Любовь жива

      Миша кашлянул и перехватил книгу поудобнее.       — Дядь Миша, — позвала Алиса. — А что это за книжка?       — Сказка. Хорошая, — отозвался Миша. — Там всё будет нормально, эт самое, не боись, и поучительно.       — А может Холодное сердце ещё раз посмотрим?       — Алис, да ну его…ну то есть, чо ты, давай другую историю. Да тут про принцесс тоже будет!       Миша покосился на отрубившийся планшет. Он резко выключился, а зарядка на помогала. Оставалось надеяться, что шайтан-машина после четырёх просмотров Холодного сердца просто показывает гнусный нрав, а не сгорела к хренам.       Он кашлянул снова.       — Короче! Слушай. Крутая сказка. В общем, в королевстве Флорин жила-была красивая девушка по имени Лютик…       Миша старался. Он то понижал голос, то делал его тонким, то хрипел, то гудел. Алиса хихикала. Потом она постепенно заснула. Ей снилось, что её папа уплыл в море и стал Ужасным Пиратом Робертсом, который на самом деле вовсе не был ужасным, но об этом никто не знал. Папа вернулся в красивой шляпе, маске с длинной шпагой, чтобы спасти свою любимую, которой во сне почему-то был дядя Миша в длинном красном платье с капюшоном и толстой тёмной косой. Дядя Миша долго ждал папу из странствия и думал, что тот умер, но папа вернулся, и сначала дядя Миша его не узнал и столкнул в овраг, но папа никогда с ним не спорил, а говорил только: «Как пожелаешь». По этим словам дядя Миша — принцесса его и узнал, ведь папа и раньше ему так всегда говорил, и сам скатился за ним в овраг, маша широкими красными рукавами. А потом они бежали, держась за руки, по тёмному страшному лесу и через болото, и папа отважно рубил опасные лианы у них на пути, а потом…       …Миша бросил на спящую девочку быстрый взгляд и тихонько закрыл книгу. Алиса улыбалась во сне, морща смешной курносый носик. Прямо, как её отец.       Миша выключил светильник, положил книгу на столик и, стараясь не шаркать, выбрался в коридор. Только заварил чайку, как во входной двери завозился ключ.       Андрей, стряхивая снег с куртки, топал ботинками в прихожей.       — Ну как вы? — спросил он, поднимая на Мишу взгляд. Тот шумно отхлебнул из кружки.       — Да заснула, нормально. А ты сомневался, ë-моë. Давай, эт самое, я тут чайку уже заварил.       — А я булочек принёс. С заварным кремом, — добавил Андрей, улыбаясь. Миша покосился на пакет в его руках.       — Ну раз с заварным…хотя ты мне обещал эти, самые, суши, на нашу холостяцкую пятницу. Суши хочу. Или бля, нет, пиццу. Или суши. Или картошечки, да, вот бы картошечки навернуть.       — С лучком?       — С лучком. И с маслицем. И чтобы ты пожарил, а то я не так пожарю, — заявил Миша, делая ещё глоток. Андрей снял ботинки, полез холодными руками ему под свитер, из-за чего получил возмущённый вскрик в ухо. И засмеялся.       — С лучком, с маслицем, самому пожарить. Понял, понял. Как пожелаешь.       И чмокнул сопящего Мишу в щëку.