Hidden

Наступление нового дня словно током ударило меня в грудь. Просыпаюсь, резко распахивая глаза. Сегодня я ночевала одна. Так нужно было, но как же было тоскливо. Пришлось проводить эту одинокую ночь в одной из выделенных Эрагоном комнат в другой башне Цитадели. Люцифер оставался ночевать в нашей комнате. Мне приснилось, как он тоскливо ныл, и как ему меня не хватало. Точнее, уже нас. Поглаживаю живот потихоньку осознавая, что там уже нет бабочек, там есть жизнь. Моего ребёнка. Все еще не верится совсем. Не в силах соврать себе. Да, я не готова. Но ничего не могу с этим поделать. Ночью, сквозь сон, я чувствовала как он приходил в комнату. Не знаю, как он пробрался сквозь острые взоры стражей, впрочем абсолютно неважно. Пока я спала, Люцифер нежно гладил меня по голове и животику. Будто до сих пор чувствую его горячие прикосновения, оставляющие шелковый след. Медленно встаю с кровати. По ощущениям ничего не изменилось, словно я не беременна. Страх за участь своего ребёнка сидит у меня в голове. Мама не приходила ко мне со вчерашнего вечера. Меня даже задело это. Вероятно, я совсем не оправдала ее надежд. Лёгкий стук в дверь вывел меня из кучи съедающих мыслей. — Проходите. Вижу Мими. На ней было строгое черное платье и туфли с острым носом, взгляд был потерянный и пустой. Сегодня все бессмертные были созваны на суд Шепфа. Про нашу честь, конечно же. Решение уже принято, оставалось только узнать какое оно будет. — Доброе утро, Вики, — кидает быстро демоница и присаживается рядом. — Ты готова? Вижу по ее глазам, что она сама то не готова даже присутствовать во время моего суда. Что уж говорить обо мне. — Я растеряна, Мими, и чем больше думаю об этом, тем хуже, — произношу и встаю с кровати полностью. Подхожу к шкафу и начинаю переодеваться в приготовленный с вечера наряд. Она не отворачивается. Наблюдает. — Беременность только красит твои формы, — кидает она в мою спину. Кстати, может быть, я заметила, что моя грудь стала заметно больше.

***

Идём по коридору. Он белый и длинный. Вход в торжественный зал, где всё и состоится. Держусь уверенно, стараюсь не показывать всё, что на душе. Мими идёт рядом, погладывая на меня. Прислужники Цитадели открыли для нас огромные массивные двери, когда мы только показались около входа. Войдя внутрь, ощутили сотни поедающих и осуждающих взглядов. Оглянувшись на толпу, увидела гнусный взгляд Ости, будто кричащий: «Так тебе и надо, сучка». Мама восседает скраю за широким столом советников, посередине Торендо, рядом Эрагон. Заприметила взгляд Сатаны. Дино смотрел на меня с какой-то опаской, будто его переживания были настолько сильны. Останавливаемся посередине, напротив стола советников. Эх, когда-то рядом с мамой там было мое место. Но видимо оно больше моим никогда не будет. Торендо привстает со стула, раскрывая в руках какой-то свиток и начинает: — Бессмертные, сегодня мы все тут собрались для решения одного важного события и объявления второго. Как уже многие наслышаны, в силу снова вступил закон о Неприкосновенности по решению Великого Шепфа. Любой нарушивший его будет изган в Небытие, а если в запретном союзе был зачат плод, то он должен быть немедленно уничтожен. У меня трясутся ноги. Разве такого я заслужила? Мы…? Откашлявшись, главный советник продолжает: — Приступаем к судебному решению. Обвиняемые Вики Уокер и Люцифер вступили в греховную связь, пытаясь создать ячейку общества из этой грязи. Вижу, как после слов Торендо, глаза Люци загорелись злобой и ненавистью. Он стоял рядом с Сатаной. Не спускал с меня глаз. И я с него. — В результате чего был зачат запретный плод. Все уставились на меня. Я чувствовала себя ужасно, словно сейчас меня заставят раздеться и пройтись голой по этому залу. Но я была по ощущениях опозорена еще хуже. Вижу надменный взгляд Ости, непонятный Мамона, Мими вообще хотела приобнять меня, но ее мать взглядом пронзила демоницу и убедила оставаться на позиции. Мама смотрела на меня уставши, будто взглядом говоря, что сделала, все что могла. — Так как Вики была младшим советником при Цитадели, ее наказание будет мягким. Ребёнка выносить разрешил сам Шепфа за ее вклад в спасение бессмертных от Мальбонто. Но при этом любое взаимодействие с Люцифером будет караться твоим изгнанием. Ему так же будет запрещено видится с ребёнком. Уокер будет переселена в башню. На этом все, заседание можно считать закрытым. Разъяренный Люцифер выбежал в середину зала. — Что?! Мне не послышалось? Какого черта ты решаешь тут за меня? Это мой ребёнок, я имею право растить его вместе с Вики. — Господин Люцифер, найдите себе тело из своей расы и растите кого хотите, — после этой фразы он был готов набросится на Торендо. Моя мать так же испепеляла его взглядом. Почему же она молчит и слова не скажет? Я готова была разрыдаться и опуститься вниз, как маленький бродячий щенок. Уже ничего не слышала. Хотелось закрыть лицо руками и упасть… Звон стекол заставил меня отрезветь от эмоций. Взрыв. Открываю глаза, оглушенная взрывной волной. Вижу как какая-то тварь пытается сожрать Сэми. Какой-то слизняк с огромной пастью. Боже, кто это… Что происходит… Ко мне подбегает Люцифер. — Чёрт, ты как? — он осматривает меня. — Что происходит? — кидаю в пустоту я. — Мама!!! Кричу. Вижу, как на нее напало то же существо. Отбиться ей помог Эрагон. Торендо тоже встретился силами с каким-то противником. — Там Мальбонте, это какая-то атака, не понимаю кто там еще, надо уходить тебе в безопасное место, — кричит Люцифер. Оглядываюсь. Я не могу оставить маму. Я должна ей помочь. — Я не оставлю маму, — кричу ему. — Я хочу помочь. Только Люци хотел вступить со мной в спор, как перед нами появилась девушка. Она была вся в крови со злобной ухмылкой. Похоже, ее ничего не пугало вокруг. — Так, так, что это у нас тут… — цокает нагло Чума. — Вики Уокер… — Откуда ты знаешь мое имя? Кто это… Какая-то сила резко откидывает Люцифера назад, что-то неведомое и сильное. Я хотела подбежать к нему, но резко мое тело будто парализовало. И я упала на пол. — Хватит этих игр, заковать всех, а кто против, убивайте, — кричит Чума. Существа приступают к приказу. Вокруг одна сплошная битва, кровь, тела. Я лежу, начинает скрючивать живот, мне становится плохо и я отключаюсь…

***

Вики приходит в себя. Странное чувство, будто прошло кучу времени. Но по факту лишь пару часов. Другой зал. Малый. Он обычно использовался в Цитадели для проведения собраний в узком кругу лиц. Уокер почувствовала, что что-то словно давит на шею. Взглянув на себя, увидела оковы… Чума громко расхохоталась и ее смех привлек внимание, внимание всех. — Птенчик! Проснулась. Ну наконец-то, теперь я еще больше хочу сделать тебе больно, — издевательски говорит она, подходя к Непризнанной. Вики оглядывается. Люцифер, Мими, Дино и остальные стоят в ряд, будто ничего не происходит. Они не реагируют. Словно транс какой-то. Лишь лицо сына Сатаны обрело злые нотки. — Ну и что ты молчишь-то тварь? — на демонический крик срывается Чума, ударяя лежащую без сил девушку по лицу. От следа ее каблука остается красная ранка на щеке. Люцифер среагировал моментально. Подбежал и помог подняться Уокер. Чума в недоумении отпрянула. — А ты, сын Сатаны, что крутишься около этой зверушки? — хмыкает Всадница. — Не подходи к ней, иначе я убью тебя, — подает голос демон. Чума заливается громким смехом. — Да что ты, — протягивает она. В следующую секунду лицо Люцифера скрючивается от боли, а Всадница подходит все ближе, злорадствуя. — Так, так. Так вы парочка у нас. Что-же ты не сказал. Да, еще и птенчик то с пузом. Люцифер обмяк и упал на колени. Вики пыталась дотронутся до него, но резко мышцы в ее руке скрючило. Девушке хотелось кричать от боли, но она ограничилась писком. Чуму это только позабавило. — Интересно…- снова протягивает своим противным голосом она. Всадница приблизилась к Люци. Провела по его мужественным плечам своей рукой. Уокер передернуло, но все, что она могла, это наблюдать за происходящим. — Теперь у тебя будет любовница по твоему статусу, — хмыкает она, пытаясь доставить Непризнанной боль. Вики меняется в лице. Зло переполняло ее. Люцифер скинул руку Чуму с отвращением. — Не трогай меня. Он выдавливает это с особой жесткостью. Глаза бывшей советницы резко закрылись. Снова она не понимает, что случилось. Как в тумане лишь было слышно: — В темницу этого птенчика! Пусть подумает о своем поведении.