Он, ха-ха, безутешен

Звук тревоги поднявший всех во дворце разбудил каждого, прислугу, солдат, наконец-то замолк. Чхве Хан стоял одиноко, в тронном зале, он был окутан красным. Кровь расползлась, подобно лучам солнца, по всему помещению. Трупы небольшими горками лежали в разных местах, в неестественных позах, с отсутствующими конечностями. И только одно место не было запятнано красным. Трон покойной не коронованной императрицы стоял величественно, во всем этом хаосе он выглядел святым. Как и подобало человеку, что когда-то должен был восседать на этом троне. Ни капли крови, ни кусочка чужого тела, не достигло трона. Трон луны не был запятнан. И заслуга в этом целиком и полностью принадлежит Чхве Хану. Неожиданно для них, королевство, что когда-то давно когда луна была жива, оно боялось посмотреть в сторону Роана теперь же решился показать свой характер. Решили раз императрицы, героя войны, человека за которым следовал весь мир, давно нет, то почему бы и не напасть. — Ха-ха… — Чхве Хан рассмеялся. В этом бездушном смехе была слышна печаль смешанная с гневом, яростью и конечно же отчаяньем. Человек, что когда-то давно вытащил его из пучины тьмы — сам туда же и вернул. Его синьора больше нет. Его лучший друг покинул мир в возрасте двадцати лет. Его другу было всего двадцать. Тридцать восемь. А ему, Чхве Хану, хер знает сколько. И все равно по сравнению с ним мальчишка. Он не был так гениален, как его дорогой друг. Чхве Хан был смышленым малым. Он не был так силен, как Чхве Хан. Тогда почему же, будучи настолько сильным, Чхве Хан не смог в одиночку убить их главного врага? Почему его слабый телом, но не духом синьор, смог, а он Чхве Хан, не смог? Почему будучи сильнейшим мечником, он оплошал? В который раз. Он, сильнейший мастер меча, наставник императора наследного принца, Чхве Хан. Все титулы, что следовали за ним попятам, вызывали лишь раздражение и бешенство. Они больше не вызывали чувство гордости, они больше не мотивировали, лишь глухое неистовство негативных эмоций. Какой же он сильнейший, если не смог защитить слабейшего? Облако было не способно укрыть в защитных объятиях Луну. Чхве Хан был могущественным, великим мастером меча! Белоснежное облако превратилось в грозовое, едко и болезненно раня молниями. Чхве Хан телепортировался во дворец лишь потому что ему пришел сигнал тревоги на устройство связи. Хотя он телепортировался с другого конца земли. «Чхве Хану не был нужен мир без Кейла Хентьюза.» — Шепчут аристократы на приемах за его спиной. Впрочем они были правы. Кому был бы нужен ящик Пандоры, внутри которого безумный и неизвестный ад? Ему нужны были темные небеса, на фоне которых Луна бы сияла. Мир, все еще цел только потому что за него умер Кейл Хентьюз. И только лишь по этому. Какими бы монстрами они сейчас не были, миру исчезнуть они не позволят. Чхве Хан резко дернул мечом, кровь слетела с него, брызгами отпечатываясь на полу. Он поворачивается спиной к мертвым врагам. Встает прямо напротив трона императрицы, трона луны, трона его синьора, трона его лучшего друга…! Ему было плевать на дорогое покрытие пола, на красную, по-любому дорогую, ковровую дорожку. Ничего не стесняясь и не боясь, Чхве Хан, молниеносным движением втыкает меч в пол, кроша его в пыль. Он стоит напротив пустого трона на одном колене, склонив голову. — Кейл-ним, я закончил с отчисткой. — Подобно скулящему от боли псу, произнес мечник. «Молодец, Чхве Хан» — Он был бы готов поспорить даже с богом, что это и вправду был Кейл-ним. Но глаза, как и прежде у мечника были безжизненными. Лишь облако за окном горестно кричало в агонии, выпускная молнии. Он совсем-совсем не плакал. «Чхве Хан, выпускать эмоции когда тебе больно это нормально» — Полупрозрачный силуэт стоял рядом с мечником. И он заплакал, подобно облакам за окном, подобно звездам, подобно небесам. И плакал, плакал, плакал… Он рыдал горько, с привкусом крови во рту, лихорадочно круча головой в разные стороны. Он плакал. Луны нигде не было. За окном на небесах, луны не было. Солнце, небеса, звезды и облака остались одни. Они одни. — С годовщиной победы, Кейл-ним. — Произнесло одинокое облако. Он так и стоял там, один, в зале полным трупами. Чхве Хан был рыцарем. Поэтому он ничуть не боялся когда в тронный зал зашла небольшая кучка вражеских сил. Для него они были лишь надоедливыми, портящими и так плохое настроение, букашками. — Черт! Бегите! — Крикнул команду, по-видимому командир, ха-ха… Солдаты побежали назад, все кроме одного. Новичок стоял и не понимал, почему их в тронном зале встречает лишь один рыцарь. «Рыцарь защищающий пустой трон…» — Новичок не заметил, что его бежавших отсюда союзников поразила вспышка света. — «Это самый молодой мастер меча, Чхве Хан!» Последнее, что увидел рыцарь, это тела в тронном зале, бесконечные лужи крови и склонившийся черный мечник, ставший красным. А потом его сожрало что-то черное и пугающее. Казалось сама бездна забрала его. — Так и знал, что ты будешь здесь. — Произнес император, медленно подходя к рыцарю. — А где мне еще быть? — Без эмоций поинтересовался Чхве Хан. Он больше не был дружелюбен, не в этот день. Не ждите от него много, ведь сегодня людишки посмели напасть на любовь Луны. На империю, за которую его друг отдал жизнь. Самое обидное было в том, что сегодня был день смерти его дорогого друга… «Как они посмели…!» — Кричало, рыча что-то или кто-то в его сознании. А возможно это и был сам мечник. — Здесь. Твое место всегда было подле Луны. — Не удивительно, что Чхве Хан пошел защищать лишь тронный зал, место где должна восседать императрица. — Ты ведь его друг. — Ты быстро. — Произнес более спокойно мечник, понимая, что Альберу не враг. — Меня к сожалению побеспокоили. Пришлось идти. — «А я так хотел побыть с ним.» — Ясно. Мне жаль. — Произнесло Облако, понимая чувства Солнца. — … Чхве Хан уловил знакомое присутствие. — Ты испортил мой пол. — Угрюмо произнес Альберу заметив воткнутый меч в дорогой мрамор. Как будто ему не все равно. — Плевать. «Серьезно, Кейл, как тебе удалось приручить его?» — Грустно подумал Кроссман, вспоминая Хентьюза. Чхве Хан всегда был сумасшедшим. А сейчас его безумие и вовсе ничего не сдерживало. Хотя это было не безумие, это было самое что ни на есть отчаянье. Не просто так же он при Кейле был послушным и невинным юношей, а как только тот отвернется, становился скалящимся на все цербером. Чхве Хан сейчас чувствовал себя… Пустым. В собственных мыслях он сравнивал себя с батарейкой на телефоне и его процент был не утешающим. Будь он и в правду батарейкой, то точно сломанной с пятью процентами заряда на вечность. Он считал, что оставшийся заряд, держится и не снижается за счет семьи, что подарил ему Кейл. Чхве Хан отстранился от них всех. Он ушел в далекое путешествие. Просто жить ему придется очень-очень долго… А терять еще хоть кого-нибудь он был не готов. А вообще к этому невозможно быть готовым. Чхве Хан пуст внутри. Чхве Хан… Чхве Хан просто устал… Чхве Хан, как и каждый из них был обезумен печалью. Не зря же этот бешеный бегает по миру ища то, что уже и не найти вовсе. Чхве Хан повторял действия супер-камня, собирая вещи друга со всего мира. Он лишь был безумнее и маниакальнее древней силы. А ведь мечник успел много чего уже насобирать со всего света. Глупое и слабое безумное облако… Глупый, славный рыцарь, что же ты с собой делаешь? Зачем доламываешь себя? Остановись, славный рыцарь, присядь в кругу (неполной) семьи и отдохни. Просто отдохни, переведи дыхание, спокойно усни, этой ночью не будет кошмара. А на утро с новыми силами ты будешь способен противостоять судьбе. Не ломайся глупый, славный рыцарь, защищающий пустой трон. — Старик, поймал всех крыс? — Грубо задал вопрос мечник. — Ха, я в отличие от тебя, панк, делаю свою работу на отлично. — Произнес Рон Молан. — Приветствую ваше величество. — Здравствуй, патриарх Молан. — Произнес Альберу, а после него заговорил и Чхве Хан, все еще с мечом в полу и на одном колене. — Я тоже справился, старик, ни капли крови на троне. Рон посмотрел, проверяя так ли это. — Хоть в чем-то ты годен, панк. Трон Луны был чист, подобно белому листу. А вот трон Солнца, подобно монарху был залит кровью.