Feel alive

Как следует выспавшись Юнги чувствовал себя намного лучше. Вчера, выйдя из здания, он встретил отца. — Юнги, может всё же вернёшься к нам? Мать волнуется, а ты ещё и реванш взял… тебе ведь тяжело. — мне уже двадцать, я сам решу, что делать! «Тебе ведь тяжело». Очень, а ещё стыдно за своё поведение. Сам сказал, что уже взрослый, а повёл себя совсем как ребёнок. Спасибо должен сказать, что за него волнуются, другие бы плюнули и сказали «делай что хочешь, мне всё равно». Он хотел сразу уйти, чтобы избежать этого разговора, но его заставила задержаться у входа такая картина: Хосок дал увесистую пощёчину Чонгуку, отсчитывая за неуважительное поведение и отношение к соперникам. -… я не виноват в том, что мне вечно всё даётся легче, чем другим! — обижается Чонгук и уходит к машине. Встретившись с старшим взглядом, Юнги вздрогнул и резко отвернулся.

***

— Почему он поддержал меня? — спросил Юнги, попивая латте в доме Намджуна, который разрешил приходить когда душе угодно. — ну… он просто такой человек, захотел — сделал. — вы друзья? — скорее старые приятели. Учились вместе, но работа нас разделила и мы стали редко видеться. А что, он тебя заинтересовал? — хмыкнул тренер — я похож на гея? — д… ну… э-э-э… Конечно, за год случалось много ситуаций и были те в которых бы Ким на вопрос ответил уверенное «да», но сам Мин никогда не согласиться, хоть и прекрасно знает свою ориентацию. — сам такой. На долгую минуту повисла тишина, после которой, прочистив горло, Намджун продолжил как ни в чём не бывало: — зная его, я скажу, что вы просто два сапога пара. Почему бы тебе просто не пообщаться с ним? Порой он говорит весьма умные вещи, всё-таки он на год старше и опытней меня, хоть и является танцором. — чё? Он танцор? Я думал какой-то богач или модель. Юнги даже через Чонгука нашёл Хосока, чтобы в очередной раз убедить себя, что тот слишком идеально фоткается и одевается чтобы быть простым смертным. — я как раз хотел его навестить, пойдёшь со мной? За одно познакомишься по ближе с победителем гран при. Юнги возмущённо фыркнул, когда ему специально напомнили о вчерашнем. — я хотел потренироваться. — времени впереди ещё куча, отдохни денёк, развейся. Тем более мне нужно навестить родителей, так что какое-то время меня заменит Хосок. — окей… — согласился парень без особого энтузиазма.

***

Оказалось, что семья Чон довольно многодетна. Часть детей у родителей, а часть гостит у Хосока, куда Ким и кинул Юнги и смылся. Чонгук явно был не рад, они сверлили друг друга взглядом стоя в гостинной, пока никто не решался хоть что-то промычать. — чай будете? — спросил пройдя мимо них старший, за ним хвостиком проследовала младшая сестра лет девяти. — да! — оживился Чонгук сразу занимая середину стола. — кофе. — а я хочу какао, братик! Девочка было хотела помочь, но Чон усадил её за стул обязательно подальше от Чонгука, ведь тот опять начнёт воровать у неё печенье и начнётся истерика. — солнышко, ты обожжёшься, вот лучше пока посмотри что я тебе купил. На стол приземлился пакетик с разными вкусностями. — а я типа уже взрослый, да? — Гуку было завидно, ведь когда-то он был на месте сестры. — если я дам тебе ключи от машины, чтобы ты съездил в магазин, ты успокоишься и не будешь трогать меня весь оставшийся день? — кажется в тоне старшего уже читалась мольба. — даю слово. Юнги чувствовал себя лишним, но тем не менее наблюдать за ними было весьма интересно. Сам он в семье единственный ребёнок, поэтому понятия не имеет какого жить с братьями и сестрами. — Юнги-я, хочешь чего-нибудь? Мин не сразу уловил, что это к нему обращается так кто-то помимо матери, и сконфуженно выдал: — э… нет, спасибо. «Как ему хватает сил и терпения каждому уделить внимание? Я бы давно съехал в другой город… И ведь даже уставшим не выглядит особо». Тут зазвонил телефон и мужчина, молниеносно поднял трубку, испугавшись что это родители и что-то произошло. — да? А, это ты. Нет, сегодня не получиться, мне надо следить за мелкими. Ну уж нет, твоей компании мне уж точно не надо. Вы с Чонгуком в прошлый раз чуть всю хату не разгромили. — это Чимин-хён?! — о нет, всё, пока. — палец нажал на сброс именно когда брат, успевший за пару секунд влить в себя кружку чая, подбежал к телефону и недовольно посмотрел исподлобья. — Что? Давай вали уже в магазин. — блин, ты прям как мама… Выдохнув, Хосок сел напротив Мина пододвигая к себе кружку с зелёным чаем. Тяжело, когда у всех разные вкусы в еде, одежде или чем-либо ещё. Только сейчас Юнги замечает, что движения у Хосока и вправду как у танцора, такие плавные, уверенные, элегантные. Он даже дома в белой рубашке ходит, чертов модник. — я займусь тобой завтра, окей? Прямо с утра, чтобы скинуть заботу о Наён на Гука. А сегодня у меня у самого тренировка. — а где я буду спать? — у нас есть двухъярусная кровать там. — он показал большим пальцем куда-то назад. — то есть в одной комнате с этим… этим… — претензии не принимаются. Теперь и Юнги почувствовал словно его отсчитывает мать. И не мог вымолвить слова под пронзительным серьёзным взглядом, тем самым какой бывает у взрослых людей, койх можно назвать сильной личность. Мину оставалось только залезть на второй этаж кровати и сидеть в телефоне. Повседневность утомляет. Когда он бездельничает, то перестаёт чувствовать себя, смысл своего существования и в итоге впадает в мучительную апатию. Да, он страдал настоящей депрессией средней тяжести два года назад, а потом, узнав о кулачных боях, он загорелся желанием и процесс лечения многократно ускорился. Погрязнув в раздумьях, парень не заметил как задремал. — эй, вставай. — разбудил его голос временного соседа по комнате. — Я купил всем заварной лапши, чтобы не напрягать брата готовкой. — вау, ты можешь быть не неблагодарным. — а ты всё ещё обижаешься? Знаешь, подраться можно и без лишних глаз… — да? Что ж, завра я тренируюсь, так что приходи. — на моей памяти ты первый такой упёртый. — Чонгук улыбнулся обнажая зубы, давно забытые чувства начали просыпаться вновь. — не разочаруй меня. Мин почувствовал себя слега растерянным, слова противника уже не звучали как-то зло или надмено, скорее так словно тот разговаривал с равным себе. На душе стало легче от этого осознания. «Я постараюсь, обещаю». Приняв душ после нелёгкого изучения новой сложной хореографии, Хосок стоял у двери ванной вытирая волосы и надеясь что брат не подерётся с гостём, но к его удивлению те вернулись совершенно спокойными, даже в приподнятом настроение. Юнги мельком глянул на него и принялся за еду. Чона немного расстроило, что он не произвёл впечатления, стоя в шортах и без верха. Мину было вообще абсолютно плевать на какие-то там прессы, мало он за свою карьерную лестницу видел их что ли? Сейчас его больше интересовало за что судьба так жестока? Чонгук купил себе мятные чипсы и будет ими наслаждаться, а Юнги придётся страдать, не в силах попросить поделиться, ведь это и его любимые тоже. — фу, оденься выпендрёжник.