"Наша встреча не имеет конца, только будущее."

一 “Потому что ты не мог и до сих пор не можешь встретиться лицом к правде!” 一

Как давно я не ощущал этого странного, затаившегося где-то внутри, чувства. При одном только взгляде на солнце глазам не становилось сухо, брови не хмурились, внутри не возникало желания поскорее опустить взгляд и отвернуться, лишь бы не смотреть на яркий источник света. В прямом смысле, не употребляя лишних слов, я видел такое каждый раз, привыкая к тому, как грубо и резко вел себя Би-Хан при одном только солнечном свете, падающим на него. Словно отталкиваясь от этого приятного источника, от утешающих лучей светила, он с разгневанным бурчанием отворачивался и махал рукой, намереваясь поскорее избавить себя от подобного света. Я с легким фырканьем реагировал на эту картину со стороны, предпочитая оставаться ее сторонним зрителем, ни на что более способным, кроме того, как тихо и спокойно лицезреть происходящее передо мной. Би-Хан ведь не хотел сделать ничего плохого по отношению к теплому свету, он ненавидел его, ведь был таким человеком по природе. Как наивно с моей стороны было предполагать, что это лишь временные проявления его характера, глупо веря, что в душе он все такой же маленький и энергичный ребенок, несущийся навстречу приключениям. Внутри - хороший и отличный образец старшего брата, укрывающийся своим строгим и непробиваемым характером лишь потому что он Грандмастер Лин Куэй, которому запрещается показывать слабые стороны. Как же хочется облить себя кипятком со стыда, горя так интенсивно изнутри, что одни пальцы чешутся от подобного желания причинить себе боль. А причинить ее потому что я устал чувствовать все заново, переосмысляя все то, что относилось к моему старшему брату. Тяжесть прошлого должна была нести меня напролом будущему, сподвигая меня стараться избегать прежних ошибок и учиться им, не поворачиваясь навстречу ушедшему лицом. Моя голова болит при каждой мысли из детства, где я видел его, Би-Хана, своим источником света и счастья, позволяя держаться за эту звезду возле меня всеми силами слабеньких крохотных ручек. Дни суровых и безжалостных тренировок с отцом не значили ничего сложного для меня, пока я находился рядом с братом и видел то, как плавно стекал пот по его вискам, когда он старался над упражнениями и отдавал всего себя ради похвалы и признания. Я не замечал этих признаков, глубоко впиваясь зубами в одно только слово “восхищение”, каждый раз наблюдая старания старшего брата и веря, что в будущем я смогу сражаться бок о бок с ним, защищая Земное Царство от всех угроз и противников. Маленький я не догадывался о сыром будущем, где не будет места ни одному крохотному солнечному свету, прорывающемуся сквозь ледяные покровы старшего брата, отказавшегося от своей человечности. Он разорвал всю связь с нашим общим прошлым, что значило, что он поставил точку и нашему будущему. Би-Хан больше не связан со мной ни детством, ни отданными друг другу клятвами сердца и преданности, идя навстречу неизвестной силе и эгоизму. А я остался на месте, наблюдая, как он медленно превращается в ненасытного монстра, ощущая на языке привкус несправедливости и боли. 一 Куай Лян, о чем ты задумался? - прерывает мои внутренние рассуждения один знакомый и мягкий голос, больше не несущий в себе холод и глубинную ненависть. Всякий раз, слыша этот до боли умиротворяющий голос, я ловлю себя на горькой мысли, что все могло быть совсем иначе, совсем по-другому. Я мрачно подергиваю плечами, сам не понимая, что этим имею ввиду. Очередное “я не знаю, я не понимаю” не выходит из моих уст, так как вопрос был устроен иначе, чем все остальные от Би-Хана. Этот чужой, но до боли знакомый образ моего брата, ставшего временной частью этого мира, продолжает приносить мне вопиющую боль внутри, когда мозг с первых секунд распознавания этого лица вновь и вновь переворачивает страницы прошлого. Напоминает, как же больно напоминает он об утерянном, сам не понимая, как его присутствие одновременно срывает все живое с меня, одновременно помогает мне почувствовать себя живым. Да, ощущение того, что я мертв, преследует меня с тех пор, как огонь ненависти был потушен этим внезапным осознанием того, что все потеряно. Мне приходится каждый раз подбадривать самого себя, чтобы вырываемые из моей гортани звуки не казались уж больно выдавленными и нежелательно холодными. Я не хочу быть похожим на того, кого ценил больше всего в Земном Царстве. 一 Все нормально, я просто задумался. - я отвечаю с пустой головой, взглянув вниз на сжатые ладони, потеряв из мыслей изначальную структуру вопроса. Меня не спрашивали, как и я и почему я витаю в облаках, ругаю я себя, с небольшим ощущением дрожи в теле поднимая взгляд. С каких пор я стал таким пугливым, спрашиваю я себя, хоть ответ мне давно известен. Я смешал боязнь одиночества с тем, как сильно не желал огорчать Би-Хана во всех своих выражениях и словах, привыкая к тому, что за каждым моим неуверенным ответом идет пассивно-агрессивная ругань старшего брата. Это было большим, что пряталось за моими частыми выпадениями из реального мира в мысли. 一 Вопрос был не в том, что ты задумался, - начинает титан Би-Хан по известному мне принципу ответа, вливая в свой голос каплю серьезности. Я краем глаза замечаю, как его темные длинные брови слегка нахмурены, хоть и не выражая свою обыденную сердитость на мироздание, но они явно говорили о моей оплошности. Мне приходится выпрямиться и поправить свою сидячую позу, сдвинув плечи назад и расставляя руки на коленях, пока я стараюсь усидеть спокойно на краю деревянного крылечка беседки. Помню, мы пришли сюда, пока странствовали вглубь территории моего клана, а потом шли все дальше и дальше от знакомого мне участка земли. Тогда мои губы шевелились в коротких незамысловатых предложениях, небольших и сухих ответах на вопросы Би-Хана. Стоило ли мне звать его титаном Би-Ханом, чтобы более эффективно различать его от своего Би-Хана? Я запутался в том, какие именно отношения держать с тем человеком, что натворил дел в моем мире, оставив внутри меня необратимые изменения. Временная линия всегда готова к любым препятствиям, ведь на ее стороне будут все ее защитники и жители, пока я ощущаю себя неимоверно одиноким, имея в виду тех, кто находится рядом со мной. Но мозг отказывается этого признавать, как и то, что я остался зависимым от прошлого. Это не надоедает, но пожирает изнутри. Большая беда в том, что я остался зависимым от Би-Хана. 一 …Вопрос был в том, о чем ты задумался, Куай. - заканчивает титан Би-Хан, когда я снова утонул в размышлениях, щелкая пальцами у моего носа. Он не бьет по плечу, заставляя меня обратить на него внимание, и не поворачивает за предплечья к себе лицом, одновременно с этим сжимая мою кожу ледяными пальцами, передающими страх к неподчинению. Я ощущаю себя собакой на привязи, раз за разом понимая, что мои привычки были рождены из-за Би-Хана. 一 Ты снова меня не слушаешь. Я снова ошибся? Я снова сделал ошибку? Я снова недоглядел? Тело напрягается, услышав эту речь. Би-Хан, все это время сидящий рядом со мной на крылечке, оживленно притрагиваясь к ветвям деревьев, обращает на меня полное внимание. Я могу сказать это по его взгляду, медленно и остро обращающемуся ко мне, напоминая о невозможности получить ничего доброго в ответ. Когда же на меня не смотрели так холодно и жестко, помогая хоть на секунду ощутить себя нужным? Он поворачивается ко мне, выпуская из своих пальцев шуршащие листвы дерева, проскальзывающие вдоль его кожи в сторону теплого воздуха. Би-Хан елозит на месте еще немного, одаряя меня все тем же острым взглядом, заметившим что-то интересное и важное для него. Я слегка напрягаюсь телом, вновь туманно взглянув на него, желая как можно скорее отбросить оцепенение в себе. Что-то мешало мне нормально мыслить и реагировать на происходящее, и опираясь на горечь во рту, я бы сказал, что это снова те самые воспоминания о прошлом. Так или иначе, я больше и больше погружаюсь внутрь себя, теряя важную связь с реальным миром, предположительно строя вокруг себя этот стальной барьер. Моя очередная задумчивость всегда выбешивала старшего брата, когда он ожидал от меня четко поставленных задач или ответов, вырывающихся с моих уст как сюрикены. Но я был бы рад забыть об этом, если бы только не встретился с другим Би-Ханом, подарившим мне фальшивую мечтательность о лучшем. Би-Хан, которого я желал искренне отделять от своего собственного оригинала, наконец подсаживается еще ближе ко мне, расставляя широкие руки на коленях. Его взгляд бродит по всему моему телу, разглядывая каждый длинный и уродливый шрам, давая ощущение того, что его пальцы бродят по моей сухой коже, разглаживая мягкими кончиками выпуклость и засохшую рану. Я мгновенно отдергиваюсь от мысли, что это было реальностью, чтобы после с легкостью осознать, что все это время взгляд старшего брата был смягченным, в какой-то мере переживающим. Би-Хан выдает усталый вздох, бродя глазами с моего тела к траве, когда очередная мысль вылетает с его уст в глухие уши, оставаясь проигнорированной или не услышанной. Он не знал того хаоса, творящегося во мне, что огорчало его. Я же не чувствовал всякой необходимости в том, чтобы делиться переживаниями с кем-либо. 一 Куай, я же вижу, что тебе неуютно. - Би-Хан говорит и притрагивается своей размашистой ладонью к моему плечу, проводя хоть и ледяными, но такими успокаивающими пальцами по напряженным суставам. Вечная боль и усталость в них постепенно уходит, стоит горячей плоти почувствовать родное прикосновение, отправляющее воспоминаниями в детство. Снова, снова и снова. 一 В чем проблема? 一 Брат, не стоит волнений, я в порядке. - я пытаюсь ответить уверенно, в своей манере, но это выходит с усталым и тяжелым воздухом. Складывается такое ощущение, что общение с ним опустошает меня, и я не имею никакого желания находиться с ним рядом, читаю я это по его выражениям глаз. Брат, знал бы ты, как сильно влияют на меня абсолютно любой твой взгляд и слова. Я не могу сказать этого вслух, но даже тишина рядом с тобой наконец позволяет моей буре внутри угомониться, пока я держусь дрожащими руками за то, что называлось “прошлым”. Единственный мой прокол в том, что я продолжаю видеть не альтернативную версию тебя, а настоящего мне Би-Хана. 一 Кхм, ты ведь не врешь мне, правда? - Би-Хан подбадривающе хлопает меня по плечу, получая в ответ беглый взгляд. На его лице появляется легкая улыбка, способная утешить мои разорванные кусочки себя, пока я смотрю на эти кончики губ, приподнятые к его мягким щекам. Возникает желание улыбнуться в ответ и прикоснуться к розовым губам, чтобы доказать себе реальность происходящего, что эта улыбка по-настоящему расплылась по его лицу. 一 Я твой старший брат, подобная ложь не пройдет мимо моих глаз незамеченной. Я сам не замечаю, как с моих легких вырывается сжатый смешок. 一 Би-Хан, знаешь, мне еще столько всего стоит тебе рассказать.. - я произношу очень мягко и с долей печали в голове, когда искренность выходит наружу вместе с болезненными воспоминаниями прошлого. Я дергаю плечами и закрываю глаза, вновь перекручивая перед собой последний бой между мной и моим оригинальным старшим братом, с электрической болью в лице ощутив ту знаменующую рану. Шрам, что оставлен моим Би-Ханом, не закроется никогда, из раза в раз напоминая о предательстве и одиночестве, осязаемым в тот момент. Не знаю, почувствовал ли альтернативный Би-Хан эту глубокую печаль, однако мне искренне хочется верить, что он ее поймет. Я мечтал о том дне, когда мы смогли бы поговорить по душам. 一 Куай, у тебя еще будет время поделиться со мной многим. - Би-Хан тепло отвечает, его рука медленно останавливается у моей шеи. Я покидаю мысли и перевожу взгляд с тьмы на эти расслабленные и любящие, до невозможности ласкающие глаза брата. В сердце рождается новое чувство, не сравнимое с теми предыдущими, что постоянно окружали меня в периоды одиночества и боли - понимание. Мне хочется улыбнуться в ответ, хоть заставить себя не могу, я стараюсь показать в глазах легкое сияние. Оно ведь видно? Однако, это было не единственным, что волновало этого Би-Хана больше всего. Несколько мои эмоции и задумчивость сильно тревожили его, сколько то, что осталось на лице после суровой и очерняющей душу друг друга битвы - шрам на левом глазу, еще свежий и не заживший, ярко отмеченный на коже под и над веками глаза. Я даже не заметил то, как внимательно разглядывал альтернативный Би-Хан мой шрам, прежде чем прикоснуться своими сильными плечами к моим и поднять руку. Я рефлекторно вздрагиваю и дергаюсь назад, пока перед моим взглядом вновь раскрывается сцена битвы и сражения между мной и братом, где алый всплеск крови чуть не попадает мне в глаза, падая на землю скоротечными каплями. Взгляд фокусируется на дрожащей ладони, прикрывающей от самого себя и противника истекающую кровью рану, начатую от лба и заканчивающуюся на левой щеке. Резкий привкус боли, колющее ощущение на брови, шипящая в ответ на рану кожа. Все это мгновенно игнорируется мной, когда я пытаюсь взглянуть в лицо брата, стоящего рядом с окровавленным ледяным острием в руке. Его глаза горели желанием к продолжению битвы, ни капли единого переживания, только напряженные мышцы рук и крепко держащая острие рука. Томаш рядом, пытающийся вступить битву за меня, горечь потери и предательства в груди, сжатая челюсть и гнев, возникающий в моих кончиках пальцев - одно огромное проигрывание той сцены вновь пробуждает во мне трясучку и дрожь, проносясь взбудораживающим кровь острым недугом. Я подсознательно испугался того, что меня вновь ожидает острый удар по лицу и режущая кожу рана. Альтернативный Би-Хан, замечая реакцию, нежно и крайне осторожно прикасается подушечками пальцев к шраму, пытаясь успокоить мое настороженное сознание. Каждое его действие в сегодняшнем дне было наполнено предельной аккуратностью и вниманием к моим вздрагиваниям и болезненым реакциям. Это осознание пришло ко мне чрезвычайно поздно. Его пальцы медленно проглаживали путь от начала шрама к его концу, касаясь закрытых век левого глаза. Присутствие его руки на моем лице вначале несло за собой устрашающий и мучительный эффект на мое сознание, подначивая тело к тревожной подготовленности, пока вскоре, будто успокоенный лаской родителя ребенок, я не стал успокаиваться под бережными движениями. Движениями, лишенными всякого намека на ненависть и соперничество с собственным младшим братом. Я расслабляюсь, понимая, что за этим не последует удар. Как давно я вел себя прирученным к боли питомцем? 一 Кто это сделал с тобой? - спрашивает Би-Хан пониженным и взволнованным голосом, останавливаясь пальцами на моем закрытом веку. Он тщательно сдерживает внутри себя этот шипящий подтон, по которому бы я мог ощутить, как он рассержен, видя длинный и неопрятный шрам на моем лице. Я очень легко выдыхаю, переводя взгляд с его лица в сторону, чтобы не видеть очертание знакомого мне лица на альтернативной версии. Мне не хочется обманывать себя тем, чего не существует, но вместо этого я наступаю на те же грабли, выдерживая тишину. Тишину, что напрягала уже не меня, а Би-Хана, приблизившегося ко мне чуть ближе, касавшегося второй рукой моей правой щеки. Эти ледяные пальцы были созданы не только ради битв и кровопролития, оказывается, они могли и любяще притрагиваться к горящей коже, успокаивая травмированный разум и принося чувство, поныне закопанное во мне. Я пытаюсь закрыть глаза на прошлое, отсеивая остатки того лица, что боюсь видеть перед собой, встречаясь лицом с правдой. Би-Хан умел любить, и в его глазах читалось самое настоящее переживание обо мне и моем болезненном шраме, жестоко оставленном на лице. Его нежность доказывала, как сильно он отличался от моего родного брата, поддерживая на шраме эти бережные пальцы. 一 Это был ты, Би-Хан, только в моей временной линии. - я произношу это с горьким хрипом в голове, открывая для себя известную давно правду. Она приносит мне успокоение, как будто все время желающая быть услышанной близкими мне людьми. Как мало хочется сердцу для того, чтобы успокоиться. Би-Хан сердито хмурит темные брови, по его лицу можно предположить, как он зол был на собственную версию. Я бы мог прекрасно передать то ощущение, в котором моя душа поднимается на легке от осознания, что эта альтернативная версия брата умела душевно и искренне любить. Я более не мог отрицать от себя данного факта, и мне пришлось с легкой улыбкой это принять. Даже если этот шрам стоит мне всех моих накопленных обид и глубинной боли, сейчас я видел, как искреннее волнение и забота проигрывались в глазах старшего брата. Он не был моей версией брата, и я не мог надеяться на будущие частые столкновения с ним, что вызвало горечь от мыслей. Но я уверенно знал о том, что наша встреча не имеет конца, только будущее. Глаза и действия Би-Хана доказали мне о том, что надежда внутри меня еще не сгорела от пламенной бури, и я готов принять эту заботу с открытой душой. 一 Как он… Как он посмел. Это меня раздражает! - Би-Хан шипит себе под нос, но с таким мягким голосом его попытки разгневаться выглядели милыми, если я могу так выразиться. Я выпрямляюсь в спине, чувствуя, что под этими нежными ощущениями я сутулился больше прежнего. Видеть эту заботу - это ловить каждый миг понимания и доверия между друг другом. 一 Я хотел бы увидеть этого ублюдка и сразиться с ним. Это непростительно! Би-Хан искренне зол на свою же версию, хоть его нахмуренные глаза продолжали плавно осматривать мой шрам. Я чувствовал, как тепло его рук передавалось всему моему телу, пока мы стояли вблизи друг к другу. Солнечный свет ласкал наши тела, освещая яркими лучами миролюбивый участок земли, где находились мы вдвоем, посреди умиротворенной природы. Понимание и доверие, скованное неожиданным воссоединением, ласкало раненую мою душу больше всего. Я прильнул к этой руке, державшей меня столь осторожно за щеку. Видя эту спокойную, по своей натуре заботливую версию брата, мне хочется закрыть глаза и чувствовать вечность этой тонкой ситуации, где не было месту боли и эгоизму старшего. Би-Хан что-то ворчит дальше про моего ужасного и никчемного брата, продолжая поглаживать шрам и дарить ту любовь, что была недоступна среди стен моей родной семьи. Не получаемой от того человека, которого я ценил больше всего. Этот шрам, оставленный твоими руками, обязательно уйдет.