Встречи в библиотеке

      Миссия выдалась нелёгкой – не настолько, чтобы валиться с ног, но достаточно, чтобы вместо своих комнат пойти в библиотеку искать утешения у Лизы. Кэйя был уверен: она не станет возражать.       Вместо Лизы за столом библиотекаря сидел беловолосый подросток, смутно Кэйе знакомый.       – Привет! А где Лиза?       – Учитель ищет книгу, – подросток совершенно по-звериному подобрался и принюхался. – Хм… Пахнешь учителем.       – Надо же… Меня зовут Кэйя.       – Рэйзор запомнит Кэйю. Друг учителя? Человек учителя. Значит, Кэйя – друг Рэйзора.       Кэйя чуть не рассмеялся. Кажется, их раскрыли… А ещё Рэйзор забавно говорит.       – Я пришёл к Лизе. Говоришь, она что-то ищет?       – Учит повелевать молнией. Учиться сложно… Но Рэйзор не сдаётся. Понимать книги сложно. Учитель объясняет – понятно. Но книги тоже нужны. Нужно стать сильнее. Защищать стаю. Защищать учителя. Защищать людей учителя.       – И меня тоже? – лукаво улыбнулся Кэйя. Рэйзор встал из-за стола и прошёлся вокруг, принюхиваясь.       – Кэйя – вместе с учителем. Кэйю тоже защищать.       – Как ты понял?       – Запах. Духи учителя. Немного, но есть. Рэйзор чувствует. Были рядом, долго. Очень рядом.       – Вообще-то, я принимал душ, – смущённо пробормотал Кэйя.       – Дорогой, у Рэйзора нюх, словно у маленького волчонка, – мягко засмеялась тихо подошедшая Лиза. – Я вижу, вы уже подружились? Это тебе, малыш, – она протянула Рэйзору тяжёлый фолиант.       – Спасибо, учитель. Рэйзор постарается.       – Умничка, – Лиза растрепала ему волосы и повернулась к Кэйе. – Идём вниз. Ты ведь пришёл?..       – Угадала, – протянул Кэйя. – Я соскучился.       – Недавно же виделись.       – Так много всего происходит. Это ты сидишь в библиотеке, пьёшь чай и живёшь так размеренно.       – Тогда помоги мне расставить книги – и получишь награду, – Лиза легонько коснулась пальцем губ Кэйи. Он с нежностью улыбнулся.       – Твоим просьбам невозможно отказать.       Вместе они успели расставить те несколько десятков книг, что скопились, до звона хронометра, и вот теперь Кэйя по-настоящему устал. Рэйзор уже ушёл, оставив стопку фолиантов в уголке, и библиотека опустела; тут бы самое время пристать к Лизе, но сил у Кэйи уже не осталось.       – Садись, – кивнула та на своё кресло.       – Надо же: ты готова немного задержаться?       – Ты ведь помог мне. Хороша же я буду, если не позволю тебе даже отдохнуть пару минут.       Кэйя невольно залюбовался. Вроде бы всё так просто: задержаться на пару минут в библиотеке, чтобы он мог посидеть, но это ведь Лиза с её трепетным отношением ко времени.       – Что за жертвы ради меня, – он не стал садиться. – Если ты не возразишь, лучше я отдохну не здесь.       – Как скажешь.       В комнате Кэйя уже привычно разделся и улёгся на кровать. Лиза присела рядом.       – Что хочешь?       Кэйя молча сгрёб её в объятия и прижал к себе, уткнувшись в сладко пахнущие волосы. Почаще бы так…       – Я тебя люблю, – наконец произнёс он.       – Я тоже тебя люблю. Ты так устал?       – Что? – Кэйя и вправду устал, он хотел только обнимать Лизу, не больше, но не понял, что она имеет в виду.       – Ты редко признаёшься в чувствах словами.       – Мне показалось, тебе приятно будет это слышать.       Лиза перевернулась к нему лицом и чуть отстранилась, взволнованно глядя. А потом прижалась снова. Кэйя лениво поглаживал её по спине, и ему совершенно неохота было даже дальше говорить: сегодня и без того хватило разговоров. Лиза тоже молчала, словно чувствовала; только взяла его за руку, переплетя пальцы.       Немного времени спустя Кэйя нашёл силы приподняться, поставить подушки и соорудить уютный кокон из одеяла. Разговаривать всё ещё не хотелось; разве что послушать Лизу, если говорить будет только она. Но она тоже молчала, устроившись рядом, и только легонько трогала Кэйю кончиками пальцев. Он радовался, что не боится щекотки: слишком уж легко Лиза его касалась, в слишком уж нежных и чувствительных местах. И даже зная, насколько он сейчас уязвим, Кэйя наслаждался. А тем временем ему становилось всё лучше.       Выждав момента, Кэйя перевернулся и подмял Лизу под себя. Наверняка ведь она снова догадывалась, что он её подловит, но только томно улыбнулась, щурясь.       – Ты знаешь, что крио глаз бога – очень удобно?       – Что-что?       Кэйя приподнялся, всей ладонью огладил пышную грудь Лизы, сжал пальцы…       – Женщины лучше всего выглядят, когда прохладно, а мужчины – когда тепло. Но ведь носители крио не чувствуют холода.       Лиза сбивчиво рассмеялась, всем телом подавшись навстречу, и её аура защекотала кожу.       – Хочешь? – шепнул Кэйя.       – Если у тебя хватит сил… – протянула Лиза и ахнула. Кэйя не собирался терять времени зря.       Через некоторое время они лежали рядышком, сплетя пальцы, и переводили дух. Каждый раз Кэйе странно было настолько отдаваться желаниям тела: всё детство в него вколачивали аскетизм и равнодушие ко всему лишнему – и, пусть он давно уже ушёл от тех времён, любовь оставалась слишком уж сильной, а держаться… Не получалось держаться под ласками.       Лиза снова нежно погладила Кэйю по груди, легонько прижала пальцы между ключиц. Как же она чувствует, чего он хочет?       – Смотрю, тебе уже лучше, – улыбнулась Лиза.       – Посуди сама: я лежу, обнимаю тебя… Разве может быть плохо? Между прочим, ты знаешь, что Рэйзор всё про нас понял?       – Я ведь слышала ваш разговор. Мне кажется, ты ему понравился. Ты всем нравишься.       – Рэйзор забавный… Неплохо будет ещё с ним повидаться.       – Не хочешь его усыновить? – со смехом предложила Лиза. Кэйя улыбнулся в ответ.       – И отдать Дилюку? Нет уж, хватит клану Рагнвиндр и одного приёмного ребёнка.       – Почему сразу ему? Тебе ведь нравится возиться с теми, кто помладше.       – Они очень внимательно слушают… У Рэйзора ведь тоже тяжёлый меч. Вряд ли я его чему-то научу.       – Ему бы не помешал человек, который умеет мгновенно находить общий язык с любым встречным. Малышу так сложно общаться…       – Никто не помешает мне с ним дружить. Только без обязательств: мне достаточно проделок Кли.       – Ты замечательный старший брат, знаешь?       Кэйя отвёл взгляд.       – У меня есть очень хороший пример… Они все такие милые. Как можно их огорчать?       Но всё-таки это другое. С Дилюком они ровесники, и кто действительно старше… Формально – старшим считается Дилюк: он кровный наследник, глава семьи, выше по званию… По-настоящему же Кэйя вроде бы родился раньше, хотя кто уже разберёт; откуда отцу было знать? Просто неловко было признаваться, что ему действительно нравится возиться и с детьми, и с подростками, понимать их, получать их доверие и смотреть, как они меняются.       Лиза понимающе улыбнулась.       – И ты не устаёшь от них?       – Знаешь же: я от внимания не устаю. Лиза… С чего тебе вообще приходят в голову такие мысли?       – Какие – такие?       – Будто я люблю усложнять себе жизнь.       Лиза рассмеялась и горячо поцеловала Кэйю, и на несколько минут он забыл обо всём, кроме её податливого тела под руками. Что за женщина… Кэйя никогда не думал, что сумеет так влюбиться. Ещё одна чудовищная слабость – но если найдётся идиот, решивший повлиять на него через Лизу, это будет последним, что он сделает. Вряд ли Кэйя успеет прикончить того, кто навредит Лизе: она прекрасно справится и сама. Как же сладко, что волшебница, способная призвать молнии с небес, дарит ему удовольствие и тоже наслаждается…       Они снова лежали совсем рядом, на одной подушке, и друг друга разглядывали. Кэйя не хотел отводить взгляда от ярких губ, прилипших ко лбу каштановых прядок, полных истомы зелёных глаз. Это позволено видеть лишь ему. А его нежность – только для Лизы. Он опустил взгляд ниже, на её мерно поднимающуюся грудь. Снова накрыл ладонью, погладил, чуть царапнул ногтями…       – Кэйя, прекрати! Щекотно.       – Как неудобно бояться щекотки, – прошептал он. – Ты ведь не возражала раньше.       – Раньше… – Лиза, жмурясь, прильнула к его плечу. – Ты так ловко находишь время. Хочешь остаться у меня на ночь?       – Очень.       Сейчас Кэйя не собирался отшучиваться; он очень хотел провести с Лизой ещё одну ночь, даже если они будут просто спать в одной постели. Откровенность с ней давалась всё легче и легче; и этого ему тоже хотелось.