Новый мир Гермионы

Гермиона проснулась рано. Ее биологические часы были настроены так, что каждый день она до сигнала будильника просыпалась в шесть утра, принимала душ, одевалась в строгий костюм, наскоро готовила завтрак себе и Дилану. К семи часам будила его, уговаривала умыться и почистить зубы. И пока сонный и хнычущий ребенок ел овсянку из своей любимой чашки с нарисованными на ней планетами Солнечной системы, она ворчливо собирала ему в рюкзак спортивную форму и коробку с ланчем. После чего наскоро одевала сына, и подхватив рюкзак и свою увесистую сумку, выталкивала из крохотной квартирки протестующего ребенка и садила его в машину, застегивая лямки автокресла. Их ждал их привычный маршрут по серым улочкам Гилфорда, графства Сюррей: первая остановка - детский сад, вторая остановка- университетская библиотека, в которой Гермиона работала уже почти три года. Но сегодня была суббота, и ей так хотелось наконец выспаться, но увы, тиканье настенных часов действовало ей на нервы, а подушка больше не казалась ей мягкой и удобной, да и неприятные ощущения в шее и плечах от сидячей работы побудили ее встать с постели и отправиться в ванную. Подставив лицо под прохладные нити воды из душа, она наконец почувствовала облегчение и с готовностью решила, что этот день все таки должен стать особенным. Сегодня ее сыну Дилану исполнилось четыре года, а это значит, что ее ждет очень много дел: завтрак, уборка квартиры, поездка с сыном в парк развлечений и скромный ужин вдвоем. Большой шоколадный торт дожидался вечера в ее холодильнике. Зайдя в детскую, она провела пальцами по густой шевелюре спящего сына и плотнее зашторила небольшое окно. «Пусть поспит ещё немного. Пока я спокойно выпью чашку бодрящего кофе в тишине на кухне». Чашка кофе дымилась в ее руках, пока она, погрузившись в мысли, разглядывала часть улочки в кухонное окно. Там все было так же, как и всегда. Ухоженный газон. Ее автомобиль на асфальтированной дорожке. Соседская машина на противоположной стороне дороги. Первые лучи солнца и мелкие снежинки, медленно спускающиеся на землю и сразу тающие на ней. Но вдруг кое что нарушило привычную картину. Точнее- кое-кто. - Гарри!- охнув, Гермиона поставила чашку с кофе на подоконник и, потуже завязав поясок халата, на цыпочках вышла в коридор и распахнула входную дверь, ожидая своего друга. Гарри появлялся здесь редко. Пару раз в месяц, но она и не желала большего. После того, как она добровольно обрубила все свои связи с волшебным миром с ребенком под сердцем, решив сбежать от всех в маггловский мир, он очень ей помог. Купил ей эту квартирку и оставил ей приличную сумму денег в холщовом мешочке. Для всех в мире магии Гермионы Грейнджер больше не существовало. Всем было сказано, что она погибла от рук чудом уцелевшего Пожирателя смерти после битвы за Хогвартс, но никто не знал, кем был тот Пожиратель, и где она, Гермиона, была похоронена. Только лишь Гарри, Джинни и Рон знали, где она и что с ней происходит. А что, собственно, с ней происходило? Она, сбежав, выносила ребенка от чистокровного волшебника и позволила ему появиться на свет в крохотном маггловском госпитале, дав ему «вульгарное» (как сказал бы отец ребенка) маггловское имя, после чего поклялась себе никогда больше не возвращаться в тот мир, где ей было невыносимо находиться. - Гермиона! Друг вошел в квартиру и тихонько закрыл за собой дверь. В его руке был зажат увесистый бумажный пакет, а на лице играла та самая поттеровская улыбка, в которой радость и грусть соединялись невероятным образом. - Привет! - на выдохе произнесла она, кутаясь в свой махровый халат, - Проходи! Гарри по своему обычаю заключил подругу в крепкие объятия и целомудренно поцеловал ее в висок. Он как никогда был рад ее видеть. - Чаю хочешь? Гермиона подтолкнула друга к кухонному столу и потянулась за чистой чашкой и коробкой с чайными пакетами. - Да, спасибо, - положив свой пакет на свободное место на кухонной тумбе, Гарри уселся на стул и сложил руки на стол, - Там подарок для Дилли. Я ведь не забыл, что у нашего Принца сегодня день рождения. - Спасибо, Гарри, - чувствуя, как щеки начали пылать, Гермиона поставила на стол перед Гарри чашку с чаем и вазу с печеньем. - Он ещё спит, верно? - друг глянул себе за спину в коридор, где дверь в детскую была плотно закрыта. - Да. Мы довольно поздно легли вчера. Заставлял меня читать ему книжку про Мэрри Поппинс… - Аааа, - рассеяно кивая, будто зная, о чем она говорит, Гарри отхлебнул из чашки ароматного чая, - Как дела? Что на работе? Гермиона прыснула. Он всегда задавал ей эти вопросы, но, в отличии от него, Гарри Поттера, работающего мракоборцем, чья работа была невероятно опасной и увлекательной, ей вовсе не было о чем ему рассказать. Что могло происходить с обычным библиотекарем? Разве что студенты могли устроить бардак на книжках полках, смешав книги из разных секций. - Эээ, все нормально. Ничего такого, - пробурчала она сквозь невеселую улыбку. Ага. Хм, так… Она узнала этот взгляд и поджатые в тонкую полоску губы. - Гарри? Что такое? Поттер, собираясь с мыслями, молчаливо водил пальцем по краю фарфорового блюдца. - Гарри Поттер! - требовательно произнесла Гермиона, заправляя выбившуюся прядь белокурых волос за ухо, - Говори! Гарри знал этот требовательный тон. И не надеялся, что сможет промолчать. - Малфой приходил в Министерство. Снова. Гермиона издала судорожный вздох. От хорошего настроения не осталось и следа. - И что на этот раз? - Ничего нового. Пытался узнать, что именно с тобой произошло тогда. Он не верит в то, что тебя больше нет. - Драко… Гермиона знала, что Малфой просто так не сдастся. Он приложит все усилия, чтобы разыскать ее. Но этому нельзя позволить случиться. - Не хочешь посвятить его в свою тайну? Ничего не случится, если только один человек узнает… - Нет, Гарри! Исключено! - она не дала Поттеру договорить. От ее гнева кофе из чашки забурлил и несколько его капель брызнули на стол. Так всегда случалось с ней, когда она злилась. Нельзя отказаться использовать магию, если эта магия течет по твоим венам. - Но… - Никаких но! Драко Малфой это первый человек в списке тех, кого бы я никогда не хотела снова увидеть! - Хорошо, - Гарри устало кивнул и сделал глоток чая. - И что ты ему сказал в этот раз? - немного успокоившись, она вытерла брызги кофе со стола бумажной салфеткой. - Ничего из того, чего ему не следует знать. И, Гермиона, тебе невероятно повезло, что я хороший окклюмент! - Он снова применил легилименцию? - ахнула она, сжав в руке салфетку. - Да. И я в очередной раз соорудил в своей голове ложные воспоминания о том, как мы с Роном склоняемся над твоим бездыханным телом. - Смотри, Гарри Поттер, если ты накосячишь с окклюменцией, мне придется потребовать с тебя дать мне непреложный обет! - вновь вспыхнула Гермиона, сжав кулаки так крепко, что костяшки пальцев побелели. - Ага, только это будет совершенно бессмысленно! Если я накосячу с окклюменцией, Драко и так все узнает! - хохотнул Гарри, протянув руку к сжатым кулакам подруги. Он намеренно обратил внимание Гермионы на глупость сказанного ею. - Очень смешно. Подумав о том, что она вовсе не та умная девушка, какой была раньше, Гермиона поморщилась. - Корни снова отросли, - Гарри решил сменить тему, чтобы Гермиона наконец перестала на него злиться. - Ах, это, - она встряхнула волосами, - Совершенно некогда записаться в салон на покраску… работа, детский сад… - Не хочешь взять отпуск на работе? Отдохнули бы с Дилли. - Нет, исключено. Мой отпуск по графику после Рождества... - Я переведу тебе денег на счет, Гермиона, если ты не в состоянии сейчас взять отпуск... - Гарри! Перестань. Что ты сказал? Переведешь на счет? Мерлин! Каким еще таким способом? Гарри ухмыльнулся. Ее всегда поражала его осведомленность в маггловских делах. - Через Дадли. - Вы правда общаетесь? - Гермиона отставила в сторону пустую чашку. - Да. У нас установились довольно приятельские отношения. Он вовсе не обязан нести ответственность за проступки своих родителей. По коже Гермионы пробежал холодок. Это была та же фраза, сказанная ею однажды в выручай-комнате, когда Драко тихо плакал, положив ей голову на колени. - Это...здорово, Гарри! - она более не нашла, что сказать другу, все еще ощущая на своих пальцах касание гладких волос слизеринца.