Кровь дракона

Эвтида как обычно сидела на камне и смотрела, как ее братья борются друг с другом. — Ха-ха! В этот раз я быстрее уработал твоего грозового гиганта! — рассмеялся Аш, смотря на пламя, исходящее из его рук. Аш – высокий красавец авилин, с короткими красными огненными волосами и такого же цвета глазами. На нем был плащ песочного цвета и такие же штаны под ним, на бедрах красовался ремень с кинжалом, а его основное оружие – топор, лежал на камне, чтобы не мешал бороться с помощью магии. Вся его внешность подходила его магии, будто сами боги захотели, чтобы он подчинил себе огонь. Он пиромант, и мог поджечь все, что угодно, стоило ему направить руку на желаемый объект. — Не радуйся сильно, я могу призвать одного за другим, — сказал Исман, а после образовал фиолетовый магический шар и выпустил его рядом с собой. Исман отличался от внешности своего старшего брата. На нем был одет темно-зеленый хлопковый костюм, а его талию очерчивал широкий кожаный пояс с кинжалом. Он был пониже ростом, имел длинноватые темные волосы, смуглую кожу, а доброта этого эльфа делала его душой компании. Эльф обучался колдовству и был способен призывать грозового атронаха, который стрелял молниями и ударял по мишеням, но до гроз матери природы ему было далековато. Несмотря на его умения, его вторым оружием был лук, который так же, как и топор Аша, лежал поодаль. От шума появления грозового существа, Дия сморщилась и покосилась в сторону братьев. — Исман! Всегда такой шум от твоего атронаха! Я не могу сосредоточиться! — она встряхнула руками, не вставая с земли. Дия последняя и самая младшая сестра этой четверки. Невысокая авилинка с темными длинными волнистыми волосами, которые скрывались под капюшоном закрытого оранжевого платья в пол, а ее кинжал покоилось рядом. Эта, до поры до времени, скромная и тихая эльфийка, сидела около ручья в позе лотоса и медитировала над своей магией восстановления. Свет, исходящий из ее рук, умел излечивать раны и регенерировать поврежденные участки кожи. Авилины обладали врожденным даром к магии, и, даже несмотря на условия договора Завета Нового Света, каждый эльф мог обучиться своим умениям волшебства. Но учиться нужно было тайно, поэтому ребята тренировались в пещере в получасе от их городка, так как за подозрения в использовании магии наддаки жестоко пытали, а за конкретные доказательства казнили. Среди авилин появились предатели, которые за хорошую плату от Империи сдавали своих сородичей. Поэтому тренироваться нужно было с теми, кому доверяешь и в секретном месте, ни в коем случае не говоря никому из поселения. Родители этой четверки стали жертвами суровых условий. Они были неосторожны, брали плату за свои способности и в конечном итоге попались тайным агентам. Их казнили. Перед смертью они сказали своим детям не отказываться от своих умений, ибо авилинам от рождения подвластна магия, но строго настрого запретили им доверять всякому и соблюдать осторожность. — Эй, независимый наблюдатель! Может, присоединишься? — закричал на всю пещеру Аш, обращаясь к Эве. Та искривила лицо в негодовании. — И зачем это? — Поборись хотя бы с атронахом, а я буду подстраховывать тебя огненными шарами. — Ну уж нет! Того раза хватило, — Эвтида отвернулась от него, продолжая точить меч. — Ой, да брось! Дия же тебя починила, — Аш мотнул головой в сторону сидящей на траве сестры. — Я тебе не дом, чтобы меня можно было починить, — сердито фыркнула Эва. — У-у-у, какая злая! Да я просто случайно рукой дернул, а ты отскочила как раз в сторону поражения, — красноволосый авилин обнажил свои зубы в насмешливой улыбке. — Да ты просто криворукий! Как дала бы тебе по твоим острым ушам! — Эва вскочила с камня с мечом в руке, но с места не сдвинулась. — Кто-то сегодня не в духе, — Аш уже не смотрел на Эву, а щелкал пальцами, любуясь огнем, выходящим из них. — Брат, остынь, — обратился к нему Исман, когда увидел, что лицо Эвтиды не расслабилось, и она сильнее сжала рукоять меча. — Да я вообще просто предложил ей потренироваться. А то сидит с кислой миной, что смотреть больно. Почему всегда я остаюсь виноватым… — пиромант артистично закатил глаза и отвернулся ото всех. Эвтида фыркнула себе под нос и села обратно на камень. Она была для сородичей сторожем, чтобы крикнуть им, что в пещеру кто-то идет. Здесь было светло от волшебных растений и различных сверчков, плюс огонь Аша исполнял роль факелов. Красота Эвы была даже выше ее старшего брата Аша. Высокая, стройная и подтянутая эльфийка, со смуглой кожей и длинными кудрявыми волосами. Ее наряд весьма отличался от Дии и остальных авилинок, ведь Эвтида не любила платья, ведь в них было совсем не удобно. Она предпочитала мужские вещи, поэтому на ней были синие льняные штаны и длинная рубашка такого же цвета, так как в этом было комфортно не только передвигаться, но и бороться. Обычно она тренировалась, разрывая воздух остротой своего металла, но сегодня ее голову окутали мысли. Авилинка не входила в число магов, так как не могла вообще ее сотворить. Сколько раз она не пыталась, сколько себя не изводила, все без толку. Она думала, что ее прокляли боги и не понимала, почему не может создать даже самое еле заметное свечение из своих рук. Отчаяние от отсутствия божественного умения переходило в злобу, и Эва периодически срывалась на своих родственниках. Вдруг она увидела, как около прохода в пещеру мелькнула тень. Эльфийка вскочила с камня с мечом в руках. — Кто-то идет! — она сказала негромко, но этого было достаточно, чтобы братья замерли, и грозовой атронах исчез. Аш, Исман и Дия достали кинжалы, уже готовые порезать свои руки, чтобы убрать голубое свечение, исходящее от них в результате использования магии. Эва отошла от камня поближе к сородичам. Если там заблудший волк, то ей не будет труда расправиться с ним, если медведь, то помощь братьев не помешает. А если там другие авилины, то ребята быстро порежут себе руки, ведь никому нельзя доверять. Все произошло буквально за несколько секунд. — Ребята, вы здесь? — спросил мужской голос, но гость еще не показывался. — Наставник? — спросил Исман, когда узнал его голос. Наконец вышел высокий мужчина с длинными золотистыми волосами в изумрудной мантии до пола, а под ней с правой стороны красовался серебряный меч. Троица убрала свои кинжалы, а Эва сложила меч в ножны. — Как потренировались? — Ундил недовольно оглядел стоящих перед ним учеников. Им было запрещено тренироваться без него, но молодые и амбициозные сердца хотели большего и иногда ослушивались правил. Дия и Исман виновато опустили глаза, Аш стоял спокойно, устало склонив голову на бок, а Эва стояла твердо и с прямой спиной. — В который раз уже это происходит! А если бы пришел не я, а кто-то другой? — Ундил повысил голос. — Мы уже были готовы поранить руки, — красноволосый пожал плечами и ухмыльнулся. — Прости нас, наставник, то моя вина, — сказал Исман и сделал шаг вперед, смотря ему в глаза. — Исман, я знаю, что это не ты… — он закатил глаза, ведь маленький авилин каждый раз брал вину на себя. — Я знаю, что это Аш! — Ундил злобно посмотрел на него, а тот вновь отвел свой взгляд в сторону. — Ты старший брат и должен быть примером для подражания! Они на твоей ответственности, неужели это не ясно? Нельзя поддаваться искушению, вы молоды и до сих пор этого не понимаете. Эва?! — Что? — она шире открыла глаза и уже хотела рыкнуть на него. — Почему ты не остановила своих братьев и сестру? — он поднял бровь и искривил губы, в ожидании ее ответа. — Ничего бы плохого не случилось, тем более я была на страже и сидела около выхода на том камне, — она показала, где конкретно находилась. — Именно я увидела твою промелькнувшую тень, и как только об этом сказала, ребята тут же достали орудия, чтобы убрать магическое свечение, — авилинка говорила спокойно и сухо. Она действительно не видит ничего плохо в том, что ее родственники захотели попрактиковаться. Наставник чуть расслабил лицо, а затем заправил падающие на лицо волосы за длинное и острое ухо. — Прошу прощения, ребята, я разнервничался... До меня дошли неприятные новости, и я сразу отправился в ваш дом, но никто не отозвался, поэтому побежал сюда, в надежде, что вы здесь, — в его голосе слышалась нотка горечи, но все же он был рад, что с учениками все в порядке. — Что произошло? Какие новости, Ундил? — Дия немного встрепенулась и начала тереть свои руки, сжимая их. — Сюда едет отряд эмиссаров Империи. Все четверо раскрыли рты и расширили глаза от услышанного. — Едут проверять, что условие договора соблюдается, — дополнил наставник. — Проклятые людишки! — выругался Аш, и глаза его загорелись красным огнем. — Им лишь бы казнить нас, потому что мы не такие, как эти грязные наддаки! — Брат, тише… — Эва дотронулась до плеча Аша, передавая через прикосновение сочувствие, ведь именно они в детстве стали свидетелями того, как их родителей забрали такие эмиссары. Исман и Дия плохо помнят те события, так как были еще малы. Аш посмотрел на Эвтиду и сжал зубы так сильно, что его прожилки на скулах стали прочнее металла. Младшие брат и сестра все это время смотрели на старших и грустно опустили глаза на травянистые земли пещеры. Ундил пообещал их родителям позаботиться о детях и уберечь их от имперских псов. — Я запрещаю вам тренироваться на неопределенное количество времени. Вбейте в голову мои слова! Пока эмиссары в нашем городе ведите обычный образ жизни, торгуйте на рынке мясом и прочим. Никакой. Магии. Чтобы я больше вас здесь не видел! Все понятно?! — авилин громко прокричал, чтобы донести до них важность его слов. — Вы же понимаете, какие последствия будут? — спросил Аш, скрестив руки на груди между собой. — Мы будем терять сознание... — тихо проговорила Дия и дотронулась до места, где находилось ее сердце. Ундил, тяжело выдохнув, опустил голову, но через мгновение от его легкого сочувствия ничего не осталось. — Это лучше, чем быть без головы, уж простите мою прямоту. Поэтому не спускайте с друг друга глаз и следите за своим состоянием. Поняли меня? Трое магов переглянулись, морально настраиваясь на неприятные притоки обморока. — Да, наставник, — первый сказал Исман, и за ним повторили остальные. — Отлично. А теперь все домой. Перчатки надевайте и марш на выход. Голубое свечение от рук проходит примерно через сутки, поэтому, чтобы не привлекать внимания, авилины всегда носили кожаные перчатки. Все пятеро вышли из пещеры и отправились по тропинке к своему поселению. Аш вышел первый и одиноко шел впереди всех, после него шагала Эва, а Исман и Дия были рядом друг с другом и о чем-то перешептывались. Ундил вышел из пещеры последний, поэтому остался идти позади всех. Ночное небо бывшей провинции Гринмауэтен было ослепительно. Миллионы звезд и тысячи созвездий рассыпались в бескрайней черной пустоте, а луна светила так ярко, что не нужен был никакой факел. Вокруг зелёный лес, красоту которого нельзя было описать никакими словами. Длинные тонкие деревья, будто пытаются дотянуться до звезд своими веточками с изумрудными листьями. Большие, широкие многовековые стволы, наверняка заставшие время войны между эльфами и людьми. Густая зеленая трава, по которой шагали их божественные предки. Эвтида наблюдала за природой вокруг, вдыхая в себя аромат свежести и любуясь просторами небосвода. Но неожиданно она оступилась, а руки брата встретили ее и уберегли от падения. — Опять загляделась на звезды, мечтательница? — Аш улыбнулся своей родственной улыбкой, когда держал сестру за локти. Она отпрянула от него, недовольно поджав губы. — Я вообще-то до сих пор на тебя злюсь, — сказала Эва и скрепила руки на груди. — Это хорошо, значит, ты себе не изменяешь, — сказал Аш, пока рассматривал ночное небо. Эвтида не понимала, почему он не идет дальше, но обвернувшись, она увидела, что Исман, Дия и наставник еще недошли до них. Она вернула взгляд на брата, но тот по-прежнему не смотрел на нее. — Что ты думаешь, по поводу этого? — Красиво, что еще придумаешь-то. Но вон ту звезду я бы сделал ярче, а то бледная как… Ай! — Эва ударила Аша в бок, потому что он опять несерьезно подошел к разговору. — Бесишь… — она закатила глаза. Аш громко выдохнул и серьезно взглянул на сестру. — А что тут думать? Ундил уже все сказал. Просто будем торговать на рынке. Надеюсь, за несколько недель наши способности не исчезнут. — Но ведь в этом и есть проблема. Чем дольше авилины не используют магию, тем быстрее они теряют свои способности, — сказала Эвтида, внимательно смотря на брата. — Эва, нельзя рисковать. Я не позволю никому из нас применять магию. Для меня вы дороже, чем божественная составляющая. Эльфийка была поражена его откровением, думала, что брат снова выдаст что-то не по теме, но сейчас его слова были полны и горечью, и заботой одновременно. Она смотрела в его глаза, которые немного блестели от лунного света. Наконец, до них дошли остальные, и путь до города все впятером продолжили в тишине. Спустя где-то полчаса показался вход в их деревню Вайдфорест. Ограждение городка было деревянным, а ворота с восточной и западной стороны никогда не закрывались. Само поселение было совсем не большое, состоящее из, примерно, пятисот авилинов. Несколько улиц с жилыми домиками, храмом Магуса и Амодии в центре и рынок. Никаких шикарных дворцов и величественных замков не было, это была обычная деревня, которой похвастаться было нечем. — Завтра приду и проверю, что вы на рынке. Если вас там не будет, с самих шкуру спущу, — сказал Ундил, когда они подошли к воротам. — Завтра мы на охоту. Дия будет на рынке, — вбросил красноволосый эльф, уже изрядно подуставший от его учительских речей. — Хорошо, тогда удачной охоты вам и доброй ночи. Пусть боги подарят вам хорошие сны. — И тебе, наставник, спокойных снов, — хором сказали Исман и Дия, а Аш и Эва ограничились кивком. Четверка жила в доме, около этого самого выхода из деревни, так что за минуту они дошли до дома. Их двухэтажное жилище с треугольной крышей было не слишком вычурным, но и не самым бедным. Их семья хорошо зарабатывала на рынке, продавая шкуру животных и мясо, поэтому они смогли позволить себе обустроить задний двор с небольшим огородом, где росли всякие овощи. Так же у них был собственный колодец, лавочка со столиком, а около забора границы деревни стоял манекен, на котором Эвтида, Аш и Исман отрабатывали свои удары, а мягкая Дия решила, что ее не влечет оружию и к бою в принципе. Сестры жили на втором этаже, а братья на первом, в случае если сюда кто-то ворвется, они могли защитить своих авилинок. На первом этаже также располагалась кухня, где был котел, длинный деревянный стол и сундуки с различной кухонной утварью. Как только они вошли, Дия поднялась по лестнице на второй этаж, а Исман и Аш начали снимать с себя кожаные ремни, Эвтида сразу же пошла на кухню и достала из сундука бутылочку медовухи. — Кто будет? — она крикнула ребятам, показывая бутылку, когда те повесили свои оружия и ремни на специализированную под них стойку. — Собутыльник нужен? Правильно! Если эльфийка пьет одна, то у нее точно проблемы! — посмеялся Аш и направился к сестре. — Я сейчас эту бутылку в тебя запущу! — Эва замахнулась, а ее брат начал маячить по всей квартире, словно дикий волк. — Началось… — голова Исмана обреченно поникла. — Что там происходит?! — Дия закричала и выглянула из отверстия второго этажа. — Что-что… Опять пить собираются. — Всего хорошего! — голова младшей сестры молниеносно скрылась. Аш хохотал, Исман лег на кровать и заразился смехом своего брата, потому что Эвтида уже хотела бросить, но красноволосый эльф слишком ловкий и за доли секунды он оказывался в противоположной точке. — Эва-а! Ты же понимаешь, если попадешь в меня, то убирать тебе! — он носился по всему дому и заливисто смеялся. — А я не собираюсь бросать. Мне просто нравится, как ты мечешься туда-сюда! — Эвтида широко улыбнулась, оголяя зубы в доброй улыбке, и Аш остановился и скривил лицо в негодовании. — Зная, какая ты змея, я сейчас очень удивлен. — Прикрой-ка рот, и идем пить уже, а то в горле пересохло! — высокая эльфийка достала еще одну бутылку, а затем поставила два стакана на стол. Аш и Эва сидели напротив друг друга с кружками в руках. Исман попросил неугомонных не шуметь, и после этого уснул спокойным сном, радуясь, что ребята сидят в тишине. Двоица, несмотря на небольшую смешную потасовку ранее, теперь сидели в абсолютной тишине, медленно попивая сладко-терпкую жидкость. — Сейчас, я даже в какой-то степени тебе завидую, — через некоторое время неожиданно произнес Аш. — О чем ты? — рука Эвтиды с кружкой замерла в воздухе, и она вопросительно свела брови вместе. — Ты не знаешь, что такое пользоваться магией, а потому тебя не тянет к этому, как нас, — красноволосый произнес эти слова без доли надменности, а нотка грусти из его речи разнеслась по всей кухне, и Эва поставила стакан, — Это тоже самое, как питаться не просто, чтобы насытиться, но и получить удовольствие от вкусной еды. Ты же любишь смотреть на звезды, Эва. Я не знаю никого, кто бы так сильно любил ночное небо, кроме тебя. Так вот представь – один хлопок…! И больше его нет. Да согласен, без этого жить можно, но когда тебя лишают таких вещей, становится паршиво, — закончив монолог, Аш залпом опустошил стакан медовухи и поднялся с лавочки. — Ты прав, я не знаю, что это, — наконец, Эвтида подала голос и опустила взгляд на поставленную ранее кружку. Ее слова вернули Аша на землю, и он грустно выдохнул, поняв, что только что сказал. — Прости, сестра моя, я не хотел, чтобы ты чувствовала себя отделенной, хотя понимаю, что ты себя именно такой и ощущаешь… — брат посмотрел на нее, и та вновь вернула свои глаза на его красные и потускневшие. — Ты просто выговорился мне, так что я не обижаюсь и не злюсь, — она слегка приподняла уголки губ, даря ему понимающую улыбку. — Как я и говорил, я люблю вас больше всей магии на планете, Эва, поэтому ни себе, ни Исману, ни Дие не позволю поддаться искушению, — его голос пропитался стальной уверенностью и эльфийку это восхитило. — Мы тоже любим тебя, Аш, — Эватида не переставала улыбаться. — Доброй ночи, сестра моя, — авалин развернулся спиной к ней. — Завтра до рассвета на охоту. Не налегай на пойло, а то после тебя опять все отмывать придется. — Катись в бездну! — Эва слышала удаляющийся смех брата. Эвтида тоже решила долго не сидеть, поэтому, допив медовуху, она поднялась на второй этаж, где уже вовсю сопела Дия. Высокая эльфийка сняла с себя пояс и меч и положила на такую же стойку для оружия, которая стояла на первом этаже для братьев, а после этого сменила свою повседневную одежду на спальное белое платье. Ее мысли не оставляли голову в покое. «Почему боги меня прокляли? Чем я хуже остальных, что магия мне неподвластна?» Она задавала этот вопрос своим родителям, наставнику, но никто из них даже не мог зацепиться за кукую-то маленькую причину отсутствия этого дара. Затем на Эву нахлынули воспоминания. Ей было 8, Ашу 12, а их двойняшкам Исману и Дие по 5 лет, когда их родителей забрали из поселения, потому что какая-то тварь заметила, как их отец убил медведя при помощи магии грозы. Мать четверки лечила больных авилин, благодаря искусству восстановления и тоже попалась, когда к ней пришел авилин, агент империи, с серьезным заболеванием легких. В итоге друг семьи Ундил взял под свое крыло сироток и оберегал их. Теперь, спустя 13 лет после тех событий, империя вновь устраивает охоту на скрывающихся магов. «Они сейчас в Отерниуме, я уверенна в этом. Страж не посмел их не пропустить…». Смерти эльфы не боялись, ведь были уверены, что после всех страданий, причиненных людьми, они войдут во врата рая и будут жить вечно, без притеснения и наказаний. «Как же душно…». Новая мысль быстро зародилась в ее голове. Немедля и не раздумывая, она встала с кровати, нацепив на себя свой синий костюм, затянула кожаные ремни вокруг талии и плеч, прикрепила к ним ножны с мечом. Несмотря на то, что братья спали достаточно чутко, их сестра проворачивала такую операцию не в первый раз, поэтому научилась быть незаметной. Конечно, случалось такое, что Аш, в отличие от Исмана, просыпался от предчувствия кого-то поблизости. Он особо не ругал Эвтиду, но, конечно, ответственный за нее как старший брат, не поощрял ее выходки. Словно грациозная кошка, Эва мягко спустилась на первый этаж, прошла мимо своих спящих авилинов на носочках, взяла свои сапоги в руки, до бесконечности медленно открыла дверь и вышла из дома. Ночной теплый ветер обдал лицо Эвтиды своим объятием, и она почувствовала, будто снова задышала. Она собиралась немного пройтись за городом в поле. Пойдя к воротам, эльфийка с большим удивлением заметила, что они закрыты. «Какого…» — Стоять, — грубые и звонкие ноты мужского пола, словно тысячи иголок вонзились в ее слуховые рецепторы, не давая закончить слова в голове. Эвтида, быстрее вихря, выхватила свой меч и развернулась спиной к носителю этого голоса. В нескольких метрах от себя она увидела высокого, громадного авилина. Лицо она разглядеть не смогла, свет от факела на заборе до него не доходил, но в глаза сразу бросился цвет его волос, которые подсвечивались от луны. От них исходило такое свечение, будто это не обычные волосы, а белое золото, начищенное до блеска. Несмотря на то, что Эва была в позе готовности напасть, незнакомец безмятежно продолжал стоять на одном месте. — Что забыла здесь в такой час? — авилинка стояла завороженная от его волос, но его голос моментально привел ее в боевое чувство. — А тебе какое дело? — грубо выдала она, не опуская меч. Резкость в словах эльфийки резанула его слух. — Отвечай на вопрос, — также жестко ответил он и начал медленно подходить к авилинке с мечом, а та повторила его движения, шагая назад. — Не подходи ко мне, — уверенно и громко предупредила Эвтида. — Боишься? — он продолжил идти, а эльфийка все отходила от него, сохраняя дистанцию. — Убери оружие. — Что еще прикажешь сделать? Я не знаю твоих намерений, не знаю, кто ты такой и ты приказываешь убрать меч? — ее голос от негодования повысился в конце. Действительно, ситуация была абсурдная. Он шел на нее, разговаривал с угрозой, так еще и повелел убрать железное орудие. Эва с ужасом поняла, что попала в ловушку, когда спиной почувствовала прикосновение к деревянным воротам. Незнакомец, тем временем, сократил расстояние между ними до опасной близости, и Эвтида вытянула руку с мечом и твердо направила на него, чуть ли не дотрагиваясь кончиком острия до его шеи. Он был очень высокий, поэтому ей пришлось прилично поднять руку. Однако тот будто бы предвидел этот шаг наперед и моментально выхватил длинный меч за спиной и со всей силой ударил по орудию эльфийки с громким звоном. Меч упал на траву, а Эва расширила глаза от злости. — Да кто ты такой?! — злобно закричала она. — Я сказал тебе ответить на мой вопрос и убрать оружие, дерзкая авилинка, — он убрал свой меч обратно за спину, как и убрал оставшийся жалкий метр между ними. Эвтида наконец-то смогла разглядеть огромного в плечах, как массивная гора, незнакомца вблизи. Это был не эльф... Человек. «Имперский эмиссар!» Она поняла, что имперцы специально приехали ночью и осматривали территорию, видимо пытаясь выловить подозрительных авилинов, таких, как она. Но уже поздно было бежать, ведь эльфийка зацепила мужчину своим поведением. Его необычная броня не покрывала все участки кожи, как обычная железная, а будто была специально открытая, чтобы подчеркнуть его достоинства. Мускулы на руках красовались под лунным свечением, широкие кожаные ремни крестом украшали его торс. Не ушли от внимания Эвы шрамы на прессе и руке этого наддака, которые придавали более воинственный вид и, как ни странно, совсем не портили красоту его тела. «Боже, что за одежда такая!» Эва никогда не видела таких мужчин, поэтому странные чувства внизу живота прошлись молнией, разгоняя что-то до кончиков пальцев ног и в другую сторону до корней волос. От его крайних слов и до зачатия непотных чувств прошло буквально несколько секунд. — Мое терпение не резиновое, авилинка. Отвечай на вопрос! Что здесь забыла? — угроза в его голосе стала уже ярко выраженная. Он сделал еще один шаг, подойдя к Эвтиде почти вплотную, на что она всем телом уперлась в забор, но смотрела прямо на торс наддака. Она перевела взгляд с тела мужчины на лицо, которое теперь уже хорошо было видно из-за факела. Глубокие, пронзительные глаза голубого чистого неба, жесткие очерченные скулы, которые под светом огня выглядели очень выразительно, мужской аккуратный прямой нос, губы не пухлые, но и не маленькие, и небольшая морщинка между бровей, сведенных вместе из-за раздражения. — Почему ты думаешь, что можешь раздавать команды, наддак? — Эвтида пренебрежительно выплюнула последнее слово. — Потому что тебе известно, откуда я пришел и чью волю несу, — он чуть склонил голову. Ему было плохо видно ее лицо, потому что эльфийка была вжата в ворота, и зона света от факела не распространялась на нее. — Я ожидала, что вы будете выглядеть по-другому… — она немного ухмыльнулась. «Броня не такая открытая… Нет, это я вслух произносить не буду. Такую одежду видимо проще спрятать под мантией или плащом, нежели чем тяжелую эбонитовую броню». — Довольно лишней болтовни! Говори, почему бродишь ночью или будут плохие последствия! — наддак вдолбил руку в деревянный забор, будто пытался запугать. Под страхом все сдавались, через него можно было легко манипулировать. Но план мужчины не сработал, потому что Эва хоть и напряглась, но сжала свои зубы, не позволив себе дернуться. Она продолжала стоять на месте, с поднятым подбородком смотря на его лицо. — Я не делаю ничего противозаконного, эмиссар. Наши законы не запрещают выходить из дома и дышать свежим воздухом вне зависимости от солнечного цикла. И я вооружилась мечом в целях самозащиты, так как, повторю еще раз, я не знала кто ты и какие у тебя намерения. Голос Эвтиды совсем не дрожал, а был прямым и спокойным, без всякой нервозности. Мужчина продолжил пытаться разглядеть ее лицо, а его рука так и упиралась в забор, рядом с лицом авилинки. — Амен? — и снова неожиданный мужской голос за спиной эмиссара. Мужчина тут же убрал руку с забора, но не развернулся, продолжая пилить глазами ее силуэт. — У тебя все в порядке? — Эва чуть заглянула за спину, стоящего перед ней наддака, и увидела точно такого же человека, только немного поменьше ростом, но все равно достаточно крупного, с длинными темно-русыми волосами. — Да, все в порядке, Тизиан, продолжай делать, что должно, — Амен не отрывал взгляд от авилинки. Тизиан еще несколько секунд простоял на месте, а затем скрылся в тени. «Надо сваливать, а то беды не миновать». Подумала Эва. — Пойду я, эмиссар. Занимайся, чем занимался, — она опустила взгляд на землю. — А ты следи за своим языком, дерзишь слишком, от этого добра не видать тебе. Эльфийка плотно сжала губы в нарастающем гневе. «Амодия, помоги мне унять мои эмоции!». Она сделала шаг в сторону, наклонилась за своим мечом и вложила его в ножны, полностью поднявшись в полный рост. Амен все это время внимательно следил за ее движениями. — Доброй ночи, эмиссар, — Эва сказала это со шлейфом пренебрежения и почти механически. Мужчина уловил эту нотку в ее голосе, и наконец, отвернулся от нее и отправился туда, куда ушел другой имперец. Авилинка облегченно выдохнула, когда он испарился, и позволила своему телу дрожать от такого неожиданного и неоднозначного разговора. Она быстро дошла до двора своего дома и немного постояв перед ним, чтобы прийти в себя, прошла так же, как и выходила. Закончив в сотый раз этап переодевания, она легла в кровать и снова затряслась. «Провались все в небытие! Взбрело мне подышать воздухом! Эмиссары же не покинут нашу деревню в ближайшие месяцы, а значит, я снова встречусь с этой платиновой башкой!» Эва ругала себя за собственную дерзость и за неумение держать свой рот на замке. Об этом ей говорили абсолютно все, и удивительно, что никто ни разу не дал ей затрещину. «Амен… Амен. Имя-то какое странное. Сколько авилинов на его счету? Проклятый имперец!». Эвтида ненавидела людей, впрочем, как и все остальные эльфы вокруг, но по какой-то причине, эмиссар с лунными волосами занял все ее мысли, перед тем как она погрузилась в сон. Где-то глубоко в темной пещере. — Достаточно ли тварей он поднял? — спросил первый, пока осматривал большое количество костлявых эльфов, видимая аура которых светилась черным светом. — Издеваешься? Конечно, нет! — второй звонко ударил его по щеке. — Сколько имперцев, и сколько этих! Всего сотня! Нужны тысячи, понял?! Тысячи! — он еще раз ударил спросившего, только сильнее, а голос его больше походил на бред обезумевшего. — Тогда отправляемся в следующую пещеру, а этих оставим здесь, — четко сказала третья. — И на кого мы их оставим? — четвертый подключился к разговору. — На меня, я же их поднял. Мне нужно восстановиться, слишком много сил потрачено, — ответил пятый. Второй, который сошедший с ума, встал перед остальными. — Значит так, идем вчетвером на поиски. Тут наверняка еще есть захоронения. Люди прилично эльфов истребили в ходе войны, поэтому тысячу точно наберем. За работу! — он махнул руками, и они отправились на выход. Пятерка эльфов, чьи мантии были черными, занимались страшными вещами, порицаемыми богами. Остальные авилины, по их мнению, жалкие трусы, которые прогнулись под устав империи. Все эти пропащие умы, сидящие в своих городах и деревнях, со страхом использующие магию, которая давно уже всем известна. Эта пятерка использовала другую магию, нечто более глубокое, чем показушные фокусы с огнем, светом и грозой. Магию плоти, древнее всех живых существ на Коре, возможно даже древнее самого мира. Они дергают за углы материю и в получившихся складках хотят построить свой величайший триумф.