Слышу, вижу, чувствую

Ещё когда я был младше у нас в деревне был замечательный продуктовый магазинчик. Я хорошо был знаком с продавщицей и иногда она дарила мне леденец. Не знаю откуда она их брала, но вкус этот не спутаю ни с чем. Это была малина с небольшой кислинкой, но бабушка запрещала есть мне подобные леденцы, поскольку после них красился язык. «Там же куча химикатов!», — твердила она. Поэтому я ел леденцы эти в тайне. И продавщица знала об отношении бабушки к подобным подаркам, поэтому, когда мы приходили вдвоём, сладость мне тоже вручали втайне. «Держи, только бабушке не говори», — шептала продавщица, прислонив палец к губам. И я ей осторожно кивал, чтобы бабушка не заметила. А после, когда леденец заканчивался, я бежал к ребятам, с которыми часто играл на полянке и показывал свой красный язык, хвастаясь перед ними. Они были в восторге! «— Это всё леденец!» — С гордостью говорил я. «— Где же ты его взял?» — Спрашивали удивлённые и восхищенные ребята. «— У Даши! Это продавщица нашего магазинчика. Она мне часто такие дает. Просто так, — хвастался я.» И они восхищались ещё больше. А потом расспрашивали, что это за магазин и где он находится и все бежали туда. В общем, можно сказать я помогал набирать популярность маленькому продуктовому магазинчику. Жалко, что сейчас этот магазин закрыли, а продавщица испарилась, словно её и не было. А ещё обидней, что я так и не спросил, откуда же она берет эти леденцы. Я стоял у железной калитки, ожидая девушку, что как не удивительно, собиралась весьма долгое время. От скуки я пульнул маленький камешек в ворота. Это оказалось громче, чем я предполагал. Звук резанул по ушам. По моему со всей моей историей я уже и сам начал в это верить и играть жертву. А может меня просто охватила безнадежность. Ненавижу ложь. Люблю справедливость. И ради справедливости, пусть я останусь без друзей. Моё вранье не заслуживает нахождение рядом кого-либо. Наконец калитка отварилась и на встречу мне вышла Маша. На ней был тот же ободок, но на этот раз платье её было красным в белый горошек. — Привет, — при виде меня на её лице сразу заиграла улыбка. — Что это за платье у тебя? — Резко вырвалось из моих уст. Мария стала крутиться и рассматривать свою одежду со всех сторон. — А что с ним не так? — Такое же только девочки носят, — усмехнулся я. — А я кто по-твоему? — Она уставилась на меня с вызовом, скрестив руки на груди. — Ну… Девушка? — Неуверенно ответил я. — Ты считаешь меня девушкой? — Маша сделала ко мне шаг, но быстро отступила на два назад и спрятала руки за спиной. — Ну да? Я вроде так и сказал, — пожал плечами я. Маша улыбнулась и подбежав ко мне, схватила за руку, убегая дальше, вдоль дороги. — Мы бежим к Серому! — Прокричала она, указывая рукой прямо. Дом Сережи находился не так далеко от участка девушки. Он был полностью белый: белый заборчик, ограждающий цветы, белая веранда и белая крыша. Сам по себе домик был небольшой, а участок был довольно скромен и мал. Я ещё раз взглянул на Машу, как бы моля, чтобы та передумала, но она даже не заметила моих намеков. Грудная клетка с каждой секундой вздымалась все тяжелее. Я приложил туда руку и постарался сделать полноценный вздох, такой легкий и свободный. Но, кажется внутри всё было пропитано чем-то лишним. — Всё хорошо? — Обратилась ко мне Мария. Я стал нервно трясти свободной рукой. — Конечно, — как можно более беззаботней ответил я. Рука девушки, что скрепляла мою руку сильно тревожила меня и делала только больнее, но расцепить это рукопожатие мне не позволили, лишь сильнее сдавливая руку. — Не бойся. Я с тобой, — кивнула Маша. — Чего это я должен бояться? — Удивился я. — Ну…, —она опустила голову. Через эти самые руки, мне передалось какое-то смущение, что исходило от девушки.— Я бы испугалась. Сережа ведь на вид неплохой человек, но если он окажется каким нибудь бандитом… — Не неси чепухи, — прервал её я. Грудь вздымалась и я отчетливо это чувствовал. В моих словах слишком много вранья. Пусть беспокойное дыхание поможет мне рассказать правду…— Ты хоть понимаешь, что ты говоришь? Откуда взяты твои мысли? Где источник твоих мотивов? Нельзя сваливать вину на первого встречного, я не могу обвинять Сережу! — Я вырвал свою руку, но больше не мог сказать ни слова… — Вот перед Машей извинишься — тогда и поговорим. Извиниться… Кто бы осмелился нарушать чужую свободу в первый день знакомства? Сереже было плевать. Плевать на мои границы. Лучше бы он оказался вором. Лучше бы забрал все мои деньги, а взамен я покажу ему, что значит забирать чужую свободу! — Но ты подумай. Ты же и сам прекрасно всех в деревне по именам знаешь. А кто такой Сережа? Знаком ли он тебе? — Она говорила и говорила, но я её не слушал… Я слушал лишь пульс сердца. Он кипел алой кровью, наполняя ею каждый сантиметр тела, а затем исчезал. Просто взял и исчезал. Ни крови, ни дыхания. Я не чувствовал ничего, кроме своей вины. — Ты права…, — лишь и ответил я, о чем сразу же пожалел. Как и прошлых словах, и о прошлых мыслях, да и вообще обо всём, что было мною сделано по отношению к этим людям… Маша нажала на кнопку, что должна была предупредить хозяев о нашем присутствии. Девушка поглядывала то на меня, то на железный забор и постоянно теребила платье. Конечно, никто из нас не был уверен в том, что наши идеи разумны, но рядом с другим человеком мне было менее страшно. Наконец на той стороне послышались шорохи от травы. Мне хорошо удавалось всё это воспринять. — Маша? Привет, — сказал озадаченный Сережа, выглядывающий из-за неполностью открывшейся калитки. — Я здесь не одна, — девушка скрестила руки на груди, с вызовом смотря на испуганного Сережу. — Да, вижу…, — голос парня был растерянный. Он вышел за пределы участка и прикрыл за собой калитку.— Привет, Коля. Я хотел было ему ответить, но не смог. Вместо этого просто кивнул. — Вы что-то хотели? Я просто немного занят…, — глаза Сережи метались то на Машу, то на меня. Он поджал губу и спрятал руки за спиной. — А почему тогда ты нам открыл? — Поинтересовалась Маша. — Как почему? Ну, не стоять же вам у порога. — А родители на что? Или ты один живёшь? — Продолжала гнуть девушка, подходя ближе к собеседнику. Я протянул руку, чтобы остановить её, но она так и не до коснулась к желаемому, оборвавшись на пол пути. — Ты же знаешь, что с мамой, — парень вжался в ворота, что прогремели среди повисшей тишины. — А где она? — Продолжила расспрос девушка. Сережа не торопился отвечать. Он продолжал метать глаза, в полной растерянности разглядывая нас. — Вы чего хотели? — Ты ушел от вопроса, — оборвала парня Маша. — А мы к тебе в гости пришли, — наконец заговорил я. Оба взгляда устремились ко мне, и оба сквозили непониманием такой резкой смены темы. — Так вы помирились? — Уже более расслаблено спросил Сережа. — Да… Коля мне рассказал одну очень интересную историю, — всё не унималась Мария. В ней сквозило какое-то жуткое желание меня защитить, доказать, что она лучше, чем может показаться. — Какую? — Спросил Сережа, будто его вынудили. — Я тебе потом расскажу, пошли чаем нас напоишь! — Я схватил парня за руку и распахнул калитку, вбегая на светлый участок, с ровно скошенной травой и ничем лишним. Рядом с этим человеком мне становилось легко. Он будто перенимал весь мой страх и всю мою неловкость на себя, оставляя мне свободу, которую когда-то попытался отнять. И мне было хорошо. Я уже не злился на него, не обижался и не чувствовал себя виноватым. Внутри дом выглядел гораздо богаче, чем казалось на первый взгляд. Всё украшено картинами, стены новые и чистые, а на полу расстелен белый узорчатый коврик. — Слушайте, вы конечно можете посидеть, но прошу, не очень долго. У меня есть одно дело и я хочу его поскорее закончить, — предупредил Сережа, развешивая наши куртки. — Пока ты тут готовишь чай, мы можем с Колей осмотреть дом? — Маша подошла ближе ко мне. — Тут смотреть особо нечего. Тут кухня, а впереди, до конца коридора кладовая. — Мы все поближе рассмотрим. И второй этаж интересно посмотреть, там наверное тоже красиво, — я вздрогнул от внезапной хватки за предплечье. Девушка вцепилась в меня обеими руками и даже не думала отпускать. — Нет! На второй этаж нельзя… Пока что. — Почему? — Спросил я. Сережа не успел мне ответить. Маша перебила его: — Хорошо. Мы пойдём в кладовую. Она не дождалась согласие хозяина дома. Схватив меня за руку, побежала прямо в дальнюю комнату и захлопнула дверь, предварительно отпустив мою руку, из-за чего я ударился обо что-то железное. — Что происходит?! — Выпалил я. — Это я у тебя хотела спросить, — девушка стала подходить ближе, и только тогда я увидел, насколько маленькая эта кладовая. Я упирался в полки, расставленные по всей маленькой комнате, так что даже не мог отступить. Снизу лежали какие-то коробки, а сама кладовая уже была больше похожа на деревенский дом. Я даже почувствовал запах древесины… — Что с тобой, Коля? Я пытаюсь тебе помочь, ты меня слышишь?! — Я на секунду зажмурил глаза, а когда открыл, увидел девушку прямо перед собой. Между нами было не больше 30 сантиметров и меня это жутко напрягало. — Я выяснил, что это не Сережа. Не успел тебе сказать. Мы разберемся кто виновник всему, твоя помощь не нужна, спасибо, — слова вырывались на автомате. Вся эта ситуация так давила, а в голову лезли не прошенные мысли. Я хотел поскорее убежать отсюда и отправиться на поле… — Что? Как ты выяснил? — Снова стала расспрашивать Маша. — Неважно, — отмахнулся я. На меня нагоняла усталость. Я столько думал о своей лжи, что почти не спал ночью. Больше всего мне хотелось только заснуть. Но без этих ссор и недопониманий. Я вздрогнул. Чья-то рука коснулась моей макушки. — Коль, прошу расскажи мне всё. Если кто-то тебе угрожает, ты не должен молчать, — её голос был спокойным и клонил меня в сон. Я её почти не слушал и не разбирал половину слов. — Мы со всем разберемся. Я буду рядом, обещаю, — ноги стали подкашиваться, я упал на пол, пока чужие руки пытались остановить моё падение, схватившись за мои плечи. Она смотрела на меня, а я уже не пытался отвести взгляд. — Коль, ты мне нравишься, — единственная фраза, что была услышана мной громко и отчетливо. — Чего? — Я поднял руку и в неё тут же впилась чужая. — Твоя бабушка будет рада, да и мои родители не против… — Её голос становился всё тише, а взгляд устремился в сплетенные руки. Она стала водить большим пальцем по моей ладони, не силясь пошевелить чем либо ещё. Я не знал, что ответить. Мне было страшно и не хотелось, чтобы кто-то узнал о моем вранье… Встреча с этой девушкой — изначально было моей главной ошибкой. — Коль, не молчи, дай мне шанс, — я поднял голову и увидел красные глаза, посередине которых всё так же сияло беспокойное море. Стоило мне только открыть рот, как чужие губы накрыли мои и во рту ощутился запах клубники… Буквально через пару секунд я оттолкнул девушку и быстро выбежал из кладовой. Маша кажется ударилась обо что-то, но мне уже было не до неё. Я быстро схватил свою ветровку и рванул к выходу из этого проклятого участка. Я бежал почти без передышки, сам не зная от чего. Словно за мной гнался убийца и я всеми силами рвался домой. Только добежав до своего «дома» я позволил себе сделать передышку. Ветер разыгрался с новой силой. Он бил прямо в лицо, желая повалить меня на гнилую землю. У меня было плохое предчувствие. Наверное из-за холодной погоды на сегодня. Проходя всё дальше по полю я заглядывал в каждую травинку, осматривал всё вокруг, но не видел Алексея… Когда он так мне нужен я не могу его найти. — Алексей! — Я сбился со счёта, сколько раз мне пришлось его звать. В горле стало першить, а я больше не мог стоять на ногах. Сказать правду друзьям — получить осуждение. Но Алексей бы никогда не осудил. Он знает, как это трудно, хотя может и не поддерживает. И сейчас, когда мне так нужна его помощь — здесь пусто. Он исчез. Всё потому что я не дорожил тем, что у меня было. Сидя на коленях с безнадежными, беззвучными всхлипами и хватаясь за горло, я почему то думал лишь обо дном… Наверное именно поэтому я всегда называл его полным именем. Он был для меня взрослее остальных…