его могла страшить высота, которую он взял сегодня.    Драко подумал, что если бы их сейчас увидела Гермиона, то точно прочитала бы целую лекцию о том, что позволять сыну подниматься выше обговорённых трёх метров – безрассудно, опасно и... И, и, и.   — Тебе легко говорить, — раздался с высоты недовольный крик мальчика.    Драко усмехнулся. У них с сыном, помимо платиновых волос и серых глаз, было ещё одно очевидное сходство: оба быстро выходили из себя, когда что-то не получалось выполнить идеально.  Он обвил пальцами рукоятку, перекинул через неё ногу и крепко зажал метлу между бёдер. Приблизившись к сыну, Драко с легкостью поднялся кверху и мастерски выполнил петлю. Скорпиус замер в воздухе, проследив за каждым его движением.  Когда-нибудь он сможет точно так же.   — Вот так, Скорпиус. Посмотри, как я держу метлу. Он продемонстрировал правильный захват рукоятки, показав, как были размещены его пальцы, и продолжил объяснение: — Метла должна стать продолжением твоих рук, тогда ты сможешь управлять ею.  Пальцы плотно прижаты, но кисти достаточно расслаблены, чтобы ты смог менять направление. Заметно расслабившись от присутствия своего наставника рядом, Скорпиус попытался повторить движение.   — Так? — несколько неуверенно спросил он, посмотрев на отца.    Драко грациозно восседал на зависшей в воздухе метле. Его широкие плечи были расправлены, а спина выпрямлена.    — Уже лучше. А теперь, попробуй полететь. Я буду рядом, чтобы в случае чего тебя подстраховать. Не думай о высоте. Однажды она покажется тебе совсем смешной. Как мне сейчас. Скорпиус кивнул в знак согласия. Он больше не выглядел расстроенным. Драко смог его приободрить. И даже мелко накрапывавший дождик не мог стереть с его детского лица довольную улыбку.   Они тренировались до тех пор, пока безобидные капли не превратились в самый настоящий, промозглый дождь. Вдобавок к этому, на улице поднялся неприветливый ветер. Драко позвал сына, и жестом указал на мокрую траву внизу. Он приземлился первым, наблюдая как плавно опускается на землю метла Скорпиуса.  — Придётся закончить на сегодня, Скорп. Дождь становится чересчур сильным, и нам лучше вернуться в дом. Не хватало ещё, чтобы ты простудился в канун Хэллоуина и не смог напугать нас с мамой твоим жутким костюмом.  Разочарование на лице мальчика было утоплено в приятном напоминании о том, что совсем скоро наступит его любимый праздник.   Драко и Скорпиус вернулись в просторную гостиную, совмещённую со столовой. Они оба были промокшие, но их лица светились удовлетворением после успешной тренировки.   Практически одновременно с их появлением, в дверях возникла фигура Гермионы. Её обычно завязанные в низкий пучок волосы, теперь аккуратными волнами лежали на плечах. Она частенько собирала в причёску свои непокорные кудри, когда отправлялась в Министерство в будний день. Занимая выдающийся пост Министра магии в течение последних трех лет, она не могла позволить, чтобы что-то в её внешности не соответствовало строгому, формальному образу. Это была ещё одна причина, почему Драко так любил два этих волшебных дня — субботу и воскресенье. Во вьющихся каштановых волосах, порой выходящих из-под контроля, он видел естественную красоту, непринужденность, жизнь и свободу. Всё, что он искал когда-то и, наконец, нашел.  В ней.   Вместо привычной тёплой улыбки, которой эта молодая женщина ежедневно одаривала членов своей семьи, на её лице отобразилась тревога. Тёмные брови были нахмурены, а губы сжаты. Она скрестила руки на груди.  Плохой знак.   — Ты уже вернулась? – спросил Драко и стянул с рук массивные перчатки для квиддича.    Он знал, что обычно покупки для праздника занимали куда больше времени. Малфой взглянул на громадные часы над камином, и осознал, что это они слишком увлеклись полётом на мётлах.   Гермиона, очевидно, решила превратить его в горстку пепла при помощи одного своего пристального взгляда. Она была встревожена и раздражена. Даже сырая ткань квиддичной формы сейчас казалась мелочью, в сравнении с искрами недовольства, которые она ему посылала. — Драко, о чём вы думали, летая со Скорпиусом в такую погоду? Он мог заболеть!   — Наш сын сегодня приблизился ещё на шаг к тому, чтобы стать лучшим ловцом, когда пойдёт в школу. У него так хорошо получалось, что мы не могли закончить, пока дождь окончательно не испортил тренировку. Мы были осторожны, — ответил Драко, и в тоне его голоса просочилась чистая гордость. — Осторожны? Вы летали слишком высоко для его возраста! А если бы из-за ветра он не справился с метлой?  — Мы поднимались только на ту высоту, которую Скорпиус способен преодолеть, Гермиона. И он справился прекрасно, не так ли, сын? Скорпиус всё это время стоял рядом с Драко и искренне не понимал недовольство своей матери. Он только что научился контролировать метлу, и последнее, что его волновало — мокрая одежда.  — Да, мама, я был осторожен, — он подошел к ней, и Гермиона тут же запустила пальцы в его мокрые белоснежные волосы.    Она вынула палочку из кармана выходной мантии и одним заклинанием высушила досуха спортивную одежду Скорпиуса.  — Отправляйся в свою комнату, Скорп, — едва слышно вздохнув, сказала она. Этот вздох обычно означал, что Гермиона молчаливо признавала свое поражение.    Заметив её потеплевший взгляд, Драко не сдержал ухмылку.  — Не надо так ухмыляться, Малфой. Я всё ещё сержусь на тебя, — проворчала она, как только Скорпиус вышел из гостиной.  — Как скажешь, Грейнджер, — ответил Драко, продолжая кривить губы в ухмылке.  Гермиона смерила его оценивающим взглядом с ног до головы, и сосредоточилась на мокрых платиновых прядях, прилипших ко лбу мужа.  — Малфой.  — Что?   — Я — Малфой, — она прикусила нижнюю губу, пытаясь сдержать улыбку, которая могла бы выдать её истинные чувства. — Встретимся за ужином, — напоследок бросила девушка и, вздёрнув подбородок, удалилась вслед за Скорпиусом.