Жизнь после смерти

      В зале Аида витало напряжение. С одной стороны – Повелитель царства мёртвых, сновавший из стороны в сторону от волнения, с другой стороны – Гера, облачённая в тело смертной девушки, пытавшаяся освободить руки, связанные верёвкой. Её рот был замотан тряпкой, так что она могла лишь недовольно мычать, что создавало белый шум для Аида и помогала ему лучше погрузиться в свои мысли.       Он привык слушать стоны, вопли и мольбы о пощаде. Так что шум заткнутого рта ничуть не смущал его. Всеми мыслями Бог был с ней – с Лис. В голове Аида до сих пор не укладывалось, как он мог доверить столь сложную миссию на простую смертную, пусть даже она и показала себя стоически при встрече с его братом и в дальнейшем не потеряла духу при виде мертвецов. Был в неё некий стержень, который восхищал Аида и заставлял его украдкой, но мысленно возвращаться к ней.       В ту минуту Аид предположил, что возможно ошибался, и смертные не такие уж и обречённые, раз способны обладать подобной силой.       Мужчина резко развернулся и направил свой взор на связанное тело. Платье, которое и без того имело не лучший вид, теперь было в пятнах от грязи и пыли. На коленках были ссадины, а ладонь украшал глубокий порез. При всём этом, Аид не мог не согласиться с выбором своего брата – девушка была необычайно красива. Возможно в его тронном зале впервые за долгие века появилось нечто приятное, способное скрасить внешнюю угрюмую обстановку и порадовать глаз.       Ожидание медленно пожирало Аида. Он не знал, куда себя деть, но понимал, что следует приготовиться. Скоро должен был нагрянуть его братец, которого нужно оперативно запреть в камере из которой тот уже никогда не сможет выбраться.       Тем временем на Олимпе близился рассвет. Зевс так и не появился, что не могло не радовать Лис. Девушка расположилась на чистой постели и задумалась. Она участвовала в настоящем перевороте, планировала свергнуть верховного Бога, но что дальше? Хотя Аид и предстал перед ней в образе галантного спасителя, она понимала, что он не может занять места Зевса, как бы ей не хотелось в это верить. Бог Смерти был на своём месте.       В душе девушки не было злости на людей, она не желала им страданий, так зачем всё это? И действительно ли она получит ответы на все свои вопросы, которые боится произнести даже у себя в голове?       Игра определённо не стоила свеч. Пути назад не было, но и вперёд идти было чревато. Элисса не знала. что ей предпринять. Она хотела просто исчезнуть.       Разверзлись облака. Молнии пронзали тучи тонкими линиями, деля их на неравные части. Он вернулся.       Дыхание девушки замедлилось, она закрыла глаза и старалась притвориться спящей. Внезапно её схватили за руку и, повалив на спину, Зевс оказался над ней. Его белые волосы спадали на её грудь, которая судорожно вздымалась и опускалась. Он смотрел ей прямо в глаза. На секунду Лис подумала, что он раскусил её. Он всё знает об обмане и хочет отомстить.       Зевс начал грубо срывать с неё платье. Он хотел её здесь и сейчас. В его жилах кипела яростная кровь. Бог хотел выплеснуть свои эмоции наружу как можно скорее. Его член упирался в ногу девушки, он вот-вот войдёт в неё и пронзит, словно острый кинжал.       - Постой!       Он не слушал. Его поцелуи были жгучими, они спускались от её шеи к ключицам. Но Элисса ощущала боль от каждого его прикосновения. Она ненавидела своего мучителя, ей было страшно шевельнуться, но бездействие было равносильно смерти, а как девушка уже успела убедиться, смерть – это далеко не конец пути. Жить в мире мёртвых подле Аида с таким клеймом позора было неприятной перспективой.       Элисса начала искать глазами что-то, что помогло бы ей потянуть время. Её взгляд блуждал по кровати, на которой простынь уже была скомкана от резких движений новоиспечённого мужа. Волосы застилали глаза девушки, а рассвет хоть и был близок, но не привнёс хоть толику света, который в эту минута был так необходим. Наконец Лис заметила краем глаза то, что могло перевернуть ход вещей – молнию. Она издавала лёгкое свечение и мирно лежала на краю кровати.       Эта секунда была судьбоносной, ведь свергнув Зевса – девушка спасла свою жизнь, но обрекала жизни многих на погибель. В обратном случае она убивала лишь себя. Лис решила попытаться дотянуться до оружия, с надеждой, что удастся избежать обеих крайностей.       Зевс поймал её руку и направил на свой член:       - Какая ты сегодня нетерпеливая, - он перевернул девушку на живот, обнажив её ягодицы. Его поцелуи сменялись укусами, а ладони крепко обхватили бёдра, - у меня был сложный день, Гера, мне нужно расслабиться, не упрямься.       В эту минуту Лис поняла, что была далеко не единственной жертвой тирана. Её затрясло, а из глаз хлынули слёзы. Мукам, которые испытала она сама, ежедневно подвергала жена Владыки Олимпа.       - Не вздумай плакать, ты знаешь, как я это ненавижу, особенно теперь!       Он кричал на неё, а после сильно ударил по заднице. Удар был настолько сильным, что звук хлопка, казалось, способен достать до земли.       - Я сказала «прекрати!», - Лис ринулась к углу, где лежала молния.       Девушка обхватила орудие в своей ладони, но Бог оказался не менее проворным. Он резким движением отбросил свою жену в сторону, молния упала на пол в сторону от обоих.       Медлить было нельзя, подобного шанса могло не представиться в будущем. Элисса ринулась по направлению к своему спасению, которое мерцало в темноте. В метре от своего приза, на руку девушки ступила тяжёлая оранжевая нога Бога. Её ладонь почти расплющило под его весом.       Одним движением он схватил свою молнию, а после обратил взор на жену.       - Ты не Гера. Я уничтожу тебя, но сначала скажи мне, кто предо мной!       Элисса медленно встала на ноги. Она едва уловимым шёпотом произносила одно и то же слово: «Аид», в надежде, что он услышит.        - Я та, кого ты так упорно искал, - девушка выпрямилась и направила свой взгляд на удивлённое лицо Зевса.       В эту минуту тройка чёрных коней с колесницей пронеслась над головами супругов. Аид вёл колесницу, описав круг, он одним движением подхватил обнажённую девушку и умчался подальше от Олимпа.       - Прости.       Он молча вёл свою колесницу, лишь, когда над их головами появилась кромешная тьма, а по бокам заблестели каменные стены, отражавшие синее пламя Богам, он бросил взгляд на девушку.       Одним движением он оторвал клочок от своей тоги и всучил его обнажённой особе.       - Не отвлекай меня от дороги.       Лис подхватила ткань и обернула своё тело в неё. Руки девушки приобрели прежний человеческий оттенок кожи.       - Почему я вновь стала собой?       - Потому что твой муженёк уже нашёл свою настоящую жёнушку.       Они молча добрались до тронного зала. Никого, кроме Боли и Паники внутри уже не было. Чертята бегали из стороны в стороны со страхом в глазах. Они знали, что их ждёт наказание. Видимо, это у них семейное – карать кого-либо дома.