Жизнь после смерти

      Солнце ещё не планировало вступать в свои полноценные права на небосводе, а Аполлон мирно спал в своей постели, как и лошади, которым совсем скоро предстояло вновь тащить за собой колесницу и возвращать свет на землю.       Аид был опьянён своим предстоящим успехом. Его план начинал понемногу сбываться, оставалось сделать совсем немного и власть над Олимпом будет в его руках.       Букет следовало разместить таким образом, чтобы никто кроме самой Геры не смог до него дотронуться. Поставить рядом с кроватью или на общий стол? Может попробовать преподнести его во сне?       Метания были совсем не к месту, но жажда победы была столь сильна, что застилала глаза Повелителю Мёртвых. Он был в нетерпении, судорожно поправлял лепестки, несколько раз чуть сам не укололся об острые шипы, а его тога постоянно зацеплялась об листья и кончики стеблей.       Аид украдкой пробрался через ворота, ведущие на Олимп. Каждый его малейший шорох отдавался эхом в тишине, царившей среди облаков. Бог миновал общий зал заседаний, на котором ему предстояло присутствовать утром.       В импровизированной комнате, которая больше представляла собой облако с кроватью, отдалённое от общего зала, мирно спала Гера. Как и предполагал Аид – Зевс сегодня не сомкнёт глаз, как и в ближайшие несколько дней. Он также опьянён, как и его брат, только не предстоящим успехом, а неудачей.       Верховный Бог не привык получать отказ. Любая смертная или богиня мечтала возлечь с ним. По большей части, он до конца не был уверен, что сделает с нахалкой, когда найдёт её. Из всех возможных наказаний – смерть, превращение с уродливое существо, пытки, он не видел чего-либо особенного. Всё-таки его мужское достоинство было оскорблено, он хотел придумать нечто более ужасающее. С этими размышлениями Зевс решил отправиться в Тартар, для поиска вдохновения. Среди клеток, сырости и орудий пыток он пытался найти то самое оружие, способное устрашить беглянку.       Тем временем Аид уже приблизился к спящей Гере. Достаточно было одного укола, и розы смогли бы напитаться кровью богини. Богу оставался один шаг, но внезапно Гера начала просыпаться. Не долго думая, Аид бросил на неё розы.       Цветы ударились о лицо богини, часть из них сразу упала на пол, роль которого выполняло облако, другая – заняла место на теле женщины. Грубая мужская рука накрыла её рот, чтобы Гера не смогла позвать на помощь. Боль сковала её тело, она билась в судорогах, на глазах выступили слёзы, а лицо, живот и руки были в крови.       При попытки отодвинуть от себя смертельные цветы – богиня делала только хуже и зарабатывала новые царапины. Через какое-то время она начала успокаиваться, пока окончательно не потеряла сознание.       Это был триумф для него. Аид хотел визжать и прыгать от радости, но сдерживал себя, чтобы не разбудить вездесущего Гермеса. Единственное, что выдавало его ликование – волосы, которые окрасились в оранжевый цвет и полыхали бурным пламенем.       Пока мужчина радовался своей победе – тело Геры начало помаленьку оживать. Сначала она начала слегка шевелить пальцами, а после поднимать и опускать веки.       - Добро пожаловать на Олимп! Оскал в очередной раз оказался перед лицом Элиссы. Она не понимала, где находится и что произошло. Каждая частичка её тела болела, словно её пронзали тысячи кинжалов.       - Совсем забыл убрать, - по щелчку пальцев все кровавые розы пропали, оставив после себя капли крови, - однако не плохой наряд.       Аид бегло прошёлся взглядом по телу девушки. Платье для сна было изорвано шипами, обнажая часть левого бедра, находившегося ближе всего к мужчине, и еле прикрывая декольте. Лис быстро прикрыла открытые части ладонями, походя на Венеру*.       - Можешь не прикрываться, меня твоё тело, тем более теперь, мало интересует.       Бог отвернулся и принялся что-то искать. Элисса разглядывала свои ладони, которые приняли неестественно розовый цвет, затем перешла к кончикам волос, ставшим золотыми, словно недавно скованные монеты.       - Я стала Герой?!       - Мне и на этот вопрос нужно будет ответить?       Аид подошёл к кровати и, сделав два щелчка, призвал своих слуг – Боль и Панику.       - Уберитесь здесь и переоденьте её.       - Слушаемся, хозяин!       Черти принялись неловко перестилать постель, но большую часть времени они спорили друг с другом и толкались. Элисса смотрела в спину Аида. Она пыталась понять, что будет дальше, но не решалась поднять этот вопрос. Ей было страшно, но в тот же момент, она испытывала тягу к неизвестности.       - Ты остаёшься здесь и дожидаешься своего муженька, - эта фраза была раскатом молнии в тихий дивный день. Лис не могла представить, как она встретится лицом к лицу с убийцей, - после этого вы вместе ляжете спать. Тебе останется всё лишь украсть молнию и метнуть в него.       - Почему же ты сам не можешь её метнуть, пока я буду его отвлекать?       Аид закатил глаза и с пренебрежением, но всё же спокойным тоном ответил:       - Потому что мне нельзя появляться на Олимпе. Собственно, поэтому я ухожу.       Через мгновение Бог испарился, как будто его и не было. Вместе с ним пропали черти. Лис осталась одна, а на свежих простынях её ждало новое ночное платье.