"Делай это нежнее! За руками следи!"

***

一 “Идем направо без лишних слов. Путь короче.” - произнес тогда Би-Хан, возвышаясь над широким отступом, рассматривая дальнейший путь вперед. Миссия должна идти четко по его планам и наблюдению, чтобы она окончилась максимально быстро и отлично. Лин Куэй с его стараниями и усилиями обретет долгожданную славу и известность! Как же, Би-Хан хмыкает про себя, не показывая на лице ни единое сомнение о собственных утверждениях, все он может и во всем он прав.

一 “Брат, но разве земля там не болотистая? Как мы пройдем через нее..” - сомнительно заявляет Томаш, выйдя чуть вперед, чтобы получше разглядеть дальнейший путь, ведущей к их противнику и главной цели миссии. Своей слегка грязной от пыльной дороги ладонью Томаш проводит ей по лбу, убирая свою челку назад, мешает разглядеть и так недоверительный путь. Стоя сзади двух высоченных и мускулистых братьев, бедный серый ниндзя не мог нормально даже дорогу рассмотреть, опираясь только на то, что было перед носом - это их широкие тела и уж точно шкафа образные фигуры, через которые ни черта не увидишь. Он осторожно переглядывается с Куай Ляном, надеясь увидеть в его глазах те же сомнения, что гложили самого Томаша. По итогу, он получил только машущие руки в выражении “просто доверься его чутью”.

一 “Томаш, твое мнение не учитывается. Я сказал идем направо, значит идем направо!” - отрезает недовольно Би-Хан, слегка вспыхнув от возражения Томаша по поводу правильности выбранного пути. Он отталкивается от отступа горы и спускается вниз по склону, выкручивая в голове отобранный маршрут, несомнительно веря в то, что все идет строго по плану. Би-Хан складывает руки на бедрах и уверенно шагает по земле, которая не кажется ему ни болотистой, ни мягкой чрезвычайно, веря только в свое личное мнение. Главное, чтобы за ним следовали, а остальное не так уж и важно, пока у них есть сила, маневренность, опыт и…

“Тьфу ты”- Би-Хан фырчит про себя, поглядывая через плечо на младших братьев, следующих сзади, “Как вообще Томаш смеет сомневаться в моем руководстве и бдительности?”

一 “Но брат…” - Томаш слабо протягивает, складывая руки у груди, выглядя как провинившийся ребенок, забывший портфель дома. Он определенно замечает по одному только ландшафту земли, что дорога сомнительная, и что лучше по ней не идти, но достучаться до старшего брата он не может - на него столь же быстро шикают, сколько он не успевает и слову добавить к неуверенной речи.

Это Куай Лян мягко касается плеча младшего и поддерживающе сжимает его, взглянув на серого ниндзя добрыми глазами.

一 “Братец, я уверен, Би-Хан знает лучше, какую дорогу выбрать. Доверься ему.” - проговаривает тихо он, практически шепча это младшему брату, наклоняясь к нему. Надавив легонько плечом, Куай Лян ведет Томаша по этой не особо благоприятной почве земли, что вызывает у серого ниндзя только больше сомнений и неуверенности. Тот даже вздрагивает, когда его нога скользит и вкапывается в землю чуть глубже обычного, испуганно отражая свой взгляд на Куай Ляне.

“Ну, хоть ты, Куай Лян, меня послушай!..” - передает щенячьими глазами Томаш, хватаясь за накаченную и крепкую руку брата, чтобы не поскользнуться еще раз. Ему эта затея ой как не нравится, и он пытается предупредить об этом хотя бы Куай Ляна.

一 “Чего как улитки ползете? Живее двигайтесь! Нечего тут глазами хлопа-”

Би-Хан с приподнятой вверх головой и с указывающим пальцем вверх наступает на какую-то странную жижу внутри земли, в которую погрузилась его нога. Он вздрагивает и мгновенно пытается предпринять попытку выпрыгнуть из утопающего участка земли, чем больше погружается в болотную часть и окончательно падает в нее, не сумев даже выбраться.

Происходит огромный всплеск грязи и болотистая земля с ног до головы пачкает Би-Хана, вместе с этим не отпуская его бедные погруженные в почву ноги. Слышится череда ругани и разгневанного бурчания, а также отчаянные попытки старшего представителя клана Лин Куэй выбраться из грязи, в которую он сам же попал.

Томаш был… прав.

***

Би-Хан, недовольно сидящий на деревянном стуле в своих личных покоях внутри Лин Куэй, еле как вытерпел огромный прилив гнева и злобы на самого себя, с дергаными движениями всего тела усаживаясь на своей пятой точке. С момента как они вернулись после “успешной” миссии домой прошло около трех часов, два часа из которых успешно потратились на то, чтобы успокоить Би-Хана и его возвышенные стандарты, а также на то, чтобы он адекватно принял душ. Душ, который бы смыл ощущение его разгневанного позора и единственной мысли о том, что стоило бы, возможно, послушаться Томаша один раз в жизни. Конечно, такие никчемные и ужасные мысли стоило смыть вместе со всей болотной грязью прочь с тела, тратя на это драгоценные часы его свободного времени. Би-Хан с раздражением пыхтел и ворчал на месте, вспоминая то, как грязь и вся остальная мелочь болотная с трудом смывалась с его густых и длинных волос. Он с сжатыми кулаками вспоминает клочки оторванных с гнева волос, которые пришлось после собирать. Неудачный вечер вышел.. 一 Брат, даже после использования нескольких масок и бальзамов, твои волосы остались растрепанными и запутавшимися. Кажется, шампуни от Милины и Китаны ничем не помогли. - Куай Лян прерывает рассуждения Би-Хана своим глухим и спокойным голосом, констатируя факт, уже дошедший до наблюдений самого старшего. Он гневно складывает руки на груди, пытаясь перелить всю агрессию на сжатие собственных бицепсов, чтобы хоть немного успокоиться. Би-Хан в последнее время и так полон гнева на весь окружающий мир - большая благодарность игнорированию его жалоб Лю Каном - так еще и эта ситуация непременно сорвала все цепи хоть какой-то сдержанности своих эмоций. Саб-Зиро терпел долго. Эта речь вызывает у Би-Хана подергивание глаз. 一 Ну, я не знаю тогда! Расчеши их или что-нибудь, только убери быстрее с моих глаз долой этот чертов бред. - резко дергается Би-Хан, взмахнув ладонью у своего лица, посмотрев злобными глазами вверх на младшего братика. У него отнимает это все усилия, чтобы не взять и не обматерить Куай Ляна здесь и сейчас, сидя с этим змеиным гнездом на голове, вместо привычных красивых локонов, собранных в не менее очаровательный и приятный пучок. Как же, старший брат обожал, когда все стояло на месте под его острым надзором, а его внешний вид был опрятен и максимально ухожен, пока он отдавал все силы на правление и ведение клана в нужном направлении. Черт бы побрал этого Лю Кана и его очередную просьбу о спасении чего-либо или борьбе с кем-либо! “Тьфу его.” - фырчит громко Би-Хан, подергивая нервно бровями. Куай Лян, стоящий сзади сидящего брата, осторожно почесывает указательным свою щеку, разглядывая запутанные волосы перед собой. 一 Хорошо, брат. Это будет больно. - Куай Лян выдает спокойным и мягким голосом, уверяя раздраженного брата в болезненности расчесывания таких волос. Само понимание того: “расчесать длинные спутанные кудри”, так еще и густые и не поддающиеся никаким расческам, весьма могли поставить в тупик. Для Куай Ляна это не было проблемой, он с детства помогал старшему брату с упрямыми и капризными волосами, собирая их в небольшие хвостики, затягивая тугими резинками, придерживая огромными заколками и чем угодно, лишь бы брату в лицо не лезли. Младшего беспокоило только то, как именно вытерпит эту процедуру его старший брат, пребывающий в ужасном настроении. Признаться, Би-Хан постоянно созывал Куай Ляна к себе в личные покои, после того, как сталкивался с проблемой его собственных волос. Такие же вредные и непослушные, прямо как их хозяин, ворчащий в сотый раз подряд за вечер. За час это были бы стотысячные недовольные бурчания и вздохи. А ведь Би-Хану следовало лишь получше разглядеть дорогу во время знойной жары летнего дня, чтобы не совершить ошибку. По крайней мере, слушаться Томаша он бы в никакой из возможных таймлайнов не стал, хоть умрет, хоть пришедшим из Преисподней призраком когда-либо станет. Ни за что он так низко не падет, хоть его длинные и волшебные шевелюры стоили своей красоты и потерянного величия. 一 Мне все равно. Расчесывай быстрее. - рычит Би-Хан, принимая удобную для себя позу на стуле и закрывая глаза, лишь бы не видеть свои волосы, лезущие к его глазным яблокам. Сам он продолжает сжимать бицепсы рук, совершенно не стараясь успокоиться, так как раздражения еще больше, чем ранее. Сама ситуация рассмешит кого угодно, стоит услышать один только заголовок: “Великий Грандмастер Лин Куэй свалился в болото и запачкался с ног по голову..”, как можно услышать смех и аплодисменты зала от анекдота. Вполне себе реального анекдота, не придуманного в очередной раз самопровозглашенной звездой Голливуда - Джонни Кейджем. 一 Я понял, брат, я понял. - пытаясь сдержать добрый смех, Куай Лян отпускает плечи Би-Хана, которые держал ранее. Он быстрыми и легкими шагами подходит к одной из нескольких роскошно оформленных деревянных тумб личных покоев Би-Хана, на чьей поверхности филигранно вырезаны древние китайские узоры и изображения цилиня, мифического и священного, благородного существа. Прикоснувшись одной рукой к ее золотистой ручке, Куай Лян слегка надавливает на дверцу тумбы, приподнимая другой рукой ее снизу - этакий особенный принцип открытия секретного отдела деревянной и драгоценной тумбы, в которой хранилось запретное нечто от глаз других представителей и участников Лин Куэй. Никто не посмеет и не разрешит себе прикоснуться к тумбе Грандмастера, что вы, ни у кого духу нет войти в святые покои его величества, если они не желают покинуть этот мир самыми жестокими и ужасными способами - от ледяного гнева Би-Хана. Принцип открытия тумбы - всего-то способ Би-Хана игнорировать существование таких вещей, как расчески, которыми он ненавидит пользоваться. Эта созданная дьяволом вещь мозолила ему глаза при одном своем факторе бытия. Куай Лян достает одну из самых прочных, казалось бы, расчесок с аккуратно оформленными зубчиками, удобной ручкой для держания и приятным играющим в глазах цветом. Стоит Би-Хану взглянуть на эту расческу, то, возможно, злиться станет он меньше, учитывая, что данное изделие было вручную сделано одним из талантливых рукодельцев Лин Куэй в подарок Грандмастеру с целым набором подобных вещей по уходу за волосами. Слуги и подданные клана были осведомлены о ненависти их мастера к расчесыванию волос, но желая облегчить такую рутинную вещь, они часто дарили Би-Хану такие небольшие подарки, сделанные со всей душой. Такое не ценилось холодным и грозным Грандмастером, но и выкидывать было для него грехом: он решил хранить и собирать целую коллекцию из расчесок, заколок, резинок, ободков и шпилек, которые, несомненно, использовались в самые разные и нужные моменты. Никто из них еще не знает, но Би-Хан предпочитает использовать мягкие ободки за место любых аксессуаров для волос, считая их самыми легкими и удобными для ношения на голове. Такое не давило на его кожу и не заставляло голову болеть, чем часто страдал хмурый Грандмастер, нося тугие и крепкие резинки, тяжелые и стальные заколки, шпильки. Бесит его подобное. Куай Лян возвращается с очаровательной синевато-белой расческой в руке, поблескивая своей расслабленной улыбкой на лице. Сколько бы не жаловался и не кричал на него старший брат, Куай был только рад помогать ему в таком неудобном деле. Младшему нравилось и приносило удовольствие видеть то, как Би-Хан пыхтит и порой болезненно извивается, стоит бережным и ласковым пальцами расправлять капризные и путающиеся волосы. С детства у старшего брата имелись непослушные волосы, так что подобная процедура шла только на радость Куаю, любящему соответствовать поставленным стандартам брата и облегчать его жизнь. Младший брат - он такой. 一 Та самая? Я думал, что я ее выкинул. - хмыкнул Би-Хан, возвысив голову и косым взглядом осмотрев расческу в руках Куай Ляна, пока тот шел к нему. Младший брат устроился сзади него, игнорируя накопленную усталость в ногах, прикоснувшись своими бедрами к спине старшего брата. Тот не смутился, полноценно доверяя Куаю. Таким они занимались не впервые, и кому, если не младшему брату, Би-Хан еще может доверить столь деликатное делишко? 一 Ладно, я доверяюсь твоим рукам. 一 Спасибо, брат. Я постараюсь быть аккуратным. - Куай добросердечно отвечает, загораясь его темными глазами. Он бы соврал, если бы сказал, что ему не нравится расчесывать волосы старшего. 一 Что ж. Куай Лян проводит ладонью по запутанным кудрям Би-Хана, пытаясь разделить между собой скомканные пучки волос и лишние выпавшие бережно собрать в салфетку. Его пальцы проходит вдоль скомканных пучков, с мягкостью разделяя их и облегчая путь для расчески. Проведя ими по всей длине густых волос, Куай Лян расправляет и разделяет кончики волос, слипшиеся друг с другом из-за неудачного использования бальзамов и гелей. Про себя Куай отмечает, что по их эффекту на вредные волосы Би-Хана, учитывая и их сладостные ароматы, это были вовсе не мужские шампуни. Он продолжает распутывать поверхностные слои волос, что выглядели само собой толстыми и неопрятными волосами, смешанными воедино, чтобы облегчить дальнейшее расчесывание. Меньше всего он хочет слышать и видеть болезненные вздохи старшего. Прикоснувшись пальцами в верхней части головы Би-Хана, а также проводя кончиками по его затылку, Куай видит, как заметно расслабляется старший брат, сравнивая это с поглаживанием и ласканием привередливого кота. Если он нарочно массажирует теменную часть и сползает на затылочную долю головы, Би-Хан окончательно затихает и приподнимает голову вверх, пока приятные мурашки пробегают по его шее. Еще немного, и Куай услышит спокойные и переменчивые вздохи, выходящие с легких брата, что не может не радовать младшего. Старший брат похож на милого и маленького злобного кота, которого можно приручить, если постараться. Может, Би-Хан еще урчать умеет? Куай проводит расческой по спутанным кудрям Би-Хана, что занимает собой целый час стараний и усилий. Непослушные и не поддающиеся расчесыванию волосы путаются между зубцами, что вынуждало Куай Ляна с трудом вытаскивать их из комочков и очищать расческу. На полу уже формируются несколько скомканных белоснежных салфеток, тщательно прячущих в себе все оторванные или выпавшие по ходу дела волосы, густые и ломкие по натуре, что жалко держать между пальцами. Би-Хан, осведомленный об этом, нервно постукивает пальцами по коленным чашечкам, сидя не на деревянном стульчике, но на полу, удобном и бархатном ковру его спальни, куда сместились два брата. Вначале, Би-Хан считал, что расчесывание его волос не отнимет столько времени и усилий его младшего брата, потому выбрал не примечательную часть его покоев, офисную комнату, где уютнее всего находиться, среди важных бумажек и роскошного интерьера. Но, когда прошел целый час их вечернего времени, где стали пробивать поздние стрелки часов, знаменуя пришествие ночи, им пришлось сменить не только комнату, но и внешний вид. Би-Хан и Куай Лян чувствовали себя более свободно и уютно, когда на них была их фирменная ночнушка из широких и просторных футболок, шорт и носочков. Мелочь, а приятная. Треск! Первая. Треск! Вторая. Треск! Третья. Треск! С тихим недовольным выдыханием Куай Ляна еще одна расческа ломается надвое и крошится на пол небольшими кусочками. Он не отрицает того, что слишком сильно давил на нее, пытаясь извлечь из густых и длинных прядей брата, а также расплавил ее ручку. Самое ужасное для него то, что части сломавшейся расчески застряли в волосах Би-Хана, впав глубоко в пучки волос. Би-Хан воспылает в гневе, поднимая голову вверх и глядя на провинившегося Куай Ляна с глазами, полными раздражения. Его руки постукивают еще интенсивнее по скрещенным вместе коленям на ковру. 一 Черт, Куай! Которая это уже расческа за раз?! - Би-Хан гневно шипит и напрягается плечами, пытаясь произносить это как можно тише. Ночь во всем адекватном клане, а двое они не спят, все мучаясь и страдая от никчемных волос старшего. Его левый глаз дергается от стресса, пока он стучит пальцами по ноге. Сонное состояние разума просило тщательного сна после тяжелого дня, но не ситуация, в которой они находились. Как прекрасно, что расческа сломалась. 一 Извини, брат, я старался быть осторожнее. - Куай виновато чешет рукой свой горячий лоб, держа в руках то, что осталось от расчески. Он жмурится и крутит головой, отказываясь верить, что это уже четвертая сломанная расческа из коллекции брата. Слава Лин Куэй, данная золотая коллекция огромна, и эти потраченные в пустую не станут заметной потерей. Но это также и расстраивало младшего брата, желающего помочь Би-Хану, а не усложнить ситуацию. 一 Молодец теперь! Начинай заново! - Би-Хан резко опускает голову и наклоняется вперед, ставя локти на бархатный ковер, притрагиваясь ладонями к щекам. Теперь сидеть он будет только в такой позе, лишающей его знойной боли в пояснице и спине. Который час они уже мучаются? Треск! А это уже нервы старшего брата на исходе. Тр-тр-треск! А это уже бедные старания младшего идут к черту. На часах наступает полночь, а эти двое продолжают мучаться с таким понятием, как запутанные волосы. Только теперь, когда волосы были предельно тщательно расчесаны и выпрямлены с помощью нежных и способных ручек Куай Ляна, оставалась одна неприятная для ощущения задача - заплести пушистые и неподдающиеся никакому влиянию кудри брата. Куай отказывается использовать дополнительные средства ухода в виде пшикалок, в простом народе называемых спреями и лаками для волос, считая их неэффективными. Ему приходится разделять эти густые и пышные волосы между собой, чтобы сформировать более тонкие и поддающиеся локоны. Его пальцы мягко притрагиваются к холодному и сонному лицу Би-Хана, разводя все мелкие волосы за ухо, закрепляя их маленькими и очаровательными заколочками, украшенными китайскими узорами и веточками сирени на некоторых из них. Что поделать, когда все слуги до единого видят в глубине бесстрашного и грозного Грандмастера миленькую и хорошую девочку? Куаю бы такую коллекцию, думает он, “ревниво” хмыкнув носом. Очень медленно, очень аккуратно, но даже такие непослушные волосы начинали формироваться в приятные и небольшие косички, которые принесут только уютный сон и облегчение на голове старшего брата. Находясь на середине процесса, Куай сонно зевает и по ходу плетения локонов ловит открытыми глазами сон, устало крутя головой в стороны. Носом клюя, он легонько ударяется о голову Би-Хана, вздрагивая и продолжая плести косы своими бережными пальцами, ни разу не вздрогнувшими. Сам он был готов ловить сны даже за таким важным делом, как плести волосы брату. 一 Куай.. - Би-Хан неожиданно подает голос, опуская один из локтей, держась за щеку другой рукой. Закрывая один глаз, он смотрит в сторону от себя, попутно вздрагивая телом от легкого дуновения ветерка. Окно в спальне было открыто, позволяя ночному ветру шаловливо щекотать их уставшие и расслабленные тела. 一 А помнишь, как ты ровно так же в детстве, когда я ночью попал в западню, пытался секретно от отца заплести мои волосы? Тогда мы оба были уставшими, хотели спать, но мне срочно нужно было помыться и привести себя в порядок, когда только ты мог помочь заплести мои волосы? Би-Хану было сложно признать, но только сейчас его разгневанное настроение падало на нет, видя и чувствуя, как его младший брат продолжал мучаться и горбиться над его волосами в час ночи. Несмотря ни на какие бурчания и раздраженные крики своего Грандмастера, Куай Лян упрямо продолжал помогать брату, игнорируя мелкие оскорбления и нецензурную брань. Такое терпение и преданность младшего к делу растапливала ледяной барьер старшего, принуждая его примкнуть к таким слабым и жалким чувствам, как грусть и сожаление. Сожаление о том, что он кричал на такого замечательного младшего брата, старающегося уступить ему во многом и сделать что угодно. Почему такие пренебрежительно беззащитные и никчемные мысли приходят ему сейчас в голову? Би-Хану сложно разобрать корень своего нынешнего настроения, но он очень хочет извиниться перед братом и избавиться от чувства вины за то, как часто поступал с Куаем. Разве тот заслуживал такого отношения к себе? Би-Хан отрывает взгляд от пустоты перед собой, чтобы поднять голову и взглянуть в лицо младшему. 一 Да-а, такое я не смогу забыть, брат… Тогда ты вернулся домой очень грязным и точно таким же растрепанным и потерянным, когда секретно от отца сбежал из дому с другими ниндзя.. Какой же гнев тогда бы облился на тебя, если бы он узнал об этом.. Хорошо, что я тогда не спал и встретил тебя у окна второго этажа, на который ты забрался с помощью моих веревок. - Куай смеется нежно, вытирая другой своей рукой сошедшие с глаз слезы, не громко зевая. Он вновь опускает руку, продолжая сплетать вместе упрямые темные локоны, осторожно относясь к делу. Конечно, он надул щеки, чтобы кончиками указательных пальцев подтолкнуть голову Би-Хана, смотрящего сейчас на него, вперед, чтобы удобнее было заплетать, иначе косички спутаются. 一 Брат, голову чуть ниже… Би-Хан обидчиво дернул носом и опустил голову, сжимая руки у рельефной груди. Фырчит, словно старый лис у кроличьей норы. 一 Тцк, делай это нежнее! Снисходительнее к своему старшему брату! - Би-Хан мастерки дуется, не зная, это он в действительности сейчас вспылил на брата или это влияние ночной дурманящей усталости. Подергивая длинными темными бровями, которые все окружающие люди называли идеальными по своей форме и длине, Би-Хан будто нарочно поднимает голову вверх, мешая Куай Ляну заплетать его волосы дальше. На что, определенно, он получает массирующие прикосновения к его лобной части теплыми и заботливыми пальцами младшего. 一 Если бы не ты и не твои умелые руки тогда, вылетел бы я из Лин Куэй скорейшим поездом. Меня бы запустили в воздух, будто не нужный сюрикен! Куай смеется, краснея от этого своими худыми щеками. 一 Отец такой! Не пожалел бы.. Я помню, как тогда с умилением смотрели все слуги и подданные отца, когда ты с разбегу вылетел из комнаты, стоило отцу в третий раз позвать тебя в главную комнату. Удивление на лице отца было неописуемым, когда его обычно ненавидящий красивые прически сын прибежал в комнату с заплетенными косичками. Я тогда спрятался за одной из слуг, чтобы посмотреть, не наругают ли тебя.. - Куай почти заканчивает плести, приложив одну из мягких резиночек к своим губам, не кусая. Он мягко сжимает одну из косичек, чтобы туго привязать резинкой, украшая небольшими заколками. Видел бы Би-Хан какие они милые, с котиками. 一 Тогда ты выглядел милее и чудеснее любой другой девочки из соседних кланов! 一 Эй, что ты там делаешь? Не колдуешь там на меня порчу? - Би-Хан непонимающе посматривает вверх, пытаясь хоть как-то понять, что еще затягивает ему младший брат на волосах. Не знает же он, что это были самые сладкие по изображениям заколки с котиками. Спиной чувствовал странные махинации Куая, но отдавать шибко внимания не стал. 一 Не подлизывайся давай и не хвались. Ты тогда спас мне задницу, спасибо, но не настолько, чтобы я был благодарен тебе всю жизнь, Куай. 一 Ха-ха, Би-Хан, это называется “братская солидарность”! - Куай тепло расплывается в улыбке, наклоняясь чуть ближе к голове Би-Хана, чтобы взглянуть в эти темные глаза брата. Он завязывает резинкой оставшиеся косы, опуская их одну за другой вдоль плеч старшего. 一 Забудь об этом слове. И вообще, забудь о том, что я начал эту тему! - Би-Хан капризно отворачивается, на что получает подергивание его кос назад. Он фырчит, вступая в конфронтацию с младшим братом за такой самопроизвольный поступок. Да что бы его, великого Грандмастера, за косу дергали…

***

Спустя несколько минут после дружеского единоборства друг с другом, два уставших брата уже с крепко сжатыми руками сидели на уютном и ласкающем ноги ковру, с усталыми выражениями лица, однако такими счастливыми и искренними улыбками глядя друг другу в лицо, поддерживали маличишью беседу о прошлом. Би-Хан, начавший тему об отце и постоянном проказничестве в своей юности, продолжал рассказывать истории о том, как ему удавалось избегать исключительно рискованных и абсурдных ситуаций с одной только прелестной помощью Куая, пока тот активно кивал головой и плакал от нежного смеха. Живот рвался от настолько глупых и забавных ситуаций, где младшему братцу приходилось спасать неусидчивую задницу старшего, постоянно выкручиваясь вместе с ним от наказаний. Ох, а гнев отца на то, когда тот все-таки прознал о хитростях старшего сына, был поистину усрашающим, что приносил холодный пот по виску Би-Хана до сих пор, пока Куай Лян пытался скрывать легкую улыбку. Тогда влетело только и только старшему, а Куай легко избежал этого, не являясь острым соучастником бед и происшествий. Совместное прошлое этих двоих хранило самые теплые и драгоценные воспоминания о том, что нельзя было променять ни на что роскошное во всем Земном Царстве, что два брата прекрасно понимали. Их прелестные детские взаимоотношения сохранились до сих пор, даже если одному из них пришлось перенять на себя роль сурового и отдаленного от окружающих Грандмастера, пока второй оставался изнутри крохотным и хрупким мальчиком с добрым сердцем. Для себя Би-Хан понял, как важны порой эти мимолетные и искренние разговоры между друг другом, не несущие в себе никакого смысла и значения, но поддерживающие их крепкую кровную связь и совместное счастливое прошлое. Детство, преисполненное из одних проказничеств и веселья, никогда не должно было постыдной темой для разговора, что помогало Би-Хану чувствовать себя воистину любимым своим младшим братом по сей день, несмотря даже на то, кем он стал в нынешнем и как грубо ведет себя.. Они оставались братьями, объединенными одной кровной связью и принадлежностью к Лин Куэй, а также совместным прошлым, неразлучным детством.

***

一 “Куай! Давай никогда не бросать друг друга в беде и оставаться рядом, что бы не произошло, и какой бы противник не напал на нас! Давай поклянемся в вечной верности друг к другу и будем бок о бок всегда!”

一 “Да, братец, давай! Я клянусь тебе в верности и преданности! Я всегда буду рядом и буду помогать тебе во всем! Я твой младший брат и буду идти следом!”