такой заебанный Чон Уён

      зал снова заполняется хлопками, ударами об пол и криками ребят. практикуя новую хореографию, они совсем позабыли о времени. всё таки, камбэк на носу, хочется поразить своих фанатов.       — я так устал… — утомленно произносит Уён, падая на ламинат после того, как музыка затихла. за ним упали и остальные, немного дурачась. и Чон не понимает, как у них на это хватает сил, после стольких тренировок.       — давайте отдохнем? — Уён уже совсем не хочет делать ничего, от слова совсем. все, чего сейчас хочется - это завалиться на кровать и мигом уснуть, забывая обо всем. да, он так и сделает, когда Хонджун наконец их отпустит.       — Уён-а, поднимайся, ещё раз прогоним и отпускаю вас, — голос Джуна сам уставший, но он хочет довести всё до идеала, полностью оттачивая каждое движение.       Чон нехотя поднимается на ноги, отряхивая свои штаны после пола. он тянет руки в стороны и устало стонет, выжимая из себя последние силы для этого несчастного танца.       музыка вновь заполняет зал и прежнего Уёна будто и не было. он выглядит активным, доводит каждое движение до совершенства, выжимая из себя последние соки. его движения плавные, но уверенные. такое ощущение, будто он не тренировался несколько часов подряд.       музыка вновь затихает и Уён первым плюхается на диванчик в зале, глубоко дыша, а за ним и Сан.       — Уён, я так понимаю, сил смотреть фильм у тебя не осталось? — безнадежно спрашивает Чхве. он надеялся, что хоть сегодня заполучит Чона полностью, но чёртова тренировка всё обломала. он только набрался сил, чтобы сделать с Уёном хоть что-то, поэтому он очень разочарован.       — бля-ять, фильм… — протягивает младший, прикрывая лицо руками. он только сейчас вспомнил, что договаривался об этом с Саном ещё вчера. — извини, но я усну на первой минуте, давай как-то в следующий раз?       — Сан-а, я могу побыть с тобой, если хочешь, — перебивает Хонджун.       Чхве смотрит на него, намекая, что хочет уединится именно с Уёном. Джун быстро все понимает, поэтому выдает быстрое и незамысловатое «хотя, я передумал».       Хонджун был единственным, кто знал о влюбленности Сана. именно ему Чхве доверился когда-то пару лет назад, придя за советом, что ему делать со своими чувствами. он посчитал, что тот как их «отец» поймет и поддержит, что тот и сделал. Ким всегда оставлял их наедине, когда то требовалось. делал им вечерние посиделки, что те между собой звали «свиданием». в общем, делал всё, чтобы они сблизились.       Сан понимал, что скорее всего его чувства не взаимны, но сидеть сложа руки он тоже не хотел. поэтому, в этот вечер он решил действовать.       — Сан, если ты хочешь - можешь просто посидеть со мной в комнате и поговорить. просто у меня и правда нет сил что-либо делать, сам видишь, — виновато произносит младший, радуясь, когда видит как у Чхве глаза начинают гореть после его слов.       — правда? хорошо, тогда я приду, — старший видно загорелся, ведь его план всё ещё в силе. ну…как сказать план. точного плана у него не было. просто, он надеялся, что ему хватить сил признаться младшему, а далее полагаться на судьбу.       Чон коротко ему улыбнулся, и после все разошлись по комнатам. Сан ожидал интересной ночки.

😮‍💨😮‍💨😮‍💨

      — Уён, ты ещё не спишь? — Сан выглядывает из дверного проема, тихо, почти шепотом спрашивая.       Чон оборачивается к нему: — нет, я тебя ждал… — он слабо улыбается, хлопая по кровати возле себя, показывая, что тот может сесть.       Чхве быстро зашёл, закрывая за собой дверь на замок, чтобы их никто не потревожил. он сел возле Уёна в позу лотоса, подвигаясь чуть ближе.       — знаешь, я всё таки подумал, что можем посмотреть фильм. с камбэком я совсем забыл, что у меня есть друзья, — теперь Чон улыбнулся совсем искренне, оголяя белые зубки. Сан умиляется ему, ведь он всегда думает о нём.       Чхве улыбается, смотря прямо в глаза младшему: — я рад, правда. тогда, ты уже выбрал, что будем смотреть? — Сан ложится на кровать, подставляя свою руку под голову Уёна, чтобы тот поудобнее улегся. это была для них обычная практика, они всегда взаимодействовали даже не под прицелами камер, и это было на руку старшему.       — да, тут новый фильм вышел, про пиратов какой-то. говорят, интересный, — ерзая на руке Чхве говорит Уён, пытаясь поудобнее лечь, чтобы не приносить дискомфорта старшему.       Уён нажимает на кнопку пульта, включая телевизор. раздается звук заставки и оба начинают внимательно смотреть, стараясь вникать в сюжет. но Сан не может даже трезво думать, когда младший находится так близко. всего каких-то жалких несколько сантиметров, и он окажется прямо у его губ, которые он так желает сейчас.       Чхве замечает, что Уён начинает засыпать. он совсем теряет рассудок, когда видит этого милого сопящего мальчика у себя под рукой. совсем невинного, до жути красивого. Сан готов поклясться, что даже спящий он красивее любой картины.       Сан теряет голову. он пальцами свободной руки проходиться по талии младшего, не залазя под теплую толстовку. ему всё так же страшно причинить ему боль или дискомфорт, он не собирается делать что-либо против его воли.       но всё же, если Уён не захочет, он просто не позволит зайти Сану дальше, правда?       старший приподнимает кофту на талии, открывая совсем маленький кусочек его медовой кожи. он проходится холодными пальцами по тёплой коже, от чего младший дергается. Сан останавливается, наблюдая за лицом Чона. он немного нахмурился, но, кажется, всё так же спит.       Сана несет. похоже, если сейчас Уён не проснется и не остановит его, то тот зайдет слишком далеко.       он подносит своё лицо ближе к уёновому, вдыхая ягодный аромат его шампуня. он проводит своим носом по щеке младшего, останавливаясь возле губ.       и тут, Чон распахивает глаза.       — Са-ан, что ты делаешь? — протяжно говорит Уён, сводя брови к переносице. он напуган? Сан не знает, что ему делать. он отстраняется, убирая руки, которые уже дошли до кубиков пресса.       — мне прекратить? — большее он выдать не может, так как сам сейчас готов сбежать.       — нет… — неуверенно отвечает младший. Сан громко сглатывает слюну, пододвигаясь снова ближе. — я всё это время не спал…я хотел посмотреть, что ты будешь делать, когда я усну, — почти виновато произносит Уён. он явно хочет большего. Сан хочет так думать.       — я могу тебя поцеловать? — почти в губы шепчет осмелевший Чхве. он бегает взглядом по испуганному лицу Ёна, надеясь, что тот скажет это заветное «да».       но Чон не отвечает ничего. лишь неуверенно подносит свои губы к сановым, застывая. Чхве не выдерживает и первым целует, припечатываясь к его губам сильнее. он сминает их аккуратно, боясь навредить или сделать что-то не то.       Уён кладет свои руки на шею старшего, чтобы тот ни на секунду не отставал. Сану сносит крышу остаточно, он проникает языком в рот к младшему, проходясь по ряду зубов, вылизывая всё, куда дотянется.       Чхве чувствует себя максимально пьяным, когда под ним находится Чон Уён, хотя в его организме нет ни капли алкоголя.       — я так давно этого ждал, — между жадными поцелуями говорит Сан, набирая в легкие воздуха.       — я не меньше, Сан-и, — и снова он улыбается. Чхве готов кланяться ему, на колени встать, лишь бы тот каждую минуту улыбался показывая свои чудесные зубы.       Сан кладет свои руки на талию младшему, немного поглаживая.       — я… могу зайти дальше? — неуверенно спрашивает Чхве. как-бы ему сейчас не несло голову, он не намерен приносить боль младшему или делать что-то против его воли.       — да… — всё, на что хватает Уёна сейчас. он готов дать ему это. вообще, он готов дать ему всё, о чем Сан только заикнется, но пока ему об этом знать не обязательно.       старший снимает с Чона толстовку, кидая её куда-то в сторону, а затем избавляется и от своей, нависая над младшим.       он готов в прямом смысле съесть Уёна целиком. но вместо этого он лишь жадно припадает к его шее, будто добытчик, наконец-то поймавший свою жертву.       младший тяжело дышит, когда Сан целует и вылизывает каждый сантиметр его кожи. хорошо, что тот додумался, что никаких отметин на шее оставлять не следует, так как им достанется от стаффа. да и лишние слухи им точно не нужны.       он опускается ниже, так как уж слишком хочет оставить несколько отметок, чтобы показать, что вот, этот мальчик теперь мой.       Чон уже не может себя сдерживать и тихо постанывает, когда Сан всасывает кожу где-то ниже пупка, кусает, а затем заботливо зализывает.       Чхве хочет опуститься ниже. он понимает, что если сделает это - то назад пути нет. хотя, он готов отдастся этому мальчишке с головой, поэтому без раздумий снимает с него спортивные штаны вместе с бельем, оставляя его совсем голышом.       он замечает, как младший мешкается. видно, что стесняется. Сан не впервые видит его голым, но сейчас эта обстановка настолько интимная, что Уёну не по себе.       — Ён-и, сладкий, не стесняйся. если что-то будет не так, то скажешь мне, хорошо? я не хочу причинить тебе боль, — Чхве гладит его по щеке большим пальцем, смотря ему в глаза. заметно, что после его слов младший расслабился, полностью тая под ним, как шоколад.       — д-да, да… — неуверенно отвечает Чон. Сан дарит ему заботливую улыбку, а затем опускается вниз, выцеловывая каждый миллиметр тела.       Уён сойдет с ума, если Сан не сделает что-то большее, чем поцелуи. ему хочется, чтобы он просто вытрахал из него душу. не спрашивал, больно ли ему, чтобы не был таким милым и заботливым хотя бы здесь, в постели. Чон покрывается румянцем, когда думает о том, как Сан просто сделает с ним на этой кровати всё, что он пожелает.       — Сан-и, пожалуйста… — жалобно хнычет Уён, ерзая на простыне.       — что, малыш? — Сан знает, чего он хочет. но он был бы не он, если бы так просто отпустил его.       — сделай уже хоть что-то… — он надеется, что такой ответ удовлетворит старшего.       — о нет, малыш, так не пойдет. ты должен четко выражать свои желания, иначе я тебя совсем не пойму, — Уён поджимает губы, ещё больше возбуждаясь от такого Чхве. он покрывается вторым слоем румянца только от его хриплого голоса.       — я…блять, хён, просто уже трахни меня так, чтобы я забыл собственное имя, — такой ответ нравится старшему. он улыбается, подвигаясь ближе к лицу младшего.       он шепчет прямо в губы: — ох да, скоро единственное, что ты будешь помнить - это моё имя, которое ты будешь выстанывать как маленький послушный мальчик, которым ты и являешься, — такой Сан сейчас нужен Уёну, как воздух. он нуждается в нём. строгий, властный, а главное его.       Уён закусывает нижнюю губу, наблюдая за действиями старшего: — у тебя есть смазка? — Сан отстраняется, подходя ближе к тумбочке.       — в нижнем ящике, — голос Чона уже совсем усталый, но он не желает останавливаться ни на секунду.       Сан возвращается уже с тюбиком в руках, снова нависая на младшим.       — перевернись на живот, — от властного тона старшего, Уён сначала не понял, чего от него хотят. но он быстро приходит в себя и делает всё по указке Чхве.       — раздвинь ноги и лежи смирно, — Сан всё так же строг, совсем не похож на того Чхве, который был буквально несколько минут назад.       Уён медленно раздвигает ноги, прячась у себя в согнутом локте. он безумно стесняется и покраснел, и Чхве похоже это понял даже не смотря на его лицо.       — оу, мой мальчик снова стесняется? — в ухо шепчет старший. его мальчик. Уён скоро с ума сойдет только от этих прозвищ, хотя они ещё даже не начали.       Чхве размазывает по пальцами холодную смазку, второй рукой поглаживая ягодицы Уёна.       Сан приставляет один палец к входу младшего, и Чон замирает. старший медленно вводит средний палец, стараясь делать все максимально приятно для самого Уёна.       Чон жалобно тихо стонет, когда Чхве вводит один палец полностью, медленно добавляя второй. он уже не может терпеть, хочет побыстрее почувствовать его член в себе. он начинает ерзать на кровати, из-за чего два пальца чуть-ли не выскальзывают из него, что верхнему точно не нравится.       он хмурится и быстро вводит два пальца до конца, второй рукой оставляя несильный удар на его ягодице. Уён взвизгивает от неожиданности. что. это. блять. было?       — хён… — всё, что может сейчас произнести младший. ему понравилось? это такая…приятная боль, от которой он заводится ещё сильнее.       — слишком? тогда не двигайся, ибо мне придется наказать своего непослушного мальчика, — Сан поглаживает место удара, двигая пальцами уверенней, из-за чего младший сдавленно стонет.       — ещё…       — ещё? — Сан повторяет удар чуть уверенней, вводя два пальца до конца, разводя их ножницами. Уён теряет голову. он стонет громче, прикусывая кожу на локте, так как не желает, чтобы их услышал кто-то.       раздется громкий стон, больше схожий на жалобный крик, когда Сан добавляет третий палец. он снова повторяет удар рукой по тому же месту, затем успокаивающие поглаживая раскрасневшуюся кожу. в уголках глаз Уёна скапливаются маленькие капельки слёз, которые появляются то ли от кайфа, то ли от счастья.       — Са-ан, я уже на пределе… — хрипло тянет Уён, пытаясь оставаться в себе. ещё несколько толчков, и Чон чувствует опустошение. Сан резко вышел из него, даже не предупредив.       Уён начинает позорно рыдать, жалобно хныкая. по его щекам скатываются слёзы, оставляя за собой мокрые дорожки.       — не-ет, хён, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — младший начинает уже умолять, чтобы тот дал ему кончить. Сан разворачивает его лицо к себе и начинает сцеловывать его слёзы. он припадает к манящим губам, которые были уже совсем опухшими из-за столь частых поцелуев.       — мой мальчик так сильно хочет кончить? — дразняще шепчет старший на ухо. — я уверен, что ты готов ещё немного потерпеть для своего хёна, не так-ли? — Сан дарит свою очередную улыбку младшему, когда тот слабо кивает несколько раз, снова утыкаясь лицом в подушку.       Чхве отстраняется от его лица, ведя дорожку из поцелуев всё ниже, и ниже, доходя до впадины на спине. Уён ерзает, протяжно стонет, иногда почти скуля, лишь бы Сан покончил с этим и скорее позволил ему закончить.       Чхве снимает с себя джинсы вместе с боксерами, кидая их в общую кучу с вещами. он выдавливает ещё немного смазки, размазывая по своему члену, наблюдая, как младший уже готов на стены лезть, лишь бы заполучить желанное.       старший медленно вводит головку, наблюдая за реакцией Уёна. тот затаил дыхание, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям.       Чон протяжно скулит, когда Сан входит полностью, притягивая того за бедра. ему уже всё равно, кто их там услышит. он разберутся позже, сейчас кроме их двоих нет в этом мире, для Уёна.       Чхве начинает медленно двигаться, пытаясь создать такой темп, чтобы им обоим было комфортно и приятно.       — Сан-и, прошу, быстрее… — почти скулит Уён, поджимая пальцы ног, на что старший сразу выполняет его просьбу, слыша одобрительные стоны.       Уён извивается под ним, ещё сильнее стонет, когда Сан в очередной раз попадает точно по простате. Чон, кажется, скоро растворится под ним, как сахар в воде.       ноги дрожат и непослушно разъезжаются. Уён понимает, что его желание закончить никуда не пропадало, поэтому он жалобно хнычет, пытаясь вымолвить что-то связное и понятное.       Сан понимает его без слов: — кончай, мой мальчик, — на что младший с громким всхлипом изливается на простынь, цепляясь за неё пальцами, сжимая до побелевших костяшек.       за ним заканчивает и Чхве, кончая тому на спину. они двое громко и тяжело дышат, пытаясь прийти в себя после всего, что произошло за последний час.       Сан первый приходит в себя. он берет салфетки с тумбочки, первым делом вытирая Уёна, а потом уже себя. младший уже, кажется, почти спит, но всё ещё в себе(хотя трезво думать так и не может).       Чхве пододвигается ближе к лицу Уёна, шепча на ухо: — как ты, сладкий? — он поглаживает его по голове, укладывая непослушные волосы.       — хорошо… — замедленно отвечает Уён, долго вникая в вопрос, заданный ему.       — хочешь пить? — Ён не отвечает, только быстро мотает головой в знак согласия. Сан тянется снова к тумбочке за бутылкой воды. он переворачивает Уёна на спину, укрывая его одеялом.       Уён жадно глотает воду, будто ему впервые в жизни её дали: — тише-тише, никто ведь не отбирает, — Сан одаривает младшего сладкой улыбкой, демонстрируя свои прелестные ямочки.       — спать… — всё, на что хватает Уёна.       — спи, любовь моя, — Сан ныряет к нему под одеяло, легко обнимая.       через несколько минут, когда Уён уже пришел в себя и может сложить несколько слов, наконец выдает: — я люблю тебя, — прижимаясь ещё сильнее, к теперь уже, такой родной шее.       — а я тебя как люблю, мальчик мой.