Для резонанса нужны двое

      Конференция по языкам и культуре была чем-то вроде большого праздника. На серьёзные технические обсуждения каких-то изобретений уж точно не походила. Алиса оглядывалась по сторонам, замечая группы участников в расшитых народных костюмах. Видела и музыкантов с причудливыми инструментами. Всё было такое красочное, необычное, яркое. Девушка не могла стоять на месте, хотелось разглядеть всех и каждого.       — И о чем же ты будешь рассказывать, Тим? — поинтересовалась Алиса у своего друга. Тот держал в руках распечатку доклада и делал себе кое-какие пометки карандашом.       — Я буду рассказывать про народы севера. К сожалению, костюм я не раздобыл. Но презентацию сделал яркую, — улыбаясь, ответил Тимофей. — Надеюсь, ты дождёшься моего доклада, а то я в самом конце почти.       — До занятий ещё куча времени, думаю, я послушаю сегодня все доклады, — усмехнулась Алиса. — Тем более, всё такое яркое и необычное. Я такого раньше не видела.       — А ещё я хочу экскурсию по твоему университету после этого мероприятия, — загадочно улыбнулся Тимофей, дёрнув бровями. — Если встречу объектов своего интереса, буду премного счастлив.       — Как минимум, одного уже встретил, — Алиса кивнула в сторону преподавателя философии, про которого не так давно рассказывала своему другу.       Тимофей выпучил глаза. Зажал руками рот и выронил свой доклад из рук. Щёки порозовели, а сам парень чуть дрожал. Глазами бегал по всему, что видел: по стенам с досками объявлений, по окнам, тщательно обходя стороной светловолосого среднего роста мужчину в синем брючном костюме, поправляющего пиджак и беседующего со своей коллегой, темноволосой доценткой-философом, в чёрной блузке и темно-синей длинной юбке. Тимофей считал, что смотреть на кого-то, с кем нет никакой возможности познакомиться, в упор — всё равно, что жирными от масла пальцами трогать стеклянную посуду или чистую бумагу. Неправильно.       — Тим, ну что ты… — вздохнула Алиса, подбирая листы с пола. — Как будто я тебе все семь чудес света показала вживую…       — Не знаю насчёт семи, но одно — точно, — смущённо улыбнулся Тимофей, часто моргая. — Он не смотрит? Скажи, что не смотрит! Мне ужасно стыдно!       — Боже… — закатила глаза Алиса. — Да ты ему вообще не интересен, коллега его полностью увлекла разговором       — Лис, не будь такой жестокой, — умолял Тимофей, зажмурив глаза и драматично взмахнув рукой.       — Ты же это и хотел услышать? — приподняла бровь Алиса. — Он в самом деле не поворачивался в нашу сторону. И давай уже пойдём в аудиторию, а то начнут без тебя.

***

      Алиса выслушала все доклады до конца. Задавала вопросы многим, пытаясь разузнать больше о деталях. Как дети обычно изучают новые игрушки и даже пробуют на зуб новый материал, так и девушка, всё свое свободное время посвятившая обработке сигналов и разработке схем, целиком погрузилась в новую для себя сферу: культуру народов мира. Всё было новым и неизведанным. И это здорово отвлекало от привычной жизни.       — Сколько у тебя времени до занятий? — поинтересовался Тимофей.       — Пара через полтора часа. Можем пообедать в столовой, а потом я тебе покажу все коридоры моей альма-матер, — ответила Алиса, задрав голову и глянув на часы, под которыми они с Тимофеем стояли.       — Отлично! — Тимофей улыбнулся. Вместе они пошли в столовую.       В столовой было немноголюдно. Всё же по времени сейчас было занятие. Вот и столы занимали студенты, одинокие или со своими одногруппниками, скучающе листающие бесконечные ленты соцсетей или пишущие в четыре руки отчёт по лабораторной работе. Алиса осторожными маленькими ложками ела горячий борщ, чуть морщась от неприятного привкуса недоваренных овощей. Тимофей, быстро умяв гречку с котлетой, смотрел за спину подруги, приметив ещё кого-то интересного своим глазам.       — Лис, а этот человек что-то у тебя вёл? — шепнул Тимофей.       Алиса смахнула со стола измятую салфетку. Наклонилась, чтобы её поднять, попутно спросив:       — Который?       — В сером свитере, худой и с загадочной улыбкой, — добавил Тимофей, сжав руки замком. Пытался вновь закрыть выдающие его чувства щёки.       Алиса тяжело вздохнула, поднимая с пола несчастную салфетку и бросая её на поднос с грязными тарелками.       — Философия, первый курс, — произнесла она, видя, как друг расплывается в широчайшей улыбке.       — Нам бы таких людей в университет, вот зажили бы, — вздохнул Тимофей, закрывая лицо руками.       — Он аспирантами занимается, насколько я слышала. Если тебе важнее лица, чем качество образования, то ты, конечно, можешь поступить на гуманитарный факультет в технический вуз.       — Нет, я останусь в своём музее античного искусства и буду выбираться на конференции, вроде сегодняшней, к вам, — покачал головой Тимофей.       — Как элегантно ты назвал свой университет, — усмехнулась Алиса.       — Да, я такой, — улыбнулся Тимофей.       После обеда прогулялись по кампусу. Тимофей с интересом разглядывал портреты учёных, памятные доски, которыми выделялись старейшие и важнейшие кафедры. Почти ничего не спрашивал у Алисы, лишь восторженно ахал, когда за что-то, казавшееся подруге совершенно обычным, цеплялись его любопытные глаза.       — А это — кафедра кошмаров, — нервно усмехнулась Алиса, кивнув в сторону таблички «Кафедра электротехники».       — А кафедра ужасов — это радиотехники, так, получается? — дёрнул бровями Тимофей.       — Да. И в этом я существую уже пятый год. Самой не верится, — Алиса пальцами перебирала лямку своей сумки-почтальонки. Смотрела в пол, побитый временем, со стертым рисунком на камне.       — Добрый день, — услышала Алиса откуда-то сбоку. Дёрнулась и вытянула спину.       — Здравствуйте! — мигом ответила она. Чуть повернулась и увидела преподавателя электротехники, деда-доцента Андрея Евгеньевича. Среднего роста дедушка с широкими плечами и чуть побитыми сединой черными волосами и ярко-чёрными усами. Он принимал экзамен во втором семестре изучения электротехники и, на удивление, запомнил Алису, тихую отличницу, долго не решавшуюся отвечать на билет, который, как и весь остальной предмет, знала лучше большинства в своей группе.       Поудобнее взяв свой портфель, дед-доцент скрылся за дверью преподавательской. А Алиса часто моргала глазами, продолжая до жгучей боли сжимать текстильную, чуть блестящую широкую лямку сумки.       — Тим, знаешь, если так будет продолжаться, я возьму академ… — дрожащим голосом прошептала Алиса.       — Я боюсь представить, что с товарищем по статьям, если ты так и на рядового преподавателя реагируешь, — Тимофей приобнял её за плечи.       — Давай не будем об этом… — Алиса повернулась к нему. Спиной повернулась к коридору, по которому ходили студенты и преподаватели, прогуливающие занятия или занятые своими делами.       — Хорошо. Тогда напомни мне, где выход из твоего храма наук, потому что мне надо ехать сдавать курсовую, — Тимофей похлопал её по плечу.       Вместе пошли по коридору. Тимофей всё читал таблички. Лаборатории с разными номерами, кабинет заведующей, ещё одна лаборатория, но уже как будто посерьёзнее, для аспирантов. И тут парень увидел того, кого хотел увидеть. Загадочного молодого доцента, про которого Алиса ненавидела говорить и ненавидела ненавидеть говорить. Который был почти идеальным коллегой, но совершенно отвратительным, по словам Алисы, товарищем. Разве ж можно так сделать постороннего человека крайним в своих личных разборках? Нельзя! Тимофей лишь крепче обнял Алису за плечи и, прищурившись, глянул на молодого доцента-электротехника.       И Алиса не поздоровалась. Не поднимала взгляда, рассматривала швы каменных плит на полу. Даже и не заметила никого. Но так было лучше для неё, так считал Тимофей. Подругу ужасно расстраивают и выводят из себя даже безобидные люди. Не нужно окунать её с головой в негатив, ещё не успевший выветриться со вчерашнего вечера.       — Это был он, — вздохнула Алиса. — Я краем глаза вижу, что он. Мне нужно завязать глаза шарфом, чтобы никого не видеть…       — Тебе не нужны такие отношения, — бросил Тимофей. Алисе, молчаливому прохожему или богу, — неважно. Коридор показался на мгновение мёртвым. И слова, сказанные не очень громко, звенели в этой тишине на самой высокой, противной, пробирающей насквозь частоте. — Я посмотрел на него так, чтобы ему на его высоте стало неловко. Алиса, я веду себя как дурень, но я правда хочу, чтобы ты улыбалась, когда приходишь в свой вуз, а не нервно хихикала.       — Тим, спасибо. Ты настоящий друг, — Алиса улыбнулась чуть дрожащими губами.       — Здравствуй, Алиса, — ещё один знакомый голос. Ассистент-электротехник. Надо же было пойти по коридору через кафедру!       — Здравствуйте… — не поднимая взгляда, ответила Алиса.       — Здравствуйте, — сказал и Тимофей, провожая взглядом преподавателя. Как только они с Алисой оказались вдали от кафедры, добавил: — Алиса, они будут вместе. Они такая пара, которую не грех шипперить. Я вместе их представил, да, это определённо золотой союз.       — Замолчи, ради бога, — чуть усмехнулась Алиса, хлопнув Тимофея по плечу. — Не хочу ничего про них двоих слышать, по крайней мере, на этой неделе.

***

      — Здравствуй, Алиса, — Катерина стояла, скрестив руки перед собой. Едва Алиса зашла в лабораторию, увидела эту без пяти минут доцентку.       — Добрый вечер, — ответила Алиса. С силой сжала челюсти.       — Мне сказали приглядеть за вами, а то вы вдвоём с Фаей явно не справляетесь, — улыбнулась Катерина, заняв один из свободных стульев.       — Интересно, кто донёс, если никого на занятии не было из старших, — съязвила Алиса.       — По ведомости видно, дорогуша, — усмехнулась Катерина.       — Ну, у кого-то, наверное, со зрением проблемы, не заметить по четыре сданные лабораторные у большинства студентов только с закрытыми глазами можно, — твёрдо произнесла Алиса. Смотрела на Катерину. Та казалась нарисованной, нарочито вписанной в интерьер ради одной сцены фильма или спектакля. Ненастоящей.       — Боже, Алиса, как ты живёшь со своим хамством? Ходишь и отравляешь жизнь людям. Тьфу такой быть, — цокала языком аспирантка.       — Кхм-кхм, — Фаина, на которую Катерина даже не обратила внимания с самого начала, напомнила о себе. Подошла ближе к девушкам.       — Привет, Фая, — кивнула ей Алиса. — Катя решила, что она сегодня за нами присматривает вместо Валерия Семёновича, — собственный голос слушался ей как будто со стороны. Как будто здесь была ещё одна Алиса и разговаривала со всеми, а она сама только наблюдала за ней.       — Смотри, Фая, с кем ты работаешь и учишься! С невероятной хамкой! — с издевкой продолжала Катерина.       — Это с тобой, что ли? — Фаина приподняла бровь.       — Боже, ещё одна, — закатила глаза Катерина. — Алиса, я тебя предупредила.       И ушла, стуча каблуками, в сторону преподавательской.       — Дура, — хмыкнула Фаина.       Алиса молчала. И фраза Фаины тоже казалась какой-то ненастоящей. Как титр в фильме, сноска в книге, реплика из пьесы. Но не речью здесь и сейчас. Алиса сняла с плеча сумку и повесила её на стул, элемент декора на этой непонятной сцене. Где аплодисменты? Где продолжение пьесы? Когда можно уйти с этого безвкусного тухлого спектакля, поставленного бесплатно средствами актёров-любителей?       Продолжение последовало скоро. Студенты-бакалавры пришли делать свои лабораторные. Алиса вновь наблюдала со стороны за этой кипящей жизнью. Со стороны смотрела, как какая-то Алиса, очень похожая на нее по голосу, принимает лабораторные работы и объясняет студентам, как работать с приборами.       — Алиса, это неправильно, что она вообще себе позволяет в разговорах с тобой? Я Валерию Семёновичу всё расскажу. Это же безобразие, взрослая девица общается с равной себе как с маленьким ребёнком. Ещё и грубит. Зла не хватает, — ворчала Фаина.       Алиса моргала глазами. Аудитория, уже пустая. Стопка отчётов на столе. Ручка, которую она сжимала пальцами всю пару, даже когда вставала из-за стола.       — Фая, ты о чём? — Алиса подняла взгляд на одногруппницу.       — Как это? Катя тебя унижала минут пятнадцать до пары. Без мата, но всё равно неприятно. Со стороны даже неприятно. Неужели ты так легко эту ситуацию отпустила? — Фаина прищурилась.       — Я последние два часа как будто во сне видела. Вообще ничего не помню, — Алиса помотала головой.       — Я даже не знаю, хорошо это или плохо, — хмыкнула Фаина.       — Может, хорошо. Не буду вспоминать этот мусор и прокручивать его в голове, — пожала плечами Алиса. Накинула сумку на плечо, взяла со стола ключ.       — Тоже верно, — согласилась Фаина.

***

      С Фаиной разошлись в разные стороны. Её ждал Роман у другого выхода из кампуса, а Алиса пошла уже привычной дорогой, через коридор с высоким потолком и длинными высокими окнами, с высокими дверями лекционных аудиторий, тоскливо отсвечивающими стеклом, где-то прозрачным, через которое было видно парты и пустые доски, где-то непрозрачным, с переливистым узором. Во всех аудиториях был погашен свет, вечерние лекции сегодня не проводились. Или обещали начаться через часа полтора, когда почти все очники уже будут дома.       Алиса подошла к гардеробу. «Буду через 10 минут», — гласила записка, оставленная присмотрщицей за верхней одеждой. Алиса лишь вздохнула и села на скамейку. Всё вокруг призывало сделать паузу и немного отдохнуть.       Внимание Алисы привлёк шум в конце коридора. Кто-то хлопнул дверью. Послышался знакомый стук каблуков. И нервное дребезжание связки ключей. Алиса заметила и Катерину, и Ростислава. Одна скрестила руки на груди, другой до побеления пальцев сжимал в руке ключи, резко встряхивая всю тяжёлую связку. Доцент шёл быстро, почти не оборачивался. Чуть хмурился и прищуривал глаза. Аспирантка пятого года обучения поджала губы, тоже хмурилась, будто съела кусок лимона на спор.       — Я не буду говорить с тобой на эту тему, — процедил доцент, хлопнув дверью преподавательской прямо перед лицом аспирантки.       — Сволочь, — тихо буркнула Катерина. И, сжав руки в кулаках, побежала по лестнице в сторону своей кафедры.       «Вроде бы не заметили», — выдохнула Алиса. Глянула на часы. Прошло всего три минуты, а по ощущениям — целая вечность. Магистрантка подпирала голову руками, смотрела на пол. Поскорее бы уже добраться до дома и лечь спать. День был крайне утомительным в моральном плане.       Наконец дождавшись гардеробщицу под аккомпанемент хлопающих то там, то здесь дверей, Алиса забрала свою куртку. Перед зеркалом намотала шарф, надела шапку. Поправила ворот. Накинув сумку на плечо, девушка вышла из университета. Прошла мимо курилки, поморщившись из-за запаха сигарет, и побежала на остановку. На перекрёстке обернулась в сторону корпуса и увидела, что травил лёгкие сигаретами не кто-то там посторонний, а очень знакомый человек. Алиса опустила взгляд в землю, чувствуя, как наворачиваются слёзы. «Мне его жаль…»