В начале было Слово

Через два дня

Звонили с неизвестного номера, и Азирафаэль поднял трубку после недолгого колебания. — Приезжай, — раздался голос Кроули, — прямо сейчас. — Я… занят. — Азирафаэль покосился на коробки в прихожей. — Надолго. — Ты мне нужен, ангел. Азирафаэль всегда таял от этого обращения, ничего не мог с собой поделать. Когда Кроули называл его так, Азирафаэль был готов на все. — Ты в больнице? — Нет. За тобой приедет такси, выходи на улицу. — Я еще не согласился, — Азирафаэль натянул пиджак, — а ты за меня решил. — Ты можешь отказаться и никуда не ехать. Выбирай — Кроули бросил трубку. В дороге Азирафаэль пытался накрутить себя, чтобы как следует разозлиться на Кроули, но у него ничего не получилось.

***

Дверь в квартиру была приоткрыта, Азирафаэль прошел сначала в гостиную, потом в спальню. Кроули сидел на кровати, привалившись к изголовью. — И что случилось? — Азирафаэль внимательно разглядывал его: «До чего же бледный, темные мешки под глазами». — Я выписался из больницы. — Понятно. — Мне выдали рецепты. — Кроули кивнул в сторону прикроватной тумбочки, на которой высилась горка блистеров и флаконов. — У меня нет анемии. — Замечательно. — Азирафаэль прочитал названия, что, впрочем, ни о чем ему не сказало. — Антидепрессанты, — объяснил Кроули, — что-то для улучшения метаболизма и всякая фигня. — Не существует препарата под названием «Фигня». — Да, — согласился Кроули, подковырнув блистеры пальцем, — врачи знают лучше. Мне нужен ты. — Для чего? — Следить за приемом лекарств. Я таблетницам не доверяю, могу сигнал не услышать. Расписание имеется. — Вообще-то, я работаю. — Старый хрыч тебя уволил. — Ты за мной следишь? — Не я. — Кроули оставил лекарства в покое. — Случайно узнал от Шакс, и ты бы слышал, как она ликовала. Ума не приложу, почему она тебя настолько ненавидит, ты же ей ничего не сделал. — Эмоции мисс Шакс мне не интересны. А еще я уверен, что взрослый человек вполне способен справиться с приемом лекарств. — Это не про меня. Я не хочу запихивать в себя столько препаратов и не верю в их целительную силу. Доволен? Ты предлагал помочь с уходом за крыльями. — У меня есть планы. — Какие? — Книжный. — Ты купил? — Нет. Собираюсь взять кредит в банке. — Одолжи у меня без процентов. — Кроули сполз по кровати, чтобы взять Азирафаэля за руку. — Подпишем договор. — Ты можешь сам принимать таблетки. Или найми медсестру. — Сильно обиделся? — Ложь отвратительна. И тот, кто лжет, тоже. — Ну спасибо. Так ты мне поможешь? — Нет. Ты не изменился ни на йоту, чужое личное пространство для тебя не существует. По-твоему, я должен отказаться от своих планов и… — Азирафаэль взял картонку с расписанием, — на месяц застрять в твоей компании? Мои сбережения сами по себе не восстанавливаются, а ведь мне придется оплатить аренду, если не съеду с нынешней квартиры в ближайшие дни. — Живи здесь. — Кроули перестал ерзать и уселся, опустив ноги на пол. — Я оплачу твои услуги, побудешь сиделкой. Поработаешь на аутсорсинге. И… медсестра? Ни за что не позволю, чтобы здесь круглые сутки торчал чужой человек. Азирафаэль смотрел на друга, и было заметно, как его мысли сменяются с ошеломляющей скоростью. — Обещаю, что через месяц отцеплюсь от тебя, — добавил Кроули. — Месяц, не больше. — Позволь оплатить грузчиков и машину. Тебе же надо куда-то перевезти вещи. Азирафаэль подсчитал в уме расходы и согласился.

***

У Кроули нашлись нужные бланки и печати, поэтому он без проблем составил короткий договор с Азирафаэлем. Примерно через полчаса после этого к ним приехал странного вида молодой человек (высокая прическа, нарочито неряшливый макияж, кожаная одежда) и забрал договор. — Это?.. — спросил Азирафаэль. — Эрик, курьер, — Кроули вернулся в постель, — мотается по городу по делам бюро. У него есть двое братьев-близнецов. А у меня есть подозрения, что они друг друга подменяют, при том, что я нанимал одного. — А какая им выгода от этого? — Откуда мне знать? Главное — они работают. Если их устраивает ставка на троих, что ж... Я подозревал, что они сливают информацию конкурентам, пришлось проверять. В тот же день Азирафаэль немного пожалел о переезде, пусть и временном. Он заглянул в пустой холодильник (кетчуп и нечто непонятное в трех маленьких бутылочках ни при каких условиях нельзя было считать едой) и, ознакомившись с рекомендациями по поводу питания, составил меню для Кроули. Азирафаэль намеревался сам готовить или заказывать готовые блюда в каком-нибудь ресторане с домашней кухней. Кроули прочитал меню, недоверчиво поглядывая на Азирафаэля, словно тот предлагал ему нечто непотребное, потом скомкал листок бумаги и зашвырнул в угол, отчеканив: — Я не буду есть эту дрянь. — Врачи прописали Кроули постельный режим минимум на неделю, поэтому он сидел на кровати, обложившись подушками. — Правильное питание? Да ты с ума сошел, ангел? — В пицце мало полезных ингредиентов. — Да неужели? Тогда почему ее до сих пор не запретили? Азирафаэль вздохнул, задержал дыхание, посчитал до десяти и ответил: — Ты нанял меня сиделкой, так будь добр придерживаться врачебных рекомендаций. Иначе не выздоровеешь. Кроули сказал «ага», закрывая глаза. Азирафаэль догадался: «Да он же будет счастлив, если я застряну здесь…» — Только не угрожай уходом, — проворчал Кроули, — никудышный приемчик. — Контракт на месяц, без продления. — Азирафаэль поднял бумажный комок. — Или ты будешь есть нормальную еду, или я соберу вещи и перееду… куда-нибудь. — Огосподибожемой… — Кроули положил себе на лицо подушку. — Адскийсатанаивседьяволы… — Не ругайся. В результате они сошлись на том, что дважды в неделю будут обедать пиццей.

***

Следующей проблемой стали крылья Кроули. — Я помогу тебе… то есть, расскажу и покажу как за ними ухаживать. — Азирафаэль стоял напротив кровати, сложив руки на животе. Кроули, похожий на скукоженную цаплю, выглядел абсолютно безразличным. — Какое у тебя Слово? — Слово? — искренне удивился Кроули, выпрямляясь. — Ну да. Люди выпускают крылья из второго пространства при помощи Слова. У меня, к примеру, это «свет». Только необходимо произносить Слово не вслух, а мысленно, обращаясь к ним. — Азирафаэль расправил свои крылья. — Вот так. Кроули надел темные очки и, явно дразнясь, отозвался: — Нет у меня никакого дурацкого С-с-слова. — Почему? — Потому что с-с-с моих трех лет мне запрещали выпус-с-скать крылья, — продолжил шипеть Кроули, перестав после страдальческой гримасы Азирафаэля. — Я делал это тайком, приходилось следить, чтобы никто из родственников не заметил. Часто прятался в шкафах или кладовых. — И что? Выпускал крылья без Слова? — На лице Азирафаэля отразилась недоверчивость. Кроули сморщил нос и помахал рукой. — Очевидно, что так все и обстояло. — Хорошо, ладно. Сделай это сейчас. Кроули распахнул крылья. Азирафаэль подошел к другу и бережно провел кончиками пальцев по кромке левого, а потом правого. Он ощутил перья там, где белели пустые места. — Моя теория верна. Перья не отображаются полностью из-за отсутствия Слова. Кроули запрокинул голову и немного повыл. — Ты сам его придумал? — спросил он, закончив изображать волка. — Это случилось в момент прорезывания крыльев. Я услышал Слово, а когда мама спросила: «Что нужно сказать, чтобы они появились, а потом исчезли?», ответил — «свет». — Азирафаэль мечтательно улыбнулся — Она обрадовалась. — А на меня кричали: «Убери эту грязную дрянь, пока люди не увидели!» — Кроули опять сложился пополам, обхватив колени руками. Крылья стали полупрозрачными. — Я не мог выходить из комнаты, о прогулках никто не заикался. — Кошмар какой… — прошептал потрясенный Азирафаэль, — но это же насилие над ребенком! — А кто мог пожаловаться? Я? Нет. Родители? Они-то и отправили меня к бабушке и дедушке. И сами потом запрещали выпускать крылья. — Тебе нужно вспомнить Слово. — Слово… — Кроули посмотрел на крылья по очереди. — Оно точно не придумывается? Его нужно получить от них? — Да, и я тебе сейчас докажу. — Азирафаэль сбегал за телефоном, оставленным на зарядке. — Секундочку. Нашел. «Слово является результатом взаимодействия крыльев и человека. В момент прорезывания они сами передают Слово ребенку». — Я ничего не помню. — Кроули расстроился, из-за чего разозлился. — Короче, нафиг это все. И так сойдет. — Крылья исчезли. — Но ты как-то на них влияешь. — Я уже ничего не понимаю. — Кроули нервничал все сильнее. — Да и какая разница! Одного раза в две недели хватит, чтобы спина не болела. — Попробуй не прятать их на ночь. — Азирафаэль тоже расстроился. — Твои близкие поступили неправильно. Они совершили преступление. — Мне от этого ни холодно, ни жарко. — Кроули натянул на голову одеяло. — Может, надо что-то принять? Посмотри в расписании. — Не спеши. Кроули пробормотал: «Проглотил бы все сразу, но ты не разрешишь». — Ты отравишься. — Азирафаэль дернул за одеяло. — Передозировка — не для тебя. — Ой, да заткнись. — Я принесу словарь имен существительных. Никогда не слышал, что бывают Слова-глаголы или Слова-предлоги. Низкое недовольное урчание со стороны Кроули могло означать все, что угодно.

***

Следующим поводом для волнений Азирафаэля, пусть и ненадолго, стала работа Кроули. Он беспокоился, что посыпятся звонки и сообщения, что Кроули будут доставать в рабочем чате, или чем там юристы пользуются? Но никто не трезвонил с утра до вечера, телефон Кроули тихо лежал в ящике тумбочки, рабочий ноутбук пылился в кабинете. — Ты уволился? — не выдержал Азирафаэль через пять дней, сидя на кухне. — С чего такой вывод? — Кроули только что съел несомненно полезный крем-суп, но выражение лица говорило: «Меня отравили, спасите-помогите!» — Никаких звонков и сообщений. Курьеров не видно. — А, это. Правильная организация рабочего процесса и разумное воспитание умения принимать решения — залог успеха. Мои подчиненные прекрасно справляются без меня. Да, я вроде как знаменитость, но предпочитаю не перетягивать все одеяло на себя. — Ты на месяц взял отпуск? — Ну типа такого. — Мы… — Азирафаэль запнулся. — Когда мы в прошлом общались, то у тебя даже выходных не было. — И что с того? — А теперь целый отпуск. — Во-первых, я босс. Во-вторых, когда мы встречались, я не видел надобности в отпуске или выходных. Почему-то Азирафаэлю стало обидно. — Да и сам подумай, — продолжил Кроули, возвращаясь в спальню, — что бы мы делали в отпуске? Или целые выходные? — Он выпустил крылья, сердито на них зыркнув. — А чем занималась твоя семья? — Родители вели свою жизнь, я — свою. В их отсутствие за мной следила няня, которую можно было терпеть. Она пела мне песни перед сном и была непонятно почему похожа на мужчину с макияжем и укладкой. — Кроули хихикнул, устраиваясь в постели. — А еще у нее были рыжие волосы, почти красные. Мне они безумно нравились. — Хм-м-м. — Не уверен, что родители наняли трансвестита. Вполне вероятно, что я ее придумал. У меня всегда было развито воображение. Короче говоря, я не познал науку совместного времяпрепровождения, извини, ангел. — Лучше называй меня по имени. — Азирафаэль не мог избавиться от убеждения, что этот эпитет слишком интимный для использования когда попало. — Спорим, что твои предки тоже не научили тебя социальным нормам? — Научили, но своим. Мама родила меня, когда ей было сорок два, а папа старше ее на десять лет. — Ясно. Тогда все ясно с тобой. — Кроули, неловко двигая крыльями, повернулся на бок. — Видно, откуда растут ноги у твоей моды. Вероятно, моя мать была вне себя от ярости, уверен, она за мной шпионила. Ты ей точно не понравился. — Нормальная у меня мода, — слегка вспылил Азирафаэль, зная, что это не соответствует действительности. В агентстве его одежда периодически подвергалась критике Гавриила, который не особо умел в дипломатию. В отличие от всех Кроули никогда ничего плохого не говорил о вещах Азирафаэля, более того, подарил три бабочки от «Ван Лаак» и цепочку для часов. Азирафаэль всячески отбрыкивался от слишком дорогих подарков, при этом не отказываясь от таких, по словам Кроули, мелочей. — Ты мне нравишься, — Кроули подмигнул ему, — ты, конечно, немного фрик… — Кто бы говорил. Эти твои очки, и ремень со змеиным дизайном… — Азирафаэль не замечал, что с придыханием перечисляет вещи. Он был неспособен признаться даже самому себе, что все любит в Кроули, включая его одежду и аксессуары. — О да, — не без самолюбования отозвался Кроули и игриво добавил: — Самое время прилечь рядом со мной и отдохнуть. Азирафаэль мгновенно напрягся и, сказав: «Нужно убрать на кухне», сбежал. «Что-то не так. — Кроули ущипнул левое плечо крыла. — Не больно. Ну то есть, я чувствую, но мне не больно. Со мной точно что-то не так».