Мистические истории

      Леди Ребекка Чейн совершала прогулку по нарядной набережной Бартена. В прошлом глухая рыболовная деревенька этот молодой город за последние пятьдесят лет стал неотразимо привлекателен. Как только мистер Эрл знаменитый живописец представил полвека назад на выставке в Королевском обществе искусств, серию пейзажей Бартена, городок обрёл невероятную популярность. Лондонцы влюбились в аквамариновые волны, в зелень прибрежных лесов и холмов, в меловые скалы. Мода спровоцировала всплеск спроса на землю, те, кто успел приобрести участок по начальным ценам, торжествовал. Супруг леди Ребекки лорд Чейн был среди счастливчиков, он выстроил для своей тогда ещё юной и прелестной супруги элегантный дом на холме, с которого открывался прекрасный вид на набережную и на бухту Бартена. Молодожёнам нравилось жить здесь, спустя годы они окончательно покинули дымный, суетливый Лондон, чтобы спокойно доживать свои дни в этом живописном месте.       Леди Ребекку сопровождала девушка, чем-то на неё похожая. Она была одета в простое, но со вкусом сшитое платье, на золотистых волосах был укреплён плоский блин шляпки с красиво составленной композицией из перьев. Синие глаза смотрели вокруг спокойно без суеты, их взгляд скользил, не задерживаясь на очарованных лицах молодых людей и по фигурам степенных нянек, прогуливающихся с детьми. Рука в кружевной митенке сжимала ажурный зонтик. Леди Ребекка величественно плыла чуть впереди, она кивала знакомым и с её сухих губ не сходила любезная улыбка. Никто бы не смог, глядя на эту бодрую семидесятилетнюю женщину, сказать, что по прогнозам врачей, жить ей осталось не больше четырёх месяцев. Спутница леди Чейн, грациозно следовала за ней. Те, кто смотрел на них со стороны, находил, что у обеих была одинаково превосходная осанка.

***

      Они вернулись как раз к завтраку, сервированному в малой столовой за круглым столом у эркера, с которого открывался вид на бухту. Леди Ребекка пребывала в прекрасном настроении, она даже съела полтоста с апельсиновым мармеладом. Лорд Энтони Чейн сердито съел яйцо, два тоста с маслом и запив скупой завтрак чаем, раскрыл свежий номер «Таймс». Он расправил газету так, словно пытался отгородиться от супруги и её молодой спутницы. Что до юной девушки, то перед ней стояла чистая фарфоровая тарелка.       — Дорогой, — по-простому обратилась к мужу леди Ребекка.       Лорд издал неопределённое ворчание.       — Посмотри, как маленькая Бекка держит чашку, — ласково попросила старая леди.       Её супруг резко отложил газету в сторону и вперил взбешённый взгляд в девушку. Та держала чашку точно так же, как его жена, не продевая палец в ушко. Лорд Энтони перевёл взгляд на супругу:       — Когда это прекратится? Чего ради ты изводишь меня? — он старался не повышать голоса, но не мог подавить лёгкой дрожи, взгляд мгновенно смягчился, стоило ему взглянуть на доброе лицо его Ребекки.       — Но, дорогой, — леди Чейн улыбнулась. — Бекка останется, когда меня не станет. Разве она не превосходна? Точная копия меня в двадцатилетнем возрасте. Помнишь нашу свадьбу?       — Лучше, чем ты, — лорд посмотрел с отвращением на застывшую с поднятой чашкой в руке Бекку. — Это фикция! Обман! Не желаю, больше говорить об этом.       — Как тебе не стыдно! — возмутилась леди Ребекка, затем обратилась к девушке. — Можешь опустить чашку, милая, — та повиновалась.       Пожилая дама встала и подойдя со спины к юной красавице, провела морщинистым пальцем по её свежей щёчке.       — Искусственная кожа от доктора Бартока, — произнесла леди Чейн. — Такая нежная как сливки! Бекка умна, я её почти всему обучила, она знает какие книги ты любишь, какие пьесы тебе играть по вечерам, о чём тебе было бы интересно беседовать. У нас нет детей, я не хочу, чтобы ты оставался совершенно один.       — Нет, Бекка, нет! — он резко поднялся и бросил салфетку поверх газеты. — Я не просил тебя об этом!       — Ты просто не понимаешь, как сильно я тебя люблю, — с печалью произнесла леди Ребекка, опускаясь на своё кресло.       Юная Бекка с безмятежным выражением лица посмотрела на свою старшую копию, та улыбнулась ей.       — Милая куколка, — леди Чейн слегка поморщилась, удобнее присаживаясь. — Доктор Барток, настоящий волшебник. Она сможет служить тебе напоминанием обо мне, я не хочу, чтобы ты запомнил меня как старуху!       — Это невозможно слушать! — лорд Энтони резко развернулся и быстрым шагом покинул малую столовую.       — Хозяин сердится на меня? — спросила мелодичным голосом Бекка.       — Нет, милая, он сердится не на тебя, а на жизнь, — женщина приложила сухую ладонь к груди. — Скоро этот изношенный агрегат перестанет работать и тогда наступит твоё время, — другой рукой она погладила девушку по щеке. — Изумительное создание! Тебя будут ждать годы радости, если Энтони от тебя откажется, то по моему завещанию тебе останется приличный пенсион и этот дом. Ты сможешь жить здесь и быть украшением местного общества. Как знать, может быть какой-нибудь джентльмен без предрассудков, даже захочет жениться на тебе.       Леди Ребекка мечтала вслух, а в спокойных и глубоких, как океан глазах Бекки отражалась седовласая старушка, которая держалась за сердце.       

***

      Когда леди Чейн умерла, Бекка вышла из её комнаты в поисках хозяина. Она нашла его в саду на старой скамейке, он сидел, опершись руками на колени. Красные глаза смотрели перед собой. Лорд повернул голову в сторону молодой Бекки.       — Как она?       — Хозяйка умерла, — тихо ответила девушка, ни единый мускул не дрогнул в красивом лице.       — Вот значит как, — лорд Энтони отвернулся. — Я не хочу идти к ней, там осталась только оболочка. Её прекрасная душа покинула этот грешный мир.       Бекка стояла, рядом сложив руки перед собой.       — Может быть, вы хотите, чтобы я почитала вам, — спросила она.       Лорд сжал кулаки и заговорил, не глядя на неё.       — Бездушная кукла! О чём только Бекка думала, когда заводила тебя? — он встал, повернувшись лицом к красавице. — Ты и правда повторяешь её, но ты не она. Я любил её, когда смеялась, когда плакала, когда постарела. Каждое изменение было дорого моему сердцу. И сейчас она оставила меня в компании собственной тени. Ты ничто! У тебя нет чувств, у тебя души нет! — последнее он прокричал, затем стремительно обошёл застывшую Бекку и направился быстрым шагом к дому.       

***

      Автоматон 348-14 из мастерской доктора Бартока, названный в честь уменьшительно-ласкательной формы имени хозяйки Беккой, стоял у опустевшей скамейки. Леди Ребекка рассказывала, что эту скамейку, когда-то лорд Энтони сам сколотил и ужасно гордился этим. Шестерёнки в механическом сердце на мгновение замерли. Бекка не могла понять себя, со смертью хозяйки она словно лишилась чего-то очень важного, того, к чему привыкла и что втайне полюбила. Слова лорда Чейна несмотря на их горечь, были во многом справедливы.       Бекка направилась к морю. Она спустилась с холма и подошла к участку пляжа, который принадлежал семейству Чейнов. Здесь на берегу её дожидалась перевёрнутая лодка. Последний год они часто с леди Ребеккой совершали морские прогулки, неутомимая Бекка была на вёслах. Вот и сейчас она взяла два весла, продела их в уключины и с невероятной силой оттолкнула лодку от берега, после чего ловко в неё запрыгнула. Подол белого платья намок, золотистые волосы растрепались. Бекка гребла всё дальше и дальше от берега, она заставила лодку отойти на такое расстояние, что прибрежная полоса смотрелась тёмной лентой на горизонте.       Море спокойно дышало, покачивая на волнах лёгкое судно. Бекка встала во весь рост, благодаря системе внутренних пружин, она могла держать равновесие. Затем девушка принялась методично срывать с себя одежду, треск ткани сливался с шёпотом моря. За борт полетели обрывки одежды, тонкий муслин, кипенно-белое льняное бельё, корсет с китовым усом. Оставшись обнажённой, Бека начала сдирать с себя превосходную запатентованную кожу от доктора Бартока. Куски искусственной плоти и наполнителя полетели в солёные воды. Чудесные с золотым отливом волосы подхватил ветер. Бекка сосредоточенно освобождала от ложной плоти скрытый под нею механический остов. Вскоре она сверкала на солнце сталью и позолоченной латунью. Когда появилась истинная Бекка, солнце уже начало клониться к закату. Автоматон 348-14, жужжа вращающимися шестерёнками, шагнул за борт. Только глаза из сапфирового стекла смотрели, как удаляется от неё бледный солнечный диск. Солёная вода с радостью заполняла работающий механизм.       Бекка не знала есть ли для таких, как она загробное существование, и лишь надеялась, что сможет вновь встретиться со своей доброй хозяйкой.