Любовь жива

      Андрей, укрываясь насквозь мокрой курткой, отчаянно замахал рукой, и машина всё-таки остановилась. Водитель глянул на него испытующе, выкинул в окошко недокуренную сигарету и кивнул.       — Давай, залезай.       Андрей тут же забрался на заднее сиденье, с облегчением улыбаясь. Куртку скатал в комок, положил к себе на колени. Машина тронулась с места, и пока Андрей оттряхивался, водитель всё бросал на него любопытствующие взгляды через зеркало.       — До Питера?       — Не, на Красносельском выйду, пораньше.       Водитель кивнул. Минуту они ехали молча. Андрей ëрзал, устраиваясь. Водитель потянулся за пачкой сигарет одной рукой.       — Закурю, ладно?       — Ага.       — Миша, — представился он. Андрей улыбнулся и назвал своё имя в ответ.       — На дачу что ли катишь или чо?       — Да нет, ждут меня там, — ответил Андрей, внутренне радуясь, что собеседник быстро перешёл на «ты» — он сам не любил лишних формальностей. — А ты сам, домой?       — Ага. К маме, — Миша тут же улыбнулся. У него не хватало пары зубов, а некоторые были попросту сколоты. Какой интересный персонаж. — Давненько до неё не добирался. Вот, обещал помочь банки закатывать на зиму, она какую-то новомодную штуку купила в этом, как его, телемагазине, ë-моë, но та от одного тычка сломалась, понаделают китайщины сраной и продают втридорога…       Андрей перевёл взгляд на кармашки на спинке кресла: какие-то потрёпанные музыкальные журналы начала нулевых, книжка в мягком переплёте, пустая бутылка из-воды.       Голос его случайного собеседника успокаивал, ответов он особо и не просил, казалось, болтал сам с собой, только иногда посматривал на Андрея через зеркало, а тот ловил этот взгляд и улыбался.       — Так а ты чо? — вдруг спросил Миша. — Сам-то к кому, к девушке, к семье?       — Не к девушке. Но можно сказать, что к семье, — уклончиво ответил Андрей.       — Где ж там твоя семья в ночи-то на Красносельском? — Миша покачал головой. — Ну ничего, ты не боись, щас мы, скоро уже… БЛЯТЬ!!!       Он резко затормозил, Андрей носом впечатался в кресло и потëр его, охнув.       — Что случилось?       — Да это, кажется…погоди.       Миша выскочил из машины. Бросился к чему-то большому и тёмному, лежащему на мокрой дороге. Потом вернулся в машину, стряхивая капли с себя.       — Там парень какой-то, — бледнея, проговорил он.       — Как парень? — Андрей вытаращил глаза.       — Да хер знает, я его сбил, кажется, — забормотал Миша. Нервно принялся грызть ноготь.       — Ща, надо в скорую…ментам, ë-моë…пиздец!       — Может, бомж какой-то просто? — предположил Андрей. — Я не видел, чтобы кто-то бежал по дороге.       — Дык я тоже! Никого не было, а тут…       Миша принялся искать в бардачке телефон, не нашёл, горестно рыкнул и побежал назад к лежащему телу. Андрей видел, как он попытался перевернуть его, потом растерянно огляделся, но дорога была темна, ни одной машины кругом. Андрей хмыкнул и вышел из машины под дождь.       — Помоги мне, слышь, — Миша наклонился к бледному телу, но никак не мог выпутать его из одежды. — Надо ща, искусственное дыхание или чо…у тебя телефон рядом? Мой хер знает где! Щаща, может, дышит ещё…       — Может оставим его? — предложил Андрей, внимательно глядя на Мишу. — Вдруг менты теюя повяжут, если ты его задавил. И меня заодно.       Миша поднял на него взгляд и округлил глаза.       — Ты чо?! — возмутился он. — Охуел что ли?! Это ж…это ж человек! Ему помощь нужна! Насрать, посадят, не посадят, его спасти надо!       Андрей молчал. Миша наконец нащупал лицо лежащего, наклонился и охнул, замирая. Медленно перевёл взгляд на Андрея. Потом снова на лицо пострадавшего.       Андрей улыбнулся шире. Наклонился и поцеловал мокрые приоткрытые в охреневании губы Миши своими мертвенно-холодными.       — Ты хороший человек, Миша, — сказал он тихо. — Езжай спокойно. Тебе ничего не грозит. Я и другим передам, чтобы тебе не вредили.       Он выпрямился. Тело с лицом Андрея на руках Миши медленно растворилось с чёрным дымом, и тот, дрожа и бледнея, так и сидел на коленях на шоссе, глядя, как Андрей разворачивается и идёт в тëмноту и дождь, постепенно исчезая в дожде.