3.1.1.0.2.3.

Холодный ветер хлещет по лицу. Мокрый снег падает на разгоряченные щеки и тут же стекает вниз с новым потоком слез. Голова трещит где-то в затылочной зоне, а виски будто сдавливает огромный кулак. Руки замёрзли, непослушные заледеневшие пальцы пытаются выловить одну из последних сигарет в пачке, что была куплена лишь утром. С третьей попытки фильтр все же ложится в красные пальцы. Слышится облегченный вздох. Порыв ветра смахивает правый конец шарфа за спину. Недовольный и тихий мат, сопровождает ломаное движение рук, которые, о чудо, с первой попытки возвращают шерстяную ткань на место. Предвидя проблемы с зажжением спичек, он все же заходит в подъезд и поджигает папиросу в мрачном, но теплом помещении. В коробке остаётся одна спичка. Стоит сходить к соседу и одолжить несколько. Отогревшиеся пальцы начинает покалывать с каждой секундой все сильнее и сильнее. Странно, должно быть, что он ловит мазохистское удовольствие от этого процесса. Правой рукой выуживает из кармана пуховика телефон и замирает. Экран мигает надписью «0%» и потухает. — Зашибись, — бормочет и пинает ступеньку, ведущую на второй этаж. Где он вообще? Выглядывает из подъезда, и старается вспомнить, с какой стороны пришел. Насколько же быстро он бежал не разбирая дороги, что оказался в старом доме своей бабушки? С третьего этажа раздается хлопок двери и спешные шаги вниз по лестнице. Обжигая пальцы о почти дотлевшую сигарету, он бросает бычок и сбегает. Столько лет прошло, а ноги все помнят эту дорогу и ведут его домой, черт бы их побрал. Не его это больше дом. И делать ему тут больше нечего.