Откровение Ким Докча

Он хотел плакать. Он понимал, что они разочаровались в нем, но не мог вытерпеть этого. Он знал, почему они разочарованы, но не мог этого признать. *** С бледных худых щёк потекли солёные капли слёз. Он снова ушёл, ничего не сказав. Ушёл. Бросил их. Его в очередной раз охватила дрожь. Четвёртая стена тряслась, будто находилась в самом центре землетрясения, хотя, если так подумать, то так оно и было. [Ки м До к ча усп о ко й ся] Голос вывел парня из прострации и тот глянул в сторону. С красными и заплаканными глазами он смотрел вдаль. Он действительно устал. Устал быть поддержкой. Устал составлять планы, чтобы все были живы. Устал от апокалипсиса, что происходил вокруг. Устал жить и быть. И теперь, спустя долгих тринадцать лет, он в очередной раз подумал об этом. «Интересно, а зачем я живу? Какова причина? А почему я тогда не умер? Почему не пытался повторить ту попытку освободиться от оков жизни и избавить себя от мучений существования, а других от моего надоедливого присутствия?», — эти мысли посещали его всё чаще и чаще. Он глядел в окно полуразрушенного дома. Его память образовывала хаотичный поток из разных воспоминаний и событий. Он был наполнен разными словами самобичевание и унижения и с каждым новым словом находил новую причину самоистязания. Может, он просто накручивал себя? Может быть он просто не понимал или не хотел понимать этого. Вся команда почти кричала, чтобы он прекратил жертвовать собой, а он, будто в звуконепроницаемой комнате, продолжал так поступать. Да, их это злило, но в первую очередь они беспокоились. Переживали за своего, пусть и самопровозглашённого и не жалеющего себя, лидера. Даже Хан Суён, которая вечно подкалывала и смеялась над ним, переживала. Это заметили все. В первую очередь дети. Докча не хотел их пугать, но они всё равно замечали, как угасали в его глазах, те сонмы звёзд и вселенных. Как он, вечно уставший, смотрел в телефон. Как, в конце концов, однажды пришёл с красными, заплаканными глазами. Они были шокированы, но не могли вымолвить ни слова, чтобы их взрослый не догадался о том, что они не спали и видели его в таком, по мнению Докчи, жалком виде. *** Это продолжалось на протяжении месяца. Все заметили, что некогда прямая и уверенная спина их созвездия становилась всё меньше и меньше, а сам он, будто под грузом, словно что-то давило ему на плечи, с огромной силой горбился и сжимался. Может это чувство вины? Или ответственность? Им стало казаться, что он пытался раствориться, исчезнуть, как угасающая звезда в ночном небосводе. Все приняли единогласное решение поговорить с Кимом. Дети, конечно, помочь хотели, но отказались, ведь понимали, что он их не послушал бы. Суён тоже была против своего участия, кроме создания плана для «спасения» этого идиота. Чон Хивон согласилась только на радикальные меры, ведь по её мнению их лидер не стал бы слушать никого кроме… Абсолютно все повернулись к Ю Джунхёку. Он как обычно сидел и затачивал свой меч. Почувствовав на себе огромное множество взглядов, мечник поднял глаза. Его лицо оставалось невозмутимым и неприступно холодным, но все знали, что под этой маской безразличия и жестокости, находился мягкий, нежный и заботливый, по отношению к его близким и одному пустоголовому кальмару, человек. Вопросительно посмотрев на собравшихся людей, он сразу понял, что с Докча что-то не так. Ю напрягся. Сведя густые и ровные брови к переносице он спросил: — Что? — пусть он был немногословен, но, главное, что всегда по делу и его понимали. — Да так… Ничего, — хитро улыбнувшись, Суён посмотрела на него. В её голове созрел гениальный план. — Если мы ничего не сможем сделать, то может ты и этот идиот «поговорите», как обычно, Джунхёк~а, — приторно сладко растянула имя Ю плагиатор. «Противно», — лицо мечника скривилось в гримасе отвращения. — Что надо? — раздражённо процедил сквозь зубы Джунхёк. Парня откровенно говоря бесило, что никто не говорил, что с его компаньоном. — Да так, всего-то привести в чувства одного тупого кальмара, который снова думает о чём-то глупом, — Суён отмахнулась, догадавшись, что «собеседник» явно не настроен терпеть её шутки и подколы. Более того, её голова могла слететь с плеч, если она не прекратит. — Если коротко, то он снова решил объединить депрессию и своё самопожертвование. Может в этом коктейле затесалась и ответственность за нас? Так, как мы уже выяснили, что слушать почти всю свою компанию этот идиот не станет, кроме одной солнечной рыбы, которая так полюбилась этому кальмару, понятно? — лаконично закончила свой монолог девушка, достав лимонный леденец на палочке, закинула его себе в рот и села напротив мечника. — Поможешь? Хотя, у тебя нет выбора, — ответила сама на свой вопрос Хан. — В любом случае слушай и внимай каждое моё слово. План гениален и прост, а главное работает, как швейцарские часы. Так как он стал слишком часто прятаться за чтением, твоя задача легка. Сначала ты ловишь его в библиотеке, после вы вместе болтаете, а если он отказывается прислушиваться, то начинаете как обычно. Просто? Я тоже так считаю! Поэтому этот план этой крысе и тебе не испортить. Как именно и о чём вы будете разговаривать, меня уже не волнует. Главное верни нам его, — автор серьёзно посмотрела на Ю с некой грустью и тоской, чем немного удивила мужчину. Всё это время Джунхёк не говорил ни слова. Он лишь тихо и послушно вслушивался в слова плагиатора. Утвердительно кивнув головой на взгляд Суён, его начал мучить лишь один вопрос. «Откуда они так хорошо знали Докчу? Это непредсказуемое созвездие сложно расшифровать, но как им это удалось?», — мечник был удивлён, но не сказать, что приятно, ведь теперь появился человек, который мог спокойно рассказать о Докче любому, если понадобится. Это была Хан Суён. Если с автором для него было дело понятное, но ему всё равно было как-то гадко на душе. Словно нечто уникальное стало посредственным. Но что-то всё-таки осталось. Это нужда, даже скорее потребность Кима в Джунхёке. Именно это тешило эго трансцендента. Да, мужчина хотел его. Он хочет им обладать. Он будет хотеть его не смотря ни на что. И так будет всегда. Ю признаёт, что хочет владеть им. И также он желает, чтобы объект его обожания не дёргался и спокойно принимал всю эту заботу. Но этот кальмар, кальмаром не был бы, если не сбегал боясь и думая, что недостоин этой любви и благ, которые ему любезно предоставляли. Всего-то скажет, убеждая себя, что это делали исключительно из жалости. Подобные мысли Кима очень обижали всю команду, хотя они ничего не могли с этим поделать. В эти моменты все предпочитали молчать, чтобы вконец не прибить своего лидера. *** Ким Докча сидел в библиотеке. Можно сказать, что не сидел, а скорее отсиживался, чтобы не попадаться всем на глаза. Для него это было чем-то постыдным. Мужчина был сам себе отвратителен. От того, что игнорировал своих людей, заставляя их переживать. И всего-то из-за какого-то пустяка… Ну, пустяком подобное считал только Ким. Единственное, что сейчас успокаивало парня — это книги. Множество историй с абсолютно разными сюжетами и жанрами. Для истинного читателя, это была своего рода удивительная роскошь, которую он сумел заполучить. Он восхищался, удивлялся и грустил вместе с героями. Докча проживал всё на себе. Применял образ героев. Перечитывая книги раз за разом, Киму они не надоедали. Обычно, укутавшись в купленный в котомке Доккэби плед и взяв с собой чай, он читал. Как истинный читатель. Но его компаньоны были не намерены так просто дать дотлевать в углу своей звезде. Они те, кого Ким приручил своим огнём. Именно он стал тем, кто разжёг пламя внутри них. И из-за того, что он слишком долго прятался, они решили применить тяжёлую артиллерию. Как обычно, сидя в кресле-качалке и укрывшись пледом, с книгой в руках Докча читал. Может показаться, что всё в порядке, и он никак не мог заставить никого волноваться, ведь мужчина мастак в создании приятной атмосферы, настолько мастерски путая незнакомцев, что не все его знакомые и компаньоны понимали, что Ким просто притворяется пряча слёзы за маской своего обыденного «я». Ему было невыносимо находиться в реальности, со своими мыслями, поэтому первое, что пришло ему в голову — это перечитать какую-то книгу в жанре драма. Да, он знал, что история не стабильная в психологическом плане, но он ведь тоже и тогда, может, минус на минус даст ему плюс. Начало книги было об истории двух братьев, что стали сиротами. Старший взял на себя ответственность и стал ухаживать за младшим. Позже в мире появились «порталы», из которых стали выходить монстры, в будущем учёные дали им название — «данжи». В соответствии с тем, что появились монстры, появились и «охотники». Они зачищали данжи, которые, как и охотники, делились на классы. От самого высокого S-класса до самого низкого F-класса. В ходе сюжета читатель узнавал, что старший стал F-классом, а младший S -классом. Старшего стали донимать СМИ, но из-за излишней буйности все стали презирать и называть старшего ношей для младшего, из-за чего они почти прекратили общение. Позже выяснилось, что у старшего есть интересный навык с названием «Воспитатель». Герой шёл в данж, где позже стало известно, как правильно использовался навык. Он срабатывал на цели, если произнести определённую фразу и, как только человек умирал, способность передавала силы обладателю в удвоенном размере. Пролог заканчивался на смерти младшего, который якобы не любил своего брата. На самом деле всё было в точности, да наоборот. S класс обожал его и старший, который давно применил ту фразу на брата, не сумел сберечь младшего. В попытках спастись от дракона, мужчина использовал силы донсэна в удвоенном размере и в последствии в конце убил врага, получив в награду камень желаний. Чуть разочаровавшись, что нельзя загадать возвращение человека к жизни, он повернул время вспять, но остывающее тело младшего навсегда врезалось парню в память, словно клеймо, что осталось на нём и его жизни. Ким осуждал действия F класса и СМИ. Первого за то, что не разобрался в ситуации, не пытался понять действия донсэна и проанализировать своё положение. Второго за излишнее любопытство к персоне героя. Было понятно, что в такой ситуации он не хотел признавать свою слабость. Доказать, что силён морально и физически и ничего ему не надо. Может парень думал так из-за нежелания признавать схожесть? Или Ким был слишком упрям и глуп? Как бы абсурдно не звучало, но Докча увидел в нём себя. Те же проблемы с миром, что отрицал их существование, всеми силами порицая, пытаясь навредить. Они были нормальными, пока в одно мгновение не стали знамениты, а главное не в самом хорошем смысле. Эта популярность убила и разломала их напополам, навязывая, что они недостойны жить и быть на этом белом свете. Им пришлось стать жёстче и сильнее, чтобы те, кто зовутся людьми не съели их, как голодная стая гиен. Каждый делал это по-разному. К примеру Докча читал Пути Выживания. Они стали его спасением и силой. Но что насчёт героя этой книги? Единственное, что спасало его — беспокойство за брата. Легко ухмыльнувшись, Ким прикрыл свои глаза. Его мозг переваривал прочитанное и воспроизводил, как фильм. Много времени на подобное не требовалось, так что уже через две минуты Докча открыл глаза, оставил заметку в своём блокноте и отложил книгу. Глянув на дверь, Ким осознал, что видит всё немного замылено из-за слишком продолжительного чтения. Сфокусировав взгляд, парень осмотрелся. Разглядывая полки, его взор уловил тёмную макушку. Протерев свои глаза, Докча убедился, что это не иллюзия и к нему действительно кто-то пришёл. Легко ущипнув себя за щёку, Ким тихо ойкнул и пришёл к выводу, что это явно не сон. Впереди послышался тихий смешок. Сверля незнакомца своим злым и немного смущённым взглядом, читатель что-то проворчал, но сильно не обижался. Мужчина привстал со своего места. Да, Ким смог в очередной раз натянуть маску, надеть чей-то незатейливый образ, создать себе уютную и приятную атмосферу, но бледное лицо, впалые щёки и огромные синяки под глазами говорили сами за себя. А его прекрасные глазки… Ким прикрыл свои звёздные глаза, в которых с недавних пор зияла бездна, в которой можно только утонуть, без всякого шанса на выживание. Он и не помнил какой сегодня месяц или день, сколько время. Созвездие просто перестало за этим следить. Читатель перестал читать эту историю. Для него всё превратилось в до смешного привычную рутину. Слабо улыбнувшись, Докча всё же удосужился одарить гостя своим взглядом. Он был уставший. Мёртвый. У новоприбывшего что-то сжалось в груди, превратившись в большой ком, давящий на лёгкие и бронхи, едва ли давая вздохнуть. Сжав кулаки так сильно, что побелели костяшки, незнакомец подошёл ближе. Докча узнал в нём Джунхёка, чем не был недоволен или удивлён. Он предполагал это, так что преспокойно сложив руки в замок и положив их себе на ноги, откинулся обратно в кресло. Закрыв глаза, Ким расслабился. Или так было только по его меркам? Присмотревшись, Ю заметил некую скованность в положении читателя. Мышцы были напряжены, а большие пальцы тёрлись друг о друга, крутясь, как веретено. — Ха, всё-таки эта ведьма оказалась права, ты действительно здесь, — Ю устало потёр переносицу. — А что, ты ждал кого-то другого? — ехидно отвечал Ким. — Да, я ждал здесь Ким Докча. Это тупое созвездие, которое умудряется умереть, а позже воскреснуть. Кальмар, который храбро противостоит звёздному потоку, который всеми силами пытается избавиться от него. Существо, которое защищает своих товарищей. И…мой единственный компаньон. Внезапно из глаза созвездия потекла тоненькая струйка солёной воды. Она скользнула по щеке, приостановившись на скулах. Далее очертила ровный подбородок и скопившись в центре упала, с глухим стуком ударившись о запястья. Почувствовав лёгкую влагу, он дотронулся до своего лица, только сейчас заметив, что с ним произошло. Он…плакал? Ему показалось это странным. Раньше, в свои пятнадцать он и не такое мог стерпеть, а теперь, когда вырос ему уже двадцать восемь чуть что, так плачет. Ненависть к себе возрастала. К тому же всё произошло на глазах у его компаньона, что очень сильно раздражало и так злого Кима. И вот вновь появилось чувство самобичевания, что навязчивой мыслью не выходило из головы читателя, возрождая идеи, которые он похоронил с начала выхода «Путей выживания». Всё больше погружаясь в эту темноту, Докча не заметил, как за первой слезой течёт ещё одна, а после неё ещё, пока всё это не превратилось в нескончаемый поток из слёз. Но, он не чувствовал грусти. Лишь пустоту. Словно в области грудной клетки была огромная дыра. Закрыв лицо дрожащими руками он хотел, чтобы в это мгновение в мире никого не осталось. Чтоб никто не видел его слез, страданий, мучений. Неожиданно читателя пробрала дрожь. Широко раскрыв свои глаза, зрачки Кима сузились; обнимая, он поджал свои колени к себе, судорожно вздыхая и трясясь. Ногти с силой впивались в мягкую кожу, царапая, оставляя раны на руках. Взгляд метался из стороны в сторону. Воздуха в лёгких становилось всё меньше и меньше. [Эксклюзивный навык «Четвёртая стена» трясётся] Кусая свои губы, созвездие закрыло свои уши, стараясь оставаться в здравом рассудке. Голова плавилась, распаляя жгучую боль. Ещё большие страданий доставлял пульс, эхом отдающийся в ушах. В беспорядочной какофонии из этой мешанины звуков он слышал чей-то голос, но это лишь прибавляло ужасных ощущений, поэтому читатель просто рявкнул, чтобы тот замолчал. Закрыв глаза до синих пятен Ким пытался привести свой разум в порядок. Слезы продолжали течь ручьём по щекам, смешиваясь с кровью из ранки на губе, что случайно проткнул созвездие своим клыком. Гул становился всё громче и громче, принося просто невыносимую боль. Открыв рот он рассмеялся, но больше было похоже на плач. Буквально через пару минут горло заболело и получался какой-то хрип. Докча почувствовал чьи-то руки на своих плечах, что достаточно сильно сжимали его. Ему казалось, что сейчас Ю сломает ему что-нибудь. Ногти с силой впивались в, итак уже полностью изодранные до крови, плечи Кима, заставляя немного прийти в себя. Прикусив язык, парень тихонько приходил в себя благодаря своему компаньону. Читатель ощутил, видимо, носовой платок. Походу мечник стал вытирать его лицо, а главное, что он делал это с предельной осторожностью. Словно обращался с драгоценной вещью. Он не мог точно сказать, что с ним произошло, но ему было приятно, что кто-то о нём заботился. Почувствовав, как на него накатывала усталость, созвездие обмякло в кресле, под чужое, но такое близкое ворчание. *** Утром Докча ощутил лёгкую тяжесть в области ног. Услышав лёгкое сопение, он открыл глаза. Взгляд почти сразу упал вниз для того, чтобы увидеть спящее лицо человека лежащего на нём. Ким удивлённо покосился на сидящего. Откуда он достал табуретку?. Перед ним было красивое лицо. Оно было так прекрасно, как будто над ним старались сотни, а может и тысячи скульпторов, чтоб создать его. Не хватило сравнений и эпитетов, чтоб рассказать о всей его красе. Легонько коснувшись его кудрявых, будто шёлк, волос, читатель зарыл в них руку, поглаживая его голову. Услышав тихий гортанный звук, созвездие, глупо улыбнувшись, продолжил гладить Джунхёка. Теперь он выплакался. Он получил моральную поддержку. Подняв голову вверх, Ким пустил маленькую слезу. Ю посмотрел на него. Этот уверенный взгляд сейчас был с толикой… страха? Хихикнув, Докча лишь ярко улыбнулся. — Теперь, я вернулся.? — почесав затылок, неловко сказал читатель. — Ты всегда здесь был, дурак, — фыркнув, ответил мечник. — Джунхёк-а, спасибо, — тепло улыбаясь проговорил парень. Такая простая фраза, но содержала так много для них. -Не за что, — добавил Ю и отвернулся. Его уши знатно покраснели. Наклонившись к ушной раковине Джунхёка, Ким Докча прошептал, обжигая первого своим дыханием: « Твои уши такие горячие», — и легонько прикусил мочку. Он знал, на что идёт. Как минимум Ким боялся, что его сейчас придушат за его действия, но, о боги, он остался цел. Главным желанием созвездия было, чтобы мечник понял его намёк. И он действительно не подвёл его. Уже развернувшись лицом к Докче, Джунхёк быстро сократил расстояние. Они держались лоб в лоб, держа руки на затылках друг друга. — Только попробуй потом на что-нибудь жаловаться! — прошептал Ким явно готовый ко всему. -А я и не собирался, — ответил Ю до удивительного спокойно. Он поймал взгляд партнёра. В его глазах пылало пламя страсти и решимости. — Ты не меняешься. — регрессор мог лишь улыбнуться. Сразу после этой фразы Джунхёк с жадностью припал к чужим устам, с силой сминая их. Поцелуи часто приходились на уголки рта, бледные щеки и потрескавшиеся губы. Лицо Докчи краснело, покрываясь следами от губ своего партнёра. Далее Ю перешёл на красивую, как снег шею. Он намеренно ставил метку в виде поцелуя, языком очерчивая его кадык. Уже на этом этапе читатель таял от прикосновений, закатывая глаза в эйфории от сильных, но таких дурманящих разум, укусов и дыхания своего партнёра, что обжигало кожу, как огонь. Открыв глаза, он посмотрел на затуманенные глаза Ю. Огонь в его глазах и этот томный взгляд. В этот момент Ким полностью осознал свои действия. И правда, теперь он никуда не уйдет из цепких лап Джунхёка. Разомкнув свои губы, Докча сразу же почувствовал язык своего парня. Он проходился по верхним рядам зубов, немного останавливаясь на клыках. Дальше Ю провёл языком по нижним рядам стараясь захватить рот полностью. Следом, поймав его язык своим, они сплелись в страстном танце. Вначале Ким отвечал неуверенно, попутно проклиная гены главного героя. После, чуть привыкнув к темпу партнёра, он решил чуть надавить. Юркнув своим языком в чужой рот, читатель принялся повторять действия мечника, но с меньшей скоростью. Созвездие обводило очертания крепких зубов, острых клыков. Разорвав поцелуй, Дочка чмокнул геймера чуть ниже глаз. Взглянув на Ю и поймав на его лице лёгкое ошеломление, сощурив глаза так, что получились яркие полумесяцы он довольно улыбнулся. Теперь всё точно будет хорошо.