Ты ненавидешь меня..

Думала, что не поддамся чарам, но он заставил меня открыться перед ним. Пока я об этом размышляю, улыбка Кардана превращается в более знакомую ухмылку. — Ах вот как? Значит, я не знаю что такое гнев? Не знаю, что такое страх? Не ты здесь торгуешься за свою жизнь? — И поэтому ты меня ненавидешь? — настаивает Джуд. — Только поэтому? Лучшей причины не нашёл? Сначала ей кажется, что он не собирается отвечать, но потом догадывается, что он не может лгать, а правду говорить не хочет. — Итак? — спрашивает девушка, снова поднимая арбалет, очень довольная тем, что у неё есть повод ещё раз подчеркнуть, кто здесь главный. — Скажи мне! Он наклоняется и закрывает глаза. — Больше всего я ненавижу тебя за то, что думаю о тебе. Часто. Это отвратительно, но я ничего не могу поделать. Джуд немеет от удивления. – Может, тебе действительно стоит меня застрелить, — говорит он, закрывая лицо ладонью. — Ты меня разыгрываешь, – заявляет девушка. Не верит ему. Если он думает что она дура, то он ошибается. Джуд не поддасться на столь грубую лесть. Иначе, она и дня не выжила бы в Волшебной стране. Готовая изобличить его обман девушка встаёт. Арбалет для стрельбы в упор не очень подходит, поэтому Джуд достаёт кинжал. Кардан не поднимает взгляд, когда она обходит стол и приближается к нему. Упирается остриём под подбородок, заставляя поднять голову вверх. Он неохотно смотрит Джуд в глаза. По его лицу видно, что ему на самом деле и стыдно, и страшно. И тут она понимает, что и сама не знает, чему верить. Джуд наклоняется к нему так близко, что может поцеловать. Глаза его распахиваются. В них смешались паника и желание. Пьянящее чувство — обладание властью над кем-то. Над Карданом, про которого она никогда бы не подумала, что он вообще способен на чувства. — Ты действительно хочешь меня, — говорит девушка, чувствя тепло его дыхания. — И тебе ненавистна эта мысль. — Угол наклона клинка изменяется, и теперь он упирается ему в горло. Вопреки ожиданиям, его совсем не пугает это движения кинжала. Не сильнее, чем прикосновение моих губ к его губам. Его глаза затрепетали и закрылись, шелковые ресницы защекотали ее щеки. Она была пьяна от адреналина и высокого напряжения, которое всегда дразнило их. Его гладкие пальцы скользнули вниз по ее рукам, по бокам, на мгновение остановились на бедрах. Джуд разрывалась между желанием отшвырнуть его и прижаться к нему всем телом. Однако Кардан крепко прижал ее к себе, словно принимая решение за нее. Джуд была привязана к этому мгновению. Он крепко целовал ее с каким-то всепоглощающим отчаянием. Вкус его губ был подобен волшебному фрукту, что затуманивает ее разум, и в этот момент она поняла, почему люди морят себя голодом только ради того, чтобы попробовать сладкий и опасный сок. Его пальцы запутались в ее волосах. Ее собственные руки робко охватили плечи Кардана, потом обвились вокруг его шеи, сжимая волосы так туго, что наверняка останутся синяки.

Прижавшись к Джуд, у Кардана выбило дух, ее пальцы снова опустились на его плечи, провели ногтями вдоль его позвоночника. Она обвела каждый шрам, прокладывая пути по его телу. Кардан застонал ей в рот, и этот звук пронзил ее до глубины души. Его губы скользнули от ее губ вдоль подбородка, и он прикусил место прямо под ухом. Джуд издала гортанный звук, и он снова впился в нее зубами. Она вцепилась в него ногтями, одновременно желая, чтобы он был ближе и как можно дальше от нее. Рука Кардана скользнула под ее рубашку, рот все еще прикасался к шее, он ласкал ее талию, грудь, ключицу, прежде чем оторвать свои губы от кожи Джуд, чтобы посмотреть на нее. Его глаза потемнели, губы распухли и покраснели, и он слегка косо приподнял пол ее рубашки. Она подняла руки над головой, и он медленно потянул тунику вверх, как будто хотел запечатлеть этот момент в памяти. Глаза Кардана блуждали по ней, прежде чем он быстро задрал подол своей собственной рубашки. Его поцелуи вернулись к линии ее подбородка, засасывая багровую и покрытую синяками кожу, руки скользнули вниз по затылку. Дыхание Джуд было неровным и вырывалось отчаянными рывками. «Мне нужно восстановить немного контроля», - кричал ее разум до тех пор, пока Джуд просто не стала игнорировать его. Ее руки скользнули вниз по его груди к поясу брюк, и он замер. Глаза Джуд метнулись к нему, его – к основанию ее шеи, и он вопросительно поднял брови. — Я хочу тебя. Я хочу этого, — сказала Джуд, и Кардан медленно моргнул, как будто пытался понять смысл ее слов. —Я тоже хочу тебя, — ответил он наконец, и она расстегнула его брюки. Девушка стянула их и закинула куда-то за спину, пока он дергал за ее собственные штаны. Когда Джуд оказалась перед ним только в своем цветастом нижнем белье, Кардан снова улыбнулся ей, его темные глаза жадно рассматривали эту картину с томным, затянувшимся взглядом, и он склонил голову набок. — Нижнее белье смертных. Кто знал? — сказал Кардан, и Джуд удивилась значению его слов, но он только покачал головой, и она снова прижалась губами к его губам. Ее желудок скрутился в предвкушении, омут желания заставил Джуд почувствовать отчаяние. Кардан нащупал застежку и остановился только для того, чтобы проклясть ее, потому что не мог понять, как расстегивать, пока Джуд не отстранила руку от его спины и не сделала это в мгновение ока. Он смотрел на нее с благоговейным трепетом, и она подумала, что если не возненавидит его утром, то научит, как расстегивать лифчик. Он усадил Джуд на стол и прижал ее спиной к стене, нежно целуя ключицы, пока не коснулся губами ее груди. Зубы Кардана задели ее соски, и Джуд судорожно вздохнула. Довольный ее реакцией, Кардан усмехнулся и стал чередовать мягкие покусывания и успокаивающее облизывание. Поцелуями он прокладывал путь от живота вниз к бедрам. Принц большим пальцем стянул с нее нижнее белье, и она чуть не зашипела от холодного воздуха, контрастирующего с его теплым дыханием на ее коже. Он покусывал ее бедра, оставляя любовные отметины по всей коже. Джуд выгнулась ему навстречу, отчаянно желая большего. Парень изучал руками юное тело, сидящие перед ним. Когда руки Кардана сменились его ртом, из глаз Джуд посыпались звезды, но через несколько минут она уже извивалась в экстазе. Она была уверена, что на столе появятся отметины от ее ногтей. — Ты ощутила лишь малую часть того, что я могу сделать, — сказал Кардан, когда Джуд вздрогнула, его губы изогнулись в ленивой, самодовольной усмешке. Его теплое тело накрыло ее, скользкое от пота. Сначала Кардан легонько толкнул ее локтем, а потом медленно устроился между ее ног. Чужеродное чувство давления было на мгновение неприятным, но не более неприятным, чем непривычное ощущение нежного взгляда, который Кардан бросил на нее, изучая ее лицо. — Все нормально? — спросил он, и сердце Джуд сжалось в ответ. Она кивнула, из ее груди вырвался жалобный всхлип, и он вошел внутрь, двигаясь медленно и осторожно. Кардан легко поцеловал ее в щеки, в нос и ускорил движения. Джуд хрипло выдохнула, когда Кардан коснулся чувствительного места и издал беспомощный, сдавленный звук, прежде чем еще немного ускориться. Она прижалась к нему, выгибая спину, отчаянно нуждаясь в том трении, что и мгновение назад. — Ты чувствуешь… — начал он, но остановился, подыскивая нужное слово. Джуд прикусила его нижнюю губу, и Кардан тут же перестал думать о каких-либо словах. Ровный ритм рождал в ее сердце какое-то отчаянное чувство, Кардан гладил ее в такт толчкам, пока они оба не оказались на краю пропасти. Белый свет заполнил ее взгляд, и впервые с тех пор, как Джуд попала в Фейрилэнд, она почувствовала эйфорию от того, что у нее нет никаких забот в этом мире, только чистое счастье. Это удовольствие было почти недостижимым для человека, который привык страдать. Когда он вошел через несколько мгновений, на губах Кардана ее имя слышалось как молитва. Он шептал снова и снова, как будто читал по смятой бумаге, которую Джуд нашла в книге. «Джуд, Джуд, Джуд, Джуд, Джуд, Джуд».