В начале было Слово

«Проблема в том, что он не владеет крыльями», — пришел к выводу консилиум после обследования Кроули и часового заседания. Азирафаэль был вынужден солгать, что является неофициальным партнером Кроули, в медицинских файлах которого не значилось контактных лиц. В больнице не собирались искать родственников пациента, к тому же Кроули, придя в себя, подтвердил статус Азирафаэля. — И что же делать? — Азирафаэль переводил взгляд с одного специалиста на другого. — Он не помнит Слова, — утвердительно произнес врач, специализирующийся на уходе за крыльями. — И не вспомнит? Жаль. — Что это означает? — Азирафаэль похолодел. — Мистер Фелл, — ответила терапевтиня, — с момента, когда законодательно любой окрас оперения был приравнен к белому, проблемы закончились. Во всяком случае, должны были закончиться. — После того момента, — подхватил хирург, — отмечены единичные случаи подавления крыльев. Хорошо, что черный окрас всегда был крайне редким, поэтому подавление не приобрело широкого распространения. Обладатели иных окрасов встречаются чаще, однако их никогда не ущемляли в отличие от людей с черными крыльями. — Случаи, подобные случаю с мистером Кроули, подробно описаны в медицинской литературе, — встрял дерматолог. — Если человек не знает или забыл Слово, то в результате крылья выйдут из-под контроля. Обычно это случается после тридцати. — И? — Азирафаэль старался выглядеть спокойным. — Первый симптом — неспособность убрать крылья, — продолжила терапевтиня, — на следующих этапах добавятся непреходящая боль в мышцах спины, распирающее чувство, как при прорезывании. Крылья будут требовать питания, и если у нас, знающих Слово, есть контроль и взаимодействие, то у мистера Кроули начнутся проблемы. — Полное истощение на грани кахексии, — добавил хирург, — постоянные жажда и голод, невозможность насытиться вкупе с непереносимостью любой пищи. — Значит… — Азирафаэль сидел прямо, положив руки на колени, — слухи о смертях людей с черным окрасом — это не ложь. И неминуемая кончина… ну, у кого умственное недоразвитие… кто не знает Слово в связи со своими особенностями… тоже правда? — Да, все так и обстоит, — вразнобой ответили врачи. — Попробуйте подобрать Слово, — предложил хирург, — иного выхода нет. Если ваш партнер не возьмет контроль над крыльями, они доведут его до смерти. Вся энергия уйдет во второе пространство. Он обязан вспомнить Слово или скончается через месяц. — А как же у него получалось прятать крылья столько лет? Энтони сказал, что выпускал их раз в две недели на несколько минут. — Исследователи не выяснили, почему опасность для жизни возникает после тридцати, — ответил хирург. — Крылья обладают зачатками самостоятельности и способны к обучению. Мистер Кроули приучил их к одному и тому же распорядку, для которого не нужно было Слово. Но теперь… Теперь Слово жизненно необходимо. — Или, как вариант, — дерматолог постучал по своему телефону, — читать словарь. Но никто не гарантирует, что Слово будет на английском. — Час от часу не легче. Азирафаэль специально не интересовался природой крыльев. В школе их особо не изучали, хотя в учебнике анатомии был короткий раздел им посвященный. Азирафаэль запомнил только то, что крылья нельзя удалить без риска повреждения позвоночника, и что их можно травмировать, но лучше обойтись без этого. Рекомендовалось ухаживать за ними, как за волосами, для них продавали уходовые средства, но сакрального ажиотажа вокруг крыльев не отмечалось. Их воспринимали как часть тела, красовались ими, гордились, выражали при помощи крыльев эмоции, некоторые люди умудрялись драться, задействуя крылья.

***

Кроули выслушал врачей и потребовал, чтобы его выписали. На предложение гипноза он ответил: — Я этому не подвержен. И не старайтесь. Азирафаэль молитвенно сложил руки. — Пожалуйста, Энтони, нужно испробовать все средства. Кроули нехотя согласился, но, как он и утверждал, старания специалиста пошли прахом, даже когда пациенту ввели легкий релаксант, уложив на кровать. Кроули уснул. Сначала это приняли за транс, но ни на один вопрос так и не получили ответ. Азирафаэлю выдали подробные инструкции что делать при ухудшении состояния Кроули: «Когда ваш партнер не будет спать больше трех суток, привозите его сюда. Это происходит почти перед самым концом». Кроули держался бодрячком, язвил всем подряд и упорно отказывался от кресла-каталки: «У меня ноги в порядке, сам дойду куда надо». Азирафаэль вполголоса принялся уговаривать: «Таковы правила, Энтони». — Ну и черт с вами, — буркнул Кроули, — ваша взяла. В такси он молчал, уставившись в окно, а попав в квартиру, первым делом направился в кабинет. Крылья высились за спиной, периодически вздрагивая. У Азирафаэля возникло нехорошее предчувствие. — Тебе нельзя. — Он всплеснул руками при виде того, как Кроули лихо осушил полстакана виски. — Что же ты делаешь? — Я покойник, — спокойно ответил Кроули, — какая нафиг разница, умру я трезвым или пьяным в стельку? Присоединяйся или иди куда подальше. — Ну уж нет. — Азирафаэль отнял у него бутылку. — Я не позволю тебе… — Да кто ты такой? — В голосе появились свистящие звуки, как всегда, когда Кроули выходил из себя. — Проваливай в с-с-свой книжный, ты мне не нужен. — Не лги. — Азирафаэль заглянул в шкафы в поисках алкоголя, нашел две бутылки с коньяком. — Зачем ты настолько нагло лжешь? — Мы могли быть вместе. — Кроули уселся на стол. — Да, признаю, мы оба накосячили, но шанс был реальным. А ты взял и сбежал. — Не сваливай всю вину на меня. — Азирафаэль остановился перед сейфом, скрытым за копией «Мона Лизы». — Открой. — Я устал был виноватым. Там только документы и печати. Не веришь? Ладно. Смотри. Ну что, убедился? — Я никуда не уйду. И мы найдем способ, чтобы ты вспомнил Слово. Я на кухню сбегаю и сразу вернусь.

***

Вопрос «Что ждет человека забывшего или не знающего Слово» неплохо освещался в интернете. Прочитав несколько статей, Кроули на короткое время впал в панику. Существует теория, что крылья — это симбиоз людей с существами из параллельного мира. У них есть крохи мышления. Мы кормим их своей энергией, они дают нам частицы своей силы. Люди, знающие Слово, этого не замечают. Мы пребываем в гармонии с существами, но без Слова начинается полный хаос. Человек без Слова после тридцати лет — потенциальный покойник. Ничто, кроме Слова, не сможет предотвратить преждевременную кончину. Дальше неизвестные авторы прямо-таки упивались страданиями умирающих. «Если ничего нельзя сделать, то нужно успокоиться», — с этой мыслью Кроули не стал делиться информацией с Азирафаэлем. Появление родственников с их оскорблениями, пробежка по квартире и метание футляра с драгоценностями отобрали у Кроули много сил. В больнице он представлял, как вернется к себе, выгонит Азирафаэля и напьется до смерти. Выглядеть перед Азирафаэлем ходячим трупом Кроли не хотел. Он не столько боялся страданий, как не собирался умирать в присутствии друга, воспринимая страдания как унижение. Азирафаэль отказался уходить, тогда Кроули задумал вызвать полицию и выставить его силой на улицу. Он дождался, пока Азирафаэль уйдет с бутылками на кухню, и взял телефон. Кроули не успел набрать номер полиции, на него сначала накатила слабость, а потом оглушила боль в спине. Крылья выкручивало в разные стороны, Кроули ползал по полу, похожий на слепого, искал и не находил удобное положение. Кричать он не мог, только стонал. — Боже мой, Энтони! — Сквозь шум и треск прорвался голос Азирафаэля. — У тебя кровь из носа течет. — Ты мне нужен, — шептал Кроули, впиваясь пальцами в руки Азирафаэля, — ты всегда будешь нужен. — При поддержке друга он добрался до спальни. — Вот так. — Азирафаэль раздел Кроули и уложил, потом салфетками вытер кровь с лица. — Я бы дал анальгетик, но ты выпил виски… Попробуй уснуть. Если получится. Кроули вскрикнул, придавив крыло, и Азирафаэль помог разобраться с проблемой. Ему пришлось сидеть рядом, пока Кроули не задремал.