Для резонанса нужны двое

      Ближе к зачетной неделе университет наполняло так же много людей, как и в начале семестра. Те, кто весь семестр ни разу не появлялся, начинал свои фокусы с попытками закрыть все долги за два дня. Те, кто добросовестно всё сдавал, закатывали глаза, слушая их жалобы. Так было и у бакалавров, так было и у магистров. Здесь ничего не менялось с годами.       И Алиса впервые увидела всю группу в сборе. Даже было как-то странно проставлять в журнале посещаемости плюсики напротив некоторых фамилий — половина группы появлялась стабильно раз в две-три недели и то намёком, только на одной паре вместо трёх-четырёх. И ведь все эти люди игнорировали сообщения в беседе группы, теперь донимая Алису насчёт всех вопросов:       — А кому практику сдаём?       — А с кем можно практику писать?       — А сколько лаб надо Семёнычу?       — А Викторовичу сколько?       — У нас по каким предметам экзамены?       — А практика до какого?       Алиса лишь вымученно улыбалась и говорила, что уже всё писала в беседу. Получая ожидаемое «так сложно сказать, что ли?», она возвращалась к своим делам: дописывала на ходу ответы на билеты к зачёту, листала в ноутбуке очередную статью по теме своей практики, цветом выделяя основные мысли, которые собиралась изложить в отчёте. И, конечно, отбивалась от наивных и перепуганных студентов-второкурсников, пытавшихся в дружбу сунуть ей пару своих лабораторных за шоколадку, чтобы не ходить на занятия.       От всего этого шума получалось отдохнуть в библиотеке. Там Алиса доставала наушники и, включая себе спокойную инди-музыку, доделывала свои отчёты: и лабораторные, и курсовые, и практику. Параллельно на листочке девушка делала заметки по темам: обычно она делила лист на несколько частей росчерками ручки и в получившихся блоках записывала мысли по отдельным дисциплинам. Так в одном появились понятные только ей сокращения названий статей, за которыми она нарисовала стрелку вправо и многоточие. Чуть улыбнувшись, Алиса нарисовала кроличьи уши. И всё вместе это значило «пересказать пару статей для отчёта по практике». В другом блоке были нарисованы маленькие гауссианы в осях без делений и знаки вопросов — заметка значила «спросить про семестровые оценки у Галины Николаевны и Александра Сергеевича»: оба преподавателя вели похожие дисциплины, поэтому Алиса объединила их хотя бы на своём листе.       Алиса спокойно доделала курсовую работу, кинув файл на рабочий стол, чтобы не забыть распечатать. Вокруг него расположила два файла с лабораторными. И открыла отчёт по практике. Пыталась посмотреть на то, что уже есть, со стороны. С той самой стороны самого придирчивого преподавателя на свете: вдруг Ростислав Владимирович всё ещё такой же дотошный, как и два года назад? Вдруг ему всё ещё сложно угодить в плане оформления? Алиса сделала дополнительный раздел, который они обсудили, но боялась, что написала лишнего: вдруг они по-разному смотрят на одну и ту же тему, и её старания напрасны, можно было уложиться в две страницы, а не в пять? На всякий случай Алиса сохранила копию отчёта со всеми возможными исправлениями, чтобы послать её, если вдруг возникнут вопросы.       Соседний стул, столько часов остававшийся свободным, вдруг заняли. Это была Фаина. Девушка выложила на стол папку с бумагами, достала свой ноутбук, тяжело выдохнув. И тоже решила заняться учёбой. Однако Алиса краем глаза замечала, пока перестраивала графики в программе, что Фаине не так легко даются задания: одногруппница сидела с одной и той же задачей уже полчаса, исписывая уже пятый листок и всё ещё не приходя к ответу.       — Фая, тебе помочь? — поинтересовалась Алиса.       Фаина дрогнула. Опустила взгляд в пол.       — Какой предмет? — спросила Алиса. Взглядом пробежалась по тексту в методичке, что в бумажной, что в открытой на компьютере Фаины. — Александр Сергеевич, да?       — Да, он, — кивнула Фаина. — Вася мне объяснил, как решить эту его дополнительную задачу, которую он мне дал на повышение оценки. Но я как будто в стену бьюсь. Я и раньше такое решить не могла, но этот Рома с его «очевидно» с олимпиадной высоты… — она стиснула зубы.       — Ой, Рома, — отмахнулась Алиса. Порылась в своей сумке и достала тетрадь с потрёпанными страницами. — Так, я что-то похожее решала, но распределение другое было, — страницы зашуршали, пока Алиса перелистывала их. — Вот, нашла, — вручила Фаине свою тетрадь.       Фаина изучала записи долгим взглядом. Аккуратный почерк Алисы, почти безупречные графики и перечеркнутые несколько раз строки решения — кажется, и ей свойственно ошибаться. И каким же лаконичным в итоге оказалось решение: не таким громоздким, всего лишь на две страницы. Фаина глянула на свои черновики: сравнивала свой ход решения и то, что ей дала Алиса.       — Кажется, я нашла ошибку, — чуть улыбнулась Фаина. Перечеркнула несколько раз свое решение и, взяв чистый лист, начала заново, почти не глядя в тетрадь Алисы.       — Тут интеграл, — Алиса указала ей в одну из строчек. — А тут можно взять преобразование, чтобы не таскать такую громоздкую запись. А здесь свойство…       — Подожди… Можешь объяснить, почему это так? Я туплю, — замялась Фаина.       — Да, извини, поторопилась. Давай найдём эту тему в учебнике. Сотая страница, вроде, — Алиса не стала напирать. Подождала, когда Фаина откроет учебник на нужной странице. — Готова? Вот давай на эту формулу глянем…       Так и решили запоем три задачи. На три больше, чем Фаина решила за две недели, пока отношения с Романом асимптотически приближались к нулю. Фаина делала заметки, стрелочками соединяла буквы и выражения, чтобы потом разобраться самой, откуда и что взялось. Когда ещё ей так повезёт получить помощь от Алисы?       — Алиса, спасибо тебе большое. Я тебя отвлекла, наверное, своей ерундой… — сказала Фаина, когда они уже вдвоём собирались уходить из библиотеки после целых полутора часов сидения бок о бок и выполнения заданий.       — Обращайся, — лишь ответила Алиса. — Даже если это не только странные задачи Александра Сергеевича.       — Я думала, что сама допру, но как-то… не сложилось, что ли, — неловко улыбнулась Фаина.       — Все мы тут были. Это правда непросто. Вася объясняет витиевато, наверное, да и за полётом мысли Александра Сергеевича сложно угнаться, — улыбнулась Алиса. — А с практикой как у тебя? Сергей Анатольевич не съел, как я вижу.       — Поначалу они с Алексеем Алексеевичем таким дотошными дядьками казались. Но сегодня мы долго спорили насчёт отчёта, и они мне поставили «отлично». Такое чувство, будто я через костёр перепрыгнула, — посмеялась Фаина.       — Если ты у них на пятёрку закрылась, то остальные это вообще ерунда, — заметила Алиса. — Ну, кроме этого фильтра мужских частот на зачётной неделе. Там, наверное, надо будет объединяться всем потоком и идти в деканат, но практика показывает, что это против него не работает.       — Ты про Александра Алексеевича? Меня тошнит от него с самой первой лекции, которую он начал читать вместо своего молодого коллеги. Тот хотя бы не так ужасал, как этот маразматик, — Фаина поморщилась, будто попробовала что-то вроде имбиря.       — Моя прошлая научница говорила, что он очень добрый, но такое чувство, что он был добрым лишь один раз, когда преподавал у неё. А потом протух, как стоячая вода, — ответила Алиса.       — Фу, боже, хоть бы он взял больничный в день зачёта! — продолжала морщиться Фаина.       — Такое чувство, будто даже Катерине сдать проще, — нервно усмехнулась Алиса.       — Мне кажется, это равнозначно. Катерина унизит только личность, а этот чудик унизит ещё и пол, — заметила Фаина. — Будем надеяться на лаборантов, но, честно говоря, я вообще не верю, что получу что-то выше тройки.       — Я тоже не верю, хотя учу эти билеты. Думаю, мы справимся, даже если это будет стоить нам нервных клеток, — улыбнулась Алиса.

***

      Зачетная неделя шла относительно спокойно. Алиса как курьер относила свои лабораторные и курсовые, почти сразу же получала оценку и подпись в зачётку и тут же шла дальше. Остался зачёт и отчёт по практике. И вереница второкурсников, с которыми придётся сидеть до вечера сразу после зачёта.       К зачёту готовились кто как мог. Алиса рассказывала Тимофею всё, что только вспоминала за ужином. Перехватила инициативу в их вечерних разговорах: обычно Тимофей рассказывал про философские течения.       — Тим, вот ты не знаешь, а для измерения мощности можно использовать термопару, — вдруг говорила Алиса.       — Охуеть, — только и отвечал Тимофей.       — А ещё полосовые пропускающие фильтры называют шпилечными из-за их топологии, — продолжала Алиса.       — Давай зачётку, я тебе пятёрку нарисую, — смеялся Тимофей. — Мочи этого урода на зачёте, он просто обязан тебе «отлично» поставить. Мизогинам слова не давали!       Фаина с Василием же готовились вдвоём и рассказывали билеты друг другу. Вместе перебирали исписанные листочки, добавляя сюда и распечатки сканов с конспектами Алисы, которыми она с ними поделилась.       — Преобразователи частоты преобразуют частоту в… частоту. Господи, что этот «гей» хочет услышать? Я готов ради прикола рассказывать ему билеты томным шёпотом. Его дисциплина буквально не несёт ничего нового и нам не пригодится в следующем семестре, — ругался Василий. Но тут же смеялся.       — Вась, кошка твоя обидится, — чуть шутила над ним его мать, Наталья.       — Манул и то понятнее объяснял эту ерунду, чем этот брезгуша! — возражал Василий.       — А анализатор спектра показывает на экране спектр. Серьёзно, что именно он хочет услышать? — тоже смеялась Фаина.       — Он хочет, чтобы ты ему по винтикам всё разобрала и назвала все характеристики прибора, которые он сам не знает. Но ты должна знать, потому что ты девушка — у него какая-то такая логика. И ещё ты должна ему купить всю линейку приборов одной фирмы, с которой он сотрудничал в своих снах. Он, наверное, спит со своими спектроанализаторами! Фетишист! — воинственно продолжал Василий.       — Вась, я обязательно именно это на зачёте и вспомню вместо ответов на вопросы, — Фаина закрыла лицо руками. Живот уже болел от смеха.       — Чай идите пить, радиотехники. Я вам сейчас расскажу, как таких фанатиков на место ставить, — звала их Наталья с кухни.       Впрочем, день зачёта прошёл спокойнее, чем ожидалось. Видимо, весь поток молился за отсутствие преподавателя на зачёте, и теперь оценки ставили молодые лаборанты. Конечно, тоже докапывались до каждой буквы в формуле, но хотя бы давали высказаться, не перебивали и не затыкали рот, как это делал их старший коллега, когда всё-таки выполнял свои обязанности.       — Александр Алексеевич заболел. Сказался больным, — сказал один из лаборантов в начале зачёта между делом другому своему коллеге.       И вся аудитория выдохнула с облегчением, что слышно было даже в коридоре. Единицы ушли с тройками, ответив на три вопроса из своих билетов. Остальные взяли четвёрки и пятёрки.       — Ну всё, теперь зачетная неделя точно закрыта, — выдохнул Василий. — Девчата, я вас поразвлекаю на лабораторных, надеюсь, Семёныч меня не выгонит.       — Ты разве к Дмитрию Викторовичу не идёшь? — поинтересовалась Алиса.       — Я Манулу вчера сдал свою практику. Ох, ну и разговор был. Опять меня отчитал, сказал, чтоб я больше ему постороннюю информацию в отчёте не писал. Не думаю, что «Вы классный препод!» в заключении было лишним! — ответил Василий.       — А что он в отзыве написал? Мне написали, что работа выполнена в полном объёме, заслуживает оценки «отлично», — поинтересовалась Фаина.       — Работа выполнена на высоком научно-техническом уровне, студент Василий Кириллович заслуживает оценки «отлично», — гордо задрал голову Василий. — А у тебя, Алиса?       Алиса лишь нервно улыбнулась. Планировала между делом, на перерыве между лабораторными, добежать с отчётом до кафедры электротехники. Ростислав Владимирович так ничего и не ответил по поводу работы, зато написал, что сегодня точно будет в вузе. Теперь же Алиса прокручивала в голове варианты, какую именно оценку она получит, и что именно снова выпотрошит её в качестве замечания.       — А у меня пока ничего, — ответила Алиса.       — Семёныч тебе ничего не поставил? Как? — Василий чуть не свалился вместе со стулом, на который от неожиданности плюхнулся.       — Ну, хотя бы потому, что он меня сбагрил другому преподавателю, — нервно усмехнулась Алиса.       — Это кому? — прищурился Василий.       Алиса на всякий случай выглянула в коридор. Никого не обнаружив, прикрыла дверь в лабораторию, в которой они сидели втроём. Всё ещё присутствие Катерины мерещилось в воздухе, не хватало ещё, чтобы она услышала про внезапное сближение Алисы и своего бывшего в рабочем плане.       — Чёртовому Кролику, как ты его называешь. И «Я» действительно бывают разные, — Алиса неловко улыбнулась, вспоминая цитату персонажа из мультфильма, с которым сравнила своего научного руководителя.       — Ну, он вроде не кажется таким стрёмным, как тогда на втором курсе, — пожал плечами Василий. — Ну, я на него не так сильно хочу ворчать после того дня. Ну, ты поняла. Старая его версия мимо бы прошла, как будто ни при делах. А он тебе помог.       — Если он не будет распекать меня за формулировки и графики, то да, он изменился, — вздохнула Алиса.       — Значит, Валерий всё-таки сплавил тебя электротехникам, как и планировал, — догадалась Фаина.       — Да. Думаю, в следующем семестре поймём, плохо это или хорошо, — кивнула Алиса.       — Здравствуйте, а можно лабы сдать? — в лабораторию заглянули второкурсники.       — Нужно. Каждый к своему преподавателю, — Алиса повернулась к ним.       — Я помогу, — Василий взял себе методичку из общей стопки. — Ребята, очередь не создавайте, идите ко мне. Но халяву не ждите, я сегодня вредный, как Валерий Семёнович, — для вида нахмурил брови. Алиса с Фаиной лишь переглянулись, улыбаясь.

***

      После двух часов закатывания глаз с перевранной теории Алиса встала из-за стола. Взяла из сумки папку с распечатанным отчётом и побежала в сторону «любимой» кафедры, чтобы сделать перерыв. Снова пришлось заглядывать во все аудитории, раз Ростислав не нашёлся в той, которую указал. Алиса уже было разозлилась на себя, на него, на Валерия Семёновича, на толпу второкурсников, которых ещё полчаса назад отпустила с зачётом по лабораторным, а теперь встречала здесь, точно так же толпящихся непонятно к кому и непонятно для чего.       Но тут же увидела в конце коридора знакомый силуэт. Уж Ростислава нельзя было ни с кем перепутать: других таких высоких палок среди преподавателей этой кафедры просто не было. И Алиса направилась к нему твёрдым шагом, когда тот повернулся в её сторону.       — Прошу прощения, задержался с должниками, — произнёс Ростислав Владимирович. Открыл дверь в преподавательскую. Отошёл в сторону, позволяя пройти Алисе. — Я хочу обсудить с вами пару моментов из вашего отчёта. И из вашего диплома, если позволите.       Алиса прошла в аудиторию. Села за свободный стол, положила отчёт на стол. Ростислав сел напротив. Взял отчёт в руки. Пролистал несколько страниц и, открыв нужную, развернул его к Алисе.       — Вот здесь очень удачная формулировка, — чёрной ручкой он обвёл один абзац. — Если напишете в дипломе так же, уверен, у рецензента все вопросы сразу отпадут. Но вот здесь, — молодой доцент подчеркнул ещё одно предложение, уже в другом абзаце, — для усиления аргумента как будто чего-то не хватает.       — Ещё одной ссылки на источник? — прищурилась Алиса.       — Источники — хорошо. Но вы можете подкрепить своё утверждение реальными данными, которые используете. График, схема, таблица. Что угодно. Но это так, мелкая придирка, — кивнул Ростислав. — И вот здесь, — он открыл другую страницу, — вы отлично описываете результаты. А что касается вашего диплома, — он встал из-за стола, открыл шкаф и достал из какой-то папки со своей фамилией распечатку дипломной работы Алисы, — ваш третий раздел можно оформлять как методическое пособие на тему «как правильно считать статистику». Однако я бы тоже дополнил каким-то промежуточными результатами. Для магистерской работы, думаю, лишнее обоснование не помешает, особенно, если рецензент окажется въедливым, как некоторые… как некоторые, скажем, помешанные на собственной важности люди.       — Это вы про… — начала было Алиса. Сознание сразу нарисовало Катерину, и девушка чуть нахмурилась.       Ростислав лишь нервно улыбнулся. И кивнул:       — Именно про неё. Нет, я не говорю, что рецензентом окажется именно она — ей ещё не скоро достанется такая честь, но на вашей кафедре достаточно людей, искреннее вчитывающихся в каждый символ работы.       — Таких везде достаточно, — чуть усмехнулась Алиса.       — Согласен, сам такой же, — ответил молодой доцент.       Сложив листы по порядку и закрепив их скрепкой, Ростислав Владимирович написал свой отзыв на титульном листе. Из-за крупного почерка это было не две строки, а почти четыре.       — Спасибо, — Алиса забрала отчёт.       — Пожалуйста. Дайте знать, когда будете готовы работать дальше. В весеннем семестре есть возможность выступить на одной-двух конференциях, стоит поучаствовать. Вы, как учёный, можете представить пару докладов. С материалами, разумеется, помогу, — ответил молодой доцент.       — Буду иметь в виду. До свидания, — кивнула Алиса.       — Всего доброго.

***

      — Давай, показывай, что он тебе там написал! — Тимофей уже наливал чай на кухне. На столе стояли черничные кексы, любимое лакомство Тимофея, которое он всегда готовил на особый случай.       Алиса достала отчёт из папки. Сама даже не вчитывалась в отзыв, надеялась быстрее сдать, но Валерия Семёновича не обнаружила, и потому папка полетела в сумку сразу же после ещё двух часов лабораторных с второкурсниками.       «Студент Алиса Николаевна выполнила задание в полном объёме. Результаты, полученные в ходе практики, отображают систематический подход к изучению темы. Заслуживает оценки "отлично"».